Глава 9

Ещё один день проходит почти без приключений. Последний день недели, завтра — выходной. Понятия не имею, как его проведу: я хотела бы поехать к бабушке и сестре, но ещё не предупреждала их. Надеюсь, они в любом случае будут рады меня видеть.

Пока же мы собираемся на вечеринку. Я тщательно укладываю волосы, кое-как подбираю туфли и выхожу к Рейму в его платье. Враг-напарник окидывает меня странным взглядом с головы до ног.

— Тебе идёт, — говорит, склоняя голову на бок.

Понятия не имею, думает ли он так на самом деле. Конечно, он сам в дорогой рубашке, в пиджаке не по форме и привычно расслаблен.

Когда он достал это платье, моего размера? Где-нибудь вечером после нашего ритуала? Наверное, всё продумывать — в его стиле. И я всегда предпочитала считать, что мне это тоже не чуждо, но в последние только и действую по ситуации, пока всё идёт наперекосяк.

До нужного места мы идём пешком. Ски, один из богатых мальчиков, устраивает праздник в баре. Красивое место, облюбованное студентами Первой Академии — только они и придумают выкупать целое здание на ночь ради собственного веселья. Внутри должно быть два зала, а снаружи — камень, даже колонны, дворик и просторная терраса.

Мы приходим с большим опозданием, так что вокруг полно людей.

Моя рука лежит на локте у Рейма. Тело зудит от недобрых предчувствий. Мы идём, приветствуя всех подряд. Точнее, это с “избранником” почти все здороваются первыми, а потом парни и девчонки смотрят на меня. Кто с недоверием, кто с интересом. Некоторые вполне доброжелательны, и это удивляет. Вальдо, приобнявший за талию свою подружку, мотает голубыми волосами и улыбается мне. Как ни странно, не могу найти в его облике ехидства.

С другими не так просто.

Дулас скалится дерзко и недобро. Уже знакомая шатенка режет меня взглядом на кусочки. Некоторые демонстративно холодны, а другие просто заговаривают с Реймом, будто он один.

Какой-то парень слишком пристально пялится на мои ноги.

Вот за это я не люблю вечеринки особенно.

В первом зале — полутьма, горят магические лампы и льётся музыка. К нам тут же подходит официант и наливает полные бокалы мерцающего голубоватого андама — вина, которое делают из водорослей и стрекал медуз. От него немного немеет язык. Мы пьём с именинником, потом Рейм задерживает меня.

— Расслабься. Выпей, что ли, побольше.

Его взгляд в полутьме кажется таким же ярким, как жидкость в бокале. Он чокается со мной, не давая отпустить его руку. Я противлюсь:

— Или мы можем побыстрее найти Альнара, а потом уйти отсюда. С пользой провести вечер.

Он чем-то недоволен, но всё же делает по-моему: Ала и Глорию мы находим в следующем зале, где есть диванчики, а в центре играют в какую-то игру. Я задерживаю дыхание.

Это первый раз, когда я вижу их парой. Не на тренировке, не в коридорах академии, а вот так. Сжимаю пальцы, потому что жду болезненного укола ревности.

Но к моему удивлению, они не выглядят особенно счастливыми.

Глория хмурится, её взгляд блуждает по диванам, стульям и головам собравшихся. Они сидят по-разному: Альнар прислонился к спинке, брюнетка облокотилась на стол и водит ногтём по ободку бокала.

— Ладно, не будем тянуть, — произносит Рейм тоном стратега-самоучки.

Мы просто подходим. Брюнетка вскидывает голову.

— Иден.

— Глория. Тео.

— Рейм.

Я тоже приветствую их, даже пытаюсь улыбнуться Глории. Безрезультатно.

— Келли. Ты отлично выглядишь, — Альнар приподнимается, и взгляд падает с моего лица ниже — куда-то на шею, задерживается на груди. Это непривычно. Меня сразу обдаёт теплом. И я была бы очень рада, произойди это где-нибудь наедине. Сейчас же Ал отводит взгляд, стоит Глории повернуть голову.

Рейм ставит на их стол бокал — неожиданно резко.

— Глор, у меня к тебе вопрос. Есть пять минут?

Она кажется удивлённой, но заинтересованно откидывается на спинку дивана. Потом пожимает голыми плечами и встаёт. Альнар холодно смотрит на Рейма — но ничего не говорит.

Они уходят как ни в чём ни бывало: брюнетка в шикарном платье и мой “избранник”.

Я очень надеюсь, что их не будет подольше, чем пять минут.

Подавляю желание переступить с ноги на ногу и сажусь рядом с Алом. Он словно спохватывается: улыбается и двигается, освобождая мне место поудобнее.

— Рад, что ты всё же пришла.

Чувствую себя немного уютнее. Хотя по-прежнему не в своей тарелке. В чужом платье, о котором я весь вечер думаю: мне придётся как-то отплатить за него Рейму? Или хотя бы вернуть? Глядя на людей, для которых я чужая уж точно. Они пытаются загнать магический шарик в кольцо, висящее в воздухе, постоянно мешают друг другу, пьют, некоторые обнимаются. Но всё же, здесь, рядом с Алом, хорошо. Он выглядит немного непривычно — и пару секунд спустя я понимаю, что он уже успел не так уж мало выпить.

— Не очень-то я люблю такие вечеринки, — озвучиваю очевидное.

— Я тоже, ты же знаешь.

Это правда. Мы почти никогда на них не пересекались. Хотя он мог бы отлично проводить время — с девицами, которые всегда на него заглядываются, с приятелями. К нему все прекрасно относятся.

— Как твои дела? — начинает он простой разговор. — Ну или ваши в паре?

— Пытаемся привыкнуть друг к другу. А ваши?

На лице Альнара вдруг появляется непонятное выражение. Он почти морщится.

— Ал? — удивляюсь я.

— Всё нормально. Просто… нет, всё не так уж здорово.

Я поражена. Невольно подбираюсь, надеясь не спугнуть момент.

— Это сложно, разве нет? Мы совсем разные. С Глорией, — он отпивает голубоватого вина и спохватывается. — Тебе подлить?

— Нет, спасибо. Так что у вас не так?

Наблюдаю, как Альнар отводит кудри со лба. Некоторое время он молчит, словно коря себя за несдержанность.

— Ты ведь тоже можешь рассказать мне обо всём, что тебя тревожит, — напираю немного, сжимая руки. — Мы же… друзья.

Кто кого должен утешать? Мне сейчас всё равно. Он возвращает мне взгляд: неожиданно пристальный и болезненный. Уголки губ двигаются, но в глазах ни капли радости.

Рука двигается по столу.

К моей.

— Всего четыре дня прошло. Я говорил, что не хочу делать сейчас выбор на всю жизнь, а в итоге… — А потом он вдруг встряхивает головой и глядит на меня так, будто увидел впервые. — Прости. Мне нужно взять что-нибудь без алкоголя. Принести тебе тоже?

Я моргаю.

Всё-таки надо признать: я плохо разбираюсь в чувствах. Может, потому что единственным человеком, который делился со мной любовными переживаниями, была Тал. От подруг из прошлой школы я слышала лишь обрывки, да и видимся мы всё реже. Иногда думаю: может, из-за того, что мне не хватает друзей, без мамы рядом я пропустила что-то важное?

Вот и сейчас я не знаю, как реагировать. Мне хочется схватить Ала за руку, усадить обратно и заставить поделиться всем сокровенным. Он же только начал! И начал так здорово! Но я вспоминаю про демонову заботу, про то, что не должна давить. Стискиваю зубы и киваю. Надеюсь, что благоразумно, хотя на душе скребут кошки.

Он уходит в соседний зал, а я лишь немного отворачиваюсь, поражённая его словами.

Ему не нравится с Глорией. Я очень надеялась на это, но услышать лично? Это прекрасно, восхитительно, волшебно. Ладони холодеют, сердце начинает быстро стучать.

Но вдруг кожа дивана рядом приминается, и я слышу:

— Какой головокружительный взлёт для простушки. Из грязи в принцессы.

Разворачиваюсь резко. Рядом уселся Эрчи — парень чуть выше меня ростом, крепкий и широкий в плечах. Один из дружков Рейма.

— Только вот принца нет, — добавляет он, обдавая меня крепким запахом пойла.

У него неприятный взгляд, который блуждает по всему моему телу. В отличие от Альнара, в нём нет ни капли такта.

— Действительно, — хмурюсь я. — Только какой-то пьяный тип ко мне подвалил. Что тебе нужно?

Он ухмыляется и вдруг подаётся вперёд.

— Кажется, ты Идену и не слишком-то нужна. Я слышал, у вас всё плохо, — его локоть упирается в стенку у моей головы. — Ты соблазнила его, раздвинув ноги, но он уже жалеет. Поэтому жалуется Санди и обрабатывает Шиану в соседнем зале. Хочет, хах, сменить партнёршу. Говорят, такое не позволяют после начала семестра, но он же Рейм.

Шиана — та самая девчонка, что пилила меня взглядом.

И все приятные мысли вдруг разом исчезают.

Не потому что меня волнует Рейм. Потому что это всё в один миг становится отвратительным. И слишком не похожим на совпадение.

Альнар отошёл на минуту. И тут же ко мне липнет тип с оскорблениями! Приятель моего “избранника”!

Всё внутри переворачивается — от мерзкого чувства, от подозрений, от тошноты.

— Но мне интересно, — продолжает гад. — Так ли ты хороша, огненная штучка? У меня деловое предложение: Иден бросит тебя, а ты покажешь мне, что делала для него в постели. За это я… замолвлю за тебя словечко перед парнями. Они сделают вид, что уважают тебя. Что ты своя.

И его рука ложится мне на бедро.

Наверное, это бесов план. Я уже двигаюсь, но перед глазами как вспышки проносятся картины: я попытаюсь сдержаться. Сделаю вид, что поражена этой гадостью, но не знаю, что предпринять. Придёт Альнар, всё увидит, кинется на идиота.

Я почти примеряю это на себя.

Почти — потому что даже мысль об подобной дряни вызывает дрожь.

В лаву. Рейма. Факультет. В лаву всех здесь!

Я цепляю руку придурка.

Он кричит почти сразу. Дёргается назад. Успеваю заметить красный след на грабле-кисти. Не раньше, чем ему в лицо летит бокал: стекло и вино, всё вместе. И я хватаю его за ремень на брюках — прежде, чем он успевает вскочить.

Огонь сбегает по полосе кожи и впивается в ткань. Придурок налетает на стол, снося бутылку и бокалы. Когда он отскакивает далеко назад, его штаны тлеют.

— Совсем сдурела?! — Он бьёт руками по брюкам, пытается отодрать от тела горячую пряжку. — Шавка! Что ты себе позволяешь?!

Вокруг становится тихо. Ненадолго. Я сама выскакиваю из-за стола, руки пылают — и я еле сдерживаюсь, чтобы не швырнуть в мерзавца огнём.

Я не могу его убить. Меня отчислят.

Хватаю катящуюся к краю стола бутылку, кидаю — но она бьётся о чей-то выставленный щит. Явно не Эрчи, потому что тот лишь пьяно вращает глазами. Рычит и бросается вперёд, но тоже нарывается на преграду.

— Хватит! — орут со стороны.

Магия сверкает в воздухе — кто-то поливает придурка водой, кто-то готов пеленать нас обоих. Кричит официант. Кричат студенты — хотя многие в шоке, и смех тоже слышен.

Я понимаю, что не могу продолжать: меня просто сейчас скрутят.

— Каждый раз, — выплёвываю, — предлагая мне свой стручок, думай, что с ним может стать.

И бросаюсь прочь.

За спиной шумят. Я спешу, опасаясь удара сзади. На выходе из зала почти сталкиваюсь с Реймом — и его удивлённое лицо чуть не поджигает кровь снова. Проношусь мимо. Вижу Альнара с двумя бокалами, не менее ошарашенного.

— Что случилось?

— Келли?

Странно, что по имени меня окликает Рейм. Пара звуков скребут по коже.

— Келли, подожди! — голос Альнара бьёт в спину, смешивается с жёстким:

— Отвали, Тео.

Мне уже плевать. Я вылетаю во двор, быстро иду дальше — прочь от террасы, по потемневшим улицам.

— Лудар!

Он не собирается отставать. Серьёзно!

Я разворачиваюсь. Смотрю на “избранника”, которому надо меня догнать. Смотрю на него так, будто надеюсь, что взгляд его убьёт, отравит — и мне не придётся марать руки.

— Что стряслось? — повторяет он.

— Что? — я даже уже не горю. Я просто сжимаю пальцы и цежу холодно: — Всё. С меня хватит. Я предупреждала.

Рейм надвигается на меня.

— О чём ты предупреждала? Что, ради демонов, на этот раз?

И я не выдерживаю:

— Ты скоро бросишь меня, и тогда я смогу удовлетворить кого-нибудь из твоих дружков? Это ты им сказал? Прекрасно. Нет, придурок. Это не работает.

Его лицо каменеет.

— Кто это сказал? — вопрос звучит так резко, что я застываю.

Рейм оглядывается в сторону бара, а затем снова смотрит на меня.

— Остановись. Я ничего не делал, ясно?

Его реакция меня удивляет, признаю — я ожидала другого. Он вдруг выглядит так поражённо и зло, что у меня просыпаются сомнения. Слова звучат почти правдиво, и хотя это мало значит, я всё же задумываюсь.

— Ничего? То есть, ты не пускал слух, что расстанешься со мной и ищешь новую партнёршу? Не провоцировал Эрчи распустить руки?

Он весь застывает.

— Распустить руки?

Он глухой?

— Идём обратно, — говорит вдруг Рейм.

Я отчаянно усмехаюсь. Даже не думаю двинуться с места.

Впрочем, он и не предлагает дважды. Разворачивается сам — и быстро, размашисто шагает к бару. Я смотрю, как удаляется его спина, за его движениями, снова ставшими резкими как порывы ветра.

Несколько секунд стою на месте.

Потом всё же сжимаю руки и медленно подаюсь обратно — только во двор, где сейчас мало народу. Все, кто есть, смотрят на меня с опаской. Через минуту слышу шум.

Они появляются вдвоём. Рейм вытаскивает Эрчи за шиворот из здания. Последний выглядит не очень: весь согнутый, держится за нос рукой, по которой струится кровь. Острый взгляд “избранника” находит меня слишком быстро, и он рывком подтаскивает дружка ко мне.

— Извинись перед ней.

Я теряю дар речи. Вокруг образуется толпа народу — парни и девчонки высыпают из дверей, а те, кто уже были во дворе, собираются поглазеть. Вдруг вижу Альнара, который выскакивает тоже, отодвигает парня перед собой и смотрит на весь этот полубред.

Смотрит на меня и на Эрчи. Он часто дышит.

Потрясающе, что остальные сейчас притихли и уж Рейма никто не останавливает.

— Сейчас же, — чеканит тот.

— Иден, — Эрчи морщится. Взгляд у него странный: одновременно злой и испуганный. — Это же Лудар. Всего лишь…

Рейм дёргает его на себя. В воздухе вдруг взвивается пыль, трава — несколько маленьких смерчей рождаются и умирают.

— Ты говоришь о моей избраннице.

Эрчи затравленно смотрит на него и прикусывает язык.

А потом фокусирует взгляд на мне.

— Ладно… Ладно, я понял, — он долго смотрит, оторвав ладонь от откровавленного носа и словно вспоминая нужное слово. — Извини.

— По имени.

— Извини, Келли.

Рейм отпускает его и окидывает взглядом остальных.

— Это касается всех. Если у нас с Келли не всё идёт гладко — это не повод разевать рты. Любой, кто посмеет её оскорбить, станет моим врагом.

Тишина слишком плотная. Её можно кромсать на кусочки, подавать в качестве изысканного десерта. Новые взгляды аристократов я впитываю кожей — впрочем, некоторые отводят глаза. Кто-то спокоен, а вот выбравшийся на крыльцо Дулас ошалело моргает.

Альнар сжимает губы и двигается ко мне.

Но Рейм ближе, быстрее и даже его не видит.

— Пойдём, — зовёт он, оказываясь рядом.

Я бы подумала обо всём этом, но сейчас у меня нет мыслей — только мрак в голове.

Ухожу с ним, не оглядываясь, оставляя всё за спиной. Снова выбираюсь за территорию бара, на безлюдную улочку с деревьями и оградами домов по сторонам. “Избранник” разворачивается и мрачно смотрит на меня уже там.

— Если ты думаешь, что я решил кого-то спровоцировать ради своих целей… я мог бы, но не так. Ни беса не так, Лудар.

Я понятия не имею, о чём думать. Пытаюсь хоть как-то переварить всё, что произошло, и найти подобие ответов в его тёмном выражении.

Мельком вспоминаю об Альнаре снова. Как увидела его с бокалами, уже возвращающимся в зал. Если бы я ещё полминуты подождала — он действительно появился бы там, по плану Рейма или нет.

Я могла бы быть сейчас с ним, умеренно пьяным и разочарованным своим союзом, защитившим меня от похотливого придурка. Или хотя бы остаться ещё ненадолго — он явно хотел что-то сказать.

Но ни одна из этих мыслей не прельщает.

Я вдруг понимаю чётко и ясно: больше никаких попыток себя сломать. И мне не нужны утешения. Не были нужны раньше, и сейчас им точно не место.

— Пойдём отсюда, — предлагает Рейм.

Я киваю и иду вперёд — мне нужно остудить голову на свежем воздухе.