Глава 9

Время текло невероятно медленно, каждое мгновение превращалось в вечность, заставляя Торэта нервничать, прислушиваться, ловить малейшие изменения и колебания магического фона. Хотя, что он мог услышать или почувствовать? Лабиринт иллюзий создавался в особом пространственном измерении – попасть туда или как-то повлиять на то, что там происходит, было невозможно.

Его никогда не волновало, как проходят испытания другие адепты. Максимум – мимолетный интерес, чаще всего – безразличие. Сейчас он впервые не находил себе места, с удивлением ловя себя на том, что не перестает думать… И о ком? Об иномирянке. О простой человечке.

Впрочем, как выясняется, не такая уж она и простая. Умудрилась получить лунную магию, которой до сих пор владели только члены его клана, привязала к себе сразу двух фамильяров. Да и с их парными печатями пока не все ясно.

Словно в ответ на его мысли, ладонь обожгло колким холодом. Рисунок на запястье тускло засветился, руны на нем пришли в движение. Ледяной озноб пробежал вверх по руке, коснулся груди, и внутренний источник отозвался резким магическим всплеском, горяча кровь. Миг… и все прошло, оставив лишь недоумение.

Марг побери, что же это такое?

Торэт опустил пониже рукав – незачем остальным видеть печать, – и тут же вскинул голову, поймав зов, пришедший по кровной связи:

«Риан, поднимись ко мне».

– Что думаешь о новой адептке?

Элистар даже не оглянулся, когда племянник вошел. Так и остался стоять у перил, вглядываясь в полумрак теперь уже пустого зала. Имени он не назвал, но Торэт и без этого прекрасно понял, о ком его спрашивают.

– Дерзкая. Самоуверенная. Необычная… – коротко перечислил он и неожиданно для самого себя добавил: – Интересная.

– Интересная, говоришь? – дядя усмехнулся. Чуть помедлил, словно решая, продолжать или нет. – Ты при всех заступился за нее, отдал укрепляющий отвар и инъо. Почему?

Такой простой вопрос. И такой… сложный. Если бы он сам знал точный ответ.

Торэт не планировал вмешиваться в спор между первокурсниками, но, когда увидел, как Йонетт наступает на девчонку, собираясь бросить вызов, его захлестнула такая ярость, что с трудом удалось сохранить самообладание. По какому праву этот смертник что-то требует от его человечки?

Подходить к ней Риан тоже не собирался, но стоило взглянуть на уставшее, бледное лицо, закрытые глаза, пересохшие от жажды губы, и в сердце точно игла впилась, мешая вздохнуть.

– Так почему? – не отступал дядя.

– Она человек, пространственной магией не владеет, – Торэт пожал плечами, стараясь, чтобы голос звучал как можно более ровно и отстраненно.

– Пожалел, значит? – ирония в тоне дяди теперь звучала еще явственней. – Или защищаешь свою будущую магху? Ты ведь понимаешь, что, если она не доберется до конца лабиринта и не станет полноценным магом, то достанется именно тебе? Для других ее магия совершенно бесполезна. Среди адептов Эртдора никто, кроме тебя, не способен с ней взаимодействовать.

– Понимаю.

Разумеется, он знал, что человечку приставят к нему. Знал. И хотя привык работать в одиночку и прекрасно обходился до сих пор без помощника, но мысль, что иномирянку отдадут ему, наполняла его странным удовлетворением.

«Уверен, что если стану помощницей, то обязательно твоей?», – вспомнил он слова Леры и снова сжал кулаки, как тогда, когда впервые их услышал.

Наивная иномирянка… Неужели она всерьез полагает, что он позволил бы еще кому-то претендовать на нее? Это только его право.

– Что ж, прекрасно. Но она может и пройти испытание. Надеюсь, это ты тоже учел, Риан.

Элистар помолчал, а затем перевел разговор на другую тему.

– Хранитель сообщил, что ты искал меня вчера вечером. Зачем?

– Печать…

– Ты снял ее? – Дядя наконец-то повернулся. Прищурился, вглядываясь в лицо Торэта. – Неужели девчонка все-таки смирилась и решила выплатить свой долг?

– Не совсем. Ей помогли.

– Кто?

– Неважно. В любом случае, она нашла выход. Я счел долг уплаченным, попытался убрать печать, но ничего не получилось. Знак просто изменился, и… у меня появился точно такой же. – Берриан вытянул руку, демонстрируя запястье. – Не понимаю, что произошло. Печать долга не может…

– Это не печать долга, – отмахнулся Элистар. – Я все ждал, когда ты сам догадаешься. Риан, ты же помнишь, что родовая магия подчиняется не словам, а желаниям и исполняет не то, о чем говорим, а то, к чему действительно стремимся?

– Разумеется.

Торэт нетерпеливо качнул головой. Не вовремя в родственнике наставник проснулся – для экзамена найдется более подходящий момент.

– Тогда скажи, чего ты на самом деле хотел, когда накладывал заклятие: связать девушку обязательством или просто… гм… привязать? Задержать. Любым способом. Молчишь? Можешь не отвечать, и так понятно – тебе не нужно было служение, ты просто не желал ее отпускать и воспользовался первым попавшимся поводом. Так ведь? Но родовую магию не обманешь, поэтому вместо печати долга она создала связующую.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Дядя выдержал паузу, позволяя Берриану осознать все, что тот услышал, и добил:

– Девчонка, пытаясь освободиться с помощью все той же лунной магии, лишь укрепила привязку, перекинула ее на тебя и сделала обоюдной. Теперь вы связаны. Печать только формируется, изменяется по мере того, как меняются ваши отношения. А вот какими, насколько тесными они в итоге будут, пока не ясно. Могу сказать лишь одно: так просто тебе от этой связи не избавится, Риан.

Элистар протянул ладонь, словно хотел коснуться рисунка, но в самый последний момент отдернул руку. Хмыкнул.

– Печать истинной связи… Надо же. Не думал, что доведется ее увидеть.

– Увидеть? Я о ней даже не слышал, – буркнул Торэт. Поймал вопросительно-недоверчивый взгляд собеседника и нехотя признался: – Встречал упоминание в одной старой хронике. Из твоей библиотеки, между прочим.

– Угу. Из запретного сектора, куда ты, если мне не изменяет память, забрался тайком, благополучно забыв получить мое разрешение, – тут же уточнил декан, ехидно сверкнув глазами.

Изменит ему память, как же. Да ему вообще никто и никогда изменить не посмеет.

– Какая разница, – Берриан отвернулся, сделав вид, что рассматривает что-то внизу. Обсуждать с любимым родственником свои прегрешения он совершенно точно не собирался. – В хронике говорилось, что печати истинной связи уже много веков никто не создавал. С тех пор, как магические потоки изменились, ни одному перворожденному это не удавалось. Почему же у иномирянки получилось?

– А как чистокровный человек получил магию древнейшего эльфийского рода, да еще и двух фамильяров в придачу, тебя не интересует? Меня вот очень. Валерия необычная девушка, это ты верно подметил. Думаю, все дело в том, откуда она, – Странная улыбка скользнула по лицу Элистара. – Земля… Тебе, как наследнику Лунного дома, прекрасно известно, что для нас значит тот мир, для чего мы вообще затеяли этот нелепый проект по обмену адептами. Однажды мы вернем то, что когда-то утратили. И, возможно, именно Валерия – ключ к разгадке. Хорошо, что теперь она адептка моего факультета, легче за ней наблюдать.

Берриан досадливо поморщился. Мысль о том, что дядя намерен наблюдать за человечкой была почему-то неприятна.

Валерия…

Он медленно покатал на языке странное, непривычное имя.

Ле-ра…

Нет уж, сам как-нибудь разберется с этой упрямой девчонкой. Без посторонних.

– Я… – начал он и осекся, не договорив.

Запястье снова сдавило упругими морозными щупальцами. Руны замерцали, чуть заметно сдвинулись.

– Дай взглянуть, – Элистар бесцеремонно перехватил племянника за руку, сжал, всматриваясь в рисунок. – Печать давно последний раз менялась? После начала испытания? Я так и думал. Значит, завершен второй этап. Замечательно. Девочка полна сюрпризов, похоже, у нее есть все шансы успешно пройти лабиринт. Не без твоей помощи, конечно. Удивлен? Зря. Магия Валерии теперь тесно связана с твоей. Ей пока не хватает собственных сил, вот она и тянет у тебя. Неосознанно. А твой источник позволяет ей это сделать, охотно раскрываясь навстречу. Именно так и действует печать. Те, кто соединен ею, способны в критический момент подпитывать друг друга.

– Вот как? – Руны наконец погасли, сложившись в новый узор, и Торэт тут же высвободил ладонь. – Чего еще мне ожидать? Каких неожиданностей?

– О связующих печатях сохранилось мало сведений. Известно, что они постоянно меняются, отражая степень близости. Кстати, татуировки истинных пар когда-то относили именно к связующим, – Элистар неожиданно улыбнулся. Заговорщически. Почти весело.

– Истинная пара? Ерунда, – возмущенно вскинулся Торэт. – Эта человечка… Она мне даже не нравится.

– Не нравится?.. Гм… Я так и думал. Тогда остается дождаться, чем все закончится. Если Валерия успешно пройдет лабиринт, станете партнерами. Тебе как раз не хватает напарника с тем же типом магии… Никаких чувств, исключительно деловые отношения- протянул Элистар таким тоном, что у Берриана от внезапного приступа раздражения свело зубы.

Больше до завершения испытания они не разговаривали.

Первокурсники возвращались, один за другим, довольные или удрученные – в зависимости от результата, а человечки все не было. Неужели не пройдет?

Наконец, руны на его руке еще раз вспыхнули, почти сразу же вслед за этим заискрился портал – и в зале появилась Валерия. Ошеломленная, растерянная, девчонка замерла, судорожно прижимая к груди таких же потрясенных наури, и Берриан неожиданно для самого себя испытал облегчение.

Надо же, все-таки прошла…

* * *

– …Корхи окружают нас, наступают со всех сторон, тянут щупальца. Мы отступаем. Девчонка трясется от страха. Хвостатый пытается забиться в какую-то щель. Их так много, а спасения ждать неоткуда…

Полный трагического пафоса голос настойчиво ввинчивался мне в виски, вырывая из приятной дремоты, и я невольно вслушивалась. Еще не совсем понимая, где нахожусь и что происходит.

– И тогда я вихрем бросаюсь вперед, – тем временем бодро вещал рассказчик. – Бью одного, другого. Выхватываю из лап третьего полумертвую от ужаса девчонку, а потом приказываю хвостатому…

– Ты разве можешь приказывать другому фамильяру? – прервал не на шутку разошедшегося рассказчика недоуменный вопрос.

– Конечно, могу. Я же не простой наури…

– А какой?

– Как какой? Самый главный, конечно. Ну, а хвостатый, он… гм… мой помощник.

После этого ответа, уверенного такого, без малейшей запинки и сомнения, я моментально открыла глаза. От удивления, наверное.

В комнате царил полумрак. Из-за приоткрытой двери раздавались приглушенные возгласы и смех. А за окном уже все тонуло в синих закатных сумерках.

Неужели я так долго проспала?

События прошедшего дня проносились в голове пестрой чередой несвязных воспоминаний.

Сразу после окончания испытания нам, помятым, едва живым от усталости, объявили результаты. Из всей, к счастью, довольно короткой, речи декана я запомнила лишь, что попала в число тех, кто успешно прошел лабиринт, и теперь могу считать себя полноценным магом. О расписании занятий и о том, что ждет дальше, Элистар обещал рассказать завтра, на занятиях. Скупо поздравил с завершением отбора и отпустил отдыхать.

Мелькнула вялая мысль, что я, кажется, собиралась поговорить с ним о печатях, моей и Торэта, но сил не было – до сих пор кружилась голова и ноги подкашивались. Ладно, успеется еще, тем более что татушка никак не давала о себе знать и совершенно не беспокоила.

Возле башни уже ждали Сэм и Алекс с Полли. Взволнованные, полные энтузиазма, они горели желанием поскорее выяснить, как все прошло. И поделиться своими новостями, разумеется.

Увидев меня, друзья только головами покачали. Мучить расспросами не стали, помогли добраться до дома, принесли обед из столовой и даже укрепляющий отвар от целителей – новых приятелей Алекс, а потом велели идти спать. Но пока я вяло ковырялась в тарелке, успели-таки рассказать о своих фамильярах.

– Змейка. Изумрудная. Я назвала ее Пучи*, - Сашка довольно улыбнулась.

– А у меня белка, – похвасталась Полли. – Рогатая. Забавная такая.

– Орел, – коротко отчитался Сэм. – У боевиков они очень ценятся. Когда вырастет, станет моими «глазами».

Слушая их истории, я даже позавидовала немного. Пришли в академический зверинец, побродили между клетками, выбрали понравившихся питомцев, после чего магистр Фагиуз быстро связал всех обрядом. Вот и все. Никаких тебе лабиринтов, заколдованных тропинок, кровожадных корхов и подозрительных водоемов. Красота!

Кстати, о водоемах. Невидимый сказитель, в котором я без труда узнала стрекозла, как раз перешел к описанию последнего этапа испытания.

– Я бы еще поплавал, но вижу: девчонка тонет. Да и хвостатый совсем скис. Пришлось опять брать дело в свои руки. А что вы хотите? Без меня никуда, – соловьем разливался мелкий. Уверенно так, без малейшей запинки. Можно сказать, на ходу создавал новую легенду: «Великий Ниирнар Атраэн Ханаш… и все остальные неудачники».

Губы сами собой расплылись в улыбке. Я торопливо привела себя в порядок, выскользнула из комнаты и перегнулась через перила, пытаясь понять, что происходит внизу.

Гостиная была полна народу. Руайя и ее компания в полном составе, еще какие-то смутно знакомые, а то и вовсе неизвестные мне студенты. Веселые, возбужденные, радостно хихикающие и гомонящие. А по столу, вокруг которого все, собственно, и собрались, неспеша разгуливал стрекозел. Очень важный. Просто-таки преисполненный чувства собственной значимости.

Пользуясь тем, что меня пока никто не видит, я внимательно изучала странное создание, с которым, судя по всему, теперь придется очень тесно общаться. До сих пор толком не удавалось это сделать – не было ни времени, ни возможности.

Узкое вытянутое лицо с тонкими чертами и большими фасеточными глазами, заостренные уши, когтистые руки, прозрачные стрекозиные крылья… Это существо напоминало одновременно и человека, и диковинное насекомое. Интересно, кто он? Ну, не стрекозел же, в самом деле.

– Так я и спас своих питомцев, – не замечая меня, продолжал ораторствовал «подарок судьбы», ловко лавируя среди тарелок и кружек. – В самый последний момент успел.

– Своих питомцев? – захлопала ресницами Ру. – А разве не наоборот? Это же ты теперь фамильяр Леры.

Хан в ответ на это в высшей степени справедливое замечание лишь небрежно отмахнулся.

– Сегодня я – ее, завтра она – моя… Какая разница? Все это такие мелочи. И вообще, не придирайся к словам. Главное, именно я вытащил всех из лабиринта. Рискуя жизнью. Не веришь, вон на хвостатого посмотри. Видишь, он молчит, не возражает? Значит, согласен со мной. Да и Лерка проснется – подтвердит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Подтверждаю, – не выдержав, расхохоталась я. – Все истинная правда. Хан наш спаситель. Правда, Марр?

Котейшество, гревшийся у камина в своем любимом кресле, лишь лениво повел ушами. Уж он-то точно знал, кто из нас троих самый главный, но великодушно держал это мнение при себе.

– Хан? – расположившаяся у окна Сашка приветственно замахала рукой, приглашая к ней присоединиться. – Надо же… Везет тебе, Лер, на аристократов. По галерее пробежалась – в эйра врезалась. Уборщика решила нанять – он сэром оказался. Даже фамильяры, и те голубых кровей.

– Не то слово, – согласилась я, сбегая по ступенькам. – Видно, карма у меня такая: высокородных как магнитом притягиваю. Причем заметь, каждый так норовит мной покомандовать… Всем привет! Плюшками балуетесь?

Через минуту я уже сидела за столом. Пила из большой кружки горячий напиток, напоминавший глинтвейн, щурилась на огонь, смеялась чьим-то шуткам и слушала веселую перепалку Сэма и Руайи. В общем, была совершенно счастлива. Пока в дверь не постучали.

Требовательно так. Властно.

У двери мы с Сэмом оказались одновременно. Распахнули ее и замерли, озадаченно разглядывая припозднившегося гостя. Высокий, плечистый, а вот лица не видно – его полностью закрывает низко надвинутый капюшон белого плаща.

Эльф…

Интересно, что он здесь делает в такое время? Неужели этого сноба тоже кто-то умудрился пригласить?

Пауза затягивалась. Нас явно внимательно изучали.

– Валерия Кольцова? – осведомился, наконец, посетитель, поворачиваясь ко мне. Надменно и по-хозяйски уверенно, как и положено перворожденному.

Молча кивнула.

– Магистр Элистар ждет тебя на втором полигоне, – сообщили мне все так же бесстрастно.

– Сейчас?

– Немедленно.

– А… до завтра отложить нельзя? – я даже растерялась от подобного в высшей степени неожиданного известия. – Не знаете, зачем я ему понадобилась в такое время, да еще на полигоне? Уже вон и стемнело уже давно.

– Не спрашивал. И тебе не советую. Обсуждать распоряжения декана и задавать ему лишние вопросы вообще очень рискованно, а иногда и опасно для жизни. Но могу предположить, что для какого-нибудь ритуала.

– Ночью?

– Почему нет? – пожал плечами белоплащник. – У тебя ведь лунная магия, верно? Для лунных заклинаний и обрядов ночь – самое подходящее время. Торэт часто на полигоне до рассвета задерживается.

Я подняла голову к затянутому тучами ночному небу, на котором сквозь редкие просветы мерцали далекие холодные звезды. Луны пока не наблюдалось. Но, наверное, перворожденный прав, и я ведь все равно с Элистаром поговорить собиралась. Так или иначе.

– Мне приказано проводить, – поставил точку в обсуждении посланник декана. – Собирайся, я подожду. Только побыстрее.

– Хорошо.

– Одна она не пойдет, – вмешался Сэм, шагнув вперед и настойчиво оттесняя меня назад.

– Конечно, не пойдет. – Из дверного проема выглянула Алекс. Лучезарно улыбнулась гостю, подмигнула мне. – А мы на что? Проводим.

– Обязательно, – рядом с Сашкой возникла Полли и во все глаза уставилась на перворожденного. Хотя на что там было смотреть, не понимаю. Все равно не угадать, как он выглядит там, под своим капюшоном. – И туда, и обратно.

– Вас не приглашали, – мгновенно напрягся визитер.

– А мы не гордые, и без приглашения пойдем. – Сэм задвинул меня еще дальше в комнату. – И разрешения нам не требуется. Против ты или нет, без разницы, мы друзей не бросаем. Мешать не будем, не переживай. Доведем Леру, куда нужно, подождем и назад вместе вернемся.

Снова повисло молчание. Эльф явно колебался, но Семен не отступал, да и Сашка с Полли, вынырнув из-за моей спины, встали рядом, и перворожденный сдался.

– Ладно. С магистром сами будете объясняться, – выдохнул он недовольно и отошел в сторону.

Минут пять ушло на то, чтобы успокоить собравшихся в доме, объяснить, что они могут остаться и дождаться нашего возвращения. Если захотят.

Марр, провожая нас, лениво приоткрыл глаза. Стрекозел на мгновение прервался, кратко напутствовал:

– Зови, если что.

И вернулся к очередной захватывающей, бесконечно «правдивой» истории. А мы присоединились к эльфу, который сразу же двинулся прочь.

Мы миновали центральную площадь, обошли эльфийскую башню и углубились в парк, переходя с одной дорожки на другую. Время шло, мы уже устали считать повороты и окончательно запутались в переплетении тропинок, а перворожденный все так же целеустремленно и безмолвно шагал к одной ему известной цели.

Наконец, Семен не выдержал и, поравнявшись с провожатым, придержал его за руку.

– Далеко еще, Сусанин?

– До конца аллеи. Там полигон начинается. – Эльф резко остановился, стряхнул ладонь Сэма и добавил насмешливо: – Если такие нетерпеливые, дальше сами добирайтесь.

– Но…

– Вы ведь, кажется, собирались подругу провожать? Или передумали? Нет? Тогда идите прямо, не заблудитесь. А мне возвращаться пора. Ну, чего стоите? Поторопитесь. Магистр ждать не любит.

После этих слов перворожденный развернулся и исчез на одной из боковых тропинок, оставив нас одних.

– Это что сейчас было? – озадаченно хмыкнула Алекс.

– Оскорбился? – предположила Полли.

– Обиделся? – выдвинула я встречную версию.

– Какая разница, – Сэм неприязненно покосился в ту сторону, куда ушел эльф. – Свалил и ладно. Без него доберемся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

_____________________

* Пу Чи – имя повелителя змей в одной из китайских дорам.