Глава 30. Одна смелая девочка

Алина

Я помешиваю в кружке кофе, кладу ложку на блюдечко. Параллельно слежу со своего места за Стервой Марковной, которая без зазрения совести поправляет макияж прямо за рабочим столом.

Обычно она себе такого не позволяет, а тут и тени идут в ход, и карандаш для бровей. Она явно куда-то мылится. Сучка крашеная!

После того рокового случая, когда старший секретарь притарабанила мой телефон прямо Борису под нос, я на работу хожу, как на войну.

Реально! Тут серьезные боевые действия.

Генеральный или не замечает меня вовсе или смотрит волком, а старший секретарь отчитывает за все на свете. Я даже косячить не успеваю, такой активный за мной догляд. Хорошо хоть, не уволили, а то впору было бы впадать в депрессию.

С тех пор как отгремел корпоратив, прошло уже несколько дней, наступило тридцать первое декабря, а ситуация так и не изменилась к лучшему.

Я пыталась поговорить с Борисом по-человечески, подловить его, объяснить ситуацию с бывшим мужем, но он не хочет слушать. К тому же Иванна Марковна буквально костьми ложилась, чтобы осложнить мне жизнь и, не дай бог, не оставить с шефом наедине.

Стоит мне под каким-либо предлогом пройти к Борису в кабинет, как она залетает туда с какими-нибудь бумагами, кофе, булочкой или вопросом, который требует срочно-обморочного решения. Словом, объясниться мне с Борисом по-человечески так и не удалось.

В конце концов я решила — если человек так тотально избегает того, чтобы меня выслушать, значит ему попросту неинтересно. Я неинтересна.

Раз так, бороться тут не за что.

Меж тем Иванна Марковна начинает ворковать с кем-то по телефону:

— Что, уже подъехал? Рано, меня отпустят только через полчаса.

Она закусывает губу, слушает собеседника, а потом радостно взвизгивает:

— Подарок? Уже? Ладно, жди…

Иванна Марковна кладет мобильный на стол, потом зыркает в мою сторону и спрашивает:

— Полчаса без меня продержишься, побудешь в приемной одна?

Ровно столько времени осталось до конца рабочего дня, ведь сегодня сокращенные часы в честь Нового года.

— Хотите уйти пораньше? — спрашиваю с ехидным видом.

Нет, ну точно стерва! Сама, значит, свою личную жизнь вовсю налаживает, а мне с генеральным испортила всю малину. Если бы она так показушно не притащила телефон в его кабинет, мы бы с Борей даже не поругались, я бы потом тактично объяснила ему ситуацию, и у нас все бы было хорошо.

— Да, мне нужно уйти, — кивает Иванна Марковна. — Так справишься?

— Справлюсь, — пожимаю плечами.

А что там справляться? Телефон вот уже два часа как молчит. Всю документацию я обработала вдоль и поперек еще с утра, и тридцать первого числа новую никто не пришлет. Так что отсижу положенное время — и домой. Нерадостная.

Наблюдаю за тем, как Иванна Марковна исчезает в кабинете генерального, щебечет с ним пару минут, а потом, довольная, выплывает, хватает свою шиншилловую шубку и сбегает с работы. Явно к кому-то сбегает!

А я…

А мне еще полчаса сидеть, потом идти в одинокую квартиру, где, кроме собачонки Микки, никто не ждет.

Не хочу!

Я совсем по-другому представляла себе этот Новый год.

Сижу злющая, расстроенная, морально опустошенная.

А потом набираюсь даже не знаю чего… Смелости? Наглости? Отчаяния?

Терять-то особенно нечего.

Иду прямиком к генеральному в кабинет.

Захожу без стука.

Борис Викторович как всегда весь в делах. Сидит, обложенный папками с документацией, взгляд устремлен в монитор.

Вот еще один звоночек, что мне срочно сюда было надо. Тридцать первое декабря, четыре тридцать вечера, а он и не думает уходить. Значит, ему что? Так же, как и мне, дома нечего делать, и планов у него ноль.

Вот только на меня у него реакции тоже ноль. Как же мне надоело чувствовать себя в его присутствии мебелью.

— Борис Викторович. — Я подхожу к его столу. — Заметьте меня, пожалуйста.

Он резко отрывает взгляд от монитора, устремляет его на меня.

Ни дать ни взять, мистер Хмурые Брови. Верное прозвище я ему когда-то присвоила.

Как же решиться-то…

Впрочем, времени изобретать велосипед у меня нет. Выдаю как есть:

— Я вкусно готовлю оливье, шубу, утку с яблоками. Как вам такое новогоднее меню? Хотите попробовать?

Ну а что? Да, я решила пригласить его к себе на праздник. Под оливье с шубой рассказ про бывшего всяко лучше пройдет. К тому же так Борис сможет убедиться, что никогошеньки у меня нет.

Но… Кто-то жираф, и этот кто-то не я.

Левая бровь генерального стремительно летит вверх.

— Алина, я, по-вашему, голодаю? Решили меня подкормить?

Какой же он трудный. Неужели вправду не догадывается, что стоит за моими предложениями?

Ладно, не хочет понимать намеков, скажу прямо:

— Не подкормить хочу. Пригласить вместе отпраздновать Новый год. Вдвоем же лучше, чем поодиночке, так? Я бы хотела…

Затыкаюсь, пригвожденная его строгим взглядом.

Борис Викторович некоторое время пыхтит как паровоз, а потом интересуется:

— Прямо даже не знаю, Алина, с чего вы взяли, что я собрался отмечать праздник один? У меня замечательные планы.

— А и правда. Чего это я… — тяну, обиженная дальше некуда. — Можно я тоже домой пойду? Скоро конец рабочего дня и…

— Идите, Алина, — чеканит он.

Взял и отпустил меня. Вот так просто.

Потому что, скорей всего, и не нужна-то особо ему была. И я не про сегодня, а вообще в принципе.

Надо смотреть правде в глаза, одного раза со мной ему оказалось вполне достаточно. Вот такая я забываемая и легко заменимая личность…

Идите вы лесом, товарищ генеральный!