40. Странное существо

Повязка на глазах была слишком плотной. Чуть покачиваясь от напряжения, я едва дышала. Кожей ощущала, что Игорь где-то рядом. Я не слышала его, не чувствовала, но знала, что точно смотрит на меня. Всё порывалась спросить у него, задать тот самый нужный вопрос. Но вспоминала наш разговор в аудитории и тут же гнала прочь свою назойливость.

Горячие пальцы Игоря прошлись торопливой дробью вдоль позвоночника. Меня проняло до мурашек. Покусывая губы, сдавленно дышала и молчала. Странная нежная игра понемногу начинала переходить все границы. Не зная, чего ждать дальше, я с удивлением понимала, что сейчас, с завязанными глазами, все мои чувства переходят на новый уровень, теперь я всё ощущала несколько иначе.

Хватаясь связанными руками за тонкую простыню, хранила молчание и прислушивалась к себе. Каждое прикосновение Игоря прожигало током. Мне нравились эти неторопливые ласки, но я со странным нетерпением ждала того, что будет дальше.

Поцелуи. Вкрадчивые. Острые. Жалящие. От них хотелось увернуться или наоборот, поймать и растянуть, лишь бы они так не распаляли. Но Игорь, нежно сжав мои плечи и заставив принять устойчивую позицию, доводил меня своими поцелуями до дрожи и нестерпимого желания чего-то большего.

Пальцами растирая кожу, мужские руки скользнули вниз и вперёд. Первое же прикосновение к груди вырвало у меня стон. Теперь, прижимаясь к моей спине, Игорь зажал меня в своих объятиях, полностью контролируя ситуацию.

— Олеся… странное ты существо! Непонятное, загадочное… Пугливое.

Прикусив губу, я с трудом переборола желание запрокинуть голову, положить её на плечо мужчины и расслабиться, поплыть и забыться. Этого хотелось очень сильно. Избавившись от Дамоклова меча в виде денег, я испытала колоссальное облегчение. Теперь всё было только между нами: между мной и Игорем. И даже тот мучительный вопрос, который я задавала себе раз за разом, не портил жутковатой эйфории в целом.

— Я тебе нравлюсь?

Вопрос напоминал удар под дых. Всё наваждение сразу же испарилось и только жгучая ласка, от которой я тут же покрылась мурашками и застонала, вернула меня в прежнюю колею ощущений. Игорь держал свои руки на моей груди и отпускать не собирался. Сжимал её, то сильно, то слабо, ловил пальцами соски и нежно щипал, от чего я тут же вздрагивала и недовольно постанывала.

— Ну давай, отвечай. Что такого в этом вопросе? Можешь высказать всё, что думаешь, — Игорь чуть отодвинулся и прикусил мою шею. Я с такой силой вцепилась в простыню, что даже пальцы хрустнули. — Нет, конечно, я тебе не нравлюсь. Ты, наверное, сдерживаешься. Копишь тот ряд нелестных эпитетов, которыми хочешь меня наградить. Думаю, что урод, чудовище и гад — будут самыми лёгкими и непритязательными.

— Я… я не знаю, — сухо прошептала, чувствуя, как наливаются румянцем щёки.

— Чего ты не знаешь? Нравлюсь я тебе или нет? Или не знаешь, какими словами описать всю свою ненависть ко мне?

Нет, Игорь был тем ещё… фруктом, тут он прав. Только вот ненависть… Раздражение, злость, непонимание — всё, что угодно, но только не ненависть. Я так рьяно ненавидела Игоря, что сама не заметила, куда эта самая ненависть подевалась.

— Скорее, не знаю как выразить свою обиду и разочарование.

Игорь замер. Я ощущала его разгорячённое дыхание на своей коже, почти слышала и чувствовала биение сердца. И в этом тесном коконе ощущений и чувств мы будто окаменели. Я — от собственной наглости и честности, Игорь… Игорь явно не такого ответа ждал. Потому что когда он переспросил, я уловила в его голосе странные нотки:

— Обида и разочарование? Чем же я тебя обидел?

— Своим отношением.

— Не падаю в ниц перед красавицей Олесей? — Игорь прикусил мочку моего уха, резко прижав меня к себе. От такого толчка весь воздух вышел. — Или что?

— Я просто не понимаю тебя. Сначала ты отталкивал меня, потом… потом будто приманивал, привязывал тем, что показывал и давал, пробуждал интерес. И когда мне показалось, что… что между нами что-то возможно, снова дал мне щелчок по носу, — выдохнув, немного осмелела. — Когда-то мне казалось, что ты хочешь просто отомстить. И я в этом я тебя понимала, очень хорошо понимала. Но теперь у меня такое ощущение, что ты сам… колеблешься, Игорь.

Я тяжело дышала, Игорь просто молчал и чего-то ждал. Или думал, потому что я его только что сильно удивила.

— Да, наверное, ты мне нравишься, — зажмурилась и тихо продолжила. Пусть под повязкой всё бессмысленно, но это было инстинктивно: зажмуриться, поморщиться, стиснуть губы. — Правда, нравишься… В каком-то странном, извращённом смысле. Потому что головой понять такие чувства очень сложно. Но… Ты спросил, и я задумалась. Ведь обида и разочарование не могут быть плодом ненависти? Тогда я бы ожидала от тебя такого. Если обидеться на подлеца просто, то разочароваться… Я до сих пор ищу в твоих поступках подвох, мне хочется этого, чтобы успокоить саму себя. Осадить, отрезвить. Потому что нравишься, потому что жду того, чего никогда не будет. А я, Игорь, я тебе нравлюсь?

В этом вопросе было столько подоплёки и тайного смысла. Мы могли говорить об одном и том же, но на разных языках. Можно говорить о чувствах, а можно говорить о сексе, можно говорить о том, что между нами общего. Только вот я сейчас говорила обо всём и сразу. Так получилось… Само собой. А Игорь мог ответить так, что оставит за бортом те моменты, важные для меня. А мог и не ответить.

Ставшая душной и жаркой повязка неожиданно съехала вниз, на самую шею. Теперь я видела всё, что было в комнате, хоть и царил здесь мягкий полумрак. Повязка на глазах скорее была чисто психологической заморочкой.

Игорь отпустил меня и легонько толкнул вперёд. Перевернув лицом к себе, уложил на кровать. Сипло дыша, я с трудом подняла взгляд и нашла силы посмотреть ему в лицо. Увидев мои глаза, ухмылка с его лица исчезла. Нет, не такого он ожидал. Не думал, что я смогу быть откровенной?

— Я тоже не знаю, Олеся.

Впервые видела и слышала Игоря таким. Отведя взгляд, выдохнула. Сейчас я ему верила, сейчас я его понимала. Где-то мы совершили непростительную ошибку, свернув не туда. То, что началось обычным безумием, может теперь закончится чем-то страшным.

Немного грубый поцелуй отрезвил. Да, мы не болтать собрались. И это тоже то, что мне нравится. И, похоже, не только в Игоре, но и в самой себе.