Глава 25

Приключения в деревне или как мне хочется скорее помыться завершились на пятый день. Всем грязным семейством мы отправились на пару дней к родителям. Я бы остановилась на одном дне, Потапов же настоял на двух. Еще двадцать минут Саша выбирал цветы в магазине, а я покупала торт. Никогда не думала, что буду так рада увидеть нашу пятиэтажку. И плевать, что там снаружи все обшарпанное, главное, что в квартире есть унитаз. Ой, как я скучала по фаянсовому другу…. Первый из машины, как всегда выбегает белый мишка, который, как ни странно, вчера снова стал белым после активного двухчасового намыливания.

На лавке, как всегда сидят две старушенции. Судя по затишью, радар они настроили, как только на горизонте появился наш джип.

— Алиночка, снова родителей навестить приехала? Умница какая. Ой, какая красивая собачка, а что это у тебя в руках?

— Котик. Красивый, правда? Мне кажется на вас очень похож, — в той же манере, как и старушка, отвечаю я.

— Я бы так не сказала. А вы у нас кто, молодой человек? — бабка кивает в сторону Потапова.

— Муж, — сам вещает Потапов. — Вы нас извините, но мы с дороги устали, мы пойдем, а вы и без нас перемоете нам косточки. Веня, пойдем!

Саша берет меня под локоть и сам ведет в подъезд. Дверь нам открывает растрёпанная мама.

— Ой, а я думала, вы приедете позже. У нас трубу прорвало, — ну твою дивизию, плакало мое мытье. — Вы проходите. Саша, вам очень идет загар.

— Спасибо, Мария Александровна, деревенский загар самое то, это вам, — Потапов протягивает маме цветы.

— Какая интересная композиция, Саша, вы меня удивляете. Ну проходите, папа пока на работе. Подождите, а это что?

— Кто. Собака, Мария Александровна. Более того на ближайшие две недели Венц и Грызлик ваши. Кто как не любимые родственники приютят наших животных, да, Алинка?

— Да. Готовься, мама, сначала на животных, потом уже внуков нянчить будешь. — Правда с Потаповым мы не договаривались насчет животных, но так даже лучше.

— Ну если так, то я согласна, — мама уходит в сторону кухни, как ни странно, зовя с собой Венца.

— Ты же понимаешь, что я не дам ей нянчить наших детей?

— Но когда-то же их придется ей показать.

— Конечно придется, на их восемнадцатилетие.

— Здесь шумоизоляция плохая?

— А что?

— В душ хочу. С тобой, тугодумка.

— Ну, во-первых, Сашуня, стены здесь на букву “Г”, а во-вторых, трубу прорвало, душ нам пока не светит даже по отдельности.

— А мы из ковшика.

— Ковшик и секс вообще не совместимы.

— Согласен.

К вечеру пришел папа и обстановка чуть-чуть разрядилась. Как ни старался Потапов, мама все равно была чем-то недовольна, я так подозреваю вынужденным соседством с животными. Правда Венька ей все же понравился, а вот с Грызликом отношения не сложились еще в прошлый раз. Пока мы с мамой готовили ужин, папа уединился с Сашей, разговаривали они долго, не знаю о чем, но вышли вполне дружелюбными.

— Мария Александровна, давайте я вам вина еще налью, чего вы такая недовольная?

— Мне не поможет вино. Ваш кот, он…. Он напал на мои ноги.

— Прям таки напал?

— Да!

— Думаю, вы немного утрируете. Грызлик, вероятно, принял ваши ноги за мой шерстяной плед. Он часто приходит по вечерам и начинает с ним играться, видимо ваши ноги и принял за шерсть.

— Вы намекаете на то, что у меня волосатые ноги?! — гневно шипит мама.

— Господь с вами, я ваших голых ног не видел, просто возможно он принял ваш пушок за шерсть.

— А давайте я принесу шерсть, тьфу торт! — неудачно вмешалась я.

— А давайте, — поддержал меня папа.

Пока шла за тортом, молилась, чтобы не было драки. Но как ни странно, когда вернулась, за столом была дружелюбная атмосфера.

* * *

Ковшик, блин. Какое — то невезение, ей Богу. Скорее бы на настоящий отдых, уж там-то должно быть все в норме. Залезаю в ванну и начинаю разводить воду, пипец блин, двадцать первый век.

— Алина, — стук в дверь. — Открой. Мне срочно надо.

— Потапов, туалет слева.

— А мне ковшик нужен на минуту. Давай открывай, — нехотя вылезаю из ванны и открываю дверь.

— Ты уже голенькая, отлично.

— Ты чего?

— Чего-чего, сексом будем заниматься.

— Даже не думай, подождешь пару дней.

— А мне приперло сейчас, давай живо в ванну.

— У меня еще от сена все болит.

— А мы стоя, Алинка-сенофилка, — Потапов снимает с себя одежду в считанные секунды. — Давай живее, а то маман может проснуться, хотя я ей в чай подлил отвар из еловых шишек.

— Саша!

— Алина! Убери на хрен этот ковшик и тазик. Не ванна, а милипиздрик какой-то.

— Я вообще-то мыться собралась, а не трахаться.

— Я тебя предупреждал?

— Да, господин.

— Рановато для ролевых игр.

— А я представила, как буду омывать тебя из ковшика после плотских утех.

— О, Боги, закрой рот.

Саша сам закрывает мне рот поцелуем и прижимает к холодному кафелю. На секунду отрывается, поднимает меня, и я обхватываю своего медведя ногами.

— Алина, вы там вдвоем?

— Вот же неугомонная женщина, — шепотом произносит Потапов. — Да, мы тут вдвоем, Мария Александровна.

— А что вы делаете? — у бедного Потапова уже кажется вены вылезли от злости.

— Ванну моем, она у вас грязная оказалась.

— Я вчера мыла, чистая была.

— Плохо моете, мама.

— Не забудьте экономить воду. Выключили, намылили ванну, включили. Ладно, давайте быстрее, мне кое-что обсудить с вами нужно.

— Вот же ж, все испортила! Не так уж она и внуков хочет, — Саша ставит меня на пол.

— А мы прям внуков собрались ей делать?

— Ну пока не внуков, нужно, чтобы у тебя там было все готово к детям. Сначала к члену нужно привыкать.

— Потапов, ты знаешь размер младенца? Так вот не льсти себе, к ребенку он готовит меня, тогда у тебя вместо члена должен быть реальный хобот.

— Знаешь, ты любого мужика от секса отвадишь.

— Что-то незаметно, твой хобот в меня тычет.

— Не льсти себе, это он на ковшик с водой встал. А теперь закрой рот и давай мыться с помощью этого прекрасного ковшика.

Помылись без происшествий, разве что заплескали всю ванную. Мама нам постелила в гостиной на диване, и принялась читать нотацию про свадьбу. Наверное, в этот момент мы с Потаповым мыслили одинаково, нам скорее хотелось отсюда свалить. Да, грубо, но в какой-то момент надо признаться самой себе, что родственники-это хорошо, но вдали от них лучше. Смотрю на бедного Веньку и уже становится жаль белого мишку. Хотя с другой стороны, мама хоть и своеобразная мадам, но животных не обидит, так или иначе примет. После часовой маминой нотации мы все же легли спать, хотя Потаповские флюиды злости не давали мне сомкнуть глаз.

Следующий день прошел быстро и все же, оставив своих четвероногих детей, вечером мы отправились с Сашей домой, а через два дня начался наш персональный рай.

* * *

Ровно девять дней мы деградируем, точнее отдыхаем в своем маленьком раю. Каждый день проходит в одном и том же режиме: наедаемся как свиньи, греем свои бока на солнышке и купаемся в море. Вот из него мы вообще кажется не выходим. Ах да забыла, каждодневный трехразовый трахомарафон, иначе это назвать не получается. Иногда мне казалось, что Потапов реально уже кого-то там делает, только загвоздка в том, что мы оба знали, что я еще на таблетках. Ну и ладно, хочется человеку натрахаться на жизнь вперед, да и пожалуйста. Удивительно, но с Сашей мы не ссорились от слова совсем, мне порой хотелось, да повода не было. Через несколько часов у нас самолет и от этого грустно, начнутся трудовые будни, а к хорошей беззаботной жизни привыкаешь очень быстро.

— Алин, тебе чего принести? Виноград будешь?

— Все что угодно, только не виноград. Давай, что-нибудь экзотическое, что мы не пробовали.

— Окей.

Знала бы я тогда, что этот экзотический фрукт сначала угробит меня, а потом спасет…

Черт, вроде бизнес-класс, а немытых храпунов хватает и тут. Неужели не помыться, когда у тебя есть деньги на билет в бизнес- класс? Вот Потапову хоть бы хны, он и так себе сладко спит, а мне воняет и все тут! Терпеть не могу посещать туалет в самолетах, ну тут сам Бог велел освежиться. Прохожу мимо храпуна- вонючки и направляюсь в туалет. Благо дверь оказалась открытой, ибо у меня с этим проблемы, так и не научилась понимать эту картинку, как открывать дверь. Сделала свои мокрые дела и решила-таки освежиться. Чертов кран, как и дверь видимо сделаны в одной стране, никак не захотел мне поддаваться, кое-как все же включила, сама не поняла как. Стою, красавишна, обмываю лицо и шею водой. А вообще-то я и вправду стала красивой, и загар мне к лицу и лицо стало выразительнее. Красота, одним словом. Вот только в раковине оказалось не совсем красота. Воды набралось уже полраковины и сволочь сливается по ходу мелкой струйкой, выключаю кран, а никак! Я его итак и этак, а вот фигушки. Начала уже конкретно паниковать, когда случайно оторвала верх крана.

— Твою мать!

Черт, в таких ситуациях я становлюсь реально дурой, и никакая извилина не работает. Кое-как вставляю штуку от крана обратно и в панике пытаюсь открыть дверь. И как в худшем кино, у меня это не получается. Что я там говорила, красивой я стала? Сейчас я вряд ли на нее похожа. Глаза на выкате, морда красная, черт я еще и в замкнутом милипиздрическом помещении. Это что получается, сейчас меня здесь затопит, а потом самолет? Нет, вода течет медленно, еще даже не вытекает из раковины, лететь нам еще три часа, она просто не успеет так быстро набежать. Но вот на первую полосу в новостях я попаду точно. Так и вижу эти интернетовские заголовки “ Женщина, застрявшая в туалете, затопила туалет самолета. К сожалению, от испытываемого позора ее не удалось спасти. У скончавшейся остался белый пес, голый кот и медведь”. Когда я уже мысленно представила эту картину, кран выключился. Сам, сука! Ой, какое я испытала облегчение, это даже лучше, чем феерия звуков на даче. Как камень с души упал, ей Богу. Когда поток паники прошел, я все же собрала волю в кулак и попыталась открыть дверь, как нарисовано на картинке. И кто-то все-таки на верху мне помог, ибо дверь мне таки поддалась. Кажется, такой счастливой с туалета я не выходила никогда. Плюхаюсь на сиденье рядом с Потаповым. Смотрю на своего медведя и понимаю, что далеко мне от него отходить нельзя. С появлением Саши в моей жизни появилось то самое женское счастье, но и проблемной я стала донельзя.

* * *

Прошло всего пять дней после отпуска, а Алину как подменили. Иногда мне хотелось ее придушить, но проблема в том, что дома ее почти не было. Появлялась моя невестушка ближе к вечеру. Конечно, можно было подумать, что у дендрофилки кто-то появился, но дело в том, что она действительно была только на работе. Мой охранник бдил ее по часам. А больше всего меня бесило то, что, как только она появлялась дома, эта маленькая сучка меня тупо избегала. Кажется, у меня начался нервный тик. Девять вечера, моя красавица вышла из ванной и начинается мазать свое лицо какой-то хренью. А закуталась опять, б*ядь, как будто в Антарктиду собралась. Какая-то уродская бабкина пижама, даже Венц на нее подозрительно косится.

— Алин, может ты снимешь это уродство, и мы наконец займемся сексом?

— Мне нравится эта пижама и я не в настроении, прости.

— А когда будешь в настроении?

— Саш, отстань, а? Я много работаю и хочу спать, — закутанное чудо ложится в кровать и выключает ночник.

— Ты серьезно?

— Да. И кстати, убери своего охранника, мне это надоело. Я не всемирная личность, чтобы меня охранять. Без шуток, чтобы завтра его не было. Спокойной ночи.

Как там говорят, надо дышать глубже? Окей, буду дышать. Не хочешь охрану, ну и пошла ты в…. Антарктиду.

Утро следующего дня не заладилось с самого начала. Сначала поставщики, а потом снова Алина, а точнее ее отсутствие. Отпустил, б*ядь охрану. Наконец, на девятый звонок кое-кто соизволил ответить.

— Ты где, мать твою?

— Привет, Сашок. С женщинами надо быть терпеливее. Я пока не могу сказать где твоя лапочка, но с тобой мы встретимся через полчасика у меня в клубе.

— Сука.

— Я или она? Хотя это риторический вопрос, можешь не отвечать. И да, приходи один.