Глава 10

Лика

Бумажка хрустнула в руке, привлекая внимание подруги.

— Что там опять? — поинтересовалась Джил.

Я пожала плечами, развернула только что смятое письмо и не глядя протянула через плечо.

— Снова предлагают прекратить позорить светлую академию и общаться с «этим отбросом»…

Подруга с тяжёлым вздохом скомкала лист обратно и вернула мне. Подкинув комок, я прищёлкнула пальцами. На пол неспешно опустился пепел.

— Пускай катятся в бездну, — фыркнула я. — Ещё я всяких неизвестных не слушала. Это мой вампир. Я сама его выбрала. И их одобрение мне не нужно.

— А может, всё-таки…

— А если будут настаивать… — Я многозначительно подняла повыше зажатую под мышкой коробку. — Тогда я найду на них управу.

— Ого, куда ты потащила свой ящик боли? — Кэтти только что вышла из ванной, поэтому пропустила первую часть разговора. И сейчас сверлила меня любопытным взглядом, закручивая на голове тюрбан из полотенца.

Я закатила глаза, но ответила.

— Я же ещё вчера вам рассказывала, что мы с Девоном решили узнать друг друга получше. Вот, я хочу познакомить его со своим хобби.

— Вот так, прямо сразу? — вытаращилась Кэтти. — Спугнёшь же парня!

— Может и к лучшему, — глубокомысленно заметила Джил, глядя на застывший на полу пепел.

Проследив за её взглядом, я наступила на истлевший лист и растёрла подошвой. Ситуация злила. Письма начали приходить сразу после того несчастного случая в библиотеке, когда нас с Девоном едва не погребло под горой фолиантов. В первом письме говорилось, что случай был вовсе не случайным. И на самом деле многим не нравилось, что Девону кто-то начал составлять компанию.

Сказать по правде, в свете новых данных у меня возникал всего один вопрос: как он вообще жил эти три года? Нет, я успела заметить, что он в принципе не спешил идти на контакт. Но желающих этого контакта, по-видимому, даже и не было. И все три года он был совсем один. Бедненький!

Лично я бы свихнулась от такого постоянного одиночества. Даже за месяц. А тут целых три года.

Я просто обязана была всё это компенсировать!

Именно с этими мыслями я распахнула дверь на крышу. И сразу увидела Девона. Он сидел слегка сгорбившись, с отрешённым выражением лица и что-то читал. Я даже догадывалась что.

Хлопнув дверью, я прямым ходом направилась к нему. Девон вздрогнул, выпрямился и попытался спрятать в карман лист бумаги. Но я была быстрее.

Выхватив письмо, я пробежала глазами по строчкам.

«…Предлагаем незамедлительно прекратить контакты с первокурсницей, если не хотите, чтобы она пострадала…»

Да уж, ничего нового. Прищёлкнув пальцами, подожгла лист, отпустила и с широкой улыбкой уселась рядом с парнем.

— Итак, на чём мы остановились в прошлый раз? — пропела я, опуская на крышу коробку.

— Лика, нам нужно поговорить, — перебил меня Девон, старательно отводя взгляд. — Я тут подумал…

— Если ты сейчас прочитал письмо и вдруг решил резко перестать со мной общаться, то даже не начинай, — фыркнула я.

— Пойми, ты можешь пострадать. Я этого не…

— У нас договорённость! — оборвала его я. — Я тебя преследую до зимнего бала, а ты в меня влюбляешься!

Девон поджал губы, а я продолжила:

— Нельзя просто так разрывать сделки из-за того, что кто-то там что-то сказал. И вообще. За любовь нужно бороться. А теперь давай смотреть, что я принесла.

— Лика… — Девон явно хотел что-то возразить, но слова застряли у него в горле, стоило ему увидеть содержимое коробки. Надо же, кажется, мне удалось его шокировать. Снова.

— Знакомься, — скромно потупилась я, — это мои маленькие друзья. Я собирала здесь всех, начиная с пяти лет.

— С… Пяти лет? — как-то жалобно пробормотал парень.

— Да. Представляешь, какая я рукодельница! Просто сокровище! — с гордостью сообщила я и, покопавшись, достала из коробки самую потрёпанную куклу.

Она лишь отдалённо напоминала человека, но при должной доле воображения можно было угадать, где находятся руки, ноги и голова. Хотя нет, голова прекрасно угадывалась и без воображения. Потому что на голове присутствовали пришитые глаза-пуговицы. Один жёлтый, другой серый.

— В пять лет у меня была очень строгая няня, — объяснила я. — Она совсем меня не любила, и всё время пыталась выпороть. Поэтому я попросила маму помочь сшить мне эту куклу – от старших детей слышала, что если выйдет достаточно похоже на нужного человека, то можно будет… Впрочем, не важно. В тот раз мне подобные знания не пригодились. Пока мама помогала шить мне куколку, я подробно объяснила ей, зачем мне это нужно. И на следующий день мне сменили няню. А кукла осталась на память.

Я широко улыбнулась, глядя в глаза Девона. Красные глаза смотрели внимательно и как будто бы даже с сочувствием. Только я не могла понять, к кому: ко мне или всё-таки к няне.

— Значит, ты шьёшь кукол? — уточнил он со вздохом, переведя взгляд на мою коллекцию.

— Ага. Это моё хобби. Правда, пока выходит в авторском стиле, но…

Я заглянула в коробку. Два ряда глаз-пуговиц с ужасом уставились на меня. Да, знатно я их потрепала в своё время. К сожалению, на самих людях это никак не отражалось, но зато душу помогало отвести прекрасно.

— Надеюсь, меня среди них нет? — нервно усмехнулся Девон.

— Ты меня пока не обижал, — успокоила я. — Да и вообще, я уже взрослая, а это детское хобби.

— Ты не взрослая, тебе всего семнадцать.

— Уже восемнадцать! — поправила я. — И прошу меня по чужим меркам не оценивать. Я… эмоционально зрелая, вот! Так что не спорь.

Девон только головой покачал. И запустил руку в коробку с куклами.

— А этот тебе чем насолил? — спросил он, вытащив фигурку наугад.

— О! — Я мечтательно закатила глаза. — Это был мой учитель по риторике. Он по какой-то причине люто ненавидел женщин. И рыжих. И я, как ты можешь догадаться, с первой же встречи попала прямо в его сердечко.

Девон тихо рассмеялся.

Мы сидели до самой темноты. Я рассказывала историю каждой из своих кукол, а Девон в ответ вспоминал о случаях в аквариуме. Например, о том, как из помещения внезапно сбежал аллигатор. К счастью, это удалось обнаружить быстро, и никто не пострадал.

В конце вечера я даже не стала заполнять шкалу от одного до десяти. Но что-то мне подсказывало, что десятка всё ближе.