11 Глава

Вера Бззз-бззз-бззз Пошарив рядом и не найдя мобильник под подушкой, поворачиваюсь на другой бок, пытаясь доспать. Мне только что снился потрясающий сон и я хочу его досмотреть. Там я и Шахов танцуем в непосредственной близости друг от друга. Вокруг горят свечи, создавая интимную атмосферу. Кажется это какой-то ресторан, потому что очень вкусно пахнет кофе. Я все чувствую и ощущаю как наяву. Медленно покачивая бедрами, неотрывно смотрю в красивое мужественное лицо Тимура, пока его руки в такт моим движениям медленно скользят по моей талии и бедрам. Дыхание перехватывает. Кровь разгоняется и сердце начинает биться чаще, когда я осознаю, что на Шахове почему-то нет рубашки. Мои пальцы поглаживают его стальные плечи, грудные мышцы и пресс. Между ног ощущается приятное потягивание от одного взгляда этого шикарного мужчины. Тимур рывком впечатывает меня в себя. Его лицо все ближе и ближе, губы кажутся такими мягкими и чувственными. Манящими. Я хочу его поцеловать. Очень хочу. И это вот-вот должно произойти… Бззз-бззз-бззз. – Вот черт… – натягиваю плед повыше, все еще сопротивляясь реальности. Мне так тепло, мягко и уютно, совсем не хочется просыпаться, а очень хочется досмотреть потрясающий эротический сон, в котором лучший травматолог города без рубашки вот-вот меня поцелует. Имею на это право. Сегодня воскресенье, пар нет и можно подольше понежиться в постели. В последнее время это такая редкость: я постоянно куда-то бегу и совсем не высыпаюсь. Бззз-бззз-бззз… Неужели Светка не слышит этот отвратительный звон ее телефона? Опять воткнула в уши беруши, и ее ничего не беспокоит? – Епишина, блин! – возмущенно сажусь, собираясь швырнуть в свою подругу подушку. Но тут у меня перехватывает дыхание и события сегодняшней ночи и утра волной обрушиваются на мое заторможенное сознание. Я не у себя в общаге. И рядом нет Светки. Я одна в квартире Тимура. На его диване… Под его пледом, в его гостинной. И это мой телефон разрывается в прихожей. Щеки опаляет жаром. Не из-за непристойного сна, о содержании которого я не расскажу никому даже под пытками, а от того что уснула в такой момент. И теперь тем более не узнаю зачем Шахов меня позвал к себе. Потому что судя по всему в квартире я нахожусь одна. Лучшим решением будет убраться отсюда подальше и провалится сквозь землю. Да, так будет отлично. На столике возле кружки с недопитым кофе замечаю какой-то клочок бумаги. На нем ровным уверенным почерком выведены одиннадцать цифр и небольшое послание от Тимура. Для меня. “Вера, я в клинике. В холодильнике есть бутерброды. Когда будешь уходить, просто захлопни дверь. Можешь позвонить если возникнут вопросы. Тимур”. Я несколько раз перечитываю записку. Не потому что не могу разобрать, что там написано, а потому что кажется, будто Шахов хотел добавить что-то еще, но передумал. Или это просто я, глупая влюбленная дурочка, ищу скрытый смысл там, где его нет. Но номер, конечно, сохраню. И, возможно, съем бутерброд. Улыбаюсь. Бззз-бззз-бззз. Черт! Телефон! – Алло… – произношу, наконец, добравшись до своего мобильника. – Где тебя носит, Соколова!? – вопит Светка на другом конце провода. – Еще немного, и я бы начала обзванивать морги, а потом бы набрала твоим родителям! А вот это было бы совсем лишнее… Я стараюсь лишний раз не волновать маму и папу. Они и так скрепя сердце отпустили меня учится в большой город. Хоть это и было несколько лет назад, но до сих пор родители очень переживают, что я нахожусь от них вдали и совершенно без присмотра. – Все в порядке, я уснула, очень тяжелая смена была. – Могла бы написать, чтобы я не волновалась! Не в твоих привычках где-то пропадать по ночам и не отвечать на сообщения. Я уже напридумывала себе таких страстей! И вообще, ты же говорила, что у вас не предусмотрены дежурства, вот и я распереживалась… – Авария крупная была, клиника находилась ближе всего, поэтому везли к нам. Рук не хватало. Прилегла на чуть-чуть под утро и вырубилась. – Так теперь ты свободна? Или еще припрягли поработать бесплатно? – спрашивает Светка ехидно. – В общагу когда ждать? Думала мы сегодня в кино сходим… – Скоро буду… – произношу, задумчиво разглядывая три нераспакованные коробки у Тимура в прихожей. Подруга продолжает бодро вещать в трубку: – … Меня Борис из восемьсотой группы позвал, но я сказала, что пойду только с подругой, и он обещал захватить с собой какого-нибудь друга. Двойное свидание. На попкорне и билетах сэкономим! Она говорит что-то еще, расписывая планы на вечер, а в моей голове быстро зреет совсем безумный план. Настолько безумный, что я боюсь его хорошенько обдумать, потому что могу пожалеть о своем решение почти сразу. Быстро простившись с Епишиной, откладываю телефон в сторону и присаживаюсь рядом с коробками. На тумбочке рядом нахожу ножницы и аккуратно вскрываю картон. Меньшее, что я могу сделать для Шахова, за то что он дал мне отоспаться на своем диване даже не потревожив, это украсить его холодную холостяцкую квартиру к Новому году. В конце концов, даже большой, бесстрашный и сильный мужчина, нуждается в капельке домашнего уюта. Следующие два часа я провожу распаковывая новогодние украшения, вешая на окно гирлянды и устанавливая рядом с диваном пушистую искусственную ель. Перед уходом довольно оглядываю плоды своей работы. И набравшись смелости уже в дверях пишу сообщение Тимуру. Звонить не решаюсь: он может быть в этот момент в операционной спасает чью-то жизнь. «Привет! Я ушла. Дверь закрыта». На ответ особо не рассчитываю, но все же немного расстраиваюсь когда с номера Шахова приходит лишь сухое «Ок». Зато уже почти ночью, когда я лежу под одеялом, отказавшись идти в кино со Светой и парнями, на телефон падает новое сообщение от Тимура: «Я должен тебе кофе. Спокойной ночи, Вера».