18 Глава

Тимур – Юрьевич, где тебя носит? – В клинике. – Отлучись на пару часиков, никто без тебя не умрет. Тем более мы здесь в трех кварталах. Хочу выпить со своим знаменитым хирургом. – Я не пью на работе. – Похвально. Уважаю. И жду через десять минут. Это приказ. Устало прикрываю глаза. Спорить с Владимиром Минаевым бесполезно. Он мужик старой военной закалки, который не понимает слово “нет”. – Через полчаса буду. – Он на подходе! – говорит Минаев куда-то в сторону. Судя по голосу наш главный учредитель уже опрокинул в себя пару-тройку бокалов виски. В трубке на заднем фоне слышу смех коллег, вперемешку с музыкой. Сегодня у нас корпоратив. Как и полагается всем крупным компаниям под Новый год. Конкурсы, танцы, премии и неформальное общение с коллективом, которое способствует сближению. То чего я больше всего избегаю в обычной жизни. Потому что с недавних пор с некоторым сближением и личным общением я перегнул палку. Образ расстроенной Веры Соколовой с полными глазами слез впечатался на подкорку моего сознания и никуда не спешит уходить. Как и воспоминание о ее ягодных губах, горячем языке и сладком вкусе, на который я дрочу по вечерам в душе, как подросток в период пубертата. Нажимаю отбой и иду в душ в ординаторской. Коллеги ждут и хвала всем богам, практикантов обычно на такие сборища не приглашают. Я и так плохо держу себя в руках рядом с Верой. Приходится наблюдать издалека, как она справляется с работой, и лишь слушать как о ней отзываются другие врачи. В разговорах ее упоминают намного чаще чем ещё одного студента которого я взял на практику. Хотя по словам Павла Григорьевича, как раз он является у них звездой на курсе. Но одно дело зубрить материал бездумно, а другое уметь применить знания на практике. Вот с этим у Веры как раз проблем нет. Она отлично умеет подстраиваться под ситуации, впитывает новую информацию как губка и схватывает все на лету. Пиздец. В этом ей нет равных, это точно. Я думал после ситуации в машине она спасует и исчезнет из клиники и моего поля зрения. Но она будто стала даже чаще появляться там где ее никогда прежде не было. Или это дело во мне? Это мои глаза ее ищут по пустынным коридорам и в процедурных? Это моим рецепторам мерещится аромат ее духов и тут и там? До того себя довел, что приходиться минимизировать с девчонкой всякие контакты. Только, блять, это совсем не то чего мне хочется на самом деле. На самом деле мне хочется отлюбить ее во всех позах и целовать долго-долго смакуя ее вкус. Но я пока не настолько потерял голову и не готов отказаться от своих принципов. Вере все же лучше ходить на свидания с тощими пацанами своего возраста и клевать их при встречи в щеку. Даже если мне хочется свернуть шею этим самым пацанам и переломать все руки. Сегодня в клинике, как по заказу слишком спокойно. Никто не поступал, половина палат пустует, операций плановых нет. Затишье перед праздниками. Обычно пора корпоративов и нового года у нас одна из самых горячих. После душа, переодевшись в свежую черную рубашку и брюки, даю последние указания дежурным и скучающим коллегам (кто-то же всегда должен быть в приемном покое) и выхожу в морозный декабрьский вечер. До ресторана добираюсь за десять минут и не планирую задерживаться на мероприятии больше получаса. Вернусь в клинику и завалюсь спать в надежде, что ночь пройдет без происшествий. Но только переступив порог заведения, понимаю, что мой план летит к херам. За одним из столиков рядом с завкафедрой травматологии я вижу Веру Соколову. Девушка ковыряется вилкой в салате и бесцельно скользит взглядом по залу. Пока не останавливает его точно на мне. Внутри что-то дергается, разливается теплом, когда ее щеки опаляет краской и она отводит в спешке взгляд. – Тимур Юрьевич! Идите к нам! – подходит Мила, ее немного качает. – У нас есть место… – Позже… Киваю в знак приветствия некоторым коллегам, опять возвращаясь глазами к столу за которым сидит Вера. Там же я вижу учредителя и… Олега Рогова, который не теряя времени даром, подливает шампанское в бокал Соколовой. Блять. В несколько шагов оказываюсь рядом. – Приветствую, – произношу громко, пожимая руки мужчинам и их спутницам – с учредителем пришла его супруга. – Павел Григорьевич рад видеть, Владимир, Олег, Вера… – Здравствуйте…– бормочет, опустив взгляд на свои руки. Отвернутся надо, переключить внимание, но я продолжаю гипнотизировать взглядом ее русую макушку. Как ты оказалась здесь, Вера? Еще и в такой компании… – Меня Римма Максимовна пригласила. Я не знала, что вы против… Блять. Я что стал транслировать свои мысли в слух? – Никто не против, Верочка, – доброжелательно танят Павел Григорьевич и посылает мне укоризненный, немного расфокусированный взгляд. – Здесь все свои. Случайных людей нет. Костик жаль не смог прийти, свалился с вирусом, а то тоже бы послушал наши байки профессиональные. Опускаюсь на стул напротив девушки и включаюсь в беседу. Обстановка быстро разряжается и мне даже удается расслабится, игнорируя присуствия хорошенкой Веры Соколовой. До тех пор, пока мудак Рогов не подхватывает ее под локоть, увлекая на танцпол. Играет медленная мелодия. Парочки покачиваются в такт. Не могу оторвать взгляд от Веры. На ней синее, ничем не примечательное платье, которое обтягивает ее словно вторая кожа, доходя до середины бедра. Тонкие капроновые черные колготки, туфли на высоченной шпильке, на которых девчонка еле балансирует. Волосы собраны вверх, открывая тонкую шею. Цепляется за плечи Рогова. Отклоняет голову. Смеется. Чертовски красивая. Глаз не оторвать. Не могу перестать пялится. – Хорошая девочка Верочка, далеко пойдет, – резюмирует Павел Григорьевич, врываясь в мой поток мыслей. – Есть в ней стержень, который я не разглядел, а ты молодец Тимур, почувствовал. – Угу, – киваю, отбивая ногой ритм. Не смотри. – Не упусти теперь. Не могу не смотреть. – Постараюсь. Если Григорьевич и имеет ввиду не работу, а что-то еще, то виду не подает. Обновляет себе и Минаеву рюмки. Кто-то говорит тост. Чокаюсь с ними своей колой со льдом, на секунду отвлекаясь от танцующих пар. А когда возвращаюсь взглядом на танцпол, не сразу нахожу Веру. Кишки скручиваются в неприятный узел, когда понимаю что среди присутствующих их с Роговым нет.