23 Глава

Вера С того раза, когда я была в квартире Тимура, прошло больше месяца. И тогда все начиналось почти так же… Снимая обувь у двери, ловлю даже легкое дежавю. Мы оба уставшие после смены, валимся с ног. Тимур скидывает одежду прямо в коридоре и идет в душ. Проскальзываю мимо двери в ванну, где уже шумит вода, и застываю посреди кухни. Нервная дрожь предвкушения прокатывается по телу. И я пытаюсь ее унять, вернуть себе немного разума и трезвости ума. Это сложно. Особенно после того, как Тимур набросился на мои губы в лифте и еле остановился, когда мы спотыкаясь оказались около двери в его квартиру. На автомате запускаю кофемашину и включаю гирлянду около дивана, складываю правильным квадратом скомканный плед и убираю грязные кружки со столика в раковину. А потом замираю… В секунду мое настроение меняется, и вот я уже стаскиваю с себя свитер и расстегиваю пуговицу на джинсах. Оставшись в одном белье, распускаю волосы и торопливо шагаю к ванне, где все еще шумит вода. Не даю себе возможность передумать – когда еще мне действовать, если не сейчас? Смена в клинике выдалась тяжелая и эмоциональная. Тимур потерял человека на операционном столе, а я насмотрелась на такие раны в приемном покое, что без снотворного боюсь не усну больше никогда. Меня потряхивает от адреналина, так же как и Шахова после операции. Но произошедшее в клинике отходит на второй план и меркнет, когда я открываю дверь и вхожу в объятое паром помещение ярко освещенной ванной. Тимур нужен мне. А я… Очень надеюсь, что я тоже ему нужна. Силуэт Шахова выделяется на фоне серого мраморного кафеля душевой кабины. Меня от него отделяет только запотевшее стекло перегородки. Он стоит уперев ладони в стену и опустив голову, подставив затылок и шею под упругие струи воды тропического душа. Видимо почувствовав холодный поток воздуха, который залетел в помещение вместе со мной, Тимур медленно поворачивается в мою сторону. Сканирует потемневшими глазами мое тело: начинает с лица, задерживается на искусанных губах и скользит ниже на грудь, упакованную в скромный бежевый бюстгальтер без поролона. Меня окатывает волной жара, когда я понимаю, что мои соски напряглись и, превратившись в горошины, выступают через ткань. Туда Шахов и смотрит. Затем опускает голодный взгляд ниже, на мой подрагивающий живот, еще ниже… Мысленно ругаю себя за то, что не додумалась надеть одинаковый комплект – хотелось бы впечатлить мужчину, который в первый раз видит меня в нижнем белье. Закончив осмотр Шахов выпрямляется, и у меня перехватывает дыхание, потому что теперь я вижу, насколько он возбужден. Пока я пытаюсь осмыслить происходящее, Тимур толкает стеклянную перегородку душевой и протягивает мне руку. На его лице порочная улыбка. Ресницы слиплись от влаги, глаза затопила чернота, скрыв под собой янтарную радужку, а на губах поблескивают капли воды. – Иди ко мне, малыш. Как только я оказываюсь рядом, Тимур прижимает меня к себе, совсем не стесняясь своей наготы. Его горячий стоящий член упирается мне в живот, и я ощущаю волнующий спазм у себя между ног. Тимур убирает с моего лица влажные волосы, вмиг промокшие под душем, и глубоко целует. Глубоко и жадно. Так как мужчина обычно целует свою женщину. Женщину, которую он очень хочет. Мои колени становятся будто ватными, по телу пробегает дрожь, несмотря на то, что вода горячая. Тимур стягивает бретельки моего бюстгальтера, оголяя грудь, и некоторое время завороженно пялится на мои соски, покрытые каплями воды. А затем припадает к ним ртом… Никогда в жизни я не испытывала ничего подобного. Конечно, я знаю что такое секс, оргазм и мужские ласки… В теории. Но такие ощущения, когда меня буквально выворачивает от чувств и желания… Ничего подобного я от себя не ожидала. – Мамочки… – шепчу, прикрыв глаза. Тимур втягивает в себя горошину соска, цепляет ее зубами, издает какой-то странный гортанный рык, который отзывается еще одним спазмом у меня между ног. Теплота внизу живота сгущается. Дрожь пронзает разрядами мое тело. Кожа покрывается мурашками. – Такая ты вкусная, Вера. Везде, блять, как мед. Дурею от тебя, – произносит Шахов. Он нетерпеливо расправляется с моим бельем и раздевает меня полностью. Я хочу прикрыться руками, стесняясь, но Тимур не позволяет. Вместо этого вновь глубоко целует, ни на секунду не переставая бесстыдно исследовать пальцами мое тело: скользит ладонями вверх и вниз, мнет грудь и соски, гладит спину и сжимает ягодицы, пока я полностью не расслабляюсь. До такой степени таю в его опытных руках, что решаюсь потрогать его горячий член. Под судорожное шипение Тимура, несмело обхватываю тяжелый орган и с удовольствием замечаю, как он начинает дышать глубже, а в его глазах появляется новый блеск. – Тебе нравится? Все так? – спрашиваю тихо, увереннее скользя по стволу. – Скажи, как тебе нравится. – Идеально. Ты все делаешь идеально. Потому что ты сама идеальна, Вера. Мы снова целуемся. Жадно и откровенно сталкиваемся языкам, обмениваемся слюной, царапаемся языками… Когда пальцы Тимура оказываются на моем лобке, я цепенею. Понимала, куда все идет, но все равно пугаюсь. Он немного медлит, дает привыкнуть к новым ощущениям, а затем скользит пальцами ниже, туда где очень влажно и горячо, и вовсе не от воды, которая не перестает литься на нас из лейки душа. Я ощущаю его пальцы у входа, то как они мягко касаются клитора, как круговыми движениями размазывают мою собственную смазку, проникают внутрь… Вспышка. Вспышка. Стон. Спазм сковывает мышцы живота, перед глазами все плывет, по тело несется сладкая судорога наслаждения… Если бы рука Тимура не поддерживала меня за талию, я бы свалилась мешком на пол душевой. Ноги после оргазма меня совсем не держат. Тимур выключает воду и заботливо заворачивает меня в полотенце. Пока стою, ошалело глядя на него, вытирается сам, потом берет на руки и относит в спальню. Бережно опускает на темные прохладные простыни, сдергивает полотенце. Его ищущий взгляд снова скользит по моему телу. Я вижу, как рефлекторно дергается на его шее кадык, а потом он тянется к прикроватной тумбочке. Я слышу шелест фольги, а следом ощущаю на себе тяжесть мужского тела. Его горячий член упирается в мой вход. – Ты такая узкая, Вера. Пиздец… – хрипит он, мимолетно касаясь губами моих губ, долго смотрит в лицо, словно хочет запомнить его в деталях. – Ты уверена? Несмело улыбаюсь и обнимаю его за шею, притягивая для поцелуя, показывая, что я не передумаю ни за что на свете, что я готова для него и хочу чтобы он стал моим первым мужчиной. Тимур прикрывает глаза. Жадно тянет носом воздух, а потом совершает первый болезненный толчок внутрь меня. С моих губ срывается потрясенный крик. Тимур в моих объятиях деревенеет. – Вера? – выдыхает растерянно. Смаргивая слезы, привыкаю к новым ощущениям внутри себя. Смущаюсь под его взглядом? Да. Но ни о чем не жалею. – Вера? – его голос звучит требовательнее. Он все еще не двигается, хотя я ощущаю его горячую пульсирующую плоть в себе. – Все хорошо. Не останавливайся, – шепчу я. – Я хотела, чтобы это был ты. В тот момент когда наши губы соприкасаются, Тимур двигает бедрами, заполняя меня собой до основания. Я снова стону, болезненно морщусь… Внутри все пылает, трение доставляет дискомфорт. – Шшш… Малыш, – Тимур целует мои щеки, слизывая выступившие слезы. – Мне остановится? – Нет… Нет… – Тебе больно. – Мне идеально…– возвращаю его слова ему. – Я знаю, станет лучше. Тимур улыбается и спустя некоторое время начинает двигаться, принося своими размеренными толчками боль вперемешку с наслаждением. Но постепенно наслаждение вытесняет дискомфорт, и я теряюсь в новых для себя ощущениях… За окном взрывается фейерверк. Шахов с глухим стоном кончает и падает рядом со мной тяжело дыша. – С Новым годом, Тимур, – произношу тихо. – С Новым годом, Вера, – он притягивает меня к себе, и я свернувшись калачиком под его боком, засыпаю на его груди.