Глава 14

Три дня прошли в относительном спокойствии, если не считать того, что гномы и эльфы объявили друг другу культурную войну. Торгрим жаловался, что «эти остроухие дуют в дудки с утра до ночи», а Мирэль презрительно морщился от «варварского стука топоров по камню». Я носилась между ними, как дипломат на минном поле, пытаясь предотвратить международный инцидент в рамках одной гостиницы. Торгрим продлил комнаты: до ярмарки оставалось время, а за починку мебели мы договорились уменьшить плату. Менестрели задержались ради репетиций перед выступлением в том же городе. Теперь шумели в общем зале — при закрытых дверях звуковые чары работали, но усидеть за ними спорщики не умели. Малгарт, естественно, испарился после нашего душевного разговора о равенстве. Материализовывался только для того, чтобы окинуть меня оценивающим взглядом хозяина, проверяющего, как работает купленная им техника. Доволен ли результатом? Требуется ли профилактический ремонт? Не пора ли заменить на более новую модель? Кольцо продолжало транслировать его эмоции с упорством назойливой радиостанции. В основном это была смесь холодного расчета и такого же холодного удовлетворения. Видимо, гостиница приносила тот доход, на который он рассчитывал. Грог ворчал, Риан помогал где мог, эльфы репетировали «Балладу о печальном единороге», гномы что-то мастерили из найденных в подвале железяк. Обычный день в сумасшедшем доме под названием «Драконий очаг». А потом приехал ОН. Человек без особых примет — именно так его можно было описать. Среднего роста, средней комплекции, с лицом, которое забываешь через секунду после того, как отвернешься. Темные волосы, темная одежда, темный взгляд. Он появился в холле бесшумно, как туман, и единственное, что в нем бросалось в глаза — это полное отсутствие чего-либо, что бросалось бы в глаза. — Добро пожаловать в гостиницу «Драконий очаг», — поприветствовала я его с профессиональной улыбкой. — Меня зовут Эллерия. Вам нужна комната? — Морен Путник, — представился он голосом, лишенным всякой индивидуальности. — Да, мне нужна комната. Самая тихая, какая у вас есть. — Конечно, — кивнула я, мысленно прикидывая, где его разместить. — У нас есть прекрасный номер в западном крыле… — Нет, — перебил он. — Западное крыло слишком открыто. Мне нужно что-то… более укромное. Укромное. Интересное словечко. Обычно путешественники просят удобное, чистое, теплое. Но не укромное. — Хорошо, — согласилась я, мысленно помечая этого гостя как «странный тип номер один». — У нас есть комната на третьем этаже, она довольно уединенная… — Превосходно. Он расплатился сразу, не торгуясь, золотом хорошего качества. Взял ключ и растворился в коридорах замка, как призрак, которому надоело пугать людей. Я проводила его взглядом, чувствуя непонятное беспокойство. Что-то в нем было… неправильное. Не то чтобы он был груб или подозрителен — наоборот, слишком вежлив, слишком незаметен, слишком идеально скучен. — Странный гость, — заметил Риан, подойдя ко мне с подносом грязной посуды. — Почему ты так думаешь? — спросила я, хотя сама думала то же самое. — Не знаю, — пожал плечами мальчик. — Просто… от него пахнет как-то неправильно. Дети и животные. Они всегда чувствуют то, что ускользает от взрослых. А у Риана, как у драконьего ребёнка, интуиция была обострена до предела. — Может, он просто устал с дороги, — предположила я, но сама в это не верила. В течение дня господин Морен вел себя как образцовый постоялец. Спускался к обеду — ел молча, не привлекая внимания. Вежливо кивал другим гостям, но в разговоры не вступал. Гулял по саду — один, задумчиво, как поэт в поисках вдохновения. И наблюдал. О да, он определенно наблюдал. За мной. Сначала я подумала, что мне показалось. Потом заметила, как он появляется в тех же местах, где я работаю. Когда я разбирала счета в холле — он читал книгу в углу. Когда поливала цветы в саду — он прогуливался неподалеку. Когда ужинала с Рианом — он ужинал за соседним столиком. Совпадения? Может быть. Но совпадения, от которых по коже бегали мурашки. К вечеру мое беспокойство достигло уровня «что-то тут не так, и это что-то мне очень не нравится». Кольцо пульсировало в такт моему напряжению, но никаких эмоций от Малгарта через связь не поступало. Видимо, его высочество был занят чем-то более важным, чем тревоги своей жены. Я поднималась по лестнице в свою комнату, когда услышала тихий голос за спиной: — Леди Эллерия. Я обернулась. Морен стоял у подножия лестницы, смотрел на меня с выражением лица человека, который решился на важный разговор. — Да? — ответила я, инстинктивно сжав перила. — Простите за беспокойство, но… я слышал, что вы недавно вышли замуж? Вопрос был произнесен с такой деликатностью, что любая нормальная женщина растрогалась бы от его тактичности. Но что-то в его интонации заставило меня насторожиться еще больше. — Да, — осторожно подтвердила я. — А что? — О, ничего особенного, — он улыбнулся, и эта улыбка была такой же безликой, как и все остальное в нем. — Просто… интересно. Говорят, ваша свадьба была… необычной. Необычной. Какое деликатное определение для магического принуждения и кровавого ритуала. — Не более необычной, чем любая другая драконья свадьба, — ответила я с натянутой улыбкой. — Конечно, конечно, — согласился он слишком быстро. — И вы… счастливы? Вот тут я окончательно поняла, что передо мной не просто любопытный постоялец. Такие вопросы задают либо журналисты, либо шпионы. А поскольку в этом мире вряд ли существовала желтая пресса… — Очень, — солгала я с улыбкой, от которой у нормального человека должны были заболеть зубы. — Мой муж — замечательный мужчина. Добрый, заботливый, нежный… Последнее слово я произнесла с такой сладостью, что сама чуть не подавилась. Нежный Малгарт — это как горючий лед или съедобный камень. — Как прекрасно, — Морен кивнул с видом человека, который получил нужную информацию. — Что ж, спокойной ночи, леди Эллерия. Он развернулся и пошел к лестнице, ведущей на третий этаж. Я проводила его взглядом, чувствуя, как сердце колотится, словно пытается выпрыгнуть из груди. Шпион. Определенно шпион. Но чей? И главное — зачем? В своей комнате я заперла дверь на все засовы и села на кровать, пытаясь привести мысли в порядок. Кольцо слабо пульсировало, но Малгарт по-прежнему был где-то далеко, занятый своими делами. «Отлично, — подумала я. — Когда нужна помощь мужа, его нет. Зато когда не нужны его лекции о равенстве — он тут как тут». Утром я проснулась с ощущением, что за мной наблюдали всю ночь. Глупость, конечно — дверь была заперта, окно тоже, да и магической защиты на замке хватало, чтобы отпугнуть целую армию. Но ощущение не покидало. Спустившись к завтраку, я обнаружила, что Морен уже сидит в холле с чашкой чая, изображая из себя раннюю пташку. При моем появлении он вежливо кивнул и вернулся к чтению книги. — Не спал? — поинтересовалась я, подходя к нему. — О, спал прекрасно, — ответил он, не поднимая глаз от страницы. — Ваш замок очень тихий. Располагает к отдыху. Тихий. Ха! Если не считать того, что эльфы репетировали до полуночи, а гномы начали что-то ковать с рассветом. — Рада это слышать, — улыбнулась я. — Что читаете? Он показал мне обложку — какая-то скучная книга по истории торговых путей. Идеальное чтение для путешественника, который хочет изображать обычного купца. — Планируете остаться еще на несколько дней? — спросила я невинным тоном. — Возможно, — он наконец поднял глаза от книги. — Здесь так… спокойно. После долгой дороги это именно то, что нужно. Спокойно. В замке, где дракон держит принудительно женившуюся жену, растит сына, который пока не может летать и принимает постояльцев всех мастей. Да уж, оазис покоя. — Конечно, — согласилась я. — Если вам что-то понадобится, обращайтесь. Я отошла, чувствуя его взгляд на спине. Определенно шпион. И определенно не дружественный. День прошел в напряженном ожидании. Морен продолжал изображать обычного гостя, я продолжала изображать гостеприимную хозяйку, все остальные занимались своими делами. Но под покровом обыденности чувствовалось что-то зловещее, как запах грозы в жаркий летний день. Вечером, когда я проверяла кухню перед ужином, Грог подозвал меня к себе. Немного раньше я на бегу попробовала суп и отметила, что соли хватает. Потом ушла проверять комнаты. — Госпожа, — прошептал он, оглядываясь по сторонам. — Тот странный гость… он что-то подсыпал в суп. Мое сердце подскочило к горлу. — Что подсыпал? Я замерла, чувствуя, как похолодела спина. — Не знаю. Порошок какой-то. Белый. Я видел, как он склонился над кастрюлей, когда думал, что никого нет. Грог нахмурился, будто снова пытался разобрать увиденное. Яд? Снотворное? Или что-то еще хуже? — Грог, ни в коем случае не подавайте этот суп, — быстро приказала я. — Скажите, что он подгорел. Приготовьте что-то другое. — Уже приготовил, — хмыкнул гоблин. — Думаете, я дурак? Суп я вылил, кастрюлю вымыл. А вот порошок… — он достал из кармана маленький пузырек. — На краю стола осталось несколько крупинок. Собрал, прежде чем всё вымыть. Умный Грог. Преданный, наблюдательный и, очевидно, не такой простой, как кажется. — Спасибо, — сказала я, пряча пузырёк. — На кухню больше никого не пускайте. И найди Малгарта. Срочно. — Конечно, госпожа. А что с гостем? Грог оглянулся на лестницу, сжимая кулаки. Отличный вопрос. Что делать с шпионом, который пытается травить постояльцев? Вызвать стражу? Какую стражу? Обратиться к мужу? Который появляется только когда ему удобно? — До прихода хозяина не выпускай его из виду, — решила я, чувствуя, как холодеют пальцы. — И Риана одного не оставляй. Ужин прошел относительно спокойно. Морен ел новое блюдо без особого энтузиазма, но ничего не сказал. Возможно, разочарован, что его план провалился. А может, это была проверка — посмотреть, заметит ли кто-то подвох. После ужина, когда гости разошлись по комнатам, я сидела в холле, разбирая счета и пытаясь решить, что делать дальше. Пузырек с порошком лежал у меня в кармане, как раскаленный уголек. И тут появился ОН. Малгарт материализовался из тени, как всегда — бесшумно, внезапно, с той самой аурой опасности, от которой хотелось либо бежать, либо падать ниц. Он окинул холл взглядом хозяина, проверяющего свою территорию, и его глаза остановились на мне. — Проблемы? — спросил он, и в его голосе была сталь. Я вздрогнула. Неужели он почувствовал мое беспокойство через кольцо? — Нет, — автоматически ответила я. — То есть… — То есть? Он подошел ближе, и я почувствовала исходящий от него жар. Странно — обычно его присутствие ассоциировалось с холодом. — Один из гостей ведет себя… странно, — призналась я. — Странно как? Малгарт перестал двигаться. — Наблюдает за мной. Задает вопросы о нашем браке. И сегодня подсыпал что-то в еду. Последние слова я произнесла тише, но эффект был мгновенным. Воздух вокруг Малгарта буквально задрожал от магии, его глаза вспыхнули огнем, а от него повеяло такой опасностью, что захотелось спрятаться под стол. — Кто? — прорычал он голосом, от которого каменные стены, казалось, задрожали. — Морен Путник. Комната триста семь. Я назвала номер, с трудом справляясь с пересохшим горлом. Он развернулся, собираясь идти разбираться с проблемой в своем фирменном стиле — быстро и окончательно. Но я успела схватить его за рукав. — Подожди! — воскликнула я. — Не надо его убивать! Может, сначала выяснить, кто его послал? Он посмотрел на меня так, как смотрят на ребенка, который вмешивается в дела взрослых. — Зачем? — спросил он с искренним недоумением. — Он угроза. Угрозы устраняют. — Он посредник, — объяснила я, не отпуская рукав. — Живым он может вывести нас на заказчика. У мёртвого мы уже ничего не спросим. Малгарт замер, обдумывая мои слова. Через кольцо я чувствовала холодную ярость, смешанную с… удивлением? — Ты предлагаешь позволить ему уйти? — уточнил он. — Сначала выяснить, на кого он работает, — ответила я, стараясь не сбиться под его взглядом. — А потом выгнать. Пусть уносит страх, а не сведения о нашей защите. Он смотрел на меня долго, изучающе. И в его взгляде промелькнуло что-то похожее на… одобрение? — Допросить и отпустить, — медленно повторил он. В голосе было недовольство, но руку он высвободил без рывка. — На этот раз сделаю по-твоему. — И забери у него всё, чем можно навредить другим, — добавила я, чувствуя, как пересохло во рту. Уголок его губ дрогнул в том, что можно было принять за подобие улыбки. — Нет, — согласился он. — Не трудно. И исчез. Просто растворился в воздухе, как будто его никогда здесь не было. Через пять минут из комнаты триста семь послышался приглушенный крик ужаса. Потом топот ног, грохот падающей мебели и звуки, которые можно было описать как «человек в панике собирает вещи». Еще через десять минут Морен Путник спускался по лестнице с чемоданом в руках и лицом цвета мела. Он двигался так, будто за ним гналась сама смерть, и, возможно, так оно и было. — Леди Эллерия, — выдавил он, подойдя к стойке. — Я… я вынужден срочно уехать. Дела, понимаете… — Конечно, — понимающе кивнула я. — Надеюсь, вам у нас понравилось? Он посмотрел на меня так, будто я спросила, понравилось ли ему в аду. — Да… незабываемо, — прохрипел он и, не дожидаясь ответа, выскочил из замка, как будто его штаны были в огне. Я проводила его взглядом, чувствуя смесь облегчения и гордости. Первая угроза гостинице была устранена. Не идеально, но эффективно. Малгарт появился рядом так же бесшумно, как исчез. — Доволен результатом? — спросила я. — Вполне, — ответил он, и в его голосе было что-то похожее на… уважение? — Он не вернется. Передающий амулет я уничтожил, память о внутренних переходах спутал. Больше он не вернётся. — А кто его послал? Мне было страшно услышать ответ, но я не отвела взгляда. — Заказчик скрывался за посредником, — ответил Малгарт, нахмурившись. — Имени он не знает. Я поставил на него следящую метку. Проверю, к кому пойдёт. Правильно оценила. От него это звучало почти как комплимент. — Спасибо, — сказала я. — За то, что выгнал его, не убивая. Он пожал плечами. — Твой способ оказался… эффективнее. И снова исчез, оставив меня одну в холле с пустой стойкой регистрации и странным ощущением, что что-то между нами изменилось. Совсем чуть-чуть, почти незаметно, но изменилось. Может быть, мы действительно можем стать партнерами. Хотя бы в деле защиты нашего общего бизнеса. А пока что гостиница «Драконий очаг» выстояла перед первой серьезной угрозой. И это была победа, которой стоило гордиться. Даже если муж по-прежнему считал меня полезным инструментом, а не равным партнером.