Глава 26

Закат приближался со скоростью падающей звезды — неумолимо и прекрасно. Небо окрасилось в оттенки крови и золота, как будто сама природа готовилась к предстоящей битве. Мы с Малгартом стояли на балконе его покоев и смотрели, как солнце медленно опускается к горизонту, отсчитывая последние минуты нашего относительного покоя. — Красиво, — заметила я, наблюдая за игрой красок. — Да, — согласился он, но смотрел не на закат, а на меня. — Очень красиво. Я повернулась к нему, и сердце пропустило удар от выражения его лица. В глазах читалась такая нежность, такое обожание, что захотелось плакать. — Что бы ни случилось сегодня, — сказал он тихо, — я хочу, чтобы ты знала: эти недели с тобой стали лучшим временем в моей жизни. — Малгарт… Я сжала его руку, не находя ответа. — Нет, дай мне сказать. — Он взял мои руки в свои, сжал осторожно, как драгоценность. — Ты превратила мой дом в семью. Мою ненависть — в любовь. Меня самого — в человека, которым я могу гордиться. — Ты смог измениться, — возразила я. — Просто боялся это показать. — Боялся, — согласился он. — Но с тобой я перестал бояться. Ты сделала меня сильнее. За нашими спинами послышались шаги. Риан появился в дверном проеме, одетый в лучшие одежды и с решительным выражением лица. — Я готов, — объявил он. — Готов к чему? — спросила я, хотя догадывалась. — К битве. Я буду сражаться рядом с вами. Риан расправил плечи, хотя пальцы у него дрожали. Малгарт повернулся к сыну, и я увидела, как борются в его лице гордость и страх. — Риан, ты еще ребенок… Малгарт запнулся, увидев выражение его лица. — Ребенок с магией, — перебил мальчик, и в его голосе звучало упрямство, очень напоминающее отцовское. — И с семьей, которую нужно защищать. — Сын, — Малгарт присел перед ним на корточки, — ты понимаешь, что это может быть опасно? — Я боюсь сидеть один и не знать, живы ли вы, — выпалил Риан, и голос его сорвался. — Лучше я буду видеть вас. От этих слов стало больнее, чем от его упрямства. Он просился в бой, потому что снова боялся остаться один. — До сигнала будешь в холле, за внутренним щитом, рядом с Грогом, — решил Малгарт после паузы. — Как только он поведёт тебя вниз, никаких споров. — Обещаю! Риан кивнул слишком поспешно. Мы спустились в холл, где нас ждал Грог с арбалетом в руках и мрачным выражением лица. — Хозяин, — сказал он, — периметр проверен. Магические ловушки установлены. Если этот белобрысый ублюдок сунется сюда с армией, ему не поздоровится. — Спасибо, Грог, — кивнул Малгарт. — Но он придет не с армией. По крайней мере, сначала. — Откуда такая уверенность? Я оглядела холл, стараясь унять страх. — Потому что он считает нас слабыми. Думает, что справится в одиночку. Малгарт медленно сжал кулаки. Как будто услышав эти слова, воздух в холле дрогнул. Магия, густая и липкая, как патока, начала просачиваться сквозь стены. А потом появился он. Малгарт сам приоткрыл внешний проход для одного. Пока Алтаир будет внутри, армия не сможет пройти следом. За моей спиной оставался второй щит. Алтаир. На этот раз не проекция, а оригинал во всей красе. Высокий, статный, с благородными чертами лица и серебристыми волосами, которые ловили свет заходящего солнца. Одет в белые одежды, расшитые золотом, с мечом на боку и выражением человека, пришедшего не договариваться, а забирать. — Ну наконец-то, — произнес он, не утруждая себя приветствиями. Его глаза, холодные как лед, сразу остановились на мне. — Моя собственность, кажется, решила поиграть в счастливую семью. Малгарт шагнул вперед, загораживая меня собой. — Она не собственность. И тем более не твоя, — процедил он. — Уходи, пока цел. Алтаир рассмеялся — резким, неприятным смехом. — Угрозы? От тебя? — Он покачал головой с деланным сожалением. — Всегда был слабаком, братец. Прятался в своей норе, пока я строил империю. — Империю лжи, — парировал Малгарт, и я заметила, как его руки начали светиться темной энергией. — Эллерия, — Алтаир проигнорировал брата и обратился ко мне, — хватит этого фарса. Камень принадлежит мне. Ты принадлежишь мне. Живо иди сюда, и я, возможно, пощажу этого жалкого недодракона и его выродка. Риан вздрогнул от оскорбления, а в его глазах блеснули слезы обиды. — Не смей, — прошипела я, делая шаг вперед. — Не смей оскорблять моего сына. — Твоего? — Алтаир изогнул бровь. — О, как трогательно. Дворняжка нашла себе семью. Это было последней каплей. Риан, не выдержав унижения, выскочил из-за внутреннего щита, прежде чем Грог успел его удержать: — Я не выродок! Я сын своего отца! Алтаир даже не посмотрел на мальчика. Небрежным жестом он выпустил поток белой энергии, который отшвырнул Риана к стене. Ребенок вскрикнул от боли, ударившись о камень. — РИАН! — закричала я, бросаясь к нему. Малгарт рванулся к брату. Он взревел — не человеческим, а драконьим ревом — и бросился на брата. Трансформация произошла мгновенно: на месте моего мужа возник огромный черный дракон с глазами, полными ярости. — ТЫ ПОСМЕЛ ТРОНУТЬ МОЕГО СЫНА! — прогремел голос, от которого задрожали стены замка. Алтаир не стал тратить время на разговоры. Он тоже превратился в дракона — изящного, серебристо-белого, с крыльями цвета луны и глазами, в которых клубилась жажда крови. — Я уничтожу все, что тебе дорого, — прошипел он, выпуская струю белого пламени. — А потом заберу то, что мое по праву. Началась битва. Драконы сошлись в главном холле, и свод над ними лопнул. Каменные арки рухнули наружу, открывая небо; Малгарт прикрыл нас с Рианом крылом. Бой вырвался через разбитую стену к воротам, а я осталась у внутреннего прохода. Когти впивались в чешую, зубы скрежетали по костям, магия летела во все стороны, разрушая стены и мебель. Я бросилась к Риану, который пытался подняться, держась за бок. — Мама Эллерия, — прошептал он, и от этого обращения сердце сжалось. — Я в порядке. Помоги папе. — Нет, — твердо сказала я, поднимая его на руки. — Сначала ты. В безопасное место. Грог возник рядом, молча взял Риана из моих рук. — Я уведу его в подземелье, — сказал гоблин. — Там магическая защита. А вы… помогите хозяину. Я кивнула и повернулась к дерущимся драконам. Малгарт явно проигрывал — Алтаира питали вспышки света от амулетов на шее, и с каждым ударом их становилось меньше. Сейчас он был сильнее и быстрее. Раны покрывали черную чешую, а белый дракон казался почти невредимым. — Сдавайся, брат! — рычал Алтаир, вонзая когти в плечо Малгарта. — Ты всегда был слабее! Всегда! Малгарт заревел от боли, но продолжал сражаться. — Может быть, — прохрипел он. — Но у меня есть то, чего у тебя никогда не будет. — И что же? Алтаир оскалился, не ослабляя натиска. — Я больше не хочу умирать, брат. Мне есть к кому вернуться. Малгарт с трудом перевёл дыхание. Это, казалось, только разозлило Алтаира. Он ударил хвостом, сбивая Малгарта с ног, а затем навис над ним, готовясь нанести смертельный удар. — Какая трогательная чушь, — прошипел он. — Прощай, брат. Но в этот момент я почувствовала, как кольцо на моем пальце раскалилось добела. Магия, дремавшая внутри, вдруг вырвалась наружу потоком черно-золотой энергии. Не раздумывая, я направила ее на Алтаира. — Прочь от моего мужа! Поток ударил белого дракона в бок, отбросив его к противоположной стене. Малгарт тут же вскочил, воспользовавшись моментом, и набросился на оглушенного брата. — Это за моего сына, — прорычал он, вонзая когти в шею Алтаира. Белый дракон забился, пытаясь вырваться, но Малгарт держал крепко. — Сдавайся, — потребовал он. — Или умри. Алтаир посмотрел на него, на меня, и в его глазах я увидела не поражение, а ненависть. — Никогда, — прошипел он. — Это только начало. Одним резким движением он высвободил крыло и ударил Малгарта так сильно, что тот отлетел к остаткам камина. Воспользовавшись моментом, Алтаир вернулся в человеческую форму и бросился… ко мне. — Если я не могу убить его сразу, — прорычал он, хватая меня за горло, — то хотя бы заберу тебя. После обрушения стены защитная вязь погасла. Воздух вокруг нас засветился, готовясь к телепортации. Я почувствовала, как реальность начинает размываться. — ЭЛЛЕРИЯ! — закричал Малгарт, бросаясь к нам, но было поздно. Последнее, что я увидела, — его отчаянное лицо и дрожащие стены замка, а потом мир растворился в белом сиянии. Алтаир похитил меня. Я не успела понять, куда он меня забрал. Связь с Малгартом захлебнулась белым шумом.