Глава 5

Сэм протянул ладошку и показал мне носовой платок. Сначала я ничего не поняла. Какое отношение к пропаже тыкв имел носовой платок Сэма? Но, увидев моё замешательство, Колин пояснил:

— Сэм сказал, что вчера эту вещь обронил один из посетителей фестиваля.

— Тот подозрительный тип в шляпе, — уточнил Генри.

Я постаралась воспроизвести в голове события вчерашнего фестиваля и вспомнила момент, когда случайно столкнулась с незнакомцем, который убежал прочь как ошпаренный, и вдобавок скрывал своё лицо.

— Считаете, этот человек имеет отношение к краже тыкв? — спросила я.

— Смотри, тут цветок! — Сэм поднял ладошку с платком повыше.

Я пригляделась и увидела, что на уголке вышиты инициалы «Н. А», а ещё наперстянка. Этот цветок был символом Рейнсленда — соседнего городка, который тоже состязался за право принять у себя короля Вильгельма. Их повар должен был представить на конкурс блюдо из тыквы.

— Хотите сказать, преступление — дело рук наших соседей? — Кажется, я напала на верный след. — Они украли тыквы, чтобы я не смогла приготовить конкурсное блюдо!

— Это лишь версия, — напомнил Колин.

— Да брось! — воскликнул Генри, — всё ясно, как день! Ворюги из Рейнсленда специально отправили на фестиваль своего человека, чтобы он разведал обстановку, а ночью они прокрались мимо стражников и стащили все тыквы!

Я задумалась. Слова Генри звучали вполне убедительно. Если за кражей стоит не один недовольный фермер, а целый город (точнее, заинтересованные лица, вроде мэра), то не удивительно, что им так легко удалось незаметно украсть столько тыкв. Возможно, они даже использовали портал. Вчерашний незнакомец мог оставить маячок где-то на фестивале, а ночью переместиться сюда вместе с подмогой, потихоньку забрать тыквы и бесследно исчезнуть. Тогда понятно, почему стражники ничего не заметили. Они ждали нападения извне, а не изнутри.

— Но зачем рейнслендцам воровать наши тыквы? — возразил Колин.

— Потому что, они прекрасно знали, что Мирабель приготовит лучшее блюдо и выиграет конкурс! — воскликнул Генри.

То, как искренне и сильно брат верил в мои способности, наполняло сердце тёплом. Я не удержалась и ласково погладила его по голове. Генри сделал недовольное лицо, мол, я уже слишком взрослый для всяких нежностей, но отталкивать меня не стал.

— Мирабель, конечно, молодец, но и повар Рейнсленда не промах, — заметил Колин, — в газете писали, что он выпускник Академии Магии и какое-то время даже держал ресторан в столице.

— Ну и что? Мирабель всё равно бы его обыграла! — упрямствовал Генри.

Я решила вмешаться, чтобы предотвратить спор между братьями.

— Вы оба правы, — примирительно сказала я, — с одной стороны, у рейнслендцев был мотив для кражи. Вполне возможно, они так хотят выиграть состязание, что решили устранить часть конкурентов. — Генри победно улыбнулся, но я продолжила: — но с другой, нельзя обвинять кого-то без доказательств. — После этих слов Колин довольно поправил очки.

— Но у нас же есть платок, — напомнил Генри.

— Верно. Это зацепка, — сказала я, — нужно узнать, кому он принадлежит и зачем тот человек приезжал на наш фестиваль.

— Значит, ты хочешь поехать в Рейнсленд? — догадался Колин.

Я кивнула. Сэм, который всё это время молча слушал наш разговор, переводя взгляд с меня на братьев и обратно, не выдержал и выпалил:

— Я молодец?

Я засмеялась и, наклонившись, чмокнула его в пухлую щёчку.

— Ты просто умница! — воскликнула я, — разрешишь мне на время забрать платок? Нужно выяснить, что за тип крутился вчера на фестивале.