Глава 26

— Кто поцелует своего дедушку?

— Я! — радостно кричит дочь и прыгает к любимому деду.

Виктор Васильевич высоко поднимает её на сильных вытянутых руках. У меня каждый раз замирает сердце, а дочке очень нравится.

— Деда, ты ещё придёшь? — спрашивает Ксюша.

— Конечно, приду! Дедушке надо немного поработать. Можно?

— Можно! — разрешает моя малышка. — Вот столько! — Ксюша показывает пальчиками совсем немного, вызывая у меня улыбку.

Закрываю за Виктором Васильевичем дверь. Мой бесценный помощник, замечательный отец и дед. Не знаю, что бы я без него делала.

— Ксюшенька, я немного полежу? — спрашиваю своё солнышко. — Ты пока сама поиграешь?

Ксюша кивает и садится за детский столик. Чувствую небольшую усталость и опускаюсь на подушку. Сквозь лёгкую дремоту слышу, как моя крошка тихонечко напевает песенку, с которой сегодня выступала.

Виктор Васильевич снял на видео дебют моей крошки. Никогда не устану ей любоваться. Моя самая любимая, самая лучшая, самая милая, самая-самая…

— Мамочка… — Нежный голосок вырывает меня из сна. Ксюша протягивает мне телефон.

У меня получилось поспать двадцать минут.

— Спасибо, моя хорошая.

На экране светится улыбающееся лицо Никиты. Принимаю вызов.

— Алло?

— Ань, ты где? — звучит вопрос вместо приветствия.

— Дома. Где я ещё могу быть?

— Не знаю. Но дверь ты не открываешь…

— Я, кажется, уснула. Прости. Сейчас.

Встаю и иду к порогу. Никита Белов — высокий симпатичный брюнет с зелёными глазами, который упрямо рвётся в моё сердце, несмотря на то, что оно безвозвратно украдено другим. В его руках — роскошный букет алых роз.

— Привет!

— Никита! — шепчу я, принимая подарок. Опускаю лицо в цветочное великолепие и вдыхаю насыщенный и в то же время нежный аромат. — Спасибо.

С Беловым я познакомилась в прошлом году. Мы работали в одном университете, но ни разу не сталкивались, пока совершенно случайно не оказались за новогодним корпоративным столом. После этого Никита стал постоянно появляться рядом как в университете, так и вне его. Около месяца назад, во время ужина в ресторане, я получила предложение руки и сердца. Но видя моё замешательство и чтобы не услышать «нет», Никита дал мне время подумать.

Наверное, о таких мужьях мечтают. Добрый, внимательный, заботливый. Он хорошо относится к Ксюше. Правда, дочка не проявляет к нему особого интереса, но если говорить за себя — с этим мужчиной мне комфортно и спокойно. С Никитой легко общаться, у нас много общих интересов, но представить, что он будет жить с нами, я не могу.

Никита шагает ко мне и хочет обнять, но я невольно отстраняюсь.

— Никита, у меня ангина, я же тебе говорила.

— Ну и что. Я ужасно соскучился, — шепчет он и всё-таки прижимает к себе крепким объятием, делая глубокий вдох.

Ник уезжал на выходные к родителям. Вообще-то, мы собирались поехать вместе, он очень хотел познакомить меня с ними, но я слегла с температурой.

— Пожалуйста, перестань, — прошу тоже шёпотом. — Ксюша дома.

— Анечка, она же всегда будет дома, когда мы поженимся…

— Да? А мы поженимся? — пытаюсь отшутиться.

— Да! Ты просила дать тебе время, и я ждал. Анюта, не мучай меня больше, скажи мне: «Да». Я люблю тебя. И Ксюше нужен отец.

Наверное, он прав. Ксюше действительно нужен отец, а мне пора прекращать думать о том, кто для меня недосягаем. Нужно жить дальше.

— Никита, ты замечательный, но…

— …я не могу разделить твои чувства, — с едва уловимыми нотками печали заканчивает он мою фразу.

— Да, — решаю всё-таки быть до конца честной.

Я говорила об этом и раньше, но Никиту это ни тогда, ни сейчас не останавливало.

— Сейчас это неважно. — Он нежно проводит по моей щеке ладонью. — Чувства придут, вот увидишь! Я обещаю. Только скажи: «Да». Мои родители с нетерпением ждут тебя и Ксюшу.

Поворачиваюсь к дочери: она пристально рассматривает что-то на руке, держа в другой синий фломастер. В первую очередь так будет лучше для неё. Ребёнок должен расти в полноценной семье. А такой мужчина, как Никита, может стать для нас надёжной опорой и поддержкой.

— Хорошо, — отвечаю несмело, закусывая губу.

Взглянуть в тёплые зелёные глаза я при этом не могу.

— Ты согласна? — Голос Никиты дрожит.

— Да, — киваю я и тут же оказываюсь в крепких объятиях.

Они не противны, но в них нет того трепета, когда забываешь обо всём на свете. Только тот, кто дарил мне такие ощущения, несколько лет назад отвернулся от меня, считая, что я предала его.

А сейчас я предала себя.

— Мамочка, почему дядя Ник тебя обнимает? — сопит рядом Ксюша.

Я не заметила, когда она подошла. Никита отстраняется, сияя счастливой улыбкой, и приседает на корточки перед моей дочерью.

— Ксюша, мы с мамой решили пожениться, — объясняет он.

— Зачем? — хмурит бровки моя крошка.

— Чтобы жить вместе, — мягко говорит Никита, но Ксюша продолжает хмуриться.

— Зачем?

— Потому что я люблю твою маму, — звучит признание.

— А мама тоже тебя любит? — спрашивает она, поднимая на меня недоверчивый взгляд.

И тут я замечаю, что запястье дочери изрисовано фломастером.

— Ксюша, это что такое? — с укором спрашиваю у неё.

Дочь разворачивает левую руку и показывает своё «произведение искусства». На нежной коже нарисованы пять неровных линий и жирные точки, очень смутно напоминающие ноты.

— Я хочу как у тебя, — заявляет она, показывая на мою татуировку.

— Ксюшенька, ты ещё маленькая, а рисовать такую картинку очень больно, — вмешивается Никита.

— Мама, тебе было больно? — не верит ему Ксюша.

— Немного. Но дядя Ник прав: ты ещё очень маленькая.

— А когда вырасту, ты мне нарисуешь?

Не знаю, что и сказать. Раньше моя малышка никогда не заговаривала об этом.

— Когда вырастешь, тогда и решим. Хорошо?

— Ладно, — куксится дочка.

Ждать моя куколка не любит.

— Может, ты захочешь цветочек или маленькую птичку? — предлагает Никита.

— Нет! — категорично отвечает дочь. — Я хочу как у мамы.

— Почему? — не отстаёт он.

— Я видела у дяденьки такой же рисунок! — объясняет Ксюша. А у меня земля уходит из-под ног. — Если ему можно было нарисовать рисунок мамы, значит, когда я вырасту, можно будет и мне! Да, мамочка?

— А где ты могла видеть этого дяденьку? — спрашиваю взволнованно и тут же беру себя в руки. То, о чём я сейчас думаю, — чистое безумие. Это не может быть Ярослав.

Дочку настораживает мой тон, и она отвечает уже менее уверенно:

— Он дал мне картинку.

— Какую картинку? — спрашивает Никита.

— Сертификат участника, — отвечаю я на автомате.

Не мог же Ярослав присутствовать на открытии детского центра? Или мог? Но зачем? Если только вручать призы… В голове не укладывается, что такое возможно. Да и Виктор Васильевич сказал бы мне об этом. Только сейчас вспоминаю, что я посмотрела, как моя дочь поёт, а видео с пометкой «церемония вручения» пришло позже, когда я прилегла отдохнуть. И сейчас мне ужасно не терпится посмотреть этот момент.

Неужели там был Ярослав? Нет! Сама отгоняю непрошеные мысли. Этого быть не может! Что «Тихий ангел» забыл в нашем захолустье? У них бесчисленные концерты, съёмки в телепередачах и клипах! Наверняка дочь что-то напутала.

— Анют, тебе плохо? Ты побледнела, — заботливо спрашивает у меня Никита.

Мой будущий муж.

— Мне нехорошо. Наверное, опять температура поднялась, — шепчу оправдание я. Моё лицо просто полыхает.

— Давай, я помогу…

— Нет. Мне нужно прилечь. Сегодня я не в лучшей форме, давай увидимся в другой раз, — умоляюще прошу я.

Мне нужно побыть одной и посмотреть видео. Убедиться в своей ошибке и успокоиться. Человек, которому до меня нет никакого дела, не мог встретиться с моей дочерью.

— Аня, ты считаешь, что я сейчас развернусь и уйду, когда тебе так плохо?

Кажется, я невольно обидела его.

— Прости, — шепчу пересохшими губами.

— Ты вся горишь!

Облизываю губы. Вот как объяснить ему, что температура здесь ни при чём?

— Пить очень хочется, — признаюсь я.

— Ты приляг, а мы с Ксюшей заварим тебе свежий чай. Да, Ксюш? Поможешь?

— Да, — соглашается дочь и неуверенно принимает протянутую мужскую руку.

— Спасибо, — выдавливаю из себя улыбку.

Но стоит Никите с Ксюшей уйти на кухню, я хватаю телефон и открываю второе видео. Убавляю звук, чтобы не было слышно, и жду, когда пройдёт загрузка. Руки дрожат, и я забываю дышать, когда на экране появляется до боли знакомый профиль. Ярослав приседает на корточки перед Ксюшей и что-то говорит ей с улыбкой. Дочка показывает на его руку, а у меня в ушах начинает шуметь.

Ксюша и Ярослав.

Так близко.

Внутри всё сжимается от непонятного чувства. Судьба действительно решила подшутить над нами, устроив встречу Ксюши с родным отцом на её первом же концерте. Ярослав как-то странно смотрит на… свою дочь, с улыбкой протягивает в крохотные ручки сертификат, и Ксюша вприпрыжку убегает из кадра. Никто из них даже не понял, какая судьбоносная встреча произошла между ними…

Ярослав встаёт, и запись заканчивается.

«Не узнал», — болью отдаётся в груди.