Глава 32

Анна

— Я что-то не понял? — вскидывается Никита, стоит только Ярославу отойти. — Куда ты с ним собралась?

— Я никуда не собиралась. Ярослав хочет провести время с Ксюшей.

— Вот и пусть проводит! Ты зачем с ними пойдёшь?

— Никита… — Я поворачиваюсь и пристально смотрю на него. — А это ничего, что Ксюша его почти не знает? А если ей что-нибудь будет нужно? В туалет, например?

— Ну, он же решил поиграть в папочку! Вот пусть и справляется сам!

Мне совершенно не нравится тон, с которым Никита произносит эти слова.

— Ксюша — моя дочь. И одну я её не оставлю, — отвечаю совершенно спокойно, хотя ещё чуть-чуть, и я готова сорваться. — Нам нужно поторопиться, чтобы Ксюша меня не потеряла, — сообщаю Никите, но он игнорирует мои слова и садится в машину. Вижу, что он злится.

Мне ничего не остаётся, как идти за дочкой одной.

— Мамочка, что так долго? — обиженно сопит моя малышка. — А где Ёшик?

Достаю Ёшика из своей сумки. Я могу забыть всё что угодно, но не любимую игрушку Ксюшеньки.

— Вот он!

— Ёшик! — с улыбкой тянет моя крошка и прижимает к щёчке ёжика. — Мама, а где дядя Ярик?

В груди зарождается странное чувство. Слышать вопросы о Ярославе от дочери непривычно и даже немного тревожно. Особенно пока сама не знаешь, с какой целью они задаются.

— Ксюшенька, не дядя, а просто Ярик. Хорошо?

Какой бы ни была у меня обида на Ярослава, но он явно не дядя моей дочери.

— А почему тогда Ник дядя, а Ярик нет? — задаёт вопрос моя Почемучка.

— Потому что он просто Ярик, — отвечаю ей.

Но Ксюшу такой ответ не устраивает, и она, нахмурив бровки, серьёзно требует ответ:

— Почему?

— Ксюша, Ярик… — Я замолкаю, а дочка не сводит с меня своего ясного взгляда. — Ксюшенька, Ярик — твой папа, — выдыхаю я.

— Папа? — Моя детка хлопает глазками.

— Да.

— А почему он ушёл?

— У него есть дела. Он сказал, что придёт в субботу, и мы вместе погуляем.

— Я не хочу в субботу! Я хочу сейчас!

— Сейчас за нами приехал дядя Ник. Мы погуляем с ним.

— Я не хочу гулять с дядей Ником! — сопит Ксюша.

— Ксюша, но я ему уже обещала. Обманывать же нехорошо?

— Ладно, — со вздохом соглашается дочь.

Я беру её за руку, и мы вместе идём на выход. Никита сидит в машине и ждёт, пока мы подойдём.

— Ксюша, поздоровайся с дядей Ником, — напоминаю ей.

— Привет! — машет ручкой Ксюша.

— Привет, — безэмоционально отвечает Никита.

Помогаю дочери залезть в детское кресло и пристёгиваю ремни.

— Куда пойдём? — спрашиваю, чтобы сгладить неловкость.

— Мне всё равно. Выбирай сама.

— Я хочу в парк! — мгновенно оживает Ксюша.

— Мама выбирает! — с нажимом произносит Никита, и моя звёздочка обиженно надувает губки.

— Никита, я тоже хочу погулять в парке. Погода чудесная. — Пальчиком «пикаю» на носик Ёшика, ловлю дочкину улыбку и сажусь рядом с Никитой. — Мы готовы.

***

Ксюша уже дважды катается на любимой карусели. На этот раз она села на голубого слона. Машу ей рукой каждый раз, когда дочка проезжает мимо. Никита терпеливо стоит рядом. Он молчалив и угрюм.

— Никита, ты из-за Ярослава такой, да?

— Нет, — слишком поспешно отвечает Ник. — Почему мы не можем погулять вдвоём?

— Потому что когда Ксюша в детском саду, и ты, и я работаем.

— Но ты же можешь оставить её с дедом. Деда она знает! — В его тоне вновь звучат недовольные нотки.

— Никита, ты чего хочешь? — спрашиваю я напрямик.

— Я хочу побыть вдвоём. Понимаешь? Вдвоём. Только ты и я. — Он проникновенно смотрит в мои глаза. — Давай уедем куда-нибудь? Вдвоём. Ты же хотела в отпуск. Отдохнуть. У нас будет время узнать друг друга лучше.

— Никита, но у нас через два месяца свадьба! А как же подготовка?

— Твой отец хотел взять всю организацию на себя. Так почему этим не воспользоваться? Пусть делает по своему вкусу. А мы…

— Я не смогу оставить дочь, Ник, — отрезаю я.

— Мы что, и в свадебное путешествие поедем с ней? — Взгляд Ника темнеет.

— Ты, когда делал мне предложение, прекрасно знал, что у меня есть дочь. И если тебя что-то не устраивает, ещё не поздно…

— Аня, прости! — Никита обнимает моё лицо ладонями. — Я словно сам не свой из-за… последних новостей. Я…

— Мамочка! Мамочка! Ты видела?! Я сама спрыгнула! — слышу голосок своей крошки, и моё сердце замирает.

Никита, вздохнув, опускает руки, и я сразу же поворачиваюсь к своему ребёнку.

— Ксюша! — Подхватываю на руки своё сокровище. — Накаталась?

— Не-а!

— На сегодня хватит. Ёшик уже устал, — касаюсь лбом Ксюшиного лба, — и хочет домой.

— Тогда хватит! — тут же соглашается Ксюша.

Опускаю её и… случайно ловлю взгляд Никиты. Мне совсем не нравится, как он смотрит на мою дочь. Заметив моё внимание, он улыбается и предлагает:

— Как насчёт пиццы с колой?

— Да! — радуется Ксюша и хлопает в ладоши.

— Нет, — строго отвечаю я. — Никита, ты прекрасно знаешь, что пиццу и колу Ксюше нельзя.

***

Сегодня пятница. И я, наверное, впервые за очень долгое время жду субботы. Я несколько раз просила Никиту не строить планов на этот день. Но мне с упрямым постоянством предлагали то одно, то другое. В итоге я не выдержала и сказала Нику, что он может делать что хочет, а я пойду с дочкой в парк, как обещала её отцу. Если ему так не терпится провести время вместе, пусть составляет нам компанию. Я не против. Но Никита отказался.

Жду Ксюшу в детском центре. Моё внимание привлекает женщина. Уверена, тут я вижу её впервые. Она скромно стоит в сторонке, но, как мне кажется, следит за Ксюшей. Слишком часто я ловлю её взгляд на своей дочери через открытую дверь зала. Убеждаю себя, что ошибаюсь, что я просто слишком мнительная мама, но когда Ксюша выбегает в коридор, женщина прикрывает рот руками и смахивает с лица слёзы. Я невольно замираю, прижимая к себе дочь. Мой жест не остаётся незамеченным, — спустя недолгое колебание незнакомка направляется в нашу сторону. Аккуратная красивая блондинка среднего возраста с мягкими чертами лица. Что-то смутно знакомое мелькает в её взгляде.

— Аня?

— Да, — отвечаю я, неосознанно отодвигая от женщины ребёнка.

— Я не обижу Ксюшеньку. Меня зовут Ирина Павловна. Алексашина Ирина Павловна…

— Вы…

— Да. Я мама Ярослава, — грустно произносит она.

— Мама, кто эта тётенька? — теребит меня Ксюша, а я не могу оторвать взгляда от мамы Яра. В её глазах столько боли, что сердце невольно сжимается.

— Можно я просто постою рядом? — Она спрашивает спокойным ровным голосом, но по её лицу продолжают катиться слёзы. — Пожалуйста.

— Мам…

— Ксюша, подожди минутку.

— Анечка, пожалуйста, всё, что я прошу — только посмотреть на свою внученьку…

Ирина Павловна опускает взгляд на Ксюшу.

— Мама, а кто такая внученька? Это Машенька, да?

Вчера мы читали сказку «Машенька и медведь».

— Ксюша, познакомься. Это твоя бабушка. Бабушка Ира.

— О-о! — Дочь замирает. — Настоящая? — с восторгом выдыхает она.

— Самая настоящая… — Ирина Павловна опускается перед своей внучкой и берёт её руки в свои.

— А почему ты плачешь? Тебе больно?

— Нет, моя хорошая. Не больно.

— Не плачь! — Ксюша проводит ладошками по щекам своей бабушки, убирая мокрые дорожки.

— Ирина Павловна, встаньте, пожалуйста! — Я помогаю подняться, но она не может сдержать эмоции.

— Ярослав как сказал, я места себе не нахожу. Не вытерпела… Приехала… Посмотреть… Как же так… Столько времени прошло, а я ничего и не знала…

— Папа тоже не знал, — «успокаивает» бабушку Ксюша.

Чувство позднего сожаления, что по моей вине эта женщина даже не подозревала о своей внучке, скребёт душу.

— Не вини себя. — Ирина Павловна словно читает мои мысли. — Ярослав сказал мне, почему так получилось.

— Почему? — наивно спрашивает дочка, а я замираю.

Ирина Павловна не сводит с Ксюши глаз. В её взгляде столько тепла и нежности, что щемит сердце.

— Злая колдунья заколдовала твоих маму и папу, и они не могли говорить, — отвечает мама Ярослава.

— А кто их расколдовал?

— Добрый волшебник.

— А! — радуется моя балаболка. — Я знаю! Это дедушка! Он очень добрый! И меня любит! Больше всех!

— Боже! Это просто чудо! — замирая от восхищения, шепчет Ирина Павловна.

— И деда меня так зовёт — чудо ты моё!

— Ярослав собирался в субботу пойти с Ксюшей в парк, — говорю маме Яра. — Вы можете пойти с нами. Если хотите, конечно.

— Очень хочу! Спасибо, Анечка!