Глава 6

Яна

Прошла целая неделя по соседству с монашкой Анной. Монашкой в прямом смысле этого слова! Девчонка до раздражения набожная, она молилась за упокой бабушки каждый вечер и каждое утро, вплоть до сорокового дня от смерти усопшей. Даже в местной церквушке засветилась пару раз. Встанет раньше петухов, ещё семи нет, идёт на получасовую пробежку по набережной, потом тащит свой правильный зад на кухню и готовит нам завтрак на троих! Альбина, наш повар, поначалу даже обижалась немного, потом эти две спелись, ввели график приготовления и стали делиться рецептами и советами. Папа в райском умилении от своей идеальной дочурки, а меня тошнит от всего этого! Вчера мисс святоша предупредила нас, что сегодня она придёт чуть позже обычного, потому что снова пойдёт в церковь (её бабушке стукнет сороковой день), а потом приготовит нам поминальный обед. Когда отец предложил организовать в её родном городе поминки, она чуть ли не в ноги ему кланялась с безграничным почтением, а когда закончила петь оду благодарности, побежала обзванивать всех знакомых своей бабушки. Поэтому сегодня за завтраком, который Анна накрыла ещё до утренней пробежки, мне пришлось уминать кутью и блинчики с мёдом в память о женщине, которая вышвырнула меня из своего дома, не желая кормить лишний рот.

Ещё она (язык не поворачивается назвать её сестрой!) вечно поёт в ду́ше. Её комната находится под моей, поэтому когда я только начинаю чистить зубы, а святоша смывает с себя то, что утром набегала, мне приходится слушать попсовые песенки Гагариной. Ладно хоть, не аллилуйю! Всё бы ничего, но получается у неё отлично, и это чертовски сильно злит!

А ещё из-за договора с отцом, я вынуждена терпеть её компанию повсюду. Добросовестно пригласила праведницу на шопинг, но она отказалась, сославшись на то, что у неё все есть и ни к чему тратить деньги. Разъяснять новоиспечённой сестре финансовое положение отца я посчитала лишним, а её отказ — за удачу. Вообще, с местными друзьями я знакомить её не спешу. Поэтому о существовании моей сестры знает только Антон, который послушно помалкивает. Это курортный городок, тут жильё сдают направо и налево, а он потащил мою сестричку прямиком в квартиру Ярослава! И опять же, со слов Антона, его брат принял ночную гостью за меня и отвесил ему парочку звонких лещей, из-за которых первый уже неделю дуется на второго.

Разузнать подробности событий в квартире мне не составило труда: святоша доложила мне о «кошмарной» ночи во всех подробностях, дико извиняясь при этом, что не смогла объяснить Ярославу, что в его квартире была вовсе не я. Словно сговорились.

От невесёлых мыслей меня отрывает звонок. Антон. Вот что ему надо?

— Да, Антош, — воркую в трубку. Пока он моё единственное связующее с Яром звено, приходится терпеть!

— Привет, Ян! Как дела?

— Антон, говори, что хотел.

— Может, сходим вечером куда-нибудь?

О нет! Только не это! Гробить целый вечер на этого суслика я не собираюсь.

— Не знаю, я…

— Яр говорил, что они сегодня выступают в «Гордоне». Столик мне с друзьями организовал. Присоединяйся, скучно не будет!

О! Вот с этого и надо было начинать! А-то «сходим куда-нибудь»!

— Хм, в «Гордоне»? — Делаю вид что сомневаюсь, а сама обдумываю, в каком платье смогу произвести на Ярослава неизгладимое впечатление.

— Если не хочешь, можем пойти в любое другое место!

— Нет, я ничего не имею против. «Гордон», так «Гордон»! — И чтобы Антон больше ничего не придумал, быстро сворачиваю разговор. — Увидимся вечером!

Сбрасываю вызов. Настроение моментально поднимается. Как всё удачно складывается! Появилась возможность предложить Ярославу записать совместную песню и исполнить её на большой сцене! Уверена, он не сможет отказаться! Ведь это его мечта, а я стану лучшим бонусом в его жизни. Мы созданы друг для друга, и рано или поздно он поймёт это! Осталось отвязаться от своего праведного хвостика.

Что бы такого придумать, чтобы Анна сама захотела остаться дома? И вообще, куда она запропастилась? Хотя по мне — пусть лучше круглосуточно торчит в церкви! Мне проблем меньше будет. Благо папа не настоял, чтобы я её сопровождала!

Анна

Быстро отхожу от церкви и чувствую странное умиротворение. Я сделала всё по правилам, как велел батюшка. И теперь за бабушку гораздо спокойнее. Отдельное спасибо отцу и Яне за поддержку. Несмотря на то, что первая встреча у нас с сестрой особо не заладилась, сейчас мы с Яной вполне хорошо общаемся. Чем лучше узнаю́ сестру, тем больше понимаю: мы похожи не только внешне. Она, как и я, увлекается музыкой. Только если я пишу стихи и музыку, она занимается вокалом! Я слышала записи её песен — сестра поёт очень круто! Вчера я даже набросала черновик и очень хочу показать его ей. Если Яне понравится и она согласится исполнить мою песню, это будет грандиозно! Мы сможем работать вместе, как творческая группа!

Мечтания приходится оставить на потом. Сейчас — пробежка. Стягиваю платок и накладную длинную юбку, под которую предусмотрительно надела лосины. Забрасываю всё в рюкзак и убираю в камеру хранения. Как назло, замок заедает. Железный кончик ключа застрял в скважине — ни вытащить, ни открыть заново, чтобы вещи переложить. Пыхчу как паровоз, не замечая ничего вокруг, когда над правым ухом раздаётся мужской голос:

— Надо же, не показалось. Сама Полянская ни свет ни заря посещает церковь! Это новый тренд соцсетей? Знаешь, в платке ты смотришься даже круче, чем с бигудюшками на макушке!

Вскрикиваю от неожиданности и резко поворачиваюсь на бархатистый тембр. Передо мной стоит колючий ёжик собственной персоной. Несмотря на то, что в эту нашу встречу на его шикарный торс надета футболка из ложной сетки, смотрится он всё равно как герой любовного романа.

— Ты что, меня преследуешь? — спрашиваю я, едва переведя дух. Так напугал!

— Я? — Небесного цвета глаза изумлённо округляются. — Это ты уже неделю бегаешь за мной хвостиком. Не замечал раньше за тобой подобной страсти к бегу.

— Знаешь, по-моему, у кого-то чересчур завышенная самооценка! — не сдерживаю колкость.

— Вон оно как! Дай угадаю: ты сейчас про себя?

Разговаривать с этим парнем нет желания, вот совершенно! Поэтому я снова переключаю внимание на шкафчик и пытаюсь выдернуть ключ.

— Помочь?

Ёжик не ждёт, когда я отойду, просто оттесняет меня плечом, отчего я оказываюсь за его широкой спиной. Смотрю на светлые короткие волосы и понимаю, что не просто так прозвала Ярослава ёжиком. На голове у него беспорядок — или специально так ерошится, или парень с детства не дружит с расчёской. Удивительно, насколько ему идёт!

— Кстати, ты бы на бесплатные камеры хранения сильно-то не рассчитывала. Они невидимкой для волос открываются. — Он ловко проворачивает ключ, чуть надавив пальцем вниз. Вылитый взломщик!

— Да что у меня красть-то, — отмахиваюсь я.

Парень смотрит на меня как на сумасшедшую, но в ответ молчит.

Ах, ну конечно, я ведь Яна Полянская — звезда интернета и дочь богатого человека! Неприятно, но, кажется, я невольно перестаю существовать в этом городе. Анны Борисовой будто и нет вовсе, а кричать всем и каждому обратное весьма неприятно. Сестра сама должна представить меня, но за неделю так и не нашла на это времени.

— Спасибо. — Я забираю ключ из его руки и отчего-то задерживаю на ней взгляд.

У колючего ёжика длинные музыкальные пальцы. Возникает желание спросить, чем именно он занимается в музыке, но я проглатываю вопрос и ухожу на вымощенный каменной плиткой широкий тротуар, чтобы наконец-то начать пробежку. Уже собираюсь воткнуть в уши наушники, но не тут-то было: боковым зрением вижу, что блондин увязывается за мной.

— Вот смотрю на тебя и не понимаю, что не так. Причёску, что ли, сменила? Или волосы покрасила?

Да всё во мне не так! Потому что я — другой человек!

— Обычно по утрам я предпочитаю бегать молча! — довольно резко отвечаю и вставляю беспроводные наушники в уши, надеясь, что парень отвяжется.

Он действительно немного отстаёт, но лишь для того, чтобы настроить на ручных часах таймер. Затем нагоняет и бесцеремонно вытаскивает у меня один наушник. И ведь не побрезговал воткнуть себе в ухо!

— Анастейша после церкви! Мило.

— Отдай!

Блондин уворачивается, немного ускоряясь и демонстрируя мне свой идеальный… затылок.

— Пока не расскажешь, что в церкви забыла, так и придётся бегать за мной.

— Тебе и правда интересно или ты просто ёрничаешь? — Стараюсь не отставать и бежать с ним вровень, благо физическая подготовка у меня неслабая.

— Конечно, правда.

— У меня недавно умерла бабушка. Сегодня сорок дней.

Блондин немного удивляется, но не говорит ни единой колкости в ответ. И это приятно.

— Сочувствую.

— Она сильно болела и знала, что умрёт. В последний месяц бабушка впала в апатию и принялась ругать себя за все грехи, что совершила при жизни. Вот я и подумала, что, если всё сделать правильно, то есть по-церковному, бабушке будет хорошо и после смерти.

Ёжик молчит. Буравит меня кристальной голубизной своих глаз, но я сомневаюсь, что хоть одному слову верит.

Смутилась и отвернулась от него.

— Надеюсь, твои старания не прошли зря… — наконец говорит он.

— Теперь отдавай наушник.

Ярослав, улыбаясь, возвращает мне нагло украденное, а я невольно сбавляю скорость. Вот это улыбка! Она даже обращена не мне, но как завораживает!

— Уже отстаёшь, королева? Бежим всего три минуты. Так и знал, что ты быстро сдуешься!

У парня явный талант злить людей. Бегу я и правда не в своём темпе, но вот уступить теперь вряд ли посмею.

Гордо задрав подбородок, прибавляю скорости. Знаю, что тягаться с парнем подобного атлетического телосложения нет никакого смысла, слишком неравны силы, но остановиться не могу!

Ярослав принимает вызов, и мы несёмся вперёд, разрывая прохладный утренний воздух, словно маленькие задиристые первоклашки. Сколько уже времени прошло? Мышцы болят, кислорода не хватает, а ноги работают будто сами по себе. Ох, чувствую, и аукнется мне подобное ребячество! Встать бы завтра с постели!

Мы успокаиваемся ровно в тот момент, когда у Ярослава срабатывает таймер. Какое-то время я ещё бегу, выравнивая дыхание, а потом припадаю всем телом к перилам и чувствую, что сердце тарабанит где-то в области горла.

— Ты чокнутая, Полянская! — К моему огромному удовольствию, ёжик тоже хорошо подустал и запыхался. — Когда только так бегать научилась?

— Вот пускай тебе Полянская и расскажет…

— О, Яр! Приехал! Здорово! — перебивает мою реплику громкий голос рослого парня.

Ярослав отвлекается, переключая внимание на своего друга. Мне бы теперь дух перевести! И чего я только сцепилась с ним в гонках?

Не желая искать оправдания своему глупому упрямству, заставляю себя оторваться от ограждения и неторопливо плетусь к камерам хранения. К счастью, на этот раз за мной никто не увязался — повторной гонки я точно не выдержу и свалюсь замертво.

Яна

Неторопливо иду к бассейну с одной-единственной надеждой: поплавать в тихом и спокойном одиночестве. И мягкое, даже немного робкое «Яна!» из уст святоши заставляет меня украдкой закатить глаза. Надоела безбожно, а мне придётся терпеть её всё лето.

Натягиваю к ушам лучезарную улыбку и поворачиваюсь на зов. Странно, обычно бежит ко мне галопом, а сейчас еле ноги передвигает.

— Тоже решила поплавать? — Наверное, даже перестаралась со сладким тоном, потому что Анна теперь совсем останавливается и недоуменно таращится на меня.

— Нет, Ян. Я сегодня на пробежке немного переусердствовала, поэтому — пас.

— И зачем себя так изнурять? У нас спортзал на цокольном этаже имеется, можем вместе ходить по вторникам и четвергам.

Святоша в неоднозначном жесте ведёт плечом и отводит глаза. Приглядываюсь повнимательней и только сейчас замечаю её волнение. Что на этот раз приключилось? Нарвалась на моих знакомых в белом платочке монашки и выставила меня полной дурой? Так дело не пойдёт, нужно взять её сегодня в «Гордон» и познакомить с друзьями местного разлива. А пока приходится сжимать челюсти и ждать, когда святоша наконец-то свяжет два слова воедино и прольёт в свет очередную молитву.

— Помнишь, пару дней назад ты давала мне послушать две песни собственного исполнения?

Разродилась!

— Конечно, помню, — тороплю монашку с продолжением, но не упускаю момент похвастаться: — Ролики собрали два с половиной миллиона просмотров на YouTube, между прочим!

— Это здорово! — Она снова тушуется, а я начинаю терять терпение. — Слушай, я тут набросала песню… — Святоша протягивает мне листок и густо краснеет. — Музыка и текст. Если ты посмотришь, мы можем что-то подправить и.… если ты захочешь… исполнить её… Она твоя!

Как же бесит, когда она мямлит… Что?! Я не ослышалась?! Признаюсь, слушала её вполуха. Песню для меня написала?! Хватаю листок и бегу взглядом по строчкам. Если не в стихах и строго по сути, «Тихий ангел» — песня про девушку-ангела, что осмелилась полюбить смертного. Она отказалась от крыльев и сбежала на Землю, чтобы быть с любимым. В наказание свыше её чувства остались без ответа. А всё потому, что девушку видели все жители на Земле, но вот для глаз любимого она осталась недосягаема. Поэтому ей пришлось проживать земную смертную жизнь тихо и безропотно, наблюдая за любимым со стороны.

Пробегаю глазами по тексту ещё раз. Нет, мне не мерещится! Это слова песни! А святоша оказалась чертовски полезной. Это ведь то, что мне нужно сегодня! Подойду к Ярику с этой песней и предложу исполнить вместе!

— Ну как? — тихо интересуется Анна.

Бросаю на неё короткий взгляд и одобрительно улыбаюсь. А она ведь говорила, что тоже занимается музыкой, причём довольно подробно. Только вот мне было плевать, и я всё пропускала мимо ушей.

— Это круто… — тяну без особого энтузиазма. Не хочу показывать, какой подарок она принесла мне на золотом блюде. — Наиграешь?

— Конечно! — Как оживилась, на умирающего лебедя уже не похожа. — Хоть сейчас!

Идём с Анной в её комнату. Ни разу сюда не заходила. Думала, она тут всё завалила плюшевыми мишками и розовыми зайчиками, но нет. Гостевая комната обогатилась только парочкой фоторамок, где моя копия обжимается с какой-то тощей старушенцией (видимо, это и есть моя святая бабушка, ушедшая в мир иной), а на столе появилась гора журналов с нотами, причём некоторые заполнены от руки. Черновики, что ли?

Анна усаживается в кресло перед потрёпанным синтезатором, который припёрла с собой, с волнением прочищает горло и открывает один из исписанных журналов.

— Это пока черновик, над песней нужно ещё поработать… — заранее оправдывается она.

— Считай, что меня тут и нет, — подбадриваю, чтобы неженка не смущалась и застучала наконец по клавишам.

И она начинает играть…

Музыка пронизывает каждую клеточку моего тела, я даже пошевелиться не в силах. Поразительно, чувственно и глубоко. Как двадцатилетняя девушка могла написать такое? Да это же безусловный хит! Именно то, что зацепит любого подростка. Школьницы будут лить ручьи слез и преданно боготворить Ярослава, вознося нас обоих на пьедестал славы!

Слушаю хорошо поставленный голос монашки и невольно хмурюсь. Если мы, рождённые от одной матери, имеем одинаковый генетический код, почему ей, в отличие от меня, так легко даётся музыка? Поёт отлично, голос сильный и слух хороший! А уж какие мелодии пишет… Уж если быть честной — мне придётся постараться, чтобы вытянуть песню на том же уровне, что исполняет она.

— Что-то не так? — Изящные пальцы замерли над клавишами, и потрясающая мелодия стихла.

Думай, Яна, думай! И тут я понимаю, что именно нужно делать. Наверное, впервые за всё время, проведённое вместе с близняшкой, я начинаю понимать всю ценность её появления в моей жизни. А также не менее значимое обстоятельство: о существовании сестрёнки в моём окружении пока никто не знает. Так почему бы этим не воспользоваться? Совместный поход в «Гордон» однозначно отменяется. Хочу, чтобы Ярослав считал, будто песню написала я. Так получится гораздо эффектнее преподнести заманчивое предложение. А монашка пусть посидит дома! В конце концов, мы здесь только на лето и местным знакомым не обязательно знать, что у меня объявилась сестра. Потерпит.

— Нет, что ты! Песня просто бомба! Аня, ты невероятно талантлива…

— Серьёзно? — смущается она и суетливо поправляет волосы. — Честно, я когда писала, видела исполнителем только тебя! Ты возьмёшь её?

Неужели она не понимает, что сейчас предлагает?

— Возьму. Если получится, сегодня сделаю пробную запись.

— Правда?! — Лицо Анны озаряется, словно я только что высыпала на неё манну небесную.

— Правда. Но…

— Что?! — тут же встрепенулась она.

— У меня не получится представить тебя своим друзьям в ближайшее время. Сама понимаешь, нужно будет работать и…

— Это неважно! — улыбается Анна, но блеск в ясных глазах заметно тухнет. — Главное, что песня тебе понравилась!

Йес!

— Очень понравилась! — Здесь я нисколько не кривлю душой. — Спасибо!

— Это тебе спасибо! — отвечает Анна и в порыве обнимает меня.

Приходится ответить. Я же дружелюбная сестрёнка. Бассейн отменяется, пора собираться! Как можно спокойно плавать, когда у тебя в кармане лежит настоящая бомба славы! И не только славы, но и благодарный взгляд Яра за то, что я ему её принесу!