Глава 8
Яна
Не могу сдержать довольной улыбки. Я была уверена, что Ярослав согласится, но услышать это от него намного приятнее. И если бы не глубокая ночь, мой победный крик разбудил бы весь дом! Приходится сдерживать эмоции, чтобы никого не напугать. Фантазия тут же подбрасывает картинки, где я и Ярослав вместе, держась за руки, глаза в глаза исполняем новый хит на глазах у миллионов! Ему придётся войти в роль. Так что он сам себя загнал в ловушку!
Падаю на подушку и закидываю руки за голову. Мир прекрасен, а через пару дней он будет ещё прекраснее, потому что репетиции — это не пять минут! И нам придётся проводить целый день в компании друг друга.
Я довольно выдыхаю, представив, как это будет! Даже ночью мне снится, как мы — я и Ярослав — купаемся в лучах славы. Вижу наш поцелуй на широком экране и слышу восторженные крики поклонников.
Но на деле всё оказывается совсем не так. Ярослав требователен ко всем, но именно мной он недоволен больше всего.
— Полянская, ты поёшь или устраиваешь позор мирового масштаба? Кто за тебя тянуть будет? Я? Так песенка не для меньшинств, если что!
Чуть ли не после каждой строки он кричит «Стоп!» и заставляет начинать всё сначала. Я терплю. Выкладываюсь по полной, стараюсь изо всех сил, но Ярослава ничего не устраивает!
— Это, по-твоему, глиссандо, Полянская? — Он раздражённо возводит глаза к потолку. — Ты проскочила две ноты!
— В прошлый раз ты говорил…
— Я прекрасно помню, что говорил! — перебивает Ярослав. — Ты либо скачешь по нотам, либо не вытягиваешь.
— Нет же!
— Заново! Влад, давай только ты. Сразу со второго припева, где Яна должна уходить наверх.
Клавишник кивает и наигрывает мелодию припева. Хорошо подаю голос, плавно иду наверх на последнем слове, но даже не успеваю спуститься к первоначальной ноте. Яр снова хмурится и показывает Владу крест из рук. Синтезатор смолкает, погружая помещение продовольственного склада, переделанного под небольшую студию, в напряжённое молчание.
— Да чтоб я оглох, мать твою, — бурчит Ярослав и отходит к окну.
Обидно… Это всего лишь первый день репетиции, а он требует от меня идеального исполнения.
— Послушай, у каждого свои особенности, — не выдерживаю я. — Там высокая партия. Мне тяжело. Я не рассчитывала так подавать голос.
— А как ты рассчитывала? — ещё больше заводится он и тычет пальцами в черновики. — Это ведь ты писала! Тут музыка не позволяет спеть по-другому.
— Значит, не рассчитала. Это ведь черновик, можно подправить…
— Как у тебя всё просто! — Ярослав невесело ухмыляется. — В коллективе работают не так, королева. Прежде чем притащить нам песню, нужно было хотя бы проверить, все приёмы ты сможешь вытянуть или нет! Потому что каждый из членов группы два дня без продыху писал и прорабатывал свою партию, чтобы потом подключить вокал. Или ты думаешь, у нас инструменты волшебные и рождают музыку за нас?
Если он пытается меня пристыдить, ему почти удалось. Ключевое слово — почти.
— Давай я сделаю паузу и возьму верх фальцетом, — предлагаю альтернативу, но парни почему-то ещё больше киснут.
Макс откладывает ударные палочки и тяжело вздыхает, Влад и Гоша переглядываются в немом диалоге, а Ярослав устало закатывает глаза и пальцами зажимает переносицу.
— А это, моя дорогая, будет в кульминации, — с истеричным смешком заявляет он. — На кой чёрт ты будешь орать в каждом припеве?
— Ладно, Алекс, — встревает Влад. — Перепишем.
— Вот видишь? — Я радуюсь, что ребята встали на мою защиту. — А ты устраиваешь трагедию…
— Перепишем? — Лидер группы меня будто не слушает. — Тогда на хрен нам вообще такая музыка и большая сцена, если мы будет петь как пятиклашки? Мы ничего не переписываем! — затем поворачивается ко мне и рявкает: — А ты работаешь над голосом!
— Тогда бери эту партию себе. А я выступлю в кульминации.
— Отлично, а ты за меня исполнишь драйв.
— Я в ваших рок-приёмах вообще ничего не смыслю!
— Тогда, может, мы тебя на бэк-вокал определим? А всю песню на меня повесим.
— Ладно, Яр, — сдаюсь я, понимая, что уступок не будет. — Я отработаю это место. Обещаю. Давай продолжим.
Ярослав соглашается, и мы продолжаем репетицию. Но на кульминации снова стопоримся.
— Да что опять не так? — срываюсь я.
— Ты не взяла тон!
— Яр, я пела так же!
— Мне нужно «лучше», а не «так же»! Чувствуешь разницу?!
Сколько уже можно ко мне придираться! Может, он специально пытается от меня избавиться? Не доставлю ему такого удовольствия!
— Да! — коротко бросаю ему. — Давай ещё раз.
— На сегодня — всё! Ты уже не поёшь, а пищишь.
— Ярослав! — шиплю от негодования. — Я стараюсь!
— Одного старания мало, Полянская! Все свободны!
Фыркаю и ухожу к потёртому кожаному дивану за сумочкой, чтобы он только не заметил, как я расстроена. Даже не расстроена, а в бешенстве! Если он думает, что своими придирками заставит меня отступить, то не дождётся! Не на ту напал! Эту песню он будет петь со мной! И вот тогда посмотрим, что он мне скажет!
Разворачиваюсь к Алексашину.
— Яр!
— Что ещё?
— Ты разговаривал с моим отцом?
— Нет.
— Почему? Ему нужно твоё согласие.
Ярослав долго смотрит мне в глаза, а я молча жду ответа. Что он тянет? Или думает, что такие вопросы можно решить за пять минут?
Только попробуй скажи, что это из-за меня! Даже худший из всех вариантов достаточно хорош. Просто у кого-то слишком высокие запросы!
— Хорошо. Я позвоню ему сегодня.
Йес!
— Спасибо за репетицию, мальчики. — Приподнимаю уголок губ в улыбке и ухожу с гордо поднятой головой. Ты не учёл одну маленькую деталь, Алексашин. Я. Никогда. Не сдаюсь!
***
— Это круто! Я прямо вижу тебя на сцене! Приветствуем несравненную Яну Полянскую! Овации! Крики толпы! — Карина заворожённо закатывает глаза.
Мы сидим за столиком в открытом кафе, Карина потягивает безалкогольный мохито, я же чувствую себя лаймом, который в этот коктейль добавили.
— Ага, — соглашаюсь с подругой.
Не совсем с подругой, конечно, но она ярый поклонник моего блога. А ещё она фотограф. Вот именно поэтому я до сих пор с ней «дружу».
— Что-то ты не особо рада, я смотрю? — Карина внимательно меня разглядывает.
— Почему? Рада, — отвечаю без энтузиазма. Ярослав выжал из меня все соки. Бросаю взгляд на свой нетронутый бокал. — Устала немного.
— Что, Ярик совсем замучил? — Карина многозначительно играет бровями.
Если бы так, как хотелось… В ответ пожимаю плечами. Не рассказывать же, что столь желанный парень меня в упор не замечает. Только это ненадолго!
Папа сдержал обещание. Как только Ярослав позвонил ему, он связался с Орловым. Это самый продвинутый продюсер, который поднимал с нуля популярных звёзд шоу-бизнеса. Уж не знаю, на каких условиях они заключили соглашение, но контракт уже в разработке, и меньше чем через неделю мы выступим с новой песней на разогреве у самой Тины Саффи!
Когда я рассказала об этом ребятам в группе, они меня чуть ли не боготворить начали. Даже Яр немного смягчился и взял на себя ту партию в припеве, что так сложно давалась мне. Пришлось немного изменить слова, но главное — идеальный результат, к которому он так стремился. Единственной недосказанностью для нас осталось то, что Орлов решил сменить группе название. Я не растерялась и в довесок попросила добавить меня в состав участников. Контракт Алексашин будет подписывать в последний момент, поэтому выбора у него всё равно не останется.
Улыбаюсь сама себе. Как бы красавчик ни артачился, теперь я всегда буду у него под боком. До тех пор, пока не залезу под кожу и не поселюсь в сердце…
— Слушай, Ян, а ты новые фото когда выкладывала? — раздаётся очередной вопрос Карины.
— Давно.
С этими репетициями у меня не осталось сил даже на свой канал!
— Обновить не хочешь? Как-никак, без пяти минут звезда! Тебя должны знать в лицо! Может, сделаем новый сет?
А ведь она права. У меня явно добавится подписчиков. Вот только где найти время?
— Карин, я бы с радостью, но времени совсем нет.
— Давай завтра после репетиции.
— А не поздно? Я имею в виду — освещение и всё такое…
— Нормально! Как раз звезда перед началом своего восхода…
Заманчиво.
— Не хочешь что-нибудь открытое? В купальнике, например?
— Не знаю. Море — это так банально…
— Давай водопад, — предлагает подруга. — Капли воды на прекрасном теле…
— Неплохо.
— Неплохо?! Ты только представь, сколько народу будет залипать на твоей страничке!
— Я с радостью, но Яр…
— Ой, что Яр! Неужели он не даст тебе денёк, чтобы почистить пёрышки?!
В последнее время именно так я и думаю.
— Я предложу ему, а потом позвоню тебе, окей?
— Без проблем! Только купальник захвати, чтобы время не терять.
— И где я буду переодеваться?
— Ой, что началось-то? Попросишь Ярика помочь с завязками, — хихикает подруга.
Кстати, неплохая идея! Как же я сама не догадалась? Проверим, насколько у моего строгого наставника хватит выдержки…
Репетиция подходит к концу. Обстановка в коллективе благоприятная. Все предвкушают выступление. Довольный результатами Ярослав даёт всем целых два дня выходных на подготовку к поездке, а сам садится за гитару, наигрывает мелодию и что-то правит в журнале. Наблюдаю за ним украдкой. Не думала, что музыка значит для него так много.
Выжидаю время, когда все разойдутся, достаю из рюкзака новенький купальник и ныряю за ширму. Сегодня я ни разу не получала от него замечаний. Мелочь, а приятно. То ли ещё будет! Он изменит своим принципам после первого же концерта, уверена в этом! А может, даже и раньше?
Быстро стягиваю сарафан, надеваю купальник и босоножки на тонком каблуке.
— Яр, ты мне не поможешь? — прошу, выглядывая из-за ширмы.
— Чем? — отстранённо спрашивает тот, не отрывая взгляда от записей.
Блин, а ты повернись и посмотри! Проглатываю раздражение и выступаю из-за запылённых занавесок сама. Соблазнительно понижаю голос:
— Я не могу дотянуться!
Ярослав поворачивается и замирает. Ни одного движения, полный аут. Лишь взгляд небесно-голубых глаз медленно перемещается по всему моему телу.
Улыбка растягивается на моих губах сама по себе. Я знаю, что он сейчас видит. Купальник очень открытый, тонкие лямочки, усыпанные дорогими стразами, и немного бирюзовой ткани прикрывающей самое сокровенное. Перед глазами Алексашина — стройное безупречное тело, которое в любой момент может стать его…
Плавно разворачиваюсь спиной и приподнимаю с плеч водопад шелковистых волос.
— Завяжи. Пожалуйста!
Мгновения тишины кажутся вечностью. Начинаю нервничать — что, если не подойдёт? Наконец слышу его шаги. Оголённых плеч касается тёплое дыхание. Алексашин совсем близко, даже сердце замирает.
— Браво, королева, отличное представление. В следующий раз попробуй сразу раздеться.
— Могу исправиться прямо сейчас!
— Не утруждайся, момент уже упущен. К тому же… — Яр склоняется к моему уху. Давай же, прикоснись! — Твой интерес к нашему сотрудничеству чисто профессиональный, — цитирует он мои же слова и ухмыляется.
Играет со мной, гад!
— Конечно, профессиональный. — Я цокаю языком. — Но ты сам не оставил времени. У меня через пятнадцать минут фотосессия! И я, между прочим, и так опаздываю! Не на улице же мне переодеваться!
— Лучше бы ты с таким же рвением исправляла свои косяки на репетициях.
Украдкой закатываю глаза.
Яр берёт лямочки купальника и стягивает узел.
— Так?
— Чуть сильнее. — Я веду плечом и чуть подаюсь назад, чтобы наши тела соприкоснулись.
— Стой ровно, Полянская, иначе будешь просить «сильнее» обезьянок на пальмах.
Расправившись с завязками, Ярослав возвращается на место и снова принимается за работу. Как ни в чем не бывало, словно рядом с фонарным столбом постоял! Вот ведь невыносимый!
***
— Ну, звезда наша, готова? — Каринка прицеливает на меня камеру объектива.
— Я всегда готова!
— Так, давай чуть левее. Боком… Ещё… Замри! Ещё раз!
Без колебаний выполняю команды. Карина единственная, кого я слушаюсь беспрекословно.
— Просто супер! — не устаёт повторять она. Хоть кто-то меня ценит. — Яна, а в воде не хочешь? Мокрый купальник, тем более такой цветовой гаммы, — это улёт!
— Давай. Только недолго.
— Окей, босс! Смотри: ты заходишь в воду, поднимаешь волосы руками и лицо тоже выше. Так мы грудь поднимем, да и ракурс просто отпад. И бегом из воды!
Вода холодная! Нет, просто ледяная! Но фотографии того стоят. Особенно брызги от волос, когда я их откидываю назад. Придирчиво смотрю на снимки, кутаясь в махровую простыню.
— Карин, а что у меня с ногами?
— А что с ними?
— Они короткие.
— Это искажение от воды…
— Мне пофиг. Это надо убрать.
— Ян, я это не уберу. Это ловить ракурс надо.
— Так лови!
— Ты что, снова полезешь в воду?
— Полезу!
Почти час, проведённый в воде, стоит моих мучений. Кадры выходят фантастические, и, пока я добираюсь до дома, набирают почти два миллиона просмотров! Настроение на высоте. Даже очередное фиаско с Ярославом отходит на второй план. Пусть теперь любуется шикарными снимками на моей страничке и жалеет о том, какую красотку в очередной раз упустил.
Вечером, перед сном, я стою под тёплым душем и репетирую песню. Совсем как монашка, которую, кстати, в последнее время совсем не видно и не слышно. И в церковь не ходит, и по вечерам богу не молится. Даже бегает по утрам исключительно в спортзале. А, плевать!
Несколько раз прогоняю свою партию. Выкладываюсь по полной, жаль, Ярослав не слышит. Такого не было даже на репетициях. Акустика в замкнутом пространстве просто отпад! И чего я раньше так не делала?
Ложусь в кровать, сладко обнимаю подушку и пишу Ярославу сообщение:
«Сладких снов, красавчик! Тебе понравились мои новые фото?»
Через пару минут приходит ответ:
«Не смотрел».
Ухмыляюсь. Не проблема, исправим!
Выбираю самое соблазнительное фото в мокром купальнике, которое даже в сеть не осмелилась выложить, и нажимаю «Отправить».
Дожидаюсь фиолетовых галочек, оповещающих о том, что моё сообщение не только доставлено, но и прочитано, и убираю телефон под подушку. А теперь попробуй, герой, усни!
Ухожу в мир снов с улыбкой на губах, даже не подозревая, какой сюрприз меня ожидает утром. Просыпаюсь от жуткой боли в горле. Кажется, будто за ночь в него вонзили тысячу мелких иголок, которые раздирают слизистую при каждом глотке. Всё тело бросает то в жар, то в холод — неужели температура? А голос… Голос скрипит, как несмазанная телега, и, чёрт подери, у меня всего два дня, чтобы вернуть его. Ведь ровно столько времени осталось до нашего первого концерта!