Глава 22

Жуткая жара сводила с ума. Она забиралась под кожу, мгновенно делала влажной любую одежду и от нее не было никакого спасения. С середины июня на побережье установилась именно такая погода, и Аню это раздражало. Даже сейчас, в девять часов вечера казалось, что плавится асфальт. В нем тонули тонкие шпильки ее белоснежных босоножек, а короткое белое платье в полоску мгновенно прилипало к телу.

Этим вечером Аня надеялась спастись от жары в кинотеатре. Накануне они с Павлом жутко повздорили из-за предстоящего просмотра нашумевшего кинофильма для взрослых. Что-то про пятьдесят оттенков и запретную страсть, название выветрилось у Ани из головы.

Инициатором похода в кино была она сама, и то, только потому, что они с Надей поспорили. Подруга имела неосторожность на весь ресторан заявить о том, что Аня никогда не решится пригласить своего прокурора на этот фильм.

Если бы они с Надей поспорили наедине, то весь базар по этому поводу уже давно сошел бы на «нет». Да вот только беда заключалась в том, что за развитием отношений певицы и прокурора следили все, кому не лень, и небольшая перепалка переросла в открытый вызов. Персонал ресторана, посмеиваясь, принял сторону Нади. Аню так задело двойное предательство, что она даже сама купила два билета.

О, чего ей только не пришлось выслушать накануне от Павла! «Кристиан Грей — извращенец!» — громогласно заявил прокурор. По нему плачет уголовный розыск во главе со следователем Ершовым, а также статьи сто шестнадцатая и сто семнадцатая со всеми отягчающими обстоятельствами, и еще несколько статей, номера которых Аня просто не запомнила. Если бы Павел Андреевич Тихонов шел государственным обвинителем по делу об истязании и применении пыток в отношении потерпевшей и жертвы по имени Анастейша, миллионеру Грею не хватило бы всех денег мира, чтобы откупиться от светлого меча правосудия. И никакие убеждения прокурора в том, что изначально героиня приняла образ жизни своего возлюбленного, и даже подписала контракт, не возимели никакого действия. К следователю Ершову мгновенно присоединили психиатров, правда, в конце пламенной речи, которая длилась почти сорок минут и вытянула из Ани все силы, Павел Андреевич согласился, что психиатру следовало бы показать обоих героев картины.

«А следом ту идиотку, которая создала сюжет!» — подняв палец вверх, подитожил он. — «Вам дурят голову красивыми сценами, а потом мы спокойно закрываем глаза на бытовое насилие. Думаешь, бьет, значит любит?! Черта с два, Аня! Знаешь, кто у меня проходил по делу на прошлой неделе? Муж, который привязал жену к спинке кровати и два часа избивал ее ногами. Ногами, твою мать! А за что? За то, что она позволила себе улыбнуться таксисту в тот момент, когда отдавала ему деньги! Да будь моя воля, я бы придушил всех извращенцев собственными руками!»

«Мы идем в кино. И точка, — насупившись, вытащила из сумочки билеты и помахала ими у него перед носом Аня. — Надя не должна победить! Потому что весь персонал ресторана встал на ее сторону!»

«Прекрасно! Теперь еще и весь город в курсе, что меня пригласили на фильм про уголовника, по которому плачет тюрьма!»

Аня передернула плечами вслед воспоминаниям о споре, произошедшем накануне и мысленно поклялась себе, что это был первый и последний раз, когда она пригласила парня в кино.

Заметив роскошный автомобиль Тихонова, она с энтузиазмом выдернула шпильки босоножек из горячего асфальта.

— А ты уверена, что в кинотеатре не сломалась сплит-система? — распахнув ей дверцу, с надеждой поинтересовался Павел.

Был вечер пятницы, но он успел сменить форму на светлые брюки из льна и летнюю рубашку терракотового оттенка. Солнечные очки делали его похожим на полицейского из американского фильма тех времен, когда в Голливуде всем правил старый добрый Арни и его товарищи.

— Разве такое возможно? — усаживаясь на переднее сидение, приподняла бровь Аня.

— В жару возможно все, — он с улыбкой чмокнул ее в щеку, стараясь не задеть ярко накрашенные губы. — Может, лучше мы пойдем на пляж? Водичка, наверное, теплая. Поплаваем, а?

— Просто скажи, что ты боишься идти со мной на этот фильм! — прищурившись, ткнула его пальцем в грудь Аня.

— Я не боюсь! Я против таких фильмов!

— Можешь играть во время сеанса в телефон, если тебе угодно. Но ты должен сидеть в кинозале, делать селфи со мной и улыбаться! А я буду выкладывать отчет в соцсеть!

— Куда ты будешь выкладывать отчет?!.. Посмеешь сделать хоть одну фотографию, и я заблокирую твою страничку навсегда!

— Ты не знаешь пароль от моего аккаунта!

Несколько секунд Павел оценивающе сверлил ее взглядом из-под очков, а затем резко выхватил сумочку у нее из рук.

Аня успела лишь тихо вскрикнуть, как у него в руке сверкнул ее тоненький сотовый телефон и через мгновение исчез в его кожаной барсетке.

— Никаких фотографий со мной в соцсетях по поводу этого дурацкого фильма!

— Это нечестно, — надувшись, Аня отвернулась к окну.

— Нечестно заставлять любимого мужчину смотреть на всякую мерзость. Получишь телефон после того, как мы выйдем из кинотеатра.

— Какой смысл идти в кинотеатр, если ты отнял у меня телефон, и я не смогу сделать фотоотчет?!

— …За которым следит весь персонал ресторана, потому что вы с Надей поспорили! Да, я это запомнил! Постой-ка, а на что вы спорили?

— Мне придется приготовить для них мамину вишневую шарлотку.

— Прекрасный повод не идти в кино!

— Готовить придется в ресторане, и на всех!

— Мастер-класс по приготовлению десертов? Я буду участвовать!

— Кто тебе сказал, что это будет мастер-класс?

— По крайней мере, там не будет всяких извращенцев! А если тебе хочется испытать на себе, что такое быть героиней фильма, я могу надеть на тебя наручники хоть сейчас!

— Ты их возишь с собой?

— Нет! Но мы можем заехать к следователю Ершову! У него точно найдется парочка запасных!

— Ты не понял меня! Я проиграю спор!

— Зачем спорить? Вместо глупого спора ты устроишь мастер-класс! Можно даже пригласить кого-нибудь из прессы! Обещаю надеть фартук и поварский колпак и помогать тебе просеивать муку. Ну, или взбивать сливки. Или что там еще надо делать в процессе?

Он с энтузиазмом полез в барсетку и достал ее сотовый телефон.

— Да мы прямо сейчас обо всем договоримся!.. Алло, Надя? А ты очень хочешь увидеть, как Аня печет вишневую шарлотку?

— Что, пытаешься сбежать перед самым началом сеанса? — ухмыльнулась на другом конце провода девушка. — Мы тут, между прочим, с придыханием ждем, когда наступит заветное время фильма и появится первое селфи с твоей симпатичной мордашкой!

— Надя, не слушай его! — пытаясь отнять телефон, крикнула Аня. — Он говорит неправду!

— Так ты хочешь мастер-класс? Или нет?

— Конечно, хочу! Минуточку… — Надя что-то возбужденно начала говорить коллегам по цеху, а потом снова появилась в телефоне. — Мы хотим мастер-класс! Настоящий, как в кулинарных передачах!

— Мне кажется, на консультацию придется пригласить твою маму, разве нет? — приподняв бровь, повернулся к Ане Павел.

— Я тебя сейчас убью! — прошипела она, и пальцы с красивым маникюром сами собой потянулись к его шее.

— Не надо, я тебе еще пригожусь! — смеясь, перехватил ее руки он. — Я готов договориться с прессой. Певица дает мастер класс по приготовлению самой вкусной шарлотки в мире! Ну же, поцелуй меня, Анютка!

Вместо поцелуя Павел получил ощутимый пинок коленом.

— Ай, больно! — схватился за ушибленную ногу он. — Оказывается, ты у нас еще и драться умеешь? Пожалуй, я все же попрошу одну пару наручников у следователя Ершова…

— Зачем ты это сделал?! Ты хоть представляешь, сколько возни теперь будет с мастер-классом?!

— И что? Зато мы весело проведем следующие выходные! С прессой я договорюсь. У меня есть парочка знакомых на местном телеканале. А в бульварную газетенку под названием «Город», которую с упоением читает моя мамочка, можно будет заранее дать рекламное объявление.

— Сарафанное радио и без рекламного объявления разнесет новость по всему городу! «Прокурор и его певичка пекут вишневую шарлотку!» Да ты хоть представляешь, что после этого устроит твоя мамочка? Она разнесет в пух и прах наш ресторан!

— Во-первых, в заголовках не будет ничего про прокурора. Во-вторых, моя мать не интересуется заведениями, которые обслуживают клиентов не ее уровня.

— Ага! Только после того, как она заинтересовалась моей личностью, «Голубая Лагуна» является для нее рестораном номер один! Именно из-за того, что там проводит свое свободное время ее сын!

— Поверь, ей не будет интересно наше шоу. А мы с тобой проведем время в свое удовольствие. И ты станешь еще популярнее. У тебя потрясающий голос, Аня. Знаешь, как мне завидуют все вокруг? Только от того, что ты на меня обратила внимание. Ну же, не дуйся. Я люблю тебя.

— И я не пойду на этот фильм…

— …Который порочит мою честь. Да, я не пойду! Ты угадала. Так что, можешь выбросить билеты.

— И мы будем смотреть только то, что нравится Павлу Андреевичу Тихонову.

— Нет! Мы будем смотреть нормальные фильмы. В следующий раз в кино приглашаю я.

— Это почти одно и то же! А ты — невыносимый эгоист!

— Поверь, мне об этом уже говорили, и не раз. Своим заявлением ты не открыла Америку. Только знаешь, в чем отличие? В том, что тебя я люблю. По-настоящему люблю, креветочка.

— Именно поэтому ты навязал мне ненужный мастер-класс! — Аня скрестила руки на груди и отвернулась к окну. Ей было досадно, что она проиграла спор, а Павел не согласился ей подыграть.

В кинотеатр в тот день они так и не поехали, билеты пропали, но директор ресторана так вдохновился идеей мастер-класса с привлечением прессы, что вмиг был набросан план такого интересного проекта для следующей субботы.