Глава 28. Алиса

– Отпусти меня немедленно, слышишь? – рычу ему в спину, когда моя задница повисла на его плече.

Гад перекинул меня и спокойненько куда-то несет.

Я взрываюсь от огненного состояния внутри тела. Меня еще не отпустили волны оргазма, а этот уже небось меня в свою берлогу тащит. Ненасытный!

Боже, ноги сводит от удовольствия, в животе растворяется шипучка и пузырит всю кровь, которая стекла к промежности.

– Успокоилась, ненормальная?

– Что?

Вик опускает меня на землю и облокачивает на свою машину. Дышит грозно, прямо мне в лицо. В глазах темнота без единого просвета.

В горле так сухо, что силы сдуваются, и вся бравада сходит. Я больше не хочу вообще ничего говорить.

Варламов, смерив меня прищуренным взглядом, опускается на мои губы и выжидает.

Потом слышу характерный писк разблокировки, и босс, не бросая моей руки, открывает дверь.

– Прошу, – так наигранно-жеманно это сказал, что я просто отворачиваюсь от негодяя.

От Виктора исходят волны мнимого спокойствия. Все его движения слаженные и четкие, но резкие. Он собран, рассержен, и тем не менее чертовски привлекателен даже после нашего бурного приключения.

На себя же я боюсь смотреть в зеркало.

– Хорошо, тогда я сам, – засмотревшись краем глаза на засранца, совсем забыла о его просьбе. Хотя я и не хотела ее исполнять. Вот еще…

Варламов запихивает меня к себе в машину как котенка. Довольно выдыхает и захлопывает за мной дверь. И, конечно, ставит блокировку, пока обходит машину.

Предусмотрительный мерзавец.

Я пока не могу продумать тактику своих действий.

Да я вообще вся еще эмоциями и чувствами в его кабинете. В моменте, когда он вошел в меня и остановился.

Мы смотрели друг на друга и на какой-то миг мне показалась, что я влюбилась в своего босса.

Виктор быстро усаживается на сиденье и тут же блокирует двери.

Вот мы и снова вдвоем в тесном пространстве.

– Извини, что вел себя как придурок, – не своим голосом говорит.

И так у него это искренне получается, что совсем отворачиваюсь к окну, решив полностью его игнорировать.

– Я правда скучал по тебе.

Дыхание частое, запыхавшееся. Через кофту чувствую его волнение.

– Прости. За… молчание.

Заводит двигатель. Он с урчащим звуком щекочет слух. Немец!

– И за… – кивает на офис и останавливает свою речь.

Он типа просит прощение, что несколько минут назад поимел меня?

От накатившего раздражения и негодования даже в горле запершило. Еще никогда не чувствовал такую обиду на Варламова, как сейчас.

– Я не хотел. Это вышло… случайно, – сбивается. Руками трет лицо, еще больше заводя меня не в том смысле, как в кабинете.

“Извини за секс, я случайно присунул!”

Господи, почему я такая глупая и наивная?

– Ты, может, хоть что-то скажешь? – внезапно раздается его грозный голос и выбивает сердце в пятки одним ударом.

Не дождешься теперь, мерзавец!

– Хорошо. Я понял. Пристегнись! – приказывает недовольно.

Облизываю губы, от сухого воздуха в его дурацкой машине они стали как туалетная бумага.

– Пристегнись! – повторяет.

Смотрю в одну точку. И если честно, не хочу даже на градус поворачивать голову влево. Боюсь расплакаться.

– Молчишь, значит. Ладно.

Я видела Варламова раздраженным, злым, недовольным. И радостным, и веселым. Но вот таким, каким вижу его сейчас, первый раз.

Еще немного, и он голову мне свернет.

А мог бы просто обнять… Неужели так сложно догадаться?

Резким движением он вырывает из пазов ремень безопасности и вставляет в замок. Он излишне громко щелкает.

Лицо Виктора в критической близости от моего.

Снова эти искры между нами, снова напряжение и ощущение какой-то интимности, которую хочется нажать на паузу.

Вот если он меня сейчас поцелует, я буду с ним разговаривать. И даже забуду про свое желание, чтобы негодник обнял меня.

Но Вик на секунду задерживается на моих губах, которые я вновь против воли облизала, и возвращается на свое место. Взгляд устремлен в лобовое стекло.

– Мы едем ко мне. Ты бы могла высказать слово против, но теперь сиди и помалкивай. Хотя… ты и так молчишь.

Варламов с пробуксовкой выезжает со своего парковочного места. Я только в зеркале вижу, как позади нас остается мой любимый зелененький “жучок”.

Господи, как я буду добираться до дома? А завтра на работу? В метро спускаться?

Босс долетает до дома как супермен. У него турбодвигатель, что ль?

– Дойдешь сама? Или опять… на руках?

Надуваю губы и отворачиваюсь теперь в другую сторону, потому что Вик стоит у открытой пассажирской двери и протыкает меня взглядом.

Раскомандовался.

Тяжелый вдох, такой же выдох. Я повторяю и украдкой посматриваю на своего похитителя. Еще никогда Стокгольмский синдром не был таким показательным, как в моем случае (Прим. автора: взаимная или односторонняя симпатия между жертвой и агрессором. Возникает в ситуациях захвата заложников, похищения, угроз).

– Хорошо. Значит, на руках. Как раз хотел повысить нагрузку в спортзале. А здесь ты и твои семьдесят килограмм.

От возмущения кровь по венам шкварчит как яичница на советской сковородке. Воздух застревает еще во рту, и я задыхаюсь от неслыханной наглости.

– Пятьдесят два, – шиплю беззвучно.

– Да? Мне показалось больше.

Открыв дверь одной рукой, Вик заходит к себе в квартиру, запирает и только потом ставит меня на пол.

Меня окутывает привычный запах, который здесь витает. И не скажу, что он мне не нравится. Нравится, даже очень.

– В прошлый раз ты была смелей.

Я и не думаю разуваться и проходить.

Вик закатывает глаза, его челюсть в сотый раз за последний час напрягается, а желваки ходят по кругу.

Закусываю губу от наслаждения. Мне нравится, когда он сдается. И сейчас он наклоняется, чтобы разуть меня. Можно сказать, стоит на коленях. Сердце отогревается от обиды на него, но в этом ни за что не признаюсь.

Прохожу в зал и тут же вспоминается, как мы смотрели тот фильм с черно-белым красавчиком. Если бы Варламов спросил, а у меня было бы хорошее настроение, не как сейчас, я бы повторила тот вечер. Ровно до того момента, когда он захлопнул передо мной дверь.

Гад бесчувственный.

Прохожусь по всей гостиной, пока не упираюсь взглядом в дверь, ведущую, по всей видимости, в спальню.

Вика нигде нет.

Я полна сомнений. Но еще меня разрывает такое любопытство, что я приоткрываю дверь и делаю робкий шаг внутрь.

Вот где скрылся босс. В ванной. Из-за еще одной двери я слышу шум воды.

А пока оглядываю владения похитителя.

Обычная серая спальня без ярких акцентов. Ну, разве что покрывало красивого синего оттенка. А кровать огромная. Даже не так. Огро-о-омная.

Интересно, мягкая? Какой матрас предпочитает зануда? А подушки какой жесткости. Лично я предпочитаю вообще с эффектом памяти.

– На какой стороне любишь спать? – пугает меня Варламов, одаривая хищной улыбкой.

Открываю рот, позабыв, что я с этим человеком и не разговариваю вовсе. Может, и заявлю на него в полицию. Да-да!

– Я на правой. И раз ты молчишь, то тебе достается левая сторона.

Скрещиваю руки на груди и будто язык проглотила. Он же выводит меня из себя своей речью. Намеренно.

– Я тебе ванну налил. С пеной.

И откуда, спрашивается, у него пена?

Щеки загораются как новогодняя гирлянда, и на мгновение становится стыдно за свое поведение. Я упертая и обидчивая, а босс слишком высокомерен. И как нам быть?

Варламов читает мой немой вопрос и в очередной раз мое сердце начинает кружиться в экстазе.

– Пробник был. Я запасливый и нерасточительный.

Закатываю глаза, а улыбка сама растрескивает мое лицо.

– Могу предложить составить компанию, но боюсь… ты меня утопишь, ведьма!

Закрываю с хлопком дверь в ванную и тут же облокачиваюсь на нее. Только потом замечаю, что до сих пор улыбаюсь.

– Я ужин нам пока закажу. Так что не думай пакостить там в ванной. Твоя еда в моей власти! – слышу громкий голос Варламова.