Глава 29

Мне снились какие-то странные сны: то я летала, ощущая, как на ветру колышутся мои волосы и теплый воздух обжигает кожу губ и щек, то кто-то ругался тихим голосом, кажется, поминая «треклятые тени», потом я блаженно качалась на морских волнах, вытягиваясь каждой клеточкой и кутаясь в их горячий и нежный мех. А потом что-то невыносимо громко запиликало, и я подскочила на месте, слепо шаря вокруг себя.

— Да где же ты, зар-раза?! — прошипела я, тщетно ища будильник. — Нель, заткни своего уродца!

Но подруга молчала, а комм продолжал надрываться. Также слепо я вытянула руку и, спустив ее с края кровати, начала шарить по полу.

— Есс! — победно прошептала, когда наконец обнаружила нужный предмет и прижала палец к сканеру.

Коммуникатор тут же заткнулся, а я блаженно улыбнулась и потянулась, ухватилась за край пушистого одеяла и натянула его по самые уши. И замерла, осознав, что что-то не так. Во-первых, у меня такого одеяла не было, как и у Нель, а во-вторых, сама Иннель с первой секунды не издала ни звука, а она бы уже помянула всех иных, лекторов, приравнивая их к первым, а заодно и всю систему Имперского Закона.

Распахнув глаза, села, ошарашенно таращась на стену напротив. В одну секунду все события вчерашнего дня словно в отматываемой назад кинопленке встали на свои места. Скосила глаза на вторую половину кровати — к моему облегчению, совершенно пустую, и громко выдохнула.

— Оу… — только и смогла я наконец выдать.

Каким образом я оказалась в постели преподавателя, не помнила, хотя и пыталась воскресить в памяти. Неужели мужчине, что еще вчера с трудом переставлял ноги, пришлось перекладывать меня с кресла на кровать? Нет, я, конечно, была ему ужасно благодарна, что мне не пришлось спать скрючившись, но в то же время немного стыдно.

Потрогала свой бок, прощупывая то место, что вчера саднило, и ощутила слабую, тупую боль. Слава богу, похоже, ничего серьезного. Осторожно откинула покрывало и еще раз облегченно выдохнула, поняв, что спала прямо в одежде. Ботинки нашлись около кровати. Рядом с ними моя сумка и куртка, аккуратно сложенная. Коммуникатор лежал у самого изголовья, потому я и нашла его сразу, именно на том месте, где обычно оставляла его сама.

Поспешно выбралась из постели, аккуратно поправила ее, обулась и только после этого проверила комм. К своему удивлению не нашла ни одного пропущенного вызова. Это показалось мне странным, ведь, во-первых, я не сообщила подруге, что задержусь, а во-вторых, вообще не явилась в общежитие. Не менее удивительным было и то, что я после произошедшего вчера с Роутеком не вспомнила ни об устройстве, ни о том, чтобы связаться с подругой.

Справившись с собой, подхватила сумку и, осторожно крадучись, вышла в соседнюю комнату. Сейчас, в свете утреннего солнца, она выглядела не столь удручающе, как вчера. Я даже улыбнулась, представив, как бы расставила тут пару кресел, диванчик, обязательно зажгла бы камин. А еще бы добавила кучу стеллажей и накупила книг. Настоящих! Из бумаги…

— Уже встала? Завтрак еще не готов, так что можешь пока сходить в ванную.

— Что? — Я резко развернулась и уставилась на замершего в проеме двери Роутека.

Сейчас он выглядел куда лучше, чем даже вчера днем, и лицо… Его лицо было совершенно расслабленным: никакой привычной надменности и неприязни. Никакого ехидного изгиба губ или будто вот-вот послышится: «Минус два балла, Марс!»

— В-вам уже лучше? — Я наконец оторвала взгляд от его лица и переместила на руки.

В одной он держал странную двузубую вилку, а во второй — кухонное полотенце, что секундой позже закинул на плечо. Роутек переоделся и, наверное, даже принял душ: так как волосы были влажными, вместо вчерашней рваной рубашки белая футболка с коротким рукавом, на ногах мягкие домашние брюки и спортивные тапки. Последние вообще ввели меня в состояние шока — почему-то никак не могла сопоставить в своей голове блондина и их.

— Да. Гораздо лучше. — Он помолчал, потрогал пальцами гладко выбритый подбородок. — Кира, спасибо. Спасибо за то, что вчера помогла. Я… — Он совершенно мальчишеским жестом растрепал волосы, отбрасывая их с лица. — Наверное, ты вчера сильно напугалась, но я правда… очень тебе благодарен.

— Ну, раз все хорошо, то я пойду? — проскулила растерянно. — Наверное…

— Куда? Рано еще. — Он нахмурился.

— В общежитие… — ответила ему и даже плечами пожала. — Переоденусь и…

— Тебе все равно вскоре возвращаться. — Роутек сделал шаг вперед, все же входя в комнату. — Опять сюда же и ехать. Зачем зря время терять? Да и если опоздаешь, я сниму с тебя баллы!

— Что? — я возмущенно вскрикнула. — Но как же?! Я же… Это нечестно!

— Почему же? Все честно! — Он как-то странно улыбнулся. Сделав еще пару шагов, просто сдернул сумку с моего плеча и, развернувшись, быстро покинул комнату. — А это я конфискую до конца дня.

Я уже готова была громко возмутиться, но со стороны кухни послышался его крик:

— Кира, иди в ванную! Там я тебе полотенце уже оставил, и новую щетку. В общем, пользуйся чем хочешь! Потом завтракаем и за работу! Все.

И вот это его «все» заставило меня хмыкнуть, а еще странная нервная улыбка расползлась по лицу. Что за дела? Сейчас я должна злиться, возмущаться, да просто забрать свои вещи и уйти! Но мне ужасно хотелось принять душ, кожа аж зудела, лишь распаляя это желание. Но переодеваться потом в грязную, пропахшую потом одежду уже не хотелось. А потому я быстро преодолела холл с лестницей и замерла перед входом в кухню, куда войти сразу не решилась.

— Господин Роутек, отпустите меня, пожалуйста, домой. Я быстро, я не опоздаю, правда!

— Это глупо! — послышалось мне в ответ, а потом что-то зашипело, заглушая тихую ругань.

— Господин Роутек, да не могу я! Домой мне нужно!

— Зачем? — Он снова появился в проеме двери, явно недовольный. — Я уже все приготовил. Полотенце, даже зубную щетку. Завтрак.

И столько было обиды в его голосе, что мне захотелось рассмеяться. Кто этот человек? Куда дели того мерзкого старикана, который потом превратился в злобного и вредного типа? Хотя он все же остался вредным.

— Мне нужно переодеться, — постаралась произнести как можно спокойнее. — Эта одежда уже несвежая и пахнет…

— О! — Роутек дернулся, нахмурился, а потом махнул рукой в сторону санузла, который я нашла еще вчера: — Да, конечно, не сообразил сразу. Иди, Кира, я дам тебе сменную одежду.

— Но… — попробовала еще раз протестовать, но все также слабо и просто не понимая, отчего я так глупо себя веду.

— Иди! — рыкнул блондин, уже теряя терпение. — Ну же!

Кажется, я даже подскочила на месте, торопливо приблизилась к ванной и скрылась в ней. Когда захлопнула за собой дверь, до того, как успела включить воду, расслышала его шаги на лестнице. И хотя я не обратила на это внимание вчера, сегодня отметила, что ванная комната была столь же современной, как и кухня, и сильно отличалась от всего остального дома. Быстро скинула с себя грязную одежду и забралась в кабинку душа, переключила режим на горячую воду и даже замурлыкала от удовольствия.

Я очень старалась не растягивать свое пребывание в ванной комнате надолго, но никак не могла закончить, пока с любопытством не перенюхала большую часть различных баночек с шампунями и гелями, какими-то лосьонами и маслами. Половина из них была покрыта какой-то копотью, что сейчас грязными разводами стекала по краям. Часть вообще засохла и отказывалась открываться. На одной из полочек над раковиной обнаружила полупустой и покрытый толстым слоем пыли флакон женских духов и пару баночек ужасно дорогих кремов.

Женщина в этом доме была. Странно, мне было любопытно и отчего-то не очень приятно, хотя мысль о том, что тут жила женщина, меня вообще никак волновать не должна. Закончив умываться, огляделась. Надежда на то, что мне дадут хоть что-то на смену вчерашнему, еще теплилась в груди.

На тумбочке за спиной нашлась стопка одежды: светлая кофта, узкие черные брюки, майка. В те минуты я даже не задумалась о том, что блондин заглядывал в ванную комнату, пока я мылась и копалась в его «сокровищах».

Одевшись, натянула через голову кофту из какой-то очень мягкой и приятной на ощупь материи. Та оказалась слишком большой для меня, явно с чужого плеча, а потому я аккуратно подтянула рукава до локтей и полюбовалась результатом. И только сейчас ощутила знакомый аромат, исходящий от ткани, и на мгновение замерла. Я знала его и, кажется, даже смотрела прямо на ту полку, где за рядом различных косметических средств таился флакон забытой туалетной воды. Снова стало неприятно, и я, повинуясь какому-то нелепому порыву, снова зашарила по стеллажу, переставляя баночки и перебирая этикетки. Вот оно! Открыв крышечку, распылила в воздухе терпкий мужской аромат. Так гораздо лучше!