Глава 33

Секунда, и моей ладони что-то коснулось. Я уже готова была завизжать, но неожиданно поняла, что это его рука. Пальцы Роутека коснулись моих, что-то вкладывая в ладонь.

— Держи крепче.

— Ч-что это?..

— Лягушка… — Он вопросительно изогнул светлую бровь и улыбнулся. — Ты же не боишься?..

Я сглотнула и мотнула головой, не в силах отвести от него взгляд. Да и сам Роутек будто застыл, сверля меня своими практически белым глазами. Одновременно хотелось и зажмуриться, лишь бы больше не видеть его, и, наоборот, смотреть, поглощать его.

— Кира? — прошептал преподаватель. — Ты боишься?

— Нет, — наконец выдала я, сильно-сильно зажмурившись.

Лягушек я не боялась, хотя сама мысль, что он копошился на дне в поисках маленькой твари, что сейчас так и норовила вырваться из моей крепко сжатой ладони, пугала.

— Просто я не понимаю…

— Это жизнь, Кира. Почувствуй ее!

Роутек приподнялся и придвинулся ещё ближе. Новые слова звучали еще тише, просто вынуждая меня прислушиваться:

— Прислушайся к себе и постарайся ощутить силу ее жизни… желание жить! Вот сейчас ты преодолела материю пруда, — тихо говорил он, вновь заставляя меня прислушиваться к своим словам и одновременно с этим сосредотачиваться на том, что происходило со мной. Маленькое, юркое и одновременно с этим такое неповоротливое существо пыталось вырваться, протиснуться между с силой стиснутых пальцев. — Первым было пространство собственного мира, теплое, приятное, затем чужого — холодное, отталкивающее. И теперь ты ощущаешь в пальцах чужую жизнь… Она словно сгусток неуловимой энергии бьется в твоих руках. Вроде и не схватить, но уже если смог поймать, то удержать не составит труда. Удержать и, возможно, уничтожить, сжать, раздавить, превратить в живое месиво… Именно так можно ощутить материю. Каждый, кто хоть раз касался чужой энергии, хоть раз ощущал жажду другого существа жить, никогда не перепутает это чувство с любым другим. И в ответ на твой вопрос я повторю: они знали, что делают, поверь… Да выпусти ее уже, бедная тварь, наверное, перепугалась до смерти.

Роутек поднялся с коленей и выпрямился. Отряхнул брюки и протянул мне руку. Снова.

— Пойдем.

Я невольно насупилась, ведь он сам просил меня держать лягушку крепче! Последовав его примеру, вытащила руку из воды и стряхнула влагу. Неуверенно протянула ее Роутеку, и он тут же дёрнул меня вверх, поднимая на ноги.

— Надеюсь теперь, когда поняла систему и ощутила разницу, ты сможешь наконец сделать хоть что-то большее, чем просто развлечь сокурсников своими плясками в симуляторе. — Он крепче сжал мои пальцы и потянул меня прочь.

Пруд, поляна, густые заросли… когда все это уже осталось позади, а впереди замаячила крыша коттеджа, я не выдержала и спросила:

— Что это было за место?

— Понравилось? — И хотя я не видела его лица, мне показалось в этот момент, что он улыбается.

— Да, потрясающе! Я и не знала, что тут, на территории Академии, есть нечто подобное!

— Мало кто помнит об этом месте, слишком давно сюда никто не приходил. Раньше тут была лаборатория для практических занятий, построенная ещё моим отцом, но… — он замолчал на мгновение, а когда продолжил, его голос стал уже совсем другим, глухим, каким-то болезненным. — После пожара ее не стали восстанавливать, а часть уцелевшего оборудования перенесли в главный корпус. Только слишком многое было утеряно в том огне…

— О-о-о… — задумчиво протянула я, неожиданно остро ощутив, как много чувств он вложил в эти слова.

Через пару минут мы уже вышли к дому и приблизились к калитке, ведущей в крохотный садик, все так же держась за руки.

— Я, кажется, обещал тебе ещё горячего кофе… — начал Роутек бодро, пересекая дворик и огибая попавшееся на пути плетеное кресло. — А потом можем продолжить с бумагами…

— Ксан! — на пороге дома показалась изящная женская фигурка. — Ну наконец, а то я уже отчаялась сегодня услышать твой голос! Тут, как всегда, нет ничего, кроме кофе! Чем ты питаешься, дорогой? Ты все такой же… ой, ты не один?!

Женщина вышла из тени дома и будто испуганно замерла в проеме стеклянной двери, ведущей в кухню. Изящная фигурка, облаченная в дорогой костюм, что при всей его строгости не выглядел деловым, аккуратная прическа, волосок к волоску. Яркий, подчеркивающий все достоинства красивого лица макияж. Я тут же ощутила собственную никчемность и сразу разозлилась: ну вот как можно одним своим видом заставить кого-то ощущать свою в высшей степени серость и ординарность?

В руках Лидия Грон держала ту самую кружку, что выделил для меня Роутек, а точнее сказать, что еще вчера ночью выделила себе я сама.

— О, ты не один?.. — Медленный и осторожный глоток явно горячего напитка. — Я не помешала? Не знала, что у тебя… гости…

Я застыла прямо за спиной Роутека, стараясь скрыться от оценивающего взгляда незваной гостьи. Или званой? Что она делала в доме Ксандра Роутека и как смогла туда войти? Кто она для него? И эти слова про кофе… Уверена, она знает его достаточно близко, иначе как бы она оказалась здесь? Не говоря уже о том, насколько по-хозяйски Грон себя вела.

— Знала, — недовольно припечатал он. — Что тебе нужно, Лидия?

— Поговорить, — поджав губы, тихо ответила молодая женщина и сделала несколько шагов вперед, приближаясь к нам.

Теперь ее взгляд был полон какой-то странной, отвратительной нежности и тоски. Она остановилась перед блондином и чуть лукаво посмотрела на него снизу вверх.

— Нам не о чем разговаривать с тобой, Лидия. Я бы хотел, чтобы ты покинула… мой дом. — Он чуть сильнее сжал пальцы, причиняя мне лёгкую боль. — Уходи. Сейчас.

Но госпожа Грон просто не обратила никакого внимания ни на его тон, ни на сами слова. Она, дёрнув уголком рта в чем-то наподобие улыбки, сделала еще полшага вперёд и остановилась, практически вплотную прижавшись к нему. Ее прекрасной формы грудь, обтянутая тонкой шелковистой материей, коснулась его груди. Секунда, и она, осторожно поправив воротник его рубашки, сделала плавный шаг назад. И этот жест был таким правильным, таким уместным, что у меня зубы свело от странного неприятного привкуса желчи, наполнившей рот.

— Не будь такой букой, Ксан… — Сделав очередной глоток, она опустила глаза и скользнула по мне оценивающим взглядом.

Теперь, стоя достаточно близко, Лидия Грон могла беспрепятственно разглядывать меня, и неожиданно ее брови взлетели вверх, выражая немалое удивление. Она чуть прищурила глаза и обратилась ко мне:

— Мы знакомы?.. Да? Точно, теперь я вижу, что и правда помешала, но…

— Отлично, где выход, ты в курсе, дверь закроешь сама. Знаешь, как… — безапелляционно перебил ее Роутек, но тут же был прерван ее то ли насмешливым, то ли просто издевательским комментарием. И сказано это было так, словно она и вовсе не услышала слов преподавателя:

— Студентка. Ксандр, ты неисправим… — развернувшись к мужчине, Лидия улыбнулась. — Только почему в моей одежде? И кажется, именно этот свитер я подарила тебе на день рождения. Девушке что, нечего носить или не хватает собственных средств, чтобы…

— Простите, я… — Я попыталась выдернуть руку из пальцев Роутека и как можно скорее покинуть это место, но он держал меня крепко и не позволил сделать ни шагу в сторону. — П-пожалуй, пойду… Мне уже пора… Гос-сподин Роутек…

Сама ситуация была крайне неприятной. Как только эта женщина появилась на пороге дома, то повела себя настолько свободно, что я сразу поняла — она бывала тут и раньше. Дальнейшие ее слова лишь укрепили мою уверенность в этом. Его любовница? Или?..

А теперь она разглядывала меня будто вошь под микроскопом, вызывая внутри самые неприятные чувства. Мне было ужасно стыдно за то, что я надела чужие вещи, хотя меня и успокоили, что они более не нужны хозяину, и одновременно с этим я испытывала жгучую ярость. Гнев поднимался откуда-то из глубины и мне казалось, что ещё секунда, и я выскажу этой совершенно идеальной женщине все, что накопилось у меня за эти бесконечно долгие секунды.

Я даже рот раскрыла, чтобы поставить дамочку на место, но Роутек сильнее сжал мои пальцы, вынуждая обратить свое внимание на него. Бросив предостерегающий взгляд сверху вниз, чуть дернул бровью.

«Не нужно, Кира», — говорил его взгляд.

— Лидия, ты знала, что тебя тут не ждут. Видела, что стол накрыт на двоих. Прекрати себя вести так, словно ты в этом доме ещё хоть что-то значишь. Тебе пора. И пожалуйста, оставь ключ, мне бы не хотелось, чтобы здесь появлялись чужие люди.

С этими словами он выпустил мою ладонь и потянулся к чашке в ее руках, из которой я пила вчера и сегодня. Выдернул ту из пальцев совершенно ошарашенный гостьи и вернул на край столика туда, где стояла вазочка с печеньем, а потом продолжил свою речь:

— Ты же знаешь, что я терпеть не могу, когда без разрешения трогают мои вещи. Тем более конкретно эту чашку. Уходи, Лидия.

Он выпрямился и снова занял позицию между нами, словно загораживая меня от взгляда женщины. Он уже собрался развернуться к ней спиной, явно не желая продолжать этот разговор, только замер, когда она обратилась к нему вновь.

— Ксандр, — Лидия нахмурилась и закусила губу, — это правда важно. Ты же знаешь, понимаешь, что я бы не пришла сюда… из-за пустяка… Ксан, это касается Ричарда…