Глава двадцать первая

Кассандра Гранина.

Никогда бы не подумала, что память вернется так болезненно и так внезапно, когда я увижу перед собой того, кто однажды спас мне жизнь. Не по своей воле, под ментальным воздействием моего отца, который желая защитить единственного ребенка, отдал последние силы, но ведь сути это не меняет?

– Что вам нужно? – раздался уверенный голос Шархата, в котором плескалась едва уловимая ярость.

Я ожидала, что ответит Раан Де-рин, но неожиданно услышала совсем другого человека.

– Ты всегда был таким нетерпеливым, огненный монстр, – ответила Анара, издав смешок.

– Давай уже заберем у них, что нам нужно, а потом избавимся от них и покинем это поганое местечко, – не выдержал пират.

– И то верно…

– Вы же тогда спасли мне жизнь! На том корабле! – выпалила я, решив потянуть время.

Я была уверена, что Шархат что-нибудь придумает.

Раан Де-рин не ответил, лишь усилил хватку и резко развернул меня. Теперь я смотрела на Шархата, в зрачках которого билось пламя. Злое, голодное, яростное…

– Даже не надейся, что это сработает. Профессор Сайрус, твой отец, был, как выяснилось, сильным менталистом, раз смог даже такому, – тут Анара окинула взглядом пирата, – внушить, что он должен спасти девчонку любой ценой.

– Ты же знаешь, Анара, как я не люблю об этом вспоминать! – рыкнул мужчина. – И знаешь, что свернул бы ей шею, когда опомнился и вернулся в тот приемник, да только…

– Попался. Я помню, – на губах Анары заиграла тонкая улыбка, но холодные глаза, как у ядовитой змеи, не сверкнули даже тенью веселья.

Шархат смотрел на меня, и на его лице теперь не отражалось никаких эмоций.

– Где кулон, который отец отдал тебе? – спокойно спросила Анара.

– Потерялся, – ответила я.

– Лжешь ведь… Он внушил тебе сохранить его любой ценой.

Ариатка многообещающе посмотрела на меня. По ногам Шархата заплясал огонь.

Пират среагировал тут же, подтащил меня к краю обрыва. Если даже сбросят, я смогу призвать крылья и спасусь. Они-то точно не знают об этом моем запасном козыре! Но если выстрелят… Наверняка в бластере те самые пули, которые чуть не убили моего мужчину. И да, в этом случае шансов выжить почти нет.

– Убери огонь, Шархат. Я не стану шутить.

– Зачем вам кулон ее отца? – поинтересовался Шархат резко, неимоверным усилием убирая пламя.

– А я обязана отвечать? – удивилась она.

– Почему бы и нет, Анара? Ты же все равно не хочешь оставлять нас в живых.

Значит, Шархат тоже тянет время.

– В нем спрятана почти готовая вакцина бессмертия. Для ее активации не хватает лишь одного ингредиента – капли крови одаренного с третьим уровнем способностей. Ее отец, – Анара посмотрела на меня задумчивым взглядом, – как ни крути, был гением.

– Откуда тебе известна эта информация? – спросил Шархат, по-прежнему не сводя с меня глаз.

– Ха! Да всего лишь нелепая случайность! – выдохнул вместо нее Раан Де-рин. – Когда меня загребли перед попыткой проникнуть на Таир, то сослали на планету, где находится ее отец. И сопоставив его рассказ, и свой…

Тут пират расхохотался, и в этом звуке явно почувствовалось безумие.

– А что, не так уж и плоха идея стать бессмертным! А если вакцина еще пробудит способности…

Точно, сумасшедший! И от его слов холодеет сердце.

– Ты забываешься, что лишь второй на очереди, Раан. Если бы я не подстроила бунт в тюрьме и не помогла тебе сбежать…

– Да ты, Анара, искала тогда выгоду лишь для себя. И меня спасала лишь потому, что твоего отца слишком хорошо охраняют! – разозлился Раан. – И еще и наследила, когда выясняла все про девчонку. Говорил тебе, не суйся в это дело! Нет, ты же полетела на Таир, зачем-то убила начальницу приемника, которая даже толком не дала тебе никакой информации!

Анара зашипела, дернулась. Ее глаза опасно сузились. И она промолчала. Увы, моя надежда, что парочка злодеев переругается, и мы с Шархатом подловим момент, чтобы спастись, не оправдалась.

– Без меня ты бы вообще не покинул тюрьму. И учитывая, что за тобой гоняется вся Межгалактическая служба безопасности, ты, Раан, как последняя крыса отсиживался на Ариате, пока я решала все созданные проблемы – летала на Луандру, разговаривала и подкупала Лиссу, отслеживала, куда улетела наша птичка.

Раан зло выплюнул, рывком шагнул к Анаре, потащив меня за собой. Я практически лицом к лицу оказалась с Шархатом.

– А ты дала мне действовать? Даже той дрянью, что я добыл по старым связям, стреляла в огненного монстра сама!

– Шархат не монстр! – выпалила я и поняла, что сделала глупость.

Пусть бы и дальше разбирались.

Но промолчать, когда кто-то пытается обидеть моего мужчину, у меня не получилось.

Пират оттащил меня на пару шагов, и Анара спросила:

– Где кулон?

Они не услышат моего «нет». И даже если не соглашусь отдать, меня попросту убьют и все равно заберут вакцину. Оставался один выход.

Я медленно подняла руку, показывая кулон, свисающий с запястья.

– Где группа исследователей, которая отправилась к кораблю энитейцев?

– Да никуда они не отправились, – вдруг коварно улыбнулась Анара, видимо, по какой-то одной ей известной причине, решив ответить. – Я вколола им парализатор, погрузив в сон. Они так и находятся на своем корабле. Признаться, нам очень повезло, что среди этой горстки ученых, которых вы в любом бы случае бросились спасать, раз получили задание, оказалась твоя подруга. И пусть она ничего о тебе не рассказала, но выманить тебя так оказалось проще.

Я выдохнула. Если так…

– Но старейшина Ханд…

– Да солгал он. Этот крылатый готов на что угодно, чтобы удержать свою власть. И вовсе не рад чужакам, которые пытались ее подорвать.

– Что с безопасниками и рантарцем? – поинтересовался Шархат.

В глазах его уже не распускалось, а наливалось пламя.

– Заперты в одном из отсеков корабля, и вряд ли выберутся, – ухмыльнулась Анара. – А теперь, отдай мне вакцину, Кассандра. Я и так потратила на вас немало времени.

Подвеска скользнула в мою ладонь.

– Отпусти ее, Анара, – вдруг сказал Шархат. – Ненавидишь ты вовсе не ее, а меня. В конце концов это я напару с Диаром отправил твоего отца в тюрьму.

Анара улыбнулась, но от этого по коже пошел мороз.

– Единственная возможность отомстить тебе и причинить боль – это убить твою девчонку, Шархат.

Мой огненный мужчина напрягся.

– Никогда не думала, что вы, столь сильные одаренные, имеете такую слабость, как любовь в женщине.

– Не трожь Касс! – прорычал Шархат.

– Подвеску, – напомнила Анара, и я, сделав вдох, сосредоточилась и позволила энергии пронестись по телу и разбить ее в своей ладони.

Надеюсь, Шархат меня поймет. Нельзя отдавать это оружие в руки врагу. Нельзя! Слишком высока цена. И моя жизнь, в этой ситуации уже не играет роли.

Пират выругался, пока осколки вместе с серебряной пылью осыпались к моим ногам, дернулся и вдруг выпустил меня из рук, решив поднять остатки вакцины. Он словно надеялся, что еще не упустил свой шанс.

Анара зашипела, отвлеклась, и Шархат тут же нанес удар. Девушка, которую накрыл какой-то неизвестный защитный купол, отлетала и сползла по обшивке корабля. Раан, опомнившись, бросился на Шархата, моментально вспыхнувшего огнем. Меня ариат мягко сшиб с ног, заставив откатиться в сторону.

С пиратом Шархат расправился за считанные мгновения, а вот с Анарой, которая несмотря на то, что должна была уже как минимум потерять сознание, легко и просто не вышло.

Неужели она тоже ариатка с третьим уровнем способностей? Я, не зная, как помочь Шархату, и боясь лишь навредить, присмотрелась к энергии Анары. Грязная, темная, нити мерцают, словно паутина. И я точно знала, что это означает. Анара убивала. Убивала ни раз и ни два, при помощи какого-то вещества вытягивая энергию, и потому стала сильнее. И сила Шархата на нее почти не действовала.

Они метались огненно-темным смерчем по площадке, руша деревья и оставляя вмятины на обшивке корабля, пока не оказались на краю обрыва, и оба не полетели вниз.

Я вскрикнула. И уже не думая, разогналась и прыгнула над пропастью, мгновенно полетев следом. Туда, куда падал огненно-черный смерч. С небывалым усилием сосредотачиваясь в творившемся хаосе, призвала энергию, раскрывая крылья. Меня снесло в сторону, и я зацепилась крылом за острую скалу, но интуитивно, как наверняка делали мои предки, поймала поток воздуха и рванула вниз.

Шархату все-таки удалось отцепить от себя Анару, и она с криком, пылая огнем, исчезла внизу среди деревьев. Как спасти Шархата я не знала.

Рывком сбила его с полета и припечатала к скале. Мы соскользнули вниз, цепляясь за острые осколки, которые ранили и заставляли меня вскрикивать от боли, пока Шархат не ударил огнем в скалу, выжигая часть камней. И мы оказались на крошечной, в три моих шага, оплавленной площадке.

Запыхавшиеся, тяжело дышащие, пропахшие огнем и дымом, с расцарапанными осколками лицами. И пусть регенерация действовала мгновенно, но каменную пыль и разводы она не убирала.

Мы выжили. Неужели мы выжили?

Я все еще прижималась к Шархату, закрывая нас крыльями от сыпавшихся камней.

– Касс, – хрипло позвал Шархат, и я заглянула в эти бездонные глаза. – Я люблю тебя.

Что?

Я еще не осознала, что услышала, когда он добавил:

– Давай поженимся.

Вытаращила на Шархата глаза. Неужели он всерьез говорит мне это, стоя на крошечном уступе, который в любой момент может обвалиться?

«А давай сначала отсюда выберемся», – очень сильно хочу ответить я, но слова застывают во мне, когда пламя в его глазах разгорается еще ярче.

– Я не знаю, как без тебя теперь жить. Я не могу и не хочу без тебя. Дышу тобой, – сказал он, в подтверждение щекоча дыханием лицо. – Ты, конечно, не знаешь, но у ариатов с третьим уровнем способностей все очень сложно в отношениях. Совсем сложно, Касс. Нас считают монстрами, и найти того, кто не будет бояться и примет таким, какой есть, почти нереально. А когда находишь… Касс, отпустить уже невозможно. Уйдешь – и я шагну за грань, потому что психологически не выдержу…

– Я не уйду, – выдохнула в ответ, ошарашенная его признанием.

Сверху на нас снова посыпались камни, а уступ под ногами стал совсем неустойчивым. Шархат приложил руку к скале, в очередной раз выжигая пространство.

– Касс, люблю тебя до искр в глазах, – серьезно заметил он. – Все звезды для тебя осыплю, если захочешь.

Я рвано выдохнула.

– Знаешь, не надо.

– Чего не надо? – спросил Шархат.

– Звезды уничтожать. Пусть светят. Они красивые.

Небо, что вот я несу? Как можно настолько меня дезориентировать своими признаниями. До бешеного стука сердца. До дрожи во всем теле. До дикого первобытного желания вцепиться в своего мужчину и никому его во всей Вселенной не отдать.

Но… Он мой. Огненный. Такой переживающий. Открытый и беззащитный сейчас.

– Касс, – позвал, напоминая, что я так и не дала ответ на его предложение.

– Давай, – прошептала я, проводя пальцем по его щеке. – Мой самый желанный, самый любимый мужчина на свете.

Шархат рвано выдохнул и вдруг вспыхнул вовсе не огнем, а чистым сияющим светом. И если раньше он был просто красив, то сейчас ослеплял, закованный в свое серебряное волшебство.

– А я всегда говорила, что ты можешь вот так сиять, – не выдержала я, улыбаясь.

Шархат не ответил. Кажется, его вообще не интересовало, что там произошло с его силой, и на что он там способен.

Он наклонился и жадно поцеловал меня, наполняя душу нерушимым счастьем.

Тяжело дыша, мы оторвались друг от друга.

– Сейчас будем выбираться, мой свет. Только я придумаю как.

– Шарх, я просто передам тебе свою энергию, и ты сможешь создать крылья и поднимешь нас. Это самый простой способ.

Он удивленно приподнял брови.

– Так папа с мамой делали. Он ее очень любил. И, смею предположить, что она его тоже. Может, это чувство пришло позднее, выросло в ней. Иначе… иначе просто невозможно делиться этой энергией, Шархат.

– Ты вспомнила свое прошлое, – мягко заметил он.

– Да.

– И ты правда дочь профессора Сайруса?

– Да, – снова отозвалась я. – И я теперь смогу окончательно восстановить формулу, чтобы создать вакцину, способную уменьшить откат. Последний элемент мне теперь известен.

– Касс… – прохрипел Шархат.

Я улыбнулась, прижалась к нему еще сильнее, чувствуя, что в любое мгновение камень под нами обрушится. И стала медленно и нерушимо отдавать Шархату свою энергию, переплетать ее с его, такой же чистой и яркой.

И когда уступ все же не выдержал, начал распадаться, Шархат мгновенно вытянул меня из-под камней.

Охнула, рассматривая крылья, распахнувшиеся за его спиной. Огненнно-алые. Так подходящие моему мужчине. Все же способность накладывает отпечаток.

– Касс, ты как-то странно на меня смотришь, – заметил Шархат.

– Ты это… крылышки свои просто не видишь.

– Ну… еще успеется. И вообще, главное, что они нравятся тебе, – улыбнулся этот несносный мужчина.

– Только никому больше их не показывай, ладно?

– Если ты так хочешь. Должна же у нас быть хоть одна маленькая общая тайна.

– Угу. А то потом еще отбивай у тебя поклонниц.

Шархат уставился на меня, понял, что я не шучу и вдруг заливисто рассмеялся.

– Да я, оказывается, имею дело с ревнивой собственницей!

– Что, уже передумал жениться? – поинтересовалась, едва он расправил крылья, начиная подниматься.

– Даже не надейся, Касс, огонь моих крыльев. И кстати, тайну сохранить не удастся.

– Это почему же?

– А ты наверх посмотри?

Я запрокинула голову и увидела, как на площадке рассредоточились безопасники, а на самом краю замер Яхтр, не сводя с нас глаз. Он отскочил только тогда, когда мы с Шархатом приземлились на площадку.

Его крылья тут же развеялись, но рантарец все равно пялился на него, как на сошедшего бога.

– Все живы? – уточнил Шархат.

– Да, – глухо отозвались мужчины.

– Тогда выдвигаемся обратно. Нам здесь делать нечего.

– А как же экспедиция, на поиски которой мы отправились? – поразился Яхтр, и глаз у него нервно дернулся. – Что тут вообще произошло? Нас кто-то запер в отсеке, который моментально превратился в колодец.

То есть, если бы не крылья рантарца, никто бы не выбрался. Анара такого предугадать точно не могла.

– Как думаешь, Яхтр, твоему отцу подойдет синяк под глазом?

– Шарх! – выдохнула я.

– А может, два? Заслужил же! – ехидно ответил Шархат.

Яхтр промолчал, лишь нахмурился, осознав, что его отец замешан во всем произошедшем.

Шархат коротко пояснил ситуацию, рассказал о том, что ученые находятся на корабле, и мы выдвинулись в обратный путь.

Нам снова предстояли схватки с хищниками, но сердце затопило такое тепло, что бояться уже не получалось. Мы справимся с чем угодно, пока вместе. Пока моя ладонь лежит в руке огненного мужчины.

В Нур-дар мы вернулись на второй день к обеду. Я с трудом держалась на ногах и засыпала на ходу. И Шархат, наплевав на мое вялое сопротивление, подхватил меня и нес на руках. Я уткнулась носом в его шею и даже не обращала внимания на то, как на нас смотрят рантарцы. Они переглядывались, собирались в группы и тянулись следом за нами.

Шархат бережно поставил меня на ноги, смотря на вышедшего из дома старейшину. По выражению его лица было заметно, что он вообще не ожидал, что мы вернемся.

Из-за его спины показались слуги и домочадцы, с любопытством уставились на нас.

– Значит, вы, старейшина, утверждали, что группа ученых отправилась в сердце джунглей? И даже дали нам координаты? – начал Шархат, в голосе которого звучала сталь.

Старейшина сощурился, попытался направить на Шархата поток энергии, но его остановили сразу двое – я и Яхтр. Удар прошел по касательной и разрушил часть стены.

– Мне даже интересно, сколько вам заплатили, что вы пошли на сделку с пиратами? Ну же, озвучьте всем эту сумму!

Рантарцы зашептались и тут же затихли.

– Да кто ты такой, чтобы решать, как управлять народом? – весьма пафосно поинтересовался старейшина. – Мои решения не обсуждаются.

– Отец, как ты мог! – не выдержал Яхтр.

Шархат сузил глаза.

– И вы не имеете права вмешиваться в жизнь моего народа! Вы бумаги подписывали! Все по закону! – уверенно выдал Ханд, и я ему совсем не позавидовала.

– По закону, значит… Ну что ж, я отправлю свои показания старейшинам Рантара, и твою судьбу будут решать они.

Ханд вздрогнул.

– И в моем слове усомниться не смогут, – отрезал Шархат, вспыхивая огнем.

Рантарцы вскрикнули, засуетились, но никто так и не ушел.

– И раз уж у нас все по закону… То согласно договору, тридцать девушек имеют право выбрать свою судьбу.

– Список уже составлен и…

– Нет! – предвкушающе улыбнулся Шархат. – С Рантара улетят только те шестнадцатилетние девушки, кто сам этого хочет. Ни о каких списках мы не договаривались!

Старейшина открыл рот, потом вдруг его глаза злобно сверкнули.

– Хорошо. Я пойду на эту уступку, когда будет выполнено главное условие – мы узнает, почему у рантарцев исчезают крылья, – заявил Ханд и с трудом скрыл свое довольство.

Он-то думал, что победил, но когда Шархат активировал лиар и высветил голограмму, запуская запись, в Нур-даре воцарилась небывалая тишина.

Едва запись закончилась, раздалось множество ошарашенных голосов. Не поверить рантарцы не могли. И когда народ немного подуспокоился, Шархат произнес:

– Теперь вы знаете ответ на свой вопрос, и вам решать, как жить дальше. А сейчас… если среди девушек есть желающие изменить свою судьбу, моя команда готова помочь со сборами и сопроводить к кораблю.

Старейшина попытался возмутиться, но в небе неожиданно появилась тень и рухнула на землю. Каэра, одетая в облегающие черные брюки и короткий топ, с собранными в высокий хвост волосами, произвела невероятное впечатление.

В руках у нее оказалась внушительная сумка, которую она поставила рядом с собой.

– Нар Шархат, я Каэра из Нур-дара готова принять ваше предложение.

– Сестра, – выдохнул Яхтр. – Покинуть планету могут только те девушки, которым исполнилось шестнадцать…

– Или те, Яхтр, кто уже свободен в своем выборе, – спокойно отозвалась девушка и светло улыбнулась.

Посмотрела на меня, потом на Шархата, затем перевела взгляд на растерянного Яхтра.

– А я решила, зачем мне ждать своего совершеннолетия и портить праздник схваткой с женихом? Можно же и раньше провести, закон не запрещает. И решив так, вызвала старейшину соседнего поселения на бой.

Я охнула и неверяще уставилась на рантарку. Признаться, не ожидала от нее ничего подобного.

– И победила? – не удержался от вопроса Яхтр.

– Конечно.

– Ты не посмеешь… – начал старейшина, но Шархат остановил его жестом руки.

– Раз так, нара Каэра, как только ваш брат соберет все необходимые вещи, мы ждем вас на корабле.

Девушка счастливо улыбнулась, подхватила сумку и нырнула под крыло брата. А затем, словно плотину прорвало, стали появляться другие рантарки. Решительные, с ненормальным энтузиазмом в глазах, а следом за ними ринулись мужчины, пытающиеся запретить и отговорить их от опрометчивого шага.

Я смотрела на это безобразие и понимала, что Шархат все равно заберет только тридцать из них. Но напугать рантарцев стоило. Чую, теперь многое в их отношениях с женщинами изменится. Мужчины хотя бы начнут ухаживать за девушками, добиваться их расположения, а не считать вещью. И пусть до этого еще далеко и просто не будет, но… я почему-то уверена, что мы сделали важное и нужное. И да, однозначно, изменили чью-то жизнь к лучшему.

У Шархата сработал лиар, на связи оказалось двое безопасников. Их отправили на корабль, проверить ученых. Сердце сжалось от страха в преддверии новостей.

– Все живы, нар Шархат, – обрадовал один из ариатов, и от сердца отлегло. – Мы поместили их в лечебные капсулы. Курс оздоровительных и восстанавливающих процедур будет длится сутки.

– Хорошо. Оставайтесь на корабле, дежурьте по очереди. Если что, сразу набирайте меня.

– Есть, нар Шархат, – слаженно отозвались ариаты, и мой мужчина сбросил вызов.

После этого решительно подхватил меня на руки, прижимая к себе. Я вдохнула такой знакомый запах дыма, пепла и огня и закрыла глаза, проваливаясь в сон.

Шархат Антар.

Касс устала настолько, что едва стояла на ногах, но при этом крепилась до последнего. Не выдержал этой пытки, на самом деле, я. Когда мы оба чуть не погибли там, в сердце джунглей, что-то окончательно и безвозвратно между нами изменилось. Лопнула последняя натянутая струна, оставляя меня открытым и уязвимым перед ней. Перед той единственной женщиной, предназначенной мне во Вселенной.

Даже когда я летел вниз, понимая, что шансов выжить нет, думал о ней. О том, что оставляю ее одну. А Касс… ей так нужна защита.

Потому-то и сорвались те заветные и единственно верные слова с моих губ. Они так давно, оказывается, жили во мне, что я и сам этого не осознавал. И там, стоя на уступе, предлагая Касс связать свою судьбу с моей, я ждал ее ответа, едва дыша.

Хрупкая, невозможная моя девчонка! Какой же одинокой и неприкаянной, несмотря на серьезную работу и невероятные способности, была моя жизнь до встречи с ней. Ничто в этом мире, никакая сила и никакая власть не заменят настоящего живого тепла. Той искренности и открытости, которая есть между мной и Касс. Того ненормального доверия, от которого я задыхаюсь.

Я нес ее на руках к кораблю, свою драгоценность, и не хотел отпускать ни на миг. Но оставить Касс все же пришлось и заняться обычными делами. Для начала набрал Маркуса и рассказал, что произошло. О причинах, почему рантарцы теряют крылья, должны знать все. И Маркус, задумчиво покрутив в руках кружку с травяным чаем, был со мной согласен.

Затем отправился на корабль, где находились ученые, проверил их в целительских капсулах. А когда возвращался, возле корабля, держась на небольшом расстоянии, меня ждали рантарцы.

Удивленно приподнял брови, не понимая, зачем они здесь. Яхтр и Каэра должны прилететь вместе с остальными девушками, готовыми покинуть Рантар. Сейчас мы ждали только того, чтобы в себя пришла группа исследователей, прежде чем возвращаться домой.

Вперед вышел молодой мужчина, коротко склонил голову в знак уважения и сказал:

– Нар Шархат, мы благодарны за то, что вы сделали для нас.

Так… Это что-то новенькое. В лучшем случае я готовился к нападению.

– Наша раса бы погибла, не вмешайся вы в ход событий.

Хм… Я еще раз оглядел ряд мужчин и притаившихся среди них несколько женщин. Они не высовывались, прячась за широкими спинами, но то тут, то там мелькал любопытный взгляд.

– Все теперь в ваших руках, – заметил я, так и не понимая, чего они от меня хотят и мечтая только об одном – оказаться рядом с Касс.

Все мои мысли сейчас были лишь о ней.

– Ой, ну так и знала, что вам, мужчинам, доверять это дело нельзя! – неожиданно заявила средних лет женщина, оказываясь рядом с говорившим до этого рантарцем, так мне и не представившимся.

– Ягура…

– Ну что, Ягура? Нар Шархат, мы слышали от вашей команды, что вы с нарой Кассандрой собираетесь пожениться.

Я так и замер, не зная, что думать.

– Допустим, – ответил, не сводя с рантарцев глаз.

– Мы предлагаем вам организовать свадебный обряд по обычаям рантарцев. И все приготовления берем на себя, – робко улыбнулась она.

Я удивленно уставился на рантарку, а потом… почему бы и нет? Между мной и Касс все давно ясно. И я собирался провести свадебный обряд сразу же, как мы прилетим на Ариату. Но учитывая, что Маркус вполне может и меня, и Касс завалить работой… только спросил:

– А мы успеем?

В рядах рантарцев пошли шепотки, а после Ягура предвкушающе улыбнулась:

– Однозначно!

– Кажется, я даже знаю, кто вам еще может помочь, – вспомнил я про Алондру, которая когда-то организовывала свадьбу Диару с Алекс и набрал ее по лиару.

Через час, когда обсудили все важные моменты, я оставил рантарцев заниматься подготовкой, а сам отправился на корабль. Но не успел оказаться внутри, как меня окликнули и сообщили о древней традиции рантарцев, от которой отказаться не было и шанса.

Кажется, я за это время так соскучусь по Касс, что неделю ее из спальни не выпущу. Я улыбнулся этой мысли, запуская режим навигатора на лиаре и сорвался на бег.