Глава 8. Крик о помощи

Тили Подготовка к новогоднему балу шла полным ходом, но, к моему удивлению, общего напряжения, как перед открытием, не наблюдалось. Леди Дилосская грамотно распределила обязанности и зоны ответственности, курорт работал исправно, хоть и в усиленном режиме. Украшением залов, декорациями, программой развлечений занимался прибывший из дворца распорядитель торжеств со своими подчинёнными. Дио сегодня тоже дёргали намного меньше, чем обычно. Хотя тут дело было в Ари, которого новоиспечённый молодой отец везде водил с собой. Но мальчику всё это очень даже нравилось, хотя вёл он себя сдержанно и застенчиво. Не бегал, не прыгал, не стремился зарыться в снег, не баловался, не капризничал. Только смотрел по сторонам, слушал разговоры, а всех людей воспринимал крайне настороженно. Тёмную магию он больше не призывал и, вообще, как мне показалось, старался казаться незаметным. Однако новость о том, что Дио притащил на курорт своего сына, разлетелась по территории быстрее взрыва и стала самой обсуждаемой темой этого дня. Со мной мало кто решался разговаривать, для всех тут я была новым лицом, да ещё и невестой хозяина. А мне очень хотелось поговорить хоть с кем-нибудь. Обычно днём рядом был хотя бы Эрик, но сегодня он отсутствовал. Возможно, за мной всё равно присматривал кто-то из его подчинённых, хотя не уверена. Проверять работу артефактов я сегодня ездила на снегоходе одна, да и возле двери никто не дежурил. Возникло ощущение, что, как только лаборатория с детьми оказалась захвачена, Эрикнар просто про меня забыл. Хотя он же сам вчера признался, что находился рядом как раз потому, что считал меня возможным ключом для того, чтобы попасть в эту самую лабораторию. Но в итоге обошёлся отмычкой в виде Дио. Ужинали мы с Эридио и Ари в столовой, сидели втроём за отдалённым столиком, но от ощущения множества направленных на нас чужих взглядов у меня быстро пропал аппетит. Если так пойдёт и дальше, то нам придётся есть в номере. Хотя Дио такая обстановка, судя по всему, не напрягала. После ужина ему сообщили, что зал, где будет проходить бал, готов, и нужно принять работу. Он отправился туда с мелким, звал меня пойти с ними, но я отказалась. После нервной ночи, напряжённого утра и выматывающего рабочего дня мне хотелось только упасть на кровать и уснуть. Поэтому я решила просто отправиться в свой номер. Когда я дошла до лестницы, чуть ли не нос к носу столкнулась со спешащей куда-то Вилмой. Она вылетела из-за угла, зацепила меня плечом, буркнула извинения и уже хотела было продолжить путь… но тут поняла, на кого именно умудрилась налететь. – Простите, леди Гирадо, – испуганно выпалила девушка, уставившись на меня, как на настоящего монстра. – Боги, простите. Я такая неуклюжая! Клянусь, не хотела вас обидеть. – Ничего страшного. Бывает, – попыталась успокоить её я. – Вы ведь явно куда-то спешили. – Да, хотела письмо передать через портальную почту, – она показала на зажатый в руке большой конверт. И зачем-то смущённо пояснила: – У меня подруга пропала неделю назад. Уехала, даже не попрощавшись. А я только сегодня раздобыла адрес её родителей и решила написать. Знаете, мне кажется, она попала в беду. Вот нутром чую, что так и есть. А вместе с ней ещё и наш друг исчез. Но он вообще никому ничего не сообщил. Просто отправился в столицу в свой выходной и не вернулся. – Может, они вместе сбежали отсюда? – предположила я. – Не выдержали нагрузки? – Нет, – уверенно ответила девушка. – Они оба любили то, чем здесь занимались. Марк хвастался, что, скорее всего, останется тут работать в службе безопасности даже после практики. А Тили и вовсе получила должность с шикарной зарплатой. Не стали бы они сбегать, точно вам говорю. Боюсь, с ними что-то случилось. Я смотрела на Вилму, которая совершенно искренне переживала за нас с Марком, и меня тихо душила собственная совесть. Её крючковатые пальцы сдавили шею, потянулись к сердцу, а ногой она явно наступила на мои лёгкие. – Я могла бы попробовать выяснить что-нибудь о них через Дио, – проговорила я, глядя в глаза подруге. – У него дядя – глава департамента правопорядка. Но мои слова ничуть не успокоили Вилму. Наоборот, она вдруг заметно стушевалась. – Боюсь, это не самая лучшая идея, – сказала она, опустив взгляд. – Но почему? – удивилась я. Ведь уже придумала, как через пару дней расскажу Вилме, что с ребятами всё в полном порядке. – Просто… – начала она, смущённо краснея. – Понимаете… вы невеста Дио, а Тилина… он с ней довольно близко общался. Но теперь он с вами. Вы его будущая жена. Мне кажется, он не станет её искать. – Пф, – фыркнула я. – Он рассказывал мне про неё. Они просто дружили. Вилма посмотрела на меня с сомнением, но говорить ничего не стала. Ну да, она же не верит в дружбу между мужчиной и женщиной. Как я могла забыть? – И всё же спрошу у Дио, – добавила я. – А если что-то узнаю, обязательно вам сообщу. Как ваше имя? – Ой, простите, – девушка стушевалась. – Я Вилма. Вилмина Ранлит. Практикантка из Гаворской академии. Живу в двести пятнадцатой комнате. – Очень приятно познакомиться, – я искренне ей улыбнулась и отступила в сторону. – Что ж, не буду вас больше задерживать. – И мне очень приятно, – ответила она. – Ещё раз извините. На том мы и разошлись. *** Ари изрядно устал за этот насыщенный впечатлениями день, а после тёплой ванны его окончательно разморило. Кстати, купали мы его с Дио вместе, ведь опыта в этом вопросе не было ни у него, ни у меня. Но нам повезло – мальчик нам достался хоть и маленький, но явно умный не по годам. Мылся он, в общем-то, сам, а новоиспечённый отец ему лишь немного помогал. Когда, надев новую мягкую пижамку, малыш улёгся в кровать, Эридио вдруг решил, что сыну нужно рассказать какую-нибудь добрую сказку. Правда, пока он вспоминал подходящую, мальчик благополучно уснул. Мы с Дио переглянулись, как два заговорщика, тихо вышли в гостиную, плотно прикрыли за собой дверь… и, наконец, остались наедине. – Поздравляю с боевым крещением в роли отца, – улыбнулась я, садясь на диван. – Спасибо, – вздохнул Дио, опускаясь рядом. – Нелёгкая это роль. – Да кто бы сомневался, – я улыбнулась и уложила голову на его плечо. – Ты привыкнешь. Он хмыкнул, но отвечать ничего не стал. Некоторое время в гостиной царила приятная уютная тишина, нарушать которую совсем не хотелось. Если честно, я бы и сама с удовольствием отправилась спать, но лучше с Дио. Вот только сына он в номере одного не оставит, а спать втроём всё-таки не самый правильный вариант. Тем более, совсем рядом у меня есть свои апартаменты. – Ему нужно найти няню или даже гувернантку. Такую, чтобы даже ночью могла прийти на подмогу, – проговорил Эридио, поглаживая меня по плечу. – У меня много работы и ещё больше ответственности. Меня могут дёрнуть в любой момент, и что тогда делать? – Я могу за ним присматривать в такие моменты, – предложила я искренне. – Вот согласилась бы стать моей женой, тогда бы я имел право тебя о таком попросить. Но ты пока сомневаешься. Ну, упрекать тебя не в чем: я и сам проблемный тип, а тут ещё ребёнок. Я хотела заверить его, что всё не совсем так, но Дио заговорил раньше. – У него уже проснулась магия, и не только тёмная. Причём явно несколько стихий. Они иногда вырываются, выходят из-под контроля. Нам очень повезло, что для трёхлетнего пацана Ари очень здравомыслящий и серьёзный. Он пытается контролировать дар, вот только получается у него не всегда. По-хорошему, Тили, ему нужен опытный маг-наставник. Но я даже не представляю, кто возьмётся за обучение такого малыша. У меня тоже не было ответа на этот вопрос. Ари вообще своего рода уникум, но и отец у него не промах. Уверена, Дио обязательно найдёт наилучшее решение. – Завтра сюда прибудет мама, – сообщил он, чуть сильнее прижав меня к себе. – Говорит, что хочет ближе с внуком познакомиться. Так что часть дня мелкий будет с ней. И за это время мне придётся как-то успевать сделать все запланированные дела. Он издал нервный смешок: – Не представляю, как люди вообще с детьми живут! Им же нужно постоянное внимание. Сам ты можешь и не поспать, и не поесть, а у ребёнка режим. Более того, его нужно не только развлекать, но и учить. Чуть помолчав, Дио добавил: – Знаешь, Тили, у меня такое чувство, что я вдруг попал под лавину. Меня накрыло снегом, закрутило, и я даже не знаю теперь, где верх, где низ, куда копать, чтобы выбраться… – его голос звучал растерянно. – А через два дня новогодний бал, который вообще неизвестно, чем закончится. Мелкого в эту ночь здесь быть не должно. А я – наоборот, обязан оставаться в центре событий. И что делать? – Ты хорошо справляешься, – я потёрлась носом о его плечо и с удовольствием вдохнула такой приятный запах его кожи и туалетной воды. – Я с тобой, буду помогать. Всё наладится, не сомневайся. – Спасибо, – он коснулся губами моего виска. – Без тебя я бы точно тут свихнулся. А когда ты рядом, у меня будто появляются дополнительные силы. И Аривио ты нравишься. Знаешь, как он тебя называет? Мама Тили. Хотя ко мне обращается исключительно по имени. На моём лице расплылась довольная улыбка, в груди потеплело. Я уже почти поддалась порыву ответить Дио, что согласна стать его супругой, как вдруг запиликал мой артефакт связи. Сердце испуганно сжалось. Вызывать меня могли только несколько человек. Я до последнего надеялась, что это Эрик… но ошиблась. – Здравствуй, дочь, – холодным тоном произнёс мой отец. – Доброго вечера, папа, – ответила я. Едва услышав это, Дио напряжённо дёрнулся, а потом сел прямо и придвинулся ближе к моему артефакту, чтобы тоже слышать разговор. – Ты не пришла. – Я сразу сказала, что не стану убегать. Останусь с Дио, – я старалась говорить твёрдо, но голос всё равно предательски дрогнул. – Это очень глупое решение, – ответил отец. – Карильские отказались отпускать нашу дипломатическую делегацию. Твой брат у них в плену. Моего советника убили тёмной магией, и сделал это твой жених. Если ты заартачишься, тебя тоже посадят под замок. Фактически, Мартина, ты и сейчас заложница. Их щенок-король уже выставил мне ультиматум и, если я не соглашусь на его условия сотрудничества, он придёт ко мне со своей армией. Он угрожает мне жизнью Дайлита. – Папа, вы ведь можете договориться, – прошептала я, потрясенная тем, что услышала. – Нет, Тили. Не можем, – без сомнения в голосе ответил князь. – Не получится. Поэтому будет война. И ты в этой войне станешь рычагом давления на меня. Я ошеломлённо застыла, а в сознании раскрылся весь жуткий смысл его слов. Но ведь этого просто не может быть! Война – это ужасно! Неправильно! Кошмарно! На войне будут гибнуть солдаты… страдать мирные жители. И всё почему? Потому что два правителя просто не смогли договориться? – Папа, войны нужно избежать! – сказала я твёрдо. – Тебе совсем не жаль своих солдат? Своих подданных?! Неужели нельзя хотя бы попытаться найти компромисс? Ведь можно же постараться устранить причину конфликта! – Нельзя. Но не переживай, Тили, на нашей стороне сильные союзники. – Которые держат детей в лаборатории?! – выкрикнула я, вскочив на ноги. – Этих союзников ты имеешь в виду? А ты уверен, что они желают Гаусу добра? Или для них это просто место, где можно строить свои базы? Дио тоже поднялся и приобнял меня за плечи, успокаивая. Но я всё равно была слишком взвинчена. – У меня с ними договор, – прорычал отец. – И его нельзя расторгнуть. Что поразило меня больше всего – несмотря на мои грубые слова и далеко не дружелюбный тон, папа всё равно продолжал со мной разговаривать. Не осадил, не отчитал за дерзость. А это было не просто странно, а даже пугало. Ведь он будто бы оправдывался, чего на моей памяти никогда раньше не случалось. – Так помоги Карилии избавиться от них, – проговорила я, почти умоляя. – Ведь Эвенар именно этого от тебя хочет? – Милая, – папа горько усмехнулся. – Ты слишком наивна, чтобы разбираться в большой политике. А ещё… я уверен, что сейчас ты не одна, а с этим своим сумасшедшим женихом. Кстати, он не защитит тебя от своего короля. Если Эвенар решит тебя убить, то долго ты не проживёшь. Его агенты и сейчас следят за каждым твоим шагом. Сегодня у тебя был шанс сбежать, но ты не пришла. И скорее всего, Мартина, это последний наш разговор. Карильцы перекинули к нашим границам часть армии. Если до завтрашней полуночи я не приму условия коронованного щенка, то они начнут наступление. А я не приму. Не могу. – Папа! – выкрикнула я, сжимая пальцы в кулак. И только теперь с ужасом сообразила, что отец на самом деле вызвал меня, чтобы попрощаться. Он ведь не верил, что его оставят в живых. Нет… – Позаботься о матери, – проговорил папа. – Никогда не связывайся с эргонцами с Земли и их учёными. И не верь Карильским, ты для них лишь разменная монета. На этом связь оборвалась… а я растерянно опустила руку с закреплённым на запястье потухшим артефактом связи. В мыслях стало тихо, словно их кто-то заморозил. Картинка перед глазами начала расплываться, и я далеко не сразу поняла, что это из-за слёз. – Эрик, надо поговорить, – сказал кому-то Дио за моей спиной, и я обернулась к нему. – Тили только что вызывал её отец. И, судя по всему, он уверен, что жить ему осталось недолго. У меня сложилось ощущение, что он помогает тритоновцам не по собственной воле, а пойти против них не может. Что ответил ему Эрикнар, я не услышала. Но Дио молча отключил связь и посмотрел мне в глаза. – Рано расклеиваться, Тили, – твёрдо произнёс он, поймав мою руку и потянув к дивану. В итоге я оказалась сидящей у него на коленях. – Ещё есть шанс, что всё это противостояние закончится благополучно. Я передал информацию, Эрик понял меня правильно. Теперь нам остаётся только ждать. – Зачем ты ему сказал? – спросила я растерянно, а в душе не осталось вообще никаких эмоций, только пустота. – Потому что этот звонок был самым настоящим криком о помощи. Твой отец знал, что я с тобой, и всё равно сказал всё то, что сказал. Ему явно угрожает опасность, но не от нас. Даже при штурме дворца его бы точно убивать не стали. Он нужен Эвенару живым. Следовательно, боится князь именно тритоновцев. А пойти против них ему, вполне возможно, мешает клятва. – Дио поймал мой взгляд. – Так ситуацию понимаю я. Поэтому и вызвал Эрика. – Но чем он может помочь? – мой голос предательски дрожал. – Сможет, – без малейшего сомнения ответил мой жених и ободряюще улыбнулся. – Мы с ним вчера вдвоём проникли в защищённую лабораторию, выкрали оттуда мелкого. Дерзко и почти без осечек. Эрик много лет работал кем-то вроде агента тайной полиции, выполнял такие задания, что и представить страшно. Когда я был маленький, папа рассказывал мне истории про его приключения, и я слушал их, как сказки. И только когда вырос, понял, что ничего сказочного в них не было. Я грустно улыбнулась и обняла Дио. Так действительно становилось легче. – Что мне делать? – спросила я тихо. – Лучший вариант для тебя – как можно скорее стать Карильской-Мадели, – он погладил меня по волосам. – Но я не хочу на тебя давить, поэтому мы постараемся выкрутиться иначе. И нам обязательно помогут. – Кто? – спросила я, подняв на него взгляд. – Моя семья, – проговорил Дио, а на его лице появилась мягкая улыбка человека, который пришёл к важному выводу. – Знаешь… я вчера понял одну вещь: каким бы недоумком они меня ни считали, но в обиду никому не дадут. И тебя они уже приняли, как мою невесту. – Думаешь? – не поверила я. – Уверен, – его улыбка стала шире. Мне очень хотелось ему верить. А ещё больше хотелось податься ближе, коснуться его губ своими, раствориться в приятном нежном поцелуе и забыть обо всём, что сказал мне отец. Увы, расслабляться было нельзя. Меня ужасно пугала война, а испуганное подсознание рисовало в мыслях кошмарные картины горящей столицы, развалин родного дворца, жестоких магических боёв… Боги! Это всё безумно страшно! И, если бы был способ не допустить кровопролития, я бы пошла ради этого на многое! Сделала бы что угодно! – Давай спать, – вздохнув, предложил Дио. – И предлагаю лечь прямо здесь. Диван разбирается, дополнительный комплект постельного белья у меня есть. Эридио смотрел на меня выжидающе, ему явно был важен мой ответ. Но когда я промолчала, он сказал: – Тили, мне больше не нравится спать одному, – и проговорил это таким тоном, будто признавался в величайшей слабости. – Я только с тобой начал нормально засыпать. А просыпаться в твоей компании – отдельный вид наслаждения. Останься сегодня со мной. Пожалуйста. И так проникновенно посмотрел в глаза, что я не выдержала и сама его поцеловала. Он ответил, причём очень охотно, зарылся пальцами в мои волосы на затылке, углубил поцелуй. И, кажется, мы немного увлеклись… потому что, когда Дио отстранился, я обнаружила себя лежащей под ним на диване. Он, казалось, тоже был удивлён такой смене позиций наших тел, но против точно не был. – Можем продолжить… но тогда, прекрасная Мартина, всё закончится потерей твой девственности, – мягко промурлыкал Дио и коснулся губами моей шеи. Я вздрогнула от пронесшейся по телу волны наслаждения и прикрыла глаза. Увы, продолжать Эридио не стал. Мягко приподнялся, а потом и вовсе встал с дивана. Осознав, что продолжения не последует, я разочарованно вздохнула и тоже поспешила сесть. – Почему? – спросила, поймав его взгляд. – Почему я остановился? – уточнил он, кривовато усмехнувшись. – Тебе не самую приятную правду или красивую ложь? Я смотрела на него и видела в его взгляде яркое желание, за которым пряталось нечто совсем уж неправильное. И с горечью осознала, что в глубине глаз Дио затаился страх. – Лучше уж ничего не говори, – ответила я ему. – И давай, правда, спать. Завтра сложный день, а послезавтра вообще пресловутый бал. Он молча кивнул и отправился в спальню за постельным бельём и подушками. Стоило ему уйти, как я обхватила плечи руками и крепко зажмурилась. Мне было безумно жаль Дио. Я нравилась ему, он хотел меня… но боялся, что у нас ничего не получится. И это неудивительно, после того, что ему пришлось пережить. Но как я могу ему помочь? И должна ли вообще делать для этого какие-то шаги? Не станет ли от моей инициативы только хуже? А ведь и не спросишь ни у кого. Разве что, у Эрика? Но я даже не представляю, как завести с ним такой личный разговор на столь сложную тему. И что же делать? Спать мы улеглись только через полчаса. Диван застилали вместе, в душ ходили по очереди. Дио для сна даже раздобыл где-то пижаму и старался вести себя так, будто не было между нами ни поцелуев, ни повисших в воздухе сложных тем. Шутил, улыбался, снова намекал на брак, вот только больше не целовал и вообще держал между нами дистанцию. Но когда мы всё же оказались под одним одеялом, я придвинулась к нему, уложила голову на его плечо и даже закинула ногу на его бедро… а Дио обнял меня в ответ. Но в нём всё равно чувствовалось напряжение, а его пальцы чуть подрагивали. Потушив свет, мы долго лежали в тишине. Я не двигалась, давая Эридио время привыкнуть, осознать, что рядом с ним именно я… и постепенно он расслабился. Правда, заснуть сегодня почему-то долго не получалось ни у одного из нас. – Я справлюсь, Тили, – тихий шёпот, прозвучавший в темноте гостиной, показался мне настоящим криком души. – Мы разберёмся и с балом, и с твоим отцом, и с возможной войной, и с «Тритоном», и… – Знаешь, что… – перебила я его и чуть приподнялась на локте, чтобы смотреть ему в глаза. – А я согласна стать твоей женой. Он, казалось, не поверил. Молчал, наверное, около минуты, а потом усмехнулся и осторожно спросил: – А можно узнать причину изменения твоего решения? – Тебе красивую ложь или не самую красивую правду? – ответила я его же фразой. – Конечно, правду, – заявил он, но слегка напрягся. – Ненавижу ложь. – Не хочу отдавать тебя какой-нибудь гипотетической девушке. Ведь однажды тебе всё равно придётся жениться, а я категорически не согласна видеть рядом с тобой какую-нибудь другую непонятную девицу, – проговорила я, состроив серьёзное лицо. – И это главная причина? – рассмеялся Дио. – То есть, ты такая лютая собственница, что готова пожертвовать ради этого своей свободой? – Ну, это одна из причин, – сказала я уклончиво. – Ещё мне нравится твой сын и твой курорт. – Спасибо, – произнёс он в ответ, но в голосе его чувствовалось волнение. – И ты мне тоже очень нравишься, – добавила я. – Мне с тобой хорошо. – А ты мне даже больше, чем нравишься, – вдруг признался Дио и коснулся моей щеки. – Я действительно рад, что ты готова принять меня на законных основаниях. И, если честно, женился бы на тебе прямо завтра. Я улыбнулась, быстро поцеловала его в губы и вдруг заявила, удивив даже саму себя: – А давай. – Что давай? – Завтра пройдём ритуал единения. Хотя, подожди, у нас завтра очень много работы. Лучше послезавтра. Дио сел на постели, создал над нами маленький желтоватый светящийся шарик и пристально посмотрел мне в глаза. Видимо, пытался определить, шучу я или говорю серьёзно. Он был напряжён и серьёзен, но, увидев мой взгляд, лукаво улыбнулся. – Договорились, Тили. Послезавтра в полдень ты станешь моей женой, – проговорил он, кивнув. – Добавим ещё один скандал в копилку. Мои родители будут в ужасе. Твоим сейчас вообще не до свадьбы дочери. Эви сначала разорётся, потом оценит и даже согласится, что сам бы на нашем месте так и поступил. Он смотрел на меня внимательно, выжидающе. Наверное, ждал, что сейчас я заявлю, что пошутила. Но я, наоборот, почувствовала себя очень довольной и почти счастливой. – Скандалом больше, скандалом меньше, – пожала плечами. – Но ты помнишь, что ритуал единения нерасторжим? – уточнил Дио, глядя на меня с лёгким прищуром. – А ты помнишь, что закрепить его нужно в течение трёх дней? – ответила я вопросом на вопрос. – Так ты рассчитываешь соскочить именно таким образом? – Дио то ли восхитился, то ли возмутился. – Я не собираюсь отказываться от своего решения. Но решишься ли ты? – Вот оно что, – он вдруг рассмеялся. – Это такая провокация или попытка поймать меня на слабо́? – Это жизнь, Дио, – я широко улыбнулась. – Просто у нас она вот такая… странная. – А мне нравится, – он тоже улыбнулся, а потом повалил меня на постель, крепко обнял и потушил свет. – Пусть будет так. А теперь спи, Тили. Чтобы послезавтра найти время на ритуал, нам придётся за завтрашний день переделать уйму дел. И предлагаю никому не говорить о свадьбе. Сообщим постфактум. – Согласна, – этот вариант мне очень даже нравился. – Сладких снов. Я потёрлась щекой о его плечо, укладываясь удобнее. Дио вдохнул запах моих волос, коснулся губами виска и ответил: – Спокойной ночи, моя будущая жена. Пусть тебе приснится что-нибудь яркое и интересное. Например, я.