Глава 37

Раздался стук в дверь, и я испуганно отпрянула от Шандатиля, разорвав поцелуй. Эльф покачал головой и сверкнул глазами, будто я сделала нечто забавное, но выпрямился. Я же в волнении предупредила постучавшего:

– Входить нельзя!

Наверное, пришли проверить, почему я прогуливаю занятие, чего никогда раньше не было. Нужно придумать вескую причину, если хочу скрыть действительную. Не говорить же, что я внезапно посерела?

– Кхе! – притворяясь, кашлянула я и прохрипела: – Я больна… Очень больна!

– Вызвать целителя?

Услышав голос ректора, я затаила дыхание, а дверь всё же открылась. Войдя, Алмиус захлопнул её и, стукнув по ручке, запер магией.

– Аннет вам рассказала? – пролепетала я.

Я же просила её не делать этого! Или нет… Как раз пошутила, чтобы она ректора позвала, вот, благодарная за исцеление, но перепуганная до смерти, подруга и приняла шутку за просьбу.

– Ректора пригласил я, – признался Шандатиль.

Я так удивилась, что лишь захлопала ресницами. Хотелось спросить зачем, но голос мне изменил, раздалось лишь сипение.

– Кожа светло-серая, радужка оранжево-алая, уши типичной для людей анатомии, – осмотрел меня Алмиус и уточнил у эльфа: – Это пока что частичная трансформация?

– Вы не удивлены моим видом, – обрела я дар речи и нахмурилась. – То есть вы тоже знали, кто я на самом деле?

– Честно говоря, сомневался до сего момента, – ректор присел на стул и, с интересом рассматривая меня, пояснил: – Когда мой старый друг Шандатиль попросил предоставить ему возможность посещать выпускной курс академии, я не поверил своим ушам. А когда он объяснил причину, подумал, что Зеркало судеб у эльфов испортилось. Но то, что видят мои глаза, происходит на самом деле, и я поражён этим невероятным чудом!

– Вы не очень-то похожи на потрясённого магента, – ёжась под его восхищённым взглядом, проворчала я. – Скорее на чрезвычайно заинтересованного.

– Конечно, это любопытно, – согласился ректор. – Даже в книгах ни разу не встречал упоминаний о том, что тёмную магию можно до совершеннолетия скрыть светлой. Или наоборот.

– Случаев крайне мало, – тихо прокомментировал эльф. – Цена слишком высока.

Я втянула носом воздух и, догадавшись, на что намекнул Шандатиль, сжала кулаки.

– Мама пожертвовала своей жизнью, чтобы я была… нормальной?

Голос мой прозвучал скрипуче, словно открыли проржавевшую дверь в подвал. Я помотала головой так, что побелевшие волосы рассыпались по плечам:

– Нет-нет, всё неправда! Не могла мама быть наложницей у дроу. Она же была женой верховного магента его величества! Сестра старше меня на семь лет…

– Помнишь, как я изменил память одному из ведентов? – приподнял бровь Шандатиль. – Твоя мама тоже обладала подобным даром. Только ещё сильнее.

У меня в голове загудело от вихря самых жутких мыслей и предположений. Я выставила ладонь:

– Подожди… Моя мама – эльфийка? Светлая?!

– Конечно, – коротко кивнул он. – Каким-то образом она сумела сбежать от корза. Ради того, чтобы уберечь ребёнка от предначертанной судьбы, притворилась человеком и использовала свой дар, чтобы убедить твоего отца и его дочь, что является частью их семьи.

– Но… – я обхватила голову, которая была готова разлететься на куски от новостей. – Как? Нет, не то. Где тогда мама Элизы?

– Скорее всего, умерла, – мягко пояснил ректор и взглянул на меня с долей сочувствия. – Месмериты даже среди светлых большая редкость, неудивительно, что корз захотел Аланаконту в наложницы. Чудо, что ей удалось убежать и столько времени скрываться…

– Погодите, – вздрогнула я и с ужасом посмотрела на молчаливого Шандатиля. – Уберечь от предначертанной судьбы? Неужели Далграназ прав? Неужели корз хочет, чтобы я стала королевой дроу?!

– Корзой, – педантично поправил эльф. – Ты корза по праву рождения, Кэтрин, в тебе течёт магия Зегмадса. Но дар, который передала Аланаконта, скрывает тебя. Даже сейчас, когда тебе исполнилось восемнадцать, она остаётся с тобой.

Я потёрла виски, пытаясь осознать жуткую правду.

– Не понимаю, почему я меняюсь внешне? – обернулась я к ректору. – Ведь раньше я выглядела как нормальный человек. Кожа, волосы… глаза! Но стоило Далграназу коснуться меня вчера на занятии… – я оживилась. – Он как-то воздействовал на тёмную силу? Пробудил её?

– Для этого корэл и пришёл в академию, – сухо кивнул Шандатиль. – Он хочет убедить тебя стать дроу и отправиться с ним.

– Убедить? Помнится, сначала он собирался устроить отбор невест, – нахмурилась я. – Но увидев тебя, передумал. А ты ещё предупредил, что дроу попробует отбить меня… Неужели не знал, что он сын корза и, возможно, мой брат?

– Тебя удивляет то, что Далграназ хотел устроить отбор? – уточнил эльф. – Он искал дочь корза, которая выглядит как человеческая девушка восемнадцати лет. На отборе дроу понял бы, кто из претенденток его сестра, и, получив её в жёны, увёз.

– Но вчера Далграназ сказал, что не настолько порочен, чтобы ухаживать за сестрой, – возразила я.

– Церемония магентов не действительна у дроу, – пожал плечами эльф. – Это был лишь лёгкий способ вернуть тебя. До сих пор дроу не брали в наложницы дочерей магентов, ваш король легко пошёл на эту уступку.

Получается, Шандатилю было известно, как я выгляжу, а Далграназ знал лишь возраст и город. И на приёме у короля, когда эти двое столкнулись, корэл понял, что его опередили. Каким образом он это понял, я могла предположить. Мой парень обладал уникальным даром, и магия мамы не смогла скрыть мою истинную природу от… Как там ректор назвал таких существ? От месмерита!

В голове не укладывалось то, что (возможно) Шандатиль видит меня совершенно иначе, чем я себя в зеркале. Даже думать боюсь, как именно я предстаю перед ним. Но если так, то почему эльф целовал меня, ведь он от всей души ненавидит дроу?

И есть за что!

– То есть король согласился отдать одну из девушек даже не в жёны, а в наложницы? – скривилась я и повела плечом. – Это мерзко! А эти дроу… Какая сложная иерархия. Матриархат и власть передаётся по женской линии, но существуют гаремы… Как они умудряются всё совмещать?

– Это болезненная тема для моего народа, – напряжённо отозвался Шандатиль. – Но если тебе интересно, я объясню.

– Неинтересно, – решительно отрезала я. – Лучше расскажи, можно ли вновь спрятать тёмную силу и прикрыться маминым даром. Честно говоря, мне нравилось быть человеком…

– Я рад, – на миг лицо эльфа озарила улыбка, от которой быстрее забилось сердце. – Для этого я здесь, Кити. Как увидел тебя в Зеркале судеб, сразу понял, что ты мне подходишь.

– Но почему? – задала я тревожащий меня вопрос. Преодолев смущение от присутствия ректора, всё же шепнула: – То же самое ты говорил о даре Древа жизни. Мол, если из яйца кто-нибудь вылупится, то я тебе подхожу. Что значат эти слова?