Глава 41

Амелинда

Я почти не запомнила похороны лери Беллы. Только бесконечную череду соседей, которые текли в наш замок, словно река. Пустые слова сожалений, осунувшееся, такое же пустое лицо Лео. И известие, всколыхнувшее Эйшвил от фундамента до крыши: король Илверт, который по воле случая находился неподалеку, решил лично выразить соболезнования семье Эйшей. Я подозревала, что он хотел заодно узнать, не причастен ли к происходящему Эрвинг. Вряд ли Лео доложил королю о его бегстве. Было не до того, да и Леонард считал, что Эри мертв, пусть тела никто и не видел. Я знала, что это не так. Чувствовала. И Айк все время говорил об Эрвинге, только Лео я не передавала его слова.

Айк был еще одной причиной, по которой я почти не помнила эти траурные дни. Приходилось сидеть у его постели сутками напролет. Все время, которое Айк находился в сознании, он бредил. И картины, которые видел, становились все ужаснее. А самое жуткое, что я ничем не могла ему помочь. Рана, нанесенная Эри, затянулась, но лучше не стало. Леонард пытался увести меня, заставить думать о собственном здоровье, но стоило Айку проснуться, когда меня нет рядом, и у него начиналась форменная истерика. Да и прислуга боялась присматривать за ним, потому что во время очередного припадка он увидел в служанке какую-то женщину, «которая смеется», и едва её не погубил.

Поэтому утро дня похорон позднее начисто выветрилось из памяти. Мы заперли Айка, потому что мое отсутствие на церемонии было бы странным, и встречали гостей. Илверт явился последним, когда в маленьком храме Эйшвила уже было не протолкнуться. Я не видела короля с самого свадебного бала, как и его супругу, которая на этот раз сопровождала мужа. Илверт стал более жестким. Его тяжелый взгляд будто припечатывал к месту. Зато королева Бранда, скрывавшая округлившийся живот за свободным платьем, сияла красотой. Я даже на миг удивилась, как Эри мог разлюбить эту величественную златовласую богиню — и обратить взгляд на меня.

Илверт говорил что-то Лео, тот отвечал, а я снова утонула в мыслях об Эрвинге. Все эти дни так сильно старалась забыть о нем! Но разве вышло? Пока сидела рядом с Айком, не было сил о чем-то думать. Однако стоило остаться одной, и лицо Эри тут же появлялось перед глазами. Любимый мой. Как он там? Добрался ли уже до Изельгарда? Все ли благополучно? Лео так и не выслал погони, никуда не сообщил. Он потерянно бродил по коридорам замка, а я не знала, как ему помочь. Тем более что любила другого.

Началась заупокойная церемония. Четыре служителя каждого из богов по очереди читали молитвы, а я смотрела на Бранду. Она стояла, расправив плечи, но пару раз оглянулась, будто стараясь найти в толпе кого-то. Она тоже ждала его? Наконец, поток людей двинулся к кладбищу. Илверт и Бранда остались ожидать возвращения Леонарда в замке, я тоже, потому что высоких гостей не годилось оставлять в одиночестве. Да и беременность освобождала меня от необходимости посещать погост.

— Скоропостижная кончина лери Беллы явилась тяжким и неожиданным ударом для нас, — говорил Илверт, пока я провожала их с Брандой в комнату для отдыха. Несколько придворных следовали за нами в отдалении, как полагал этикет Литонии. — Наши семьи многие поколения связывала теплая дружба.

— Благодарю, ваше величество, — отвечала я. — Для всего рода Эйшей очень ценны ваши слова поддержки.

— А где же Айк Эйш? — спросила Бранда. — Странно, что он не присутствовал на церемонии.

— Айк тяжело болен, — ответила я. — Недавно на него в городе напал злоумышленник, и он чудом остался жив. Рана затянулась с помощью магии, но это было слишком серьезное потрясение для него. Еще и смерть матери…

Хотя, как раз об этом Айку до сих пор никто не сообщил. Но мне казалось, он знал и сам, судя по тем обрывкам его фраз, которые удалось уловить.

— Как печально, — сказала юная королева. — Он показался мне достойным молодым человеком.

Достойным? Знала бы ты, как он обращался с Эрвингом. Но я промолчала, лишь заверила, что мы делаем все для восстановления здоровья Айка. До гостиной оставалось пару шагов, когда что-то загрохотало, а затем перед нами появился Айк — бледный, растрепанный, без рубашки, в одних штанах.

— Айк! — вскрикнула я, тут же перехватывая его руку. — Простите, ваше величество, он не в себе после ранения.

— Лер Эйш? — удивленно замер король.

— Ваше величество.

Тот поклонился, но я по лицу видела — с Айком далеко не все в порядке. Даже если не учитывать внешний вид.

— Лери Амелинда сообщила о том, что вы были ранены, — нахмурился король. — Но я не думал, что дела настолько плохи.

— Плохи? — Глаза Айка лихорадочно блестели. — О, нет! Мои дела очень даже хороши. Пока рядом со мной сестрица, изельгардский палач меня не тронет.

И крепче сжал мою руку.

— О чем это он?

— Он бредит, — попыталась увлечь Айка прочь.

— Нет, я вижу! — воспротивился тот, хотя обычно меня слушался. — Теперь видения идут без конца, как у сестры, и сводят, сводят с ума… Илли злится на меня, поэтому отдала свою силу.

— Значит, его магия перестает быть стихийной? — живо заинтересовался Илверт. — И чего же нам ждать, Айк?

— Кровь на ступенях трона. — Тот выпустил мою руку и с силой сжал виски руками. — Кровь на полах дворца. Черный, повсюду черный. Да здравствует Изельгард!

— Не слушайте его, ваше величество, он не в себе, — признала я очевидное. — Идем, Айк. Ты всех утомил, их величествам нужно отдохнуть.

— Ты ищешь его? — Айк обернулся к Бранде. — Его здесь нет! Он далеко, далеко… Но он придет. И ты увидишь его, увидишь. Только ты ему больше не нужна.

Королева прикрыла рот ладошкой. Она выглядела испуганной настолько, что я уже призвала магию — все-таки Бранда была в положении, надо позаботиться о ребенке.

— Стража! — позвала я.

— Не надо, — остановил меня Илверт, распахнул дверь гостиной и втолкнул туда Айка. Мы с Брандой бросились следом, и дверь закрылась за нашими спинами, а король наседал на провидца.

— Будет война с Изельгардом? — допытывался он. — Когда они нападут? Где ждать прорыва?

— По морю, по суше. — Айк сжал виски. — Всюду черным-черно. Золото на черном.

— Карту! — потребовал король.

— Он бредит, — пыталась достучаться снова и снова. — Он болен.

А Илверт посмотрел по сторонам. Стену как раз украшала старинная карта Литонии.

— Иди сюда, — схватил Айка и подтащил ближе. — Где?

— Здесь, — указал тот. — И здесь. И здесь.

Я не видела, что это за города, только сами жесты.

— Я пойду, — вдруг сказал Айк. — Эйшвил в трауре.

Затем обернулся к Бранде.

— Не смейся, — сказал ей тихо. — Твое дитя будет править, вот твое утешение.

И пошел прочь, а Илверт зачарованно замер у карты.

Я не знала, то ли бежать за Айком, то ли остаться с королем. Его величество сам разрешил эту проблему.

— Лери Эйш, — сказал он милостиво, — убедитесь, что ваш деверь благополучно добрался до собственной комнаты. Вижу, его состояние действительно оставляет желать лучшего.

— Вы правы, ваше величество. — Я присела в реверансе. — Айку нужен присмотр.

И уже шла к двери, когда в спину долетел неожиданный вопрос:

— Скажите, где сейчас находится Эрвинг Аттеус?

— Не могу знать, ваше величество, — пробормотала сбивчиво. — Вам лучше спросить об этом моего супруга.

И сбежала, пока Илверт не утроил допрос. Ничего, Лео скоро вернется, а пока что короля развлекут его придворные, толпящиеся под дверью. Я же влетела в спальню Айка. Он сидел на кровати и смотрел в окно. Тихо, спокойно. Стало легче?

— Как ты? — присела рядом, сжала пылающую ладонь. Да, мы не были слишком близки, как родственники, но мне было его жаль. И я чувствовала вину, потому что Эри оказался в городе с моей помощью. Значит, и ранил Айка из-за меня.

— Пока ты здесь, сестрица, я в порядке, — ответил он задумчиво. — Илверт думает, что сможет переиграть судьбу. Так забавно.

— А он… не сможет? — спросила осторожно.

— Как знать? Я должен был умереть, но жив. Он должен проиграть, но… А ты все дрожишь за постороннего мужчину, сестрица. Не бойся, он скоро будет дома.

— Я не боюсь.

— Не лги. Сейчас мне видно яснее, чем когда-либо. Не беспокойся, я никому ничего не скажу.

— Почему? — спросила прямо. — Лео же твой брат.

— Потому, что еще хочу жить. Умирать страшно, сестрица.

И мне тоже было жутко слушать его. А Айк лег и закрыл глаза. Может, ему станет хоть немного легче? Иначе магия сведет его с ума.

— Я вернусь к королю, — сказала ему. — Может, к тебе прислать кого-нибудь?

— Да, пришли ко мне немую рабыню.

Что? Я не ослышалась? Анита тут при чем? А потом поняла. Как и в моем случае, Айк уверен, что Эри не станет его убивать при тех, кого любит. А Нита была дорога Эрвингу. Но где гарантия, что Айк её не обидит?

— Я спрошу у неё, хочет ли она прийти, — ответила твердо. — Теперь отдыхай, вернусь, как только смогу.

Вышла в коридор, подумала — и решила, что не стоит просить Ниту о помощи. Она была совсем девчонкой. Тем более, не могла за себя постоять. А Айк в том состоянии, что находиться рядом с ним небезопасно. Поэтому вернулась к Илверту и Бранде. Они беседовали с придворными, но когда я появилась, его величество снова обратил на меня свой взор.

— А, лери Эйш, — сказал милостиво. — Как себя чувствует ваш деверь?6dfffc

— Благодарю, ему лучше, ваше величество.

Пока что лучше. Но такие периоды затишья, увы, редко длились долго.

— Надеюсь, он поправится. Его дар нужен Литонии. А вот и ваш супруг.

Действительно, бледный и подавленный Леонард появился в дверях. Я тут же подошла к нему, но Лео, казалось, меня не замечал. А Илверт о чем-то напряженно думал.

— Оставьте-ка нас с лером Эйшем, — обратился к придворным. — Бранда, дорогая, прогуляйтесь немного по замку, вам вредно долго сидеть в душной комнате. Лери Амелинда, а вы можете остаться.

Гостиная быстро опустела. Король дождался, пока за женой и слугами закроется дверь, и тогда отрывисто сказал:

— Присаживайтесь. Эйш, твой брат тут говорил занятные вещи. Он видит новую войну с Изельгардом.

— Это неудивительно, ваше величество, — ответил Лео. — Вряд ли Осмонд смирится с поражением, несмотря на ваш брак с принцессой Брандой.

— Бранда… Радует одно — королева плодовита и здорова. Иначе я бы сказал, что Осмонд подбросил мне тот еще подарочек.

— Почему? — спросила я. — Её величество очень красива.

— Да, к тому ветрена и упряма. Жуткий характер. Родит мне сына, и надо будет постараться, чтобы она снова забеременела. А то сует свой нос, куда не следует. Да ладно, не об этом речь. — Илверт нахмурился сильнее. — Айк указал места, где возможен прорыв изельгардцев. Леонард, я знаю, ты не в той форме, чтобы участвовать в боевых действиях, но, может, все-таки подумаешь?

— Лео! — Я опустила ладонь на руку мужа.

— Если возникнет такая необходимость, я повинуюсь, ваше величество, — ответил тот. — Только боюсь, что моей магии надолго не хватит.

— Послушай, а где этот изельгардский прихвостень Аттеус? — поинтересовался король, и Лео побледнел сильнее.

— Он мертв, — ответил уверенно. — Пытался бежать из замка, и теперь я не чувствую печати.

— Надеюсь, его смерть была жуткой, — заметил Илверт. — Ладно, к демонам его, они заждались. Слушай, что рассказал Айк.

И они уже вдвоем замерли у карты, а я попросила прощения и вернулась к Айку. Вот только у его постели уже сидела Нита. У неё в руках были обычные бусики, и она перебирала бусину за бусиной, а Айк заворожено следил за движениями пальцев.

— Кто тебя позвал? — спросила я чуть резче, чем следовало, забыв, что девочка мне не ответит.

— Ты не спешила, и я попросил слуг сходить за ней, — ответил Айк, все так же глядя на бусины.

— Послушай…

— Тебе надо отдохнуть, Эмми. Беременность не такая уж простая, да?

Нита вздрогнула и уставилась на меня, а я приложила палец к губам.

— Это потому, что у вас с малышом разный вид магии, — продолжал Айк задумчиво. — И пол, и магическая направленность. Это ведь мальчик. И он не целитель. Но ничего, он будет здоров, если ты побережешь себя и не станешь волноваться. Жаль…

— Чего? — онемевшими губами спросила я.

Но Айк не ответил. Только щелкали бусины — щелк, щелк. А мне казалось, что схожу с ума. Когда же это закончится?