Глава 43

Эрвинг

Близился час королевского приема. Я стоял у зеркала в новенькой форме. Сегодня впервые избавился от повязки, подаренной Анитой — нашел мага, который наложил на неё исцеляющие заклинания поверх защитных, и теперь повязка обхватывала предплечье под рубашкой, заживляя новую рану. Волосы же стянул на затылке, открывая лицо. Хватит прятаться. Если я кого-то не устраиваю, пусть катятся к демонам.

Шрам на лбу делал мою физиономию устрашающей. Я даже улыбнулся. Старые знакомые будут в ужасе.

— Хватит любоваться, полковник, — заглянул в двери Вейс. Он тоже был в новой форме, и она меняла привычный вид. — Простоишь еще полчаса, и прием в твою честь начнется без тебя.

— По-твоему, я против?

— По-моему, ты трусишь.

Что спорить? В чем-то Вейс прав. Я не желал туда идти. И шел только потому, что другого выбора не было. А сейчас стоило собрать волю в кулак и показать всем, что рабство меня не сломило, и я готов одержать победу.

Дорога до дворца не заняла слишком долго, и полчаса спустя, несмотря на предсказание Вейса, мы входили в парадный зал. Все взгляды были прикованы ко мне. Короля еще не было, поэтому тут же потянулась вереница желающих поприветствовать, задать глупый вопрос или просто прикоснуться к живой легенде, которую из меня желал сделать Осмонд.

— Полковник Аттеус, — говорила дейра Кейс, — мы так рады вашему возвращению!

А всего неделю назад, дейра, вы прошли мимо, даже не поприветствовав меня.

— Благодарю, дейра, — заставил себя улыбнуться, а моя собеседница почему-то побледнела. — Не поверите, но я тоже рад.

— Ах, полковник, — вторила ей вторая, — мы выплакали все глаза! Нам ведь сказали, что вы погибли.

— Они не слишком погрешили истиной, дейрина, — отвечал девушке.

— Но вы ведь живы!

— Кто вам такое сказал?

Мужчины держались строже — и дальше. Раз я отчетливо слышал, как в спину донеслось: «литонская подстилка». Уже собирался назначить обидчику встречу где-нибудь на поле боя, но в эту минуту появился король. Осмонд превзошел сам себя по роскоши костюма и сиянию перстней на пальцах. Он шел гордо, будто уже победил Литонию, а сам собирался оставаться в столице и наблюдать.

После положенных приветствий Осмонд подозвал меня к себе.

— Дэи и дейры, — начал он, — сегодня мы празднуем благополучное возвращение нашего дорогого друга полковника Аттеуса, который не единожды покрыл свое имя славой, но попал в плен и чудом вернулся к нам живым.

Раздались бурные приветствия. Я нацепил самую приятную улыбку, на какую только был способен, но, похоже, не помогло.

— Дэй Аттеус поведал нам, в каких ужасных условиях находится простое население Литонии в то время как знать жирует в своих замках.

Можно подумать, Изельгард сильно ушел вперед.

— Поэтому нами принято решение, о котором полковник Аттеус поведает всем собравшимся прямо сейчас с балкона дворца. Полковник, на площади собрались ваши солдаты и простые люди, которые также хотят порадоваться вашему избавлению из плена. Идите за мной.

Его величество проследовал на огромный балкон, на котором вместился весь цвет местной знати. Я стоял рядом с ним, а Осмонд ждал, пока стихнут приветственные крики с площади.

— Народ Изельгарда, — загрохотал его голос, а я разглядывал выстроившиеся на площади полки. — Храбрые воины. Сегодня Изельгард празднует, потому что на родину вернулся человек, которого вы все хорошо знаете и любите. Этот человек не раз проливал за вас кровь, вступая в самые тяжелые бои. Не раз останавливал врага на пути к нашей земле. Это полковник Эрвинг Аттеус.

Я чуть склонил голову, и площадь снова взорвалась криками.

— Полковник Аттеус, вам слово, — обернулся ко мне король.

— Благодарю за оказанную честь, ваше величество, — поклонился я. Затем собрался с мыслями. Отвык говорить на публику, придется привыкать снова и отбросить те сомнения, которые прочно вгрызлись в душу за время плена. — Жители Изельгарда, сейчас я мог бы поведать вам о своем счастливом избавлении. О том, что не покорился литонцам и не сдался на милость победителей. Но я не стану.

Осмонд покосился на меня. Интересно, если скажу что-то лишнее, меня расстреляют сегодня или уже завтра? Но и молчать не собирался.

— Война — это не только великие победы, — продолжил громче. — Война — это боль, смерть, грязь. Сотни людей, которые доверились мне, погибли на поле боя. По моей вине — в том числе, но я — не посланец богов, чтобы все предугадать. Мне повезло выжить. Повезло ли — не знаю до сих пор. Не один раз я сожалел, что не остался на поле боя вместе со своими друзьями. Но это поражение дало мне больше, чем многие победы. Дало понять ценность жизни, важность милосердия, увидеть настоящее лицо доброты. Там, в Литонии, живут такие же люди, как и мы с вами. Они тоже сражаются за то, что им дорого. Тоже погибают. Но это они объявили нам войну, мы не выбирали этот путь. Они захватили наши территории, пусть это и обосновано позорными условиями мирных договоров.

Король стиснул кулаки, но промолчал, а мне было уже все равно.

— Нельзя все оставить вот так. Я не призываю вас сражаться против Литонии. Я зову вас поднять оружие за Изельгард. За то, чтобы никто не смел вытирать об нас ноги. За то, чтобы никто не называл нас трусами. Да, я был в плену. Я видел и знаю, что такое рабство. И единственное, чего хочу — соскрести эту заразу с земель Литонии. Их народ тоже страдает, пока король Илверт живет в свое удовольствие. Да, я прошу вас снова довериться мне. И я клянусь, что приведу вас к победе, или умру. Вставай, Изельгард!

Площадь бушевала. Люди кричали так, что закладывало уши, а король улыбался. Он получил то, что хотел. Я тоже. Эйшвил падет, не будь я Эрвинг Аттеус. И рабство будет уничтожено. Ради Аниты, ради Лайзы и Шиана, ради других людей, которых заставили забыть о том, что они люди.

— Вы слышали полковника Аттеуса, — снова заговорил Осмонд. — И я готов поддержать его стремление. Сегодня Изельгард объявляет Литонии войну. И мы готовы победить.

— Да здравствует король! — ревела толпа.

— Долой рабство!

— Мы победим!

Дело сделано. Я расправил плечи и смотрел на людей. Кто из них вернется из боя? Вернусь ли я сам? Какой ценой придется заплатить за сделанный выбор? Не только Осмондом, но и мной?

— Ты все сказал верно, — послышался за спиной голос Вейса. — Мы сделаем это. Ради всех, кого погубили наши враги. И ради тех, кому еще можно помочь.

— Да, мы это сделаем, — ответил ему.

А через час Изельгард официально объявил Литонии войну.

***

Амелинда

Время летело слишком быстро, особенно учитывая, что забот был полон рот. Радовало то, что они помогали не думать об Эрвинге. Но ночами, когда оставалась одна, я готова была выть в голос, потому что безумно скучала. О нем ничего не было слышно. Только раз кто-то сказал Лео, что вроде бы Аттеус вернулся в Изельгард, на что муж лишь рассмеялся и назвал новость сплетней. Он не верил, что у Эри вышло снять печать, а Айк так и не рассказал, кто ударил его кинжалом в сердце.

Айк теперь и вовсе все время молчал. Физически он был здоров, но его душевное равновесие оставляло желать лучшего. Нет, истерики и бессвязные видения прекратились, но он часто смотрел мимо нас и будто превратился в тень. Лишь иногда я слышала, как Айк говорит Ните:

— Все черное, все. Как ни взгляну — черное.

Вот только его обещания не сбывались. Уже больше месяца прошло, а война так и не началась, и я была этому рада. Потому что не знала, смогу ли смириться, если Эрвинг выступит против нас. Сама я, к счастью или нет, на этот раз все равно не смогла бы участвовать в боевых действиях. Как и предсказывал Айк, беременность проходила сложно. Иногда мутило так, что сутками не поднималась с кровати. Зато Леонард выглядел счастливым. Мне казалось временами, что он ждет этого ребенка больше, чем я.

А мне нужен был ответ, кто же отец моего сына. Нет, при любом ответе не стану любить его меньше, но я хотела знать! Единственный, кто мог бы как-то намекнуть, — это Айк. Но если он расскажет Лео? Решила подойти к нему и завести разговор издалека.

Айк как раз был в саду с Анитой. Один он оставаться отказывался до сих пор, пришлось приставить девушку к нему на постоянных началах. Да она и сама крутилась рядом. Когда здесь был Эри, я, признаться, немного ревновала, видя их рядом. Но сейчас поняла, что дело в Ните — в том, что она добрый, отзывчивый человек. Поэтому она простила все, что натворил когда-то Айк, и заботилась о нем.

Они сидели в беседке и смотрели на цветущие клумбы. Молча, как и всегда. Я подошла ближе. Нита тут же поклонилась и убежала, оставив нас вдвоем. Айк за эти недели стал выглядеть лучше, но его лицо потеряло былую подвижность и больше напоминало маску.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила его, присаживаясь рядом.

— Хорошо, — ответил тот, все так же глядя на клумбу, а не на меня. Оставалось только догадываться, что он видит на самом деле. Теперь Айк не рассказывал о своих видениях нам, только Ните.

— А Лео уехал в город.

— Знаю.

Почему-то неприятный холодок пробежал по спине.

— Айк, — все-таки решилась, — что ты можешь сказать о моем сыне?

Он все-таки обернулся. Посмотрел на меня задумчиво.

— Зависит от того, что ты хочешь услышать. Я многое вижу и не знаю, что из этого тебе необходимо.

— А что ты считаешь важным?

Айк пожал плечами и снова отвернулся. Я уже думала, ничего не скажет, когда он продолжил:

— В его руках меч. С самого детства. Тренировки, тренировки… И огонь.

— Огонь?

— Да, магия. Яркое пламя до небес.

Значит, стихийник. Не такой уж редкий случай, когда магия ребенка не совпадает с родительской.

— Ты хочешь знать имя его отца? — Айк чуть повернул голову. — Я не знаю. Когда спрашиваю, твой сын показывает мне только пламя на ладони и улыбается. А еще я вижу рядом с ним девочку. Наверное, одного возраста, светловолосую, в летнем платье. И она смеется.

— Девочку?

Может, это дочь Дины? Тогда, выходит, все-таки Лео, раз они рядом.

— Да, она так похожа на Илли.

Айк улыбнулся, задумавшись о своем. Я легонько пожала его пальцы. Ему нужно было время, чтобы свыкнуться со своим даром. И мне тоже нужно было… время. Чтобы отпустить прошлое, потому что каждый день я подсознательно ждала. Ждала Эрвинга. Даже когда была рядом с Лео, то и дело смотрела в окно. Понимала, что для него возвращение в Эйшвил равносильно самоубийству, но ничего не могла с собой поделать. Так хотелось его увидеть! Как он там? Может, уже меня забыл?

— Все будет хорошо, Эмми. — Айк ответил на рукопожатие. — У тебя так точно.

— Что значит — у меня? А у вас?

— Я не вижу себя. Точнее, то вижу живым, то нет. И черная тень всегда рядом.

Я вздрогнула. Вспомнила, как Илли рассказала мне о своих видениях перед смертью. О черном человеке, который преследовал её. И это оказался Эри. Неужели… Конечно, у Эрвинга были причины для мести, но я верила, что он не тронет ни Айка, ни Лео.

— Лео приехал. — Айк поднялся со скамейки. — Он ищет нас, идем.

Мы вдвоем направились обратно к замку. Мне было не по себе, как и каждый раз после разговоров с Айком. Он же казался холодным и безмятежным. Знал, зачем меня ищет Лео?

— Эмми! — Муж вылетел на нас из-за угла. Он казался встревоженным, даже слишком.

— Что случилось? — спросила тихо.

— Я получил письмо от Илверта. — Глаза Леонарда лихорадочно блестели. — Изельгард объявил нам войну. Их войска уже на подходе к Литонии. И знаешь, кто ведет их в бой? Эрвинг Аттеус.

И Лео глухо рассмеялся. Айк вздрогнул и сделал шаг назад, оглянулся в поисках кого-то, наверняка, Ниты, но она осталась в парке.

— Надо было все-таки его убить! — сквозь смех проговорил Лео. — Но ничего, у меня еще будет такая возможность. Я еду в столицу, чтобы присоединиться к войскам Илверта, Эмми.

— Тебе нельзя!

Мы с Айком произнесли это одновременно. 1439f7c

— Это война, — ответил Леонард. — Она не спрашивает, можно или нельзя. Кому, как не тебе, это понимать. Ты останешься в Эйшвиле. Готовьтесь к обороне. Конечно, я надеюсь, что мы остановим изельгардцев куда раньше, но кто знает, чего нам ждать? Айк, Илверт приказал, чтобы ты прибыл со мной.

— Я не поеду, — тихо ответил тот.

— Это приказ короля, поэтому собирайся, через два часа выезжаем, я уже отдал распоряжения.

Айк кивнул и поспешил скрыться в замке, а я замерла рядом с Лео.

— Ты понимаешь, что делаешь? — спросила прямо. — Твоя магия, конечно, стала более стабильной за последнее время, но если хоть немного превысишь лимиты, погибнешь.

— Предлагаешь отсидеться в стороне, как трусу? — нахмурился Лео. — Нет, Эмми. Это и моя битва тоже. Это я упустил Аттеуса. Конечно, война состоялась бы и без него, но я хочу добраться до изельгардской твари! Прости, мне надо собираться в путь.

И ушел, оставив меня одну. А я так и стояла на дорожке, посыпанной мелким гравием. Невыносимо пахли розы. Пели птицы, еще не зная, что пришла беда. А ровно через два часа я провожала мужа на войну. Одного, потому что Айк бесследно исчез.

ПС. В мою группу ВК добавлен новый буктрейлер к книге от Натальи Гудожниковой. Приглашаю)))