55

Карим гнал машину домой, нетерпеливо постукивая пальцами по рулю каждый раз, когда приходилось тормозить на красном. Всё складывалось удачно, как, наверное, еще никогда прежде. Вот только после разговора с Сумрановым остался колючий осадок на сердце. Не давали покоя мысли об отце. Саша злился на мать за то, что скрыла от него правду.

Ничего. Уже завтра они с Настей вылетают в Париж на её свадьбу, тогда он обо всём и расспросит.

Пока мужчина парковал машину на территории дома, к помпезному виду которого всё никак не мог привыкнуть, где-то внутри так и подтачивал червь. Ревность это была, или он действительно стал параноиком, не доверяющим даже самому близкому другу…

К счастью, на этот раз его интуиция ошиблась. Сыч дожидался его в гостиной один, уткнувшись в телефон с совершенно безразличным видом.

— Ну? Как все прошло? — лениво поинтересовался он, когда спалил наблюдающего за ним Карима на пороге комнаты.

— Нормально.

— Что значит — нормально?

— Значит, что всё хорошо. Волки сыты, овцы целы. Всё как я и планировал.

— То есть ты хочешь сказать, что Сумранов не дал тебе пинка под зад и не отправил обратно, заканчивать начатое? — удивленно вскинул брови Сыч.

— Не дал, — хмуро отозвался Карим, не имея никакого желания вдаваться в подробности. — Настя где? — резко перевёл тему.

Сыч недовольно сжал челюсть, но больше спрашивать ни о чем не стал.

— Наверху она. Как ты уехал, ни разу не спускалась.

Саша кивнул, отстранённо разглядывая друга.

— Спасибо, что приехал.

— Не за что, блять. Обращайся, — недовольно отозвался Серега, пряча смартфон в карман джинсов и поднимаясь с дивана.

— Не, Сыч. Правда. Спасибо тебе за всё.

— Ой, да пошёл ты нах. й, — поморщился тот и зашагал в сторону выхода.

— Мы улетаем завтра, — бросил Саша ему в спину, когда друг прошёл мимо него.

— Ага, мягкой посадки, — не оборачиваясь, фыркнул Сыч.

— Серёга, блять.

Друг развернулся и замер в дверном проеме, опершись рукой о косяк.

— Ну что мне сделать? — усмехнулся он. — Благословить вас на дорожку? Или ты расцеловать меня хочешь на прощание?

— Просто нескоро теперь увидимся, — пожал плечом Саша, пристально вглядываясь другу в лицо.

— Я щас расплачусь, — с издёвкой протянул тот.

— Ой, всё, пиздуй отсюда, — поморщился Саша.

Сыч весело рассмеялся, а потом с улыбкой посмотрел ему в глаза.

— Сань…

— Что?

— На свадьбу хоть позовёшь?

— Да нах. й надо.

— Да, лучше не надо, — хмыкнул друг. — А если серьезно… Ты береги её, Сань. Классная она у тебя. Таких мало. А может, и вообще больше нет…

— Сыч, ты не заболел? — вскинул брови Карим.

— Не заболел. Ладно, мне ехать надо. Давай, бро. — Сергей оттолкнулся рукой от косяка, подошёл к другу и вскинул руку вверх под прямым углом, чтобы с громким хлопком сцепить ладони в крепком рукопожатии. — Сам тоже… Осторожнее там будь.

— И ты не болей, — усмехнулся Саша, хлопнув его по плечу.

***

Проводив Сыча до двери, Карим поспешил наверх, к Насте. Застал её у зеркала, задравшей майку до самой груди и разглядывающей свой слегка округлившийся живот. Заметив Сашу, девушка тут же смутилась и одернула ткань вниз.

— Как дела? — спросила озабоченно, развернувшись к нему лицом и сложив руки на груди.

Мужчина не спеша приблизился к ней, обнял, потерся носом о щеку.

— Я тебя люблю… — медленно произнёс, вдыхая сладкий аромат её кожи, и усмехнулся мысленно, когда услышал тихий выдох.

— Я тоже… — прошептала она, прижимаясь крепче.

Развернул её снова лицом к зеркалу, обнял сзади, задрал вверх майку точно так же, как было в момент, когда он вошёл в комнату. Настя мгновенно напряглась, с непониманием уставившись на Сашу в отражении, а потом и вовсе притихла. Потому что его ладони скользнули вниз по ребрам и накрыли её маленький живот, легонько погладив кожу у пупка большими пальцами.

— Что-нибудь чувствуешь? Уже шевелится? — с участием поинтересовался он.

Настя скромно потупила взгляд.

— Вообще еще рано, но мне показалось, почувствовала… — ответила она. — Будто перышком изнутри провели.

Саша аккуратно взял её за подбородок и поднял голову так, чтобы заставить посмотреть в зеркало, и принялся в отражении изучать её лицо.

— А почему так грустно? Это ведь здорово.

— Не знаю, — тяжело вздохнула девушка, снова пытаясь отвести взгляд.

Не выпуская из объятий, Карим развернул её к себе лицом и пристально посмотрел в глаза.

— Что с тобой, малыш?

— Давай лучше не будем об этом говорить, — неловко улыбнулась она, слишком взволнованно глядя на него в ответ.

— Нет. Будем, — строго отрезал он. — Я хочу знать, из-за чего ты переживаешь?

Настя сделала еще один тяжелый вздох, уткнувшись лбом в его плечо, но так ничего и не ответила.

— Ну? — поторопил он её.

— Это тяжело объяснить.

— Ты постарайся.

— Хорошо. — Настя подняла голову и посмотрела Саше в глаза. — Понимаешь… Мне неловко за свои эмоции. Каждый раз, когда я думаю о… ребенке, испытываю такую радость. И мне не по себе от этого. Я пытаюсь представить, каково было бы мне на твоём месте. Что бы я чувствовала, зная, что у тебя скоро появится малыш от другой женщины… Я бы, наверное, с ума сошла…

Саша покачал головой.

— Глупая. Иди сюда.

Обнял крепче, прижал голову девушки к своей груди, поглаживая по волосам. Он понятия не имел, какие слова подобрать, чтобы вытравить из её головы все эти дурацкие мысли. Да ему вообще было ровно. Да, когда только узнал, бомбило. Просто выть хотелось, но сейчас… Сейчас это уже не имело никакого значения. Достаточно было знать, что Настя любит его. Этот факт вытеснил собой всё остальное. Да, не он сделал ей этого ребенка. Ну и что? Главное, что она рядом. Вот если бы предпочла остаться с другим, тогда бы он с ума сошёл. Но Настя здесь, с ним. Выбрала его. Любит. Сильно любит. Теперь Карим знал это наверняка. Чувствовал нутром. И всё остальное — неважно.

Только как объяснить это Насте, он не знал.

— Я рос без отца. И знаешь, ребёнком я часто думал о том, как было бы неплохо, если бы у меня появился отчим. Чтобы он любил мать, заботился о ней, и тогда возможно она бы не была такой несчастной. Ну и меня чтобы брал с собой на рыбалку, учил водить машину и, может, еще чему-то полезному. Разве это плохо? Если родной отец не захотел… или не смог быть рядом. Разве ребенок должен быть обречен на одиночество?

— Не должен, конечно… — всхлипнула Настя, прижимаясь крепче к его груди, впиваясь в спину тонкими пальчиками. — Сашенька, я так тебя люблю… Ты даже не представляешь…

— И я тебя люблю, родная. Пожалуйста, выброси всю эту дурь из головы. Я хочу видеть тебя счастливой и довольной.

— Я постараюсь, любимый…

Саша запустил пальцы в её волосы и с нежностью поцеловал в губы. Не планировал ничего такого, но Настя ответила с таким жаром, что разум вмиг затуманило желанием. Подхватил её на руки, потащил в постель. Начал нетерпеливо стягивать одежду, но в самый ответственный момент вдруг зазвонил Настин телефон. Который Саша до сих пор по привычке таскал всюду с собой. Хотя давно следовало бы вернуть ей.

За всё это время телефон звонил всего раз, и тогда это была сама Настя. А потому Кариму стало дико любопытно, кто же набрал её сейчас.

С неохотой оторвавшись от самых сладких в мире губ, мужчина занял сидячее положение на кровати и принял вызов.

Из трубки тут же раздался взволнованный женский голос:

— Настя, что у вас случилось?! К нам сейчас из полиции приходили, тебя искали! Сказали, что на Олега завели уголовное дело какое-то, неужели это правда?!

— Это правда, Светлана Валерьевна, — спокойно ответил Саша.

На том конце провода ненадолго возникла пауза.

— Кто вы? — раздалось отрывистое чуть позже. — Где моя дочь?!

— Не беспокойтесь, ваша дочь в безопасности. И господину Березуцкому она больше не жена.

— Как же это…

— Если бы вы чаще звонили ей, были бы в курсе происходящего.

В трубке снова на время повисла тишина.

— Не могли бы вы пригласить ее к телефону?

— Думал, уже не попросите.

Саша передал трубку Насте, которая уже тоже сидела рядом и настороженно наблюдала за ним.

— Да, мама… — устало выдохнула она в динамик, приложив к уху телефон. — Это долгая история, потом расскажу. …Да, я развелась с Олегом. …Как-как, вот так. …Не знаю, я улетаю в Париж завтра. Это долгая история. …Приехать сегодня к вам?

Настя подняла глаза и вопросительно посмотрела на Сашу. Он утвердительно кивнул.

— Хорошо, мы заедем ненадолго. …Мы — это я и мой любимый мужчина.