Глава 25. О том, что хватит бегать от самого себя

Он почти свалился с лошади. Сполз пошатываясь, кое-как держась на ногах.

— Нэт! — я кинулась к нему.

— Ты не спишь? — он удивился. — Подожди, Айлин, осторожней… сейчас в кровищи вся будешь.

Он зажимает ладонью бок, куртка, рубашка мокрая, пропитавшаяся кровью.

— Ты ранен…

— Ничего. Раз доехал сюда, то жить буду, — он ухмыльнулся. — От меня так просто не избавиться.

Я все же обняла его, осторожно, а то он едва на ногах стоял.

Ничего, все будет хорошо! Нэт здесь, и мы его вылечим! Турун настоящая ведьма, она все может! Главное — доехал!

— Я волновалась за тебя.

— Я искал Кита… и так вышло. Он ведь вернулся? — и такое напряженное ожидание ответа, даже губу закусил, глядя на меня.

— Да, он здесь. И Майрет привез.

— Я так и знал, — Нэт весело фыркнул и покачнулся, ноги подгибались. — Да не волнуйся, — отмахнулся, когда я попыталась помочь ему. — До дома я как-нибудь дойду. Ты меня все равно не донесешь.

Его шатает, он едва ли не сознание потерять готов. Но изо всех сил пытается делать вид, что все хорошо.

Пока шли к дому, Кит и Турун выскочили навстречу.

* * *

Я уснула у него на плече. На сене в сарае. Тут домик совсем маленький, и внутри только две кровати, для Джона и Майрет, остальные разместились, как могли. Турун тоже в доме, за Джоном присматривать, ей нашли старый тулуп, постелили на лавке. А мы с Нэтом и Кит — в сарае. Не так уж плохо, мне даже нравилось, сеном пахло… успокаивающе.

И главное — хотелось верить, что самое страшное позади.

Нэт вернулся. Турун промыла и намазала ему бок каким-то зельем. Посмотрела, поцокала языком, тяжело вздохнула.

— Тебе сколько лет-то, герой? Как ты это делаешь, что до сих пор жив? Я тебя знаю меньше месяца, а уже и ожоги от пыток лечила, и вывихнутую ногу, и вот теперь еще это.

Нэт слабо усмехнулся, видно, что на болтовню у него уже почти не осталось сил. Он лежал, закрыв глаза, только чуть вздрагивая, когда пальцы Турун касались раны.

А еще несколько синяков на руках и под ребрами, и здоровая ссадина на скуле.

Но ничего страшного, я видела и сама. Сидела рядом, смотрела… Рана не глубокая, он просто крови много потерял, надо отдохнуть.

— Зато не скучно, — Нэт усмехнулся, не открывая глаз.

— Не скучно? — удивилась Турун. — А разве такой жизни ты хочешь?

— Другой у меня нет. Чем плоха эта?

— Тем, что нельзя всю жизнь бегать от самого себя. Нужно, в конце концов, найти в себе мужество остановиться и оглядеться вокруг. Вдруг ты теряешь что-то важное.

Нэт приоткрыл один глаз.

— Я ни от чего не бегаю.

— Бегаешь, — сказала Турун. — Хочешь показаться людям не таким, какой ты есть, боишься, что они увидят тебя настоящего. Из кожи вон лезешь, чтобы всем доказать, как ты хорош. Боишься, что покажешься недостаточно храбр, недостаточно силен… недостаточно мужчина.

— Какого черта? — Нэт даже приподнялся на локтях. — Что это за проповедь?

Турун пожала плечами.

— Я не права?

— Нет.

— Мне ты можешь не признаваться. Признайся сам себе.

Нэт хмуро смотрел на нее.

— Я ни от чего не бегаю, — буркнул резко, снова лег на спину.

— Да? — удивилась Турун. — Ты на самом деле так думаешь? А если мы у твоей жены сейчас спросим?

— Что вдруг на тебя нашло? — сказал Нэт.

— Ничего, — сказала она. — На мой взгляд, так сейчас самое время. Потом, завтра… сегодня уже, когда проснетесь, у вас снова будут дела, которые надо решать. Нужно будет куда-то бежать и что-то делать. Королевство спасать! — Турун засмеялась. — Могла ли я подумать, что буду спасать самого короля?! Но это будет потом. А пока ты лежишь здесь и можешь послушать. Я вижу тебя насквозь, Этард Муррей. Не думай, что твое герцогское сияние затмевает глаза. Ты такой же, как и все прочие.

Турун глянула на меня, но я промолчала. Да и вряд ли она ожила от меня какой-то ответ, спрашивала Нэта, а не меня.

А если я хочу что-то ответить на это, то отвечу лучше ему лично.

Когда Турун закончила, мы остались вдвоем. Кит сказал, что уже утро и ушел. А я легла рядом с Нэтом. Я ведь всю ночь не спала.

Он долго лежал, глядя в потолок.

— Ты тоже думаешь, что я от чего-то бегаю? — спросил тихо.

— Да, — сказала я.

— От тебя?

— От меня точно бегаешь… возможно, от чего-то еще. Я не настолько хорошо вижу тебя насквозь. Но, пожалуй, да.

Мы ведь никогда об этом по-настоящему не говорили.

— Мне всегда казалось, так будет лучше, — сказал Нэт. — Ты не любишь меня, и зачем я буду…

Он поджал губы.

Хотелось сказать — и что ты сделал, чтобы я тебя полюбила?

С другой стороны — и что я сделала, чтобы понравиться ему?

Мы друг друга стоим.

— Это уже не важно, — сказала я.

— Думаешь? И что будем делать теперь?

Я смотрела на него, а он в потолок, словно боялся встретиться со мной взглядом.

— Не знаю, — сказала я. — Наверно, ничего. Меня моя жизнь вполне устраивает. Если мы вернем Джона и все будет хорошо, то и для нас все будет по-прежнему.

Он вздохнул, так глубоко и долго.

— Найдешь себе нового мальчика?

А мне вот даже стало смешно.

— Тебя это волнует? Или хочешь помериться, у кого из нас было больше мальчиков и девочек?

Поймала себя на том, что меня волнует. И я точно так же пытаюсь сбежать, боюсь пробовать, боюсь, что ничего не выйдет. Лучше даже не думать.

Он вздохнул снова, скорее засопел сердито. Но возражать не стал.

— Да, ты права.

Но не ответил.

— Ты не ответил, — сказала я. — Сейчас ты снова уходишь от ответа.

Он нахмурился. Потом повернулся ко мне. Долго, молча, на меня смотрел. И я прямо видела, как у него внутри идет какая-то борьба. Он боится признаться.

— Волнует, — сказал, наконец, и отвернулся снова.

— Ты ревновал меня к Гордану, я видела, — сказала я. — К другим нет, а к Гордану ревновал.

— Потому что он никогда мне не нравился.

— Потому что я влюбилась в него.

Нэт напрягся, каждая мышца… почти до дрожи. Еще немного, и сорвется, скажет мне что-то резкое и злое.

Турун права.

Вдох, выдох.

— Да, потому что ты в него влюбилась, — признал все же, и сжал зубы.

Я нашла его руку рядом, сжала пальцы.

— Балбес ты, — тихо сказала я. — Не ревновать надо было.

— А что?

— Не знаю… Что-нибудь.

Пододвинулась ближе. Он осторожно сжал мои пальцы в ответ. Я положила голову ему на плечо.

— Что-нибудь… — тихо хмыкнул. — Может быть, еще не поздно попытаться?

— А ты попытайся, — сказала я. — Проверим.

* * *

Я проснулась после полудня, в голове слегка шумело. Все же, в моем возрасте уже важно нормально спать, а не вот это вот все. Без бессонных ночей и нервов.

— Проснулась? — Нэт поцеловал меня в лоб.

— Да. Как ты?

— Да вроде ничего, — сказал он. — Сейчас встанем, проверим.

Встать он смог не с первого раза, сморщился, но встал — и это уже хорошо.

Потянул носом.

— Что-то они там готовят. Чувствуешь?

Ну, конечно, Нэта на ноги поднял запах еды. Значит, жить точно будет. Даже немного смешно, ничего его не берет.

На ступеньках крылечка сидел Джон, задумчиво глядя куда-то в лес.

Нэт подошел, остановился рядом.

— Ну что, пришел в себя, хоть немного? — спросил мрачно. Не очень так довольно спросил.

Джон повернулся к нему. Не сказать, что взгляд у него ясный, но лучше, чем на помолвке.

— А ты, выходит, мне жизнь спас? — сказал чуть хрипло, усмехнулся.

И Нэт вдруг взял и со всей дури врезал ему в зубы. У меня аж сердце остановилось. Джон покачнулся, не удержался, завалился на бок, почти на землю со ступенек свалился, с таким грохотом…

— Да как ты… Какого черта?! — заревел он, трогая разбитую губу.

Относительная ясность рассудка к Джону, может быть и вернулась, а вот реакция — пока плохо. Он пытался подняться и не мог, словно пьяный. А Нэт стоял и смотрел.

— Ты обещал не трогать мою жену, а сам затащил ее в подвалы к Гордану, — сказал он, без особой злости, но видно, что забыть такое не мог.

— Да ты сдурел? — Джон кое-как сел на землю. — Я должен был знать! Я понимал, что в этом деле что-то не чисто, но не мог понять что.

— Это не повод.

— Он был не в себе. Не стоит так, — Турун появилась на пороге, с поварешкой в руках. — Не дури, Нэт. Он все-таки король.

С таким видом, словно сейчас этой поварешкой Нэта огреет за плохое поведение.

Джон кивнул согласно, глянул на Нэта, словно хотел сказать: «Да! Вот, слушай ее! Она правильно говорит!»

— Да мне плевать, — Нэт пожал плечами. — Я уже давно покойник, чего мне бояться?

— И ты не хочешь вернуться? — удивился Джон.

— А ты?

Джон усмехнулся, протянул руку.

— Хватит. Помоги мне встать. А то ноги не держат.

Нэт вздохнул, засопел грозно, но встать-таки помог, взял за руку.

— Что бы я про тебя не думал, но ты нам нужен.

Помог Джону сесть снова. Турун подошла, отряхнула Джона от земли. С ухмылкой погрозила Нэту поварешкой, и подмигнула.

— Обед уже почти готов, Ваше Величество. Если этот балбес поможет вам, то можете идти к столу.

Нэт усмехнулся в ответ.

— Этот балбес, между прочим, герцог.

— Нет, — Турун покачала головой. — Этот балбес покойный герцог, так что не считается. Был герцог, теперь нет. А настоящий герцог его сын, между прочим, хороший парень, пока все спали, двух уток у ручья подстрелил, еще морковку помогал мне чистить.

Погрозила Нэту поварешкой снова, он засмеялся.

Майрет помешивала рагу в котелке. Турун и ее к делу пристроила — подумаешь, принцесса.

Увидев Нэта, замерла. Кит быстро вскочил из-за стола, подошел к ней, словно собираясь защищать.

— Дядя Нэт… — чуть слышно шепнула Майрет. — Я…

— Она не виновата, — сказал за нее Кит. — Ее заставили. Сказали, что Нивена убьют… он ведь ее брат все равно!

— Я понимаю, Кит, — сказал Нэт спокойно. — Не волнуйся, я не собираюсь выяснять отношения сейчас. Я только… — он подошел ближе, и тихо так: — Майрет, а можно на пару слов тебя… наедине.

— Да, — сказала Майрет. — Но если ты хочешь спросить… — она все же, почти незаметно, взяла Кит за руку. — Я просто подмешала тебе зелье в вино, которое мне дали. А потом ты просто уснул… и все… Я не хотела…

Нэт кивнул.

— Я понимаю.

— Я пыталась рассказать матери об этом, — сказала Майрет. — Но вышло только хуже… я не знала, что она с ними заодно. Я боялась за Нивена, не понимала, что делать. Я думала, успею потом объяснить отцу, прежде, чем… что-то случится. Но если ты хочешь поговорить о чем-то еще, то я…

— Да нет, — Нэт улыбнулся. — Все хорошо, не волнуйся. Я все понимаю. И я сам должен был понять эту игру раньше, а не вестись, как дурак… Здесь и моей вины не меньше.

— Игры — это не твое, — сказал Джон из-за спины. — Ты всегда был отличным полководцем, Нэт. Сражаться умел лучше любого, из всех, кого я знаю. И побеждать. Всегда был верен мне. Но эти игры… — Джон фыркнул, похлопал его по плечу. — Прости Нэт, но здесь ты далеко не лучший. Я всегда ценил тебя не за это.

Нэт криво усмехнулся.

А Джон, чуть шаркая ногами, дошел до лавки, со вздохом уселся за стол. Ходить ему еще тяжеловато.

— О Нивене, кстати… — сказал Джон. — До тебя, Нэт, уже ведь дошли слухи, что он не мой сын?

Он говорил так, словно в этом какой-то подвох.

— Дошли, — сказал Нэт мрачно. — Что ты будешь делать?

— Подожди, не так быстро, — Джон усмехнулся. — Какие доказательства у тебя есть?

И смотрел, чуть приподняв бровь, так, что подвоха стало еще больше.

Что-то не так? Все, что у нас есть — только предположения.

— У Шибел был роман с Хальдором Коулзом, где-то месяцев за девять до рождения Нивена, — сказал Нэт. — У Хальдора такие же синие глаза.

— Глаза, да, — Джон усмехнулся. — У бабки Шибел такие же глаза. Ты видел ее племянников? От Бэвинн? Нивен похож на них один в один. Но дело даже не в глазах. Когда все это с Нивеном закрутилось, когда убеждали меня отправить Нивена в Лотиан, мне намекнули тоже. А я проверил. В то время, десять лет назад, у Шибел была другая горничная. Шибел выгнала ее, потому что боялась, что та разболтает об измене. Очень боялась, что я узнаю. Но Шибел дура, она лишила себя единственного стоящего свидетеля. Нивен родился через восемь месяцев, после того романа. Когда она встретилась с Хальдором, она уже была беременна. Да, было еще незаметно, конечно, слишком маленький срок, но она уже знала. И сейчас, устроив все это, думаю, Шибел больше боялась не за Нивена, а за себя. Потому что даже спустя столько лет, я бы этого так не оставил. Дело даже не в измене, как таковой. Дело в том, что она поставила под сомнение законность наследника.

Нэт смотрел на него внимательно, почти удивленно. Потер ладонью подбородок.

— И когда ты узнал все это?

— Да вот как раз перед тем, как меня решили травить окончательно. У меня свои источники, Нэт. И, думаю, именно поэтому они решили больше не тянуть. С законным наследником хлопот больше.

— Так ты уверен?

— Уверен, — сказал Джон.