Глава 26. Василиск

Рантар гер Артен

Уходил с тяжёлым сердцем. Даргон, ждущий на улице, быстро подставил спину.

— Нам светит небольшое путешествие на твою родину. Заедем за вещами и отправляемся, — не оглядываясь пришпорил тигра.

Марьяна…

Она не оттолкнул, когда я поцеловал, снова погрузившись в знакомый лавандовый флёр. Аромат смешивался с запахом её кожи и становился для меня неким манящим дурманом. Кроме того, теперь она пахла немного иначе.

— И на кой гуль, нам ехать в Лирн? — зевнул тигр, послушно потрусив по дороге.

— Марьяна хочет василиска, — буркнул в ответ, размышляя о своём доме.

Конечно, эпатажное жилище некромантки впечатляло, но это не место для семьи и ребёнка. Больше походит на тайную лабораторию Тёмного. Марьяны Душегубной, а не моей нежной Мари, будущей матери наших детей.

Я отвалил приличную сумму за фундамент, и ещё добавлю сверху, чтобы закончили, как можно скорее. Лучшая бригада, самая проверенная, трудилась над будущим семейным гнёздышком. Потерпеть осталось совсем немного. Так что, поездка в Лирн даже кстати. Я бы не смог спокойно находится в столице, зная, что Мари меня не оттолкнёт. Видел, что она ещё колеблется. Интересно бы знать, почему?

— Какие интересные причуды у беременных тёмных… — протянул Даргон вслух, безбожно хохмя, — а вот моя Ласка на участке все лапки стерла, место, подходящее под выводок, ищет, пока я с тобой тут прохлаждаюсь. Мы тоже готовимся к пополнению.

Эта новость оказалась для меня в новинку.

— Поздравляю от всей души, друг, — похлопал по сизой шерсти, — если хочешь я возьму коня и поеду один.

— Чтобы я да отпустил тебя одного? Ты ж помрёшь там! Загнёшься на первом же перевале. А василиски — коварные твари, человеческим нюхом не обойдёшься.

И он был прав. В компании с верным товарищем вероятность успеха нашей операции гораздо выше.

Кстати, я расспросил Тузика, и тот подтвердил, что ящер нужен Мари для того самого пруда. Ну, точно! Никаких детей в этом логове Душегубной некромантки!

Собирались быстро, Даргон лизнул Ласку в нос, дал какое-то напутствие на своем тигрином языке, прозвучавшее для меня неясной какафонией урчаний и мяуканий.

Спустя неделю мы достигли перевала. Гнали, как сумасшедшие, в надежде поскорее вернуться из этой глуши назад к своим любимым.

В Лирне погода оказалась самая пакостная. Мокрый снег с дождём.

— Ты уверен, что здесь почуял василиска? — толкнул пятками тигра, пока тот вышагивал по высоким сугробам.

— Сомневаешься в моём нюхе? Это не ты здесь проваливаешься по самый живот в сугробы. Приедем, я Марьянке такого выскажу!

— Смотри, чтоб она тебе не высказала!

— А не страшно! У неё всё равно магия не работает!

Так мы и препирались пока не достигли большой пещеры.

— Ус даю, там есть василиск, — повёл носом Даргон, — возможно, даже не один.

Я обнажил меч, взывая к рунной магии простой формулой. Нечто вроде молитвы Светлому с просьбой даровать мне немного сил и удачи в бою. Знаки на лезвии засветились, подтверждая наличие магии Смерти.

Да, василиски, формально относящиеся к живым существам, обитали в Лирне, а значит впитали в себя много энергии с поля боя. Здесь некроманты сражались с Ковеном много лет назад.

Ну что ж… пришло время поймать ящерку в клетку!

Под сводом камня было темно. Лишь мой меч да глаза тигра поблескивали в темноте. До ближайшего поселения около пятидесяти километров. Люди не любили селиться в этих окрестностях.

Я не мылся несколько дней и провонял потом, как последний разбойник, поэтому рептилия почуяла меня мгновенно, высунув башку размером с хорошую тыкву из своего лежбища.

Главное, измотать тварь. Тогда и поймать будет не сложно. Василиск оказался вопреки словам Даргона один. Видимо, какой-то одиночка, что сыграло нам на руку.

— Потанцуем, — шепнул я, закрывая глаза. Ибо взгляд василиска опасен.

У меня остались только рефлексы и оставшиеся 4 чувства. Шорох чешуйчатого хвоста, скрежет цепких лап по камню, прохладное брюхо. Тигр последовал моему примеру.

Не знаю, как долго мы вокруг него ходили, но ящер-таки умудрился неудачно для меня размахнуться хвостом, оставив порез, проходящий через правый глаз. Не опасно, но ужасно неприятно, и кровь хлещет. Пора заканчивать.

— Намордник, — крикнул я, чтоб спустя мгновение поймать от тигра нужный предмет. Навалился на ящера сверху, не боясь, что тот посмотрит. Особая повязка на его глаза позволит больше не бояться взгляда Смерти, сковывающего камнем любое живое существо.

Обвязать лапы, передние и задние. Наконец, можно выйти из зловонной пещеры и оказать первую помощь своему лицу. Вернусь красавцем, не иначе.

Сердце заныло. Она ведь меня ждёт?..

Марьяна дэ Лэр

— И сдался мне этот ящер! — я со всей силы пнула подушку в гостиной, которая почему-то лежала на полу.

— Госпожа, позвольте напомнить, что вы хотели облагородить пруд…

— Помолчи, Тузик! И так тошно!

Сказала, мгновенно почувствовав, что мне нужно на кладбище. Побежала во двор, приникла лбом к могиле. Пусть она и была бутафорской, но земля-то с реального кладбища, и пропитана магией Смерти. Я устало села на траву, чувствуя, как рвотный позыв утихает.30f6fc

Прошло всего три недели, но срок казался невыносимым. И раз за разом в голове прокручивались воспоминания о Рантаре, мило стоящим у калитки. С коробочкой вкуснейших пирожных.

Могла ли я подумать, что Инквизитор способен на подобное? Даже попросила его сделать массаж стоп, чтобы он оставил меня в покое, но не тут-то было! Коварный оборотень околдовал меня осторожными разминающими движениями и едва не залез под юбку, усыпив бдительность. А потом покорил поцелуями!

А я… не смогла сопротивляться. Соскучилась! Неимоверно, невыносимо соскучилась по этому упрямому Инквизитору. Придумала ему задание, чтобы выдворить из дома и разобраться в своих чувствах. Одного не учла! Лирн находится очень далеко! И я дни считала до его возвращения.

Ещё и малыш добавлял неудобств. Совсем маленький, а уже показывал характер, награждая меня то возникающими резко, то так же быстро проходящими симптомами.

Я возвратилась в комнату и снова пнула подушку. Та жалобно треснула и разъехалась по шву, явив на моё обозрение пух, медленно воспаривший в воздух. Чихнула от попавших в нос частичек. Лёгкие свело, нос зачесался снова.

Под аккомпанемент бесконечного чиха, я попыталась покинуть гостиную. Похоже, у маленького оборотня аллергия на гусиный пух.

— Госпожа, но там… — начал скелет, всё это время наблюдавший издалека.

Почему? Да вот поэтому!

От очередного чиха с рук слетела черная молния. Врезалась в ближайший объект. Им оказался секретер с важными бумагами. Пергамент задымился. Тузик прибежал с ведром, спасая то, что осталось нетронутым.

— Моя магия вернулась! — счастливо завопила я, безудержно чихая и разбрасывая сгустки некромагического огня.

Счастливая донельзя, я разгромила почти всю комнату. Скелет предусмотрительно прятался за антимагическим глобусом, стоявшем у двери на резной тумбочке с витиеватыми ножками.

Радостная, я не сразу услышала, что в дверной колокол звонят, а ворона-зомби неистово горланит за окном. Я тут же вскинулась. Сердце замерло в предвкушении.

Рантар! Это должен быть он и никто другой! Минуло чуть меньше месяца. Как раз!

В груди бушевал раздрай, но внешне я подавила радость, хотя у меня даже коленки задрожали, стоило представить, что вот сейчас он стоит там на пороге и ждет, пока я ему открою.

Открыть самой или послать Тузика? А! К Светлому!

Развевая полы накинутой наспех чёрной кружевной накидки, скрывающей уже слегка округлившийся живот, я сбежала по лестнице вниз. Ошарашенный моим поведением скелет провожал меня недоуменно пустыми глазницами и почесывал голый череп.

У двери я остановилась. Перевела дыхание. Прочистила горло. Ощутила, что малыш, наконец, успокоился, перестав одаривать меня новыми причудами. Это потому, что отец рядом?..

Стоило приоткрыть дверь, как раздалось такое заветное и долгожданное:

— Я вернулся, — выдохнул Рантар, оглядывая меня трепетным, горящим взглядом с ног до головы. На его щеке красовался свежий шрам.

Вероятно, я пожирала его глазами точно также. А потом мы просто без слов кинулись друг к другу в объятия. Инквизитор счастливо рассмеялся и закружил меня. А когда поставил на ноги, не отпустил. Крепко сжал, словно боялся, что нас вновь будут разделять сотни километров.

Склоняясь ко мне в намерении поцеловать, в самый ответственный момент он вдруг замер.

— Хочешь посмотреть на своего василиска?

— Не нужен мне этот дурацкий ящер! — я злилась на саму себя. На то, как легко отпустила его тогда, когда нужно было всего лишь задавить глупую гордость и сказать. Сказать…

— Я люблю тебя — одновременно раздалось с обеих сторон.