Глава 29. Диора

Едва мы с Ранелем перешагиваем порог квартиры, как он набрасывается на меня с поцелуями. Неистовыми, бурными, жадными. Не включая света, вжимает спиной в стену и фиксирует мои руки над головой.

Я вся в его власти. Искрю, как оголенный провод. Изнываю под жарким натиском его губ.

Внезапно демон замедляется, и его взгляд, в ночи кажущийся абсолютно черным, фокусируются на моем лице. Там столько всего намешано: и нежность, и вожделение, и безапелляционное подчинение, и тихая мольба… Целая феерия противоречивых, но чертовски сильных эмоций.

Я отвечаю на его безмолвный зрительный вызов и ту же секунду понимаю очевидное: в наших отношениях настал переломный момент. Мы сейчас либо перешагнем последнюю преграду и окончательно сплетемся душами, либо неминуемо откатимся назад.

– Что ты делаешь? – шепчу я.

Демон практически не шевелится. Но я все равно чувствую мощные вибрации его энергетики, которые сотрясают мою волю.

– Хочу тебя, – рука Ранеля медленно и провокационно скользит по моему бедру, задирая подол платья. – Адски хочу.

Он и раньше произносил эту фразу, но теперь она, несомненно, несет куда более глубокий смысл. Петтинг хоть и перебивал голод, но по-настоящему никогда не насыщал. Мы оба уже давно мечтаем о большем.

– Я не могу, – лепечу я, из последних сил цепляясь за старые установки. – Ты же знаешь, мне нельзя…

Жмурюсь, пытаясь нащупать в себе привычную точку протеста. Но ее больше нет. Она испарилась. Исчезла под влиянием чувств, который за последний месяц окрепли настолько, что затмили собой все прежние паттерны. Во мне больше нет ни страха, ни гордости, ни тревоги, ни ужаса перед неизвестностью… Только огромное всепоглощающее желание любить и быть любимой.

– Можно. Все запреты лишь у тебя в голове, – демон цепляет мой подбородок и заставляет посмотреть ему прямо в глаза. – Будешь моей, Шахерезада? Раз и навсегда.

«Раз и навсегда» звучит как обещание, которому невозможно не верить… И я верю, конечно. Разве у меня есть выбор?

– Буду, – отвечаю я, окончательно сдаваясь.

Ранель снова целует меня в губы, а затем наклоняется и лихо подхватывает на руки. Взвизгнув, я обвиваю его плечи и громко смеюсь. Внутри все звенит и трепещет, как натянутая гитарная струна.

Миновав коридор, Измайлов заходит в спальню и дважды шлепает по клавише выключателя. Сначала загорается обычный свет, но при втором нажатии комната резко погружается в кроваво-красный неон. Стены, пол и постель окрашиваются в алые цвета страсти, и мое сердце восторженно замирает.

Теперь помещение действительно напоминает логово прекрасного демона. Здесь нет места целомудрию и невинности. Балом правят вожделение, грех и одуряющая похоть.

Ранель сажает меня на край кровати, а сам опускается передо мной на колени.

– Хочешь меня, Ди? – властным движением он разводит по сторонам мои ноги.

– Очень, – выпаливаю как на духу.

Я смотрю в красивые демонические глаза и понимаю, что хотеть человека сильнее, чем хочу его я, просто невозможно.

– Здесь? – он запускает левую руку мне в трусы, а пальцами правой раздвигает губы. – Или здесь?

Сглатываю и хрипло отвечаю:

– Везде.

Ранель хищно ухмыляется, а в следующий миг его указательный и средний пальцы проталкиваются глубже мне в рот. Я обхватываю их губами и вбираю в себя. Посасываю, ласкаю языком. С наслаждением слизываю терпкий вкус его кожи.

Демон, не моргая, следит за моими движениями, и в его взгляде все ярче и ярче разгорается испепеляющее адское пламя. Мне жарко. Душно. Нестерпимо горячо. Но все равно продолжаю накалять атмосферу, доводя до сладкой дрожи и себя, и его…

– Охуеть, – тихо выдыхает Ранель. – Неужели так бывает?

Его правая ладонь соскальзывает ниже, на мое горло. Не душит, но ощутимо сдавливает. А левая тем временем умело ласкает пульсирующий клитор.

– Как так? – сиплю еле слышно.

Я уже на грани оргазма. Покачиваю бедрами, насаживаясь на пальцы Ранеля, и погибаю от нетерпения. Голова кружится, а в крови играет бешеный хмель.

– Я потонул в тебе, веришь? – шепчет демон, приближая свое лицо к моему. – Начисто растворился.

От него пахнет парфюмом и алкоголем. Но гораздо сильнее – любовью и мечтой, которая вот-вот должна сбыться…

– Я потонула в тебе в ту же секунду, когда впервые увидела. Так что у нас один-один.

Удовлетворенная улыбка. Гипнотический взгляд из-под темных ресниц. А дальше – ядерный взрыв, раздирающий в клочья всю мою прошлую жизнь.

Тихое «ах», сорвавшееся с губ. Грубый рывок, бросок, и я на спине. Сердце отбойным молотком бьет по ребрам. Ритм пульса вырывается за пределы скорости и тонким монотонным шумом застилает слух.

Ранель за считанные секунды избавляет меня от одежды. В его движениях нет суеты, но есть море дикой жажды. Каждое мимолетное касание – искра. Каждое пересечение взглядов – удар током.

Сначала на пол летят мое платье и стринги, следом приземляются его футболка и джинсы. Мы обнажены и взвинчены. Бешеное влечение незримым импульсом толкает нас навстречу друг другу.

Приспустив боксеры, демон обхватывает свой внушительный напряженный член и несколько раз проводит рукой вверх-вниз, сжимая головку. Его тело совершенно. Аж дух захватывает. Скульптурные мышцы, украшенные россыпью причудливых татуировок, эстетично перекатываются в свете багрового неона. Дразнят воображение. Сводят с ума. Вызывают острое желание провести по ним не только пальцами, но и языком…

Ранель собирает во рту слюну, а затем, наклонившись, выпускает ее на мою промежность. Растирает пальцами. Распределяет влагу меж набухших складочек.

– Расслабься, поняла? – горячее дыхание обжигает ушную раковину, когда он перемещается выше.

– А презерватив? – обхватываю его спину руками.

– Сегодня без него.

– Почему?

– Потому что ты должна стать моей. Во всех смыслах.

Я открываю рот, чтобы задать очередной вопрос, но вместо слов из рта вырывается истошный вскрик. Позвоночник выгибается дугой, а глаза выскакивают из орбит.

Острая саднящая боль простреливает где-то между ног, но так же внезапно стихает. Словно волна, ударившаяся о берег и тут же откатившаяся назад. Нависнув надо мной, Ранель замирает. Его член по-прежнему во мне. Распирает и едва ощутимо пульсирует.

– Как ты, Шахерезада? – требовательный взгляд шарит по моему лицу.

– Но-нормально, кажется, – отзываюсь, тяжело дыша.

– Не лгать, помнишь? – его бедра осторожно покачивается вперед.

– Да… Мне правда хорошо…

Ранель наращивает темп. Толчок. Еще один. Сначала плавно и мягко, потом чуть жестче и напористее.

Отголоски былой боли все еще блуждают в теле, но неприятные ощущения быстро перекрываются другими, гораздо более сильными и яркими.

Раз за разом демон наполняет меня собой, и наше громкое дыхание постепенно превращается в обоюдные стоны. Впиваюсь ногтями в его плечи, а ногами оплетаю поясницу. Возбуждение нарастает. Тягучим первобытным удовольствием расползается по венам.

– Еще! – прошу я, когда Ранель делает секундную паузу.

– Хочешь еще, да? – он смачно кусает мои губы. – Моя маленькая испорченная принцесса.

– Да, черт возьми! – задыхаюсь. – Да!

– Правильно, Шахерезада, – одобрительно выдыхает демон. – Будь честнее. Громче кричи!

Он вонзается в меня до упора, и я издаю пронзительный оглушающий вопль, который вечной памятью оседает на стенах этой залитой неоном комнаты. Измайлов сдержал слово: мой кратер взорван, и раскаленная лава бурными потоками изливается наружу…

– Ранель… Я тебя люблю… До смерти люблю… Люблю… Люблю… Люблю… – повторяю эхом.

С каждым новым проникновением из меня вылетает новое признание. Я не могу остановиться и замолчать. Не могу сдержать порыв взбунтовавшейся плоти. Мой рассудок замутнен, а воля добровольно сдана в плен.

Разве можно стоять на земле, когда за спиной вырастают крылья?

Наслаждение неумолимо стремится к наивысшей точке. Напрягшись всем телом, я в полубреду мечусь по подушкам. Хватаю ртом воздух, которого вдруг делается очень мало. Кусаю Ранеля за плечи. На все лады растягиваю его имя.

А потом БА-БАХ! Меня подбрасывает в воздух, словно новогоднюю петарду, и, рассыпав на мелкие сияющие огоньки, медленно опускает обратно на постель.

Перед глазами – мутная алая пелена, в груди – торнадо. Я пронизана эйфорией до кончиков пальцев, до глубины души… А в голове пульсирует одна единственная мысль: в мире нет ничего прекраснее, чем секс с любимым мужчиной…

Пока я мерно качаюсь на волнах блаженной неги, Ранель выскальзывает наружу и горячими белыми струями изливается мне на живот. Его оргазм восхитителен: серебрящийся на лбу пот, стиснутые зубы и совершенно поплывший пьяный взгляд…

– Обними меня, – прошу я, протягивая к нему руки.

Он только отстранился, а мне опять одиноко. Опять непреодолимо хочется ощутить тепло его сильного тела.

Демон улыбается и без лишних промедлений накрывает меня собой. Грудь к груди. Живот к животу. Глаза в глаза.

– Я твоя. Во всех смыслах, – произношу тихо. – Значит, отныне ты тоже мой?

Отчего-то мне важно это слышать. Важно знать, что Ранель полностью принадлежит мне. Так же, как и я ему.

– Конечно, – усмехнувшись, он гладит меня по щеке. – Только твой, Шахерезада.