Глава 22

Опешив, мы ошарашенно переглядывались, пытаясь сообразить, что нам делать.

– Кириан, – дракониха снисходительно кивнула. Нас она старательно игнорировала.

– Какими судьбами? – ректор почему-то не торопился предлагать матери свое гостеприимство.

– Да вот, – она неопределенно махнула рукой. – Проезжала мимо.

– Мимо академии? – рискнул уточнить ректор. В голосе слышалась насмешка. Дракониха смерила сына строгим взглядом:

– Хочешь сказать, я не появляюсь в таких местах? Ты прав.

– Тогда зачем?

Она обхватила себя руками:

– Знаешь, здесь как-то зябко. И слишком много любопытных. Я бы продолжила разговор за чашкой чая.

– Конечно, как пожелаешь, – Кириан коротко поклонился и согнул руку, дракониха оперлась на нее, и она направились к воротам.

– А наша тренировка? – обиженно спросил Кварг.

– Закончена, считайте, что вы справились, – бросил через плечо ректор.

Почему-то радости нам это не доставило.

– Я думал, они из яиц вылупляются, – бормотал Велька, пока мы шли к общежитию. Из-за тумана наша одежда отсырела, а теперь тело сотрясала мелкая дрожь.

– Ага. Или их в капусте находят, как гусениц, – фыркнула Алька.

– Хорошо, что почкованием не размножаются, – пробурчала я. – А то у нас по весне бегало бы целое стадо драконов.

– И все ректоры? – ужаснулся Живарг.

– Нет, через одного, – я рассмеялась и хлопнула тролля по плечу.

И все-таки на лекции мы отправились в приподнятом настроении, этому способствовал сытый завтрак и так же известие, что вечерняя тренировка на полигоне отменяется.

– Наконец-то можно заняться своими делами, – радостно возвестила дриада. Я только кивнула. При мысли о том, что я вечером по обыкновению не увижу Кириана, стало грустно. Я почти не слушала, что говорил преподаватель, невысокий человек с залысинами на лбу, вместо этого вспоминая вчерашний день. Наверное, меня выдала улыбка, потому что в грезы вдруг ворвалось:

– Адептка де Вире!

Пришлось встать и идти к доске, чтобы написать формулы полураспада магических частиц. Их я знала плохо, как всегда преподаватели постоянно менялись, а книги в библиотеке устарели, поэтому ответ получился крайне невразумительный.

– Какой ужас, – преподаватель покачал головой. – Адептка, если вы попадете в облако этого полураспада, то скорее всего, окаменеете часа на два.

– Правда? – я уже с интересом начала вглядываться в формулу, прикидывая, как можно устроить подобное.

– Увы. Садитесь, три.

Спорить было бесполезно, и я покорно поплелась на место. Следующие три пары не отличались друг от друга, разве что названием предмета. Преподаватели бубнили, задавали стандартные вопросы, на которые сами же и отвечали. От нас требовалось только сидеть тихо, что мы и делали. Я воспользовалась парами и написала Альке записку с просьбой дать одно из платьев.

“Тебе зачем?” – изумилась дриада.

“Да так, надо, – я погрызла кончик пера. – Очень надо поразить одного человека.”

Алька прищурилась:

“Человека или?”

“Или. Извини, больше сказать ничего не могу”

“Ладно, но с будущей свекровью тебе не повезло, так и знай”

Я хотела возмутиться, но тут преподаватель заметил нашу оживленную переписку и вызвал Альку к доске. Дриада отвечала неправильно, но очень уверенно, чем и заслужила тройку. Наконец, занятия закончились.

– Ура, обед! – потирая руки, Велька направился в столовую. – Кая, у тебя шнурок развязался.

Я озадаченно уставилась на ботинок. Странно, я была уверена, что крепко затянула узел.

– Ты завязывай, а мы пойдем, место займем! – Алька поспешила за другом. Я хмыкнула, вот ведь странная парочка: высокая худющая дриада и коренастый полугном. Но вместе они смотрелись очень органично.

Все еще раздумывая о превратностях любви, я присела на скамейку и принялась завязывать шнурок. Удалось не с первого раза, он постоянно выскальзывал из рук, точно уж или угорь. Наконец, старательно затянув узел, я выпрямилась и встретилась взглядом со знакомыми изумрудными глазами:

– Ой…

– Добрый день, – дракониха улыбнулась. Правда, одними губами. – Думаю, нам надо поговорить.

– Разве? – я напряглась, уже догадываясь, о чем пойдет речь.

– Конечно, – она снисходительно взглянула на меня. – И давайте не будем ломать комедию, дорогуша. Я прекрасно знаю, что происходит между вами и моим сыном!

По спине пробежал холодок.

– Между нами ничего не…

Дракониха вскинула руку, обрывая меня на полуслове:

– Я прекрасно знаю, что неделю назад именно вы были у Габриэль. К тому же у вас в ушах сережки, которые стоят немного больше, чем академическая стипендия за пять лет обучения.

– Здесь учатся четыре года, – процедила я, уязвленная ее намеками.

– Тем более. Так что не стоит отрицать очевидное.

– Поэтому вы здесь? – кивнула я.

– Видите, как мы прекрасно понимаем друг друга, – дракониха похлопала меня по руке, словно я была собачка, правильно выполнившая команду. – Давайте понимать друг друга и дальше…

– Смотря в чем.

– В предсказании будущего. Предупреждаю сразу, у вас нет ни единого шанса с моим сыном.

– Шанса?

– Кириан – натура увлекающаяся, ему скоро надоест играться в ректора, и он вас покинет. Не думаете же вы, что он заберет вас с собой?

– Вы не слишком высокого мнения о своем сыне, - заметила я.

– Увы, он уже столько разочаровывал нас…

– Особенно с помолвкой, – это вырвалось само, но судя по ярости, мелькнувшей в глазах драконихи, я попала в точку.

– Кириан был молод и глуп! К счастью, Габи – разумная девушка и готова ждать, когда он нагуляется и вернется к ней.

– Это она вам сказала? – изумилась я.

– Ее мать, но к чему вам все это? Я уже сказала, мой сын на вас никогда не женится. Так что… – она выразительно развела руками. Меня охватила злость. Как эта лощеная дракониха смела говорить о собственном сыне в таком тоне. Теперь понятно, почему Кириан предпочел общению с ней ссылку на край света.

– Знаете, я думаю, это – наше с ним дело, – процедила я, заметив, что она все еще ждет моего ответа. Мои слова вызвали улыбку, на этот раз более искреннюю, поскольку дракониха ошибочно истолковала мою обиду за ее сына как злость.

– Конечно, но не тешьте себя иллюзиями, моя милая. Кириан из рода Ар’ракьянов, что он мог найти в такой как вы? – она пожала плечами. – Только доступность.

– Вот как?

– Увы. Девочка-сирота, не красавица, да и особым умом не блещите…

Она замолчала, давая осознать мне, насколько я – ничтожество, а потом лениво продолжила:

– Разумеется, вы сами сейчас считаете иначе, раз уж мой сын обратил на вас внимание, но, поверьте, как только его ссылка закончится, он улетит и забудет про вас.

– И зачем вы мне все это говорите? – я внимательно всматривалась в лицо собеседницы.

– Просто хочу предостеречь вас от лишних иллюзий. Кириан уже начал одаривать вас. Не думаете же вы, что он делает это из альтруистических побуждений?

Я сжала кулаки. Каждая фраза собеседницы била, словно удар хлыста.

– Вижу, что да, – дракониха снова улыбнулась. – Не обольщайтесь, он непременно получит свое, а вы останетесь ни с чем, опозоренная… впрочем, что еще ожидать от безродной девчонки из приграничья?

От этого пренебрежительного тона кровь бросилась мне в лицо. Я вскочила:

– Да как вы…

– Смею? О, моя дорогая, я просто хорошо знаю своего сына. Не вы первая, не вы последняя. Думаете, его сослали сюда просто так?

– Он не захотел жениться… – промямлила я, вспомнив рассказ Габи.

– Именно. Его застали с дочерью посла. В спальне. Скандал поднялся неимоверный. Король настаивал на свадьбе, но Кириан заартачился, и вот он здесь.

– А девушка? – голова кружилась, и мне почему-то важно было узнать именно это. – Что стало с ней?

– Отправилась домой. Кажется, там ее выдали замуж. Бедняжка, – дракониха расправила тяжелую ткань платья. – Мне искренне ее жаль. Как и остальных, кто верил моему сыну.

– Что же вы не повлияли на Кириана? – я не смогла скрыть сарказм в голосе. – Заставили бы жениться и дело с концом.

Собеседница покачала головой:

– Это не так просто. Мой сын упрям, к тому же если мужчина охвачен страстью, то ему ничто не важно, но потом…за все расплачивается женщина. Своей частью, добрый именем, иногда судьбой. У меня влиятельные друзья.

– Вы мне угрожаете? – возмутилась я. Дракониха покачала головой:

– Напротив. Ваше распределение после академии может оказаться крайне удачным… а может и нет. Так что подумайте об этом на досуге, ладно?

Она поднялась, платье зашелестело, словно одобряя слова хозяйки.

– Приятно было познакомиться, – собеседница кивнула и ушла, не дожидаясь ответа.

– А вот мне – нет, - пробормотала я. Я прекрасно знала,что она все расслышала, хотя на лице не дрогнул ни один мускул.

Выждав, пока дракониха скроется с глаз, я все-таки встала и поплелась в столовую. Благо, друзья уже ушли. Повариха посетовала, что я припозднилась и выдала мне миску наваристого супа и толстый ломоть душистого хлеба. Завтракать мне категорически не хотелось, кусок то и дело застревал в горле, но я постаралась все доесть, а после отправилась в единственное место, где можно было побыть в уединении – библиотеку. Там меня тоже ожидал неприятный сюрприз: почти все столы были заняты адептами младших курсов. Они сидели и старательно читали, то и дело делая пометки в тетрадях.

Испуганный этим нашествием паук затаился на одном из книжных шкафов, и я не сразу смогла его найти.

– Гоша, чего это они? – прошептала я.

– Да вот, – так же тихо ответил паук. – Ректор лютует. За младшие курсы взялся. Видать, совсем матушка допекла.

– А ты откуда знаешь?

– Ну они в кабинете заперлись, друг на друга орали, аж стекла прогибались. Хочешь знать из-за чего?

– Будто ты знаешь. На кабинете магическая защита стоит от подслушивания.

– Знакомая муха на крылышках принесла.

– Ты ее съел? – ужаснулась я.

– Кого? Муху? Больно надо, – хмыкнул Гоша и кокетливо добавил. – Но крылышки ей помял…

Представив себе позы, в которых паук мог помять крылья мухи, я фыркнула. Паук засеменил, перебираясь еще ближе.

– А хочешь знать из-за кого они ссорились? – доверительно прошептал он.

– Из-за кого? – изумилась я, гадая, кто именно мог вызвать ссору дракона и его матушки, но Гоша воспринял мой вопрос как праздное любопытство.

– Из-за тебя.

– Что? – я охнула и на всякий случай оперлась на шкаф.

– То самое. Мамаша так на ректора орала. дескать, из-за безродной девки свою жизнь губишь… – Гоша вдруг осекся и слегка смутился. – Ты это… если чего – не серчай, я ж только передаю.

– Угу, – я вздохнула.

– А у тебя действительно с ним все так серьезно? – поинтересовался паук.

– С кем?

– С ректором.

– Нет, – отрезала я. – И забудь об этом.

– Зря. У тебя распределение на носу. Могла бы и в хорошее место поехать, где работы поменьше, а развлечений побольше.

– Гоша! – возмутилась я. Получилось очень громко, так, что остальные оторвали головы от книг и уставились на мя. Паук предпочел юркнуть в щель между шкафами.

Я пробормотала извинения, сослалась на волнение перед контрольной и поспешила покинуть библиотеку.