Глава 17

Доминик

Удивлены моим поведением? Бывает. Рассчитывали, что я буду обижаться на малую, строить из себя праведную обиду. Облом вышел. Я все знаю. Я обо всем догадался. Расскажу, как провел этот год.

Год назад

В слова Есении я не поверил. Она так старалась, но на Оскар не дотянула. Слезы стояли в глазах, я видел, как ее трясет и как она старается сдержаться. Однажды я уже поверил в бред, сказанный отцом, сейчас я видел панику в ее глазах и стыд. А самое главное я заметил визитку отца, точнее мельком заметил знакомые цвета. Не стал спрашивать она ли это. Отмахнулся, а после ее слов сразу вспомнил и понял откуда ноги растут.

Путем не хитрых размышлений решил кое-что проверить. Тем более Есенька дала мне подсказку: Роман Абрамов вернул свои деньги. Я понял, что это дело рук моего отца. Абрамов мог вернуть свои деньги, но требуется для этого серьезная поддержка. Так я решил, что мне нужно бороться за наше спокойное счастье. Бороться за свою «малую». Он не оставит нас в покое, а бежать на другой край земли и прятаться в мои планы не входило. Это его что-то не устраивает. Значит он и будет двигаться в сторону.

Отец даже не заметил, что в его кабинете и машине появилась прослушка. Он был так счастлив, что мы с Есенией разошлись. Слишком рано он отпраздновал победу.

Он так хотел, чтобы я начал заниматься холдингом, что не учел одного я, углубился и решил узнать все досконально.

— Доминик ты наконец-то приехал, — приветствовал меня отец, притворяясь, что все хорошо. Вроде как он не в курсе моей жизни, — Ты обещал на каникулах нас посетить.

— Дела были, — хмуро отвечаю я.

Жена отца Виола, цокая шпильками выходит к нам в полупрозрачном черном халате, я вижу и ее белье, и чулки. Дешевая показуха.

— Ой, а меня не предупредили, что ты приедешь, — Виола говорит с наигранным голосом и уплывает переодеваться, медленным шагом.

Отец никак не реагирует на это.

— Доминик нас ждет серьезный разговор, — говорит отец, приглашая в свой кабинет.

— Хорошо.

Я иду за отцом, молча наблюдаю за ним. Вижу, как он настраивается. Что же ты придумал для меня папочка? Это твоих рук дело. Ну да ладно притворюсь идиотом.

— Я хочу, чтобы ты вошел в компанию.

Начинает отец, а я киваю головой. Вроде я в глубокой печали и готов заняться любым делом. Готов, только не для тебя папа.

— Мне нужно диплом получить.

— Да брось ты уже. Хватит отдыхать, пора работой заняться. Думаешь я не смогу купить тебе диплом. Хватит тратить время попусту. Мне нужно чтобы ты в срочном порядке вошел в компанию и узнал все тонкости работы.

Конечно папочка как скажешь.

— Может ты и прав, — тяну я с деланным безразличием, — Нет особого желания возвращаться в университет.

Отец приободрился, старается скрыть свою улыбку, но вижу, что он очень доволен.

— Вот именно. Давай, переезжай домой. Что бы мы смогли работать бок о бок, — говорит отец.

— Не, бать. Тут Виола. Я же предупреждал, что приеду, но она видимо забыла. Вам будет не удобно со мной.

Отец начинает смеяться, прекрасно понимая мой намек.

— Сынок. Виола просто моя очередная шлюшка. Меня все устраивает. Я знаю ее характер, она так перед всеми жопой крутит, мне плевать. Главное мозги не делает и в дела не лезет. А если надо, то и подпись поставит где скажу.

Фи. Ну и высокий полет отношений. Хотя такое положение дел мне даже на руку.

— Ну правда. Она молодая если с кем перепихнется мне плевать. Меня больше волнует бизнес. Есть несколько вариантов и нам надо все проработать. Запомни бабы — это так для развлечений, капитал вот что имеет ценность.

Я не переехал к отцу. В городе есть квартира. Ежедневно теперь до ночи я проводил на работе с отцом. Мне нужно было узнать все, втереться в доверие. И самое главное разобраться в том, что произошло и как действовать. Одно мне давалось тяжело не видеться с малой. Но это вынужденная мера.

Я разобрался в делах отца. Каждая его фирма стала передо мной словно открытая книга. И медленно день за днем я двигался к своей цели.

Все секреты моего отца потихоньку перешли в мои руки, каждый договор. Каждая подписанная им бумага.

Целый год я провел, собирая на него компромат и не только на него. Я окунулся в такое дерьмо, о котором даже не догадывался. И скоро они все получат по заслугам.

Из далека я наблюдал за своей малой, ей этот период тоже давался сложно. Но я не мог приблизиться к ней. Витя козлина, по совместимости начальник охраны отца бдительно следил за мной. Я не мог допустить, чтобы мой план разрушился.

Год, который я только работал на свою цель.

Я делал все что, хотел отец дабы усыпить его бдительность и заставить верить, что я нацелен выполнять все его команды по щелчку.

— Доминик, надо поговорить.

Очередная команда отца означающая, что я незамедлительно плечу к нему.

— Отец ты меня вызывал? — спрашиваю я, входя в его кабинет.

— Сын, нужно подготовить документы о слиянии.

— С кем сливаемся?

— Да брось, ты уже в курсе, что это Колокольников. Дочка у него дура дурой, сама компанию не потянет, а он уже еле дышит. Вот и предложил слиться. Да и тебе жена нужна, наследники.

— Она клиническая идиотка, — смеюсь я.

— И что? Сделаешь ребенка и пусть по салонам шастает. Ей главное, чтобы деньги были на шопинг. Она просто идеальна и капитал ее отца лишь увеличивает ее ценность. Я уже договорился. Надо будет с ними встретиться и объявить о помолвке. Это уже решено.

— Ну решено так решено.

Я пожимаю плечами делая вид, что мне плевать. А мне и плевать, совсем скоро я перестану плясать под его дудку.

Виви вызывает у меня только чувство омерзения, после каждого ее прикосновения мне хочется умыться. Я уже молчу о том, что она редкая шалашовка. Штампа ставить негде. Но капитал отмывает любую грязь. На Доминик держи, живи. Ее треп доводит до бешенства. Она заколебала меня своими звонками. Пишет и шлет фото всякой херни.

Хочу то, хочу это. Посмотри, как на мне сидит. А мне глубоко посрать.

Сам Колокольников серьезно болен, ему осталось не больше года и единственное его желание — это пристроить дочь. Он готов отдать полностью свою компанию.

— Доминик моя Виктория девочка балованная. Она не будет тебе хорошей женой, но я готов отдать компанию. Если ты обещаешь заботиться о ней всю жизнь.

Вот еще. На получи мою головную боль. Сначала воспитал эту жертву хирургии, теперь на меня решил ее сбагрить.

Отец же с удовольствием захапает имущество своего главного конкурента. Он готов принять эту головную боль, тем более ее можно скинуть на меня.

Я соглашаюсь. Притворяюсь конечно. Смотрю на этих зажравшихся творцов чужих судеб и мечтаю только дотерпеть до дня Х.

Благотворительный банкет

Есения впала в ступор, когда увидела нас с Викторией. Мы молча смотрим друг на друга. Как же я скучал. Как же я держался в стороне. Каких же мне усилий стоило все это вытерпеть.

Виви рассказывает о нашей скорой свадьбе, которой никогда не быть. Идиотка предлагает Есении стать подружкой невесты, но это она говорит специально. Ей нужно утереть нос Есении, доказать, что она получила меня. Но Виви не в курсе моих личных планов. Я молчу. Хочу схватить свою малую и утащить подальше. Но надо держать себя в руках. Еще немного. Скандал прямо сейчас у всех на виду мне не нужен.

Есения крутится по залу и наконец-то уходит.

Это мой зал. Это мой этаж. С одной стороны, тут банкетный зал, с другой закрытый клуб. Именно тут мой отец встречается с такими же уродами как он сам. Они понятия не имеют, что я знаю все их секреты. Я знаю все их тайны. Могу раздавить любого, кто вел переговоры с отцом.

— Мне пора, — жестко говорю Виктории сдергивая ее мерзкую руку со своей.

— Но Никки. Я рассчитывала, что мы поедем к тебе.

— Я обещал твоему отцу, — вру я, — Так что ко мне после свадьбы.

— Я обижусь на тебя. Что за глупости. Ты что искренне думаешь, что у меня никого не было. Ну не смеши. Ты же тоже не святой.

— Вик.

— Виви, — кривится девушка.

— Виви. Мне пора. Развлекись. Съезди в клуб.

— Вот и поеду. Сейчас Сюзи позвоню и поеду в стриптиз, — Виви уже подпила и покачивается на ногах.

— Хорошо. Развлекайся. Мне надо пообщаться с отцом.

Мне глубоко плевать на ее угрозы. Пускай катится куда хочет. Мне плевать на нее и ее похождения. Мы просто играем жениха и невесту. Пока играем. Скоро игры закончатся.

Есения уходит в туалет. Иду за ней, тихо притворяю дверь, защёлкиваю на замок. У самого руки трясутся от нетерпения. Она моя и только моя. По-хорошему нужно было еще пару дней подождать, но черт с ним сегодня все начнется. Сегодня начинается мой ход.

Есения умывается я стоя позади нее. Моя малая рядом, по телу разливается тепло. Хочу ее до одури. Год держался, даже больше. Она поднимает голову, смотрит в зеркало и видит меня, разворачивается ко мне.

Вот же глупая неужели поверила в дурацкую помолвку с этой идиоткой?

— Доминик, — произносит Есения.

Делаю шаг, руки сами собой ложатся на ее талию, сжимаю ее, прижимаю к себе и накрываю ее губы своими. От нее с ума можно сойти.

— Малая я тебя так люблю. Что же ты у меня такая глупая, — шепчу я своей заплаканной девочке. Как она могла поверить в этот бред с Викой, еще и переживала, расстроилась. У меня одно желание, хотя нет два, успокоить ее и оказаться в ней.

Есения срывается одно прикосновение губ, и она уже моя. Снова моя. Я целую ее словно в последний раз в жизни. Сжимаю так крепко как могу, задираю края платья, приподнимаю за бедра, и она послушно обвивает мою талию. Отрыв башки. Как же я скучал. Скучал по ее маленьким ладошкам, которые обвивают мою шею. Скучал по разговорам с ней. Скучал по ее телу. Мне просто необходима она как воздух.

Есенька понятия не имеет, чем я был занят этот год. И понятия не имеет, что нас ждет впереди.

Усаживаю ее на край раковины, отодвигаю ее мокрые трусики, расстегиваю ширинку и мощным толчком вхожу в нее. Просто отрыв башки. Она с ума сводит. Я скучал. Чуть не сдох без нее. Начинаю быстро двигаться в ней, совсем не ласкова, быстро, жестко. Прости малая, я хотел, чтобы это было по-другому, но не могу. Слишком долго мне пришлось тебя сторониться. Совсем забыл о защите, да и фиг с ней. Сносит голову я вдалбливаюсь в нее, просто теряю остатки разума. Есенька стонет подомной, хватается за рубашку.

— Я так тебя люблю малая, — хриплю я не своим голосом, — Моя малая, только моя.

— Доминик, — громко стону Есенька.

— Да я здесь.

— Я люблю тебя, — шепчет она в полузабытье.

Есеня кончает, чувствую, как сжимает мой ствол, стараюсь сдержаться, но не могу. Кончаю прямо в нее.

Несколько минут мы не двигаемся я все еще нахожусь в ней. Хочу ее снова. Поднимаю на нее взгляд и вижу панику. Да ну епта, приехали. Ну снова, здорова. Опять начинаем сначала. Опять эти козлы ее обработали. Глубоко вздыхаю. Ну, что погнали. Мой план начинает работать через. Три…два…один.