Глава 25. Итан

Я проснулся раньше неё.

Не знаю, сколько времени прошло, но солнце уже пробивалось сквозь шторы, рисуя на стенах золотые полосы.

Она спала. Тихо, спокойно, её дыхание едва касалось моей груди. Волосы растрёпаны, губы чуть приоткрыты. Она выглядела… по-другому. Не актриса, не женщина, которая бьётся с миром. Просто Ария. Моя Ария.

Я не помнил, когда в последний раз чувствовал себя так. Счастливым.

Я улыбнулся сам себе. Странно. Я привык к контролю, к напряжению, к боли. А тут — всё наоборот. Лёгкость. Радость.

Но чем дольше я смотрел на неё, тем сильнее хотелось большего.

Я хотел ещё раз доказать себе, что она — моя.

Что я владею ей не только днём, не только ночью, а всегда.

Я аккуратно высвободил руку из-под её головы. Она тихо замурчала, нахмурилась во сне, и это чертовски сладко ударило в голову. Сдержался, чтобы не засмеяться.

Одеяло соскользнуло с её тела. Я задержал взгляд. Чистая, мягкая кожа, на которой до сих пор оставались мои следы. Я протянул руку и медленно стянул с неё тонкие трусики.

Она едва пошевелилась, выдохнула сонно, но даже не проснулась.

И я ухмыльнулся.

Вот так. Даже во сне ты моя.

Я склонился ближе. Мои пальцы скользнули по её бедру — медленно, будто я проверял, насколько крепко она спит. Она тихо выдохнула, повернула голову на подушке, губы дрогнули.

Я замер на секунду. Слушал её дыхание. Чувствовал тепло её кожи под своей ладонью.

Боже, как же ты беззащитна рядом со мной. И даже во сне доверяешься.

Мой палец провёл чуть выше, по внутренней стороне бедра.

Она снова шевельнулась, тихий звук сорвался с её губ — что-то между стоном и вздохом.

Я ухмыльнулся.

— Вот так, милая… даже во сне твое тело зовёт меня.

Я наклонился, коснулся губами её живота, вдохнул её запах — смесь ночи, свечей и меня. Каждая клетка в груди горела от желания.

Моя ладонь скользнула выше. Осторожно, мягко, но с каждым движением увереннее.

Она дёрнулась, прикусила губу даже во сне. Её спина выгнулась совсем чуть-чуть.

Я смотрел на неё сверху вниз и чувствовал, как во мне всё сжимается от этой картины.

Ты моя. Всегда. Даже когда спишь. Даже когда думаешь, что можешь убежать — нет. Я всегда дотянусь.

Провёл пальцами медленно, дразня, едва касаясь. Она застонала уже громче, но глаза всё ещё были закрыты.

Я опустился к ней снова, жадно, без пощады. Язык скользил по её клитору, по внутренней стороне бёдер, и каждый мой рывок выбивал из неё крик. Она билась подо мной, хваталась за простыню, пыталась оттолкнуть, но её ладони дрожали.

— Итан… — её голос дрогнул.

Я поднял взгляд, поймал её глаза и ухмыльнулся.

— Доброе утро, милая.

Она выгнулась, сжала простыню в кулаках.

— Ты с ума сошёл… — прошептала она, но звук сорвался на стон, когда мой язык прошёлся там, где ей нужно было больше всего.

— С ума? Нет. Я полностью в себе. Это ты сведёшь меня с ума, если не кончишь прямо сейчас. — прорычал я и снова вломился в неё языком. Глубже, жёстче. Сжал её бёдра так, что ногти впились в кожу, удерживая её полностью неподвижной.

Она заорала. Настоящий, сорванный крик.

— Блядь! Ещё… ещё!

Я поднял взгляд снизу. Её волосы раскинулись по подушке, грудь вздымалась. Я видел, как она ломается. И это сводило меня с ума.

— Скажи, что ты моя, — прорычал я, не останавливаясь.

— Я… — её голос сорвался. — Я твоя! Чёрт, Итан! Твоя!

Я вырвал из неё оргазм, пока она не задрожала всем телом. Но мне было мало.

Поднялся, прижал её спиной к матрасу и навис сверху, так что её глаза встретились с моими. Чёрные против растерянных, но полных желания.

— Это только начало, — сказал я низко. — У тебя нет утр, Ария. Есть только мои. Каждое твоё утро будет начинаться с того, что ты орёшь моё имя.

Я вошёл в неё рывком, грубо, без предупреждения. Она заорала и выгнулась, вцепившись в мои плечи.

— Итан!

— Вот так, кричи, — я вбивался в неё, каждый толчок был жёстким, безжалостным. — Кричи громче, чтобы весь этот долбаный Лондон знал, что ты принадлежишь мне.

Её ногти царапали мою спину, её тело дрожало, но она двигалась мне навстречу. Молила и ругалась одновременно.

— Пошёл ты… — выдохнула она, и тут же сорвалась на стон.

— Пошёл? — я усмехнулся, ускорился, вбиваясь глубже. — Сюда? Тебе сюда, да?

— Чёрт, да! — она закричала, выгнулась так, что я едва не потерял контроль.

Я держал её бёдра железной хваткой, не отпускал, пока она снова и снова не рвалась на крики, пока её тело не дрожало, как после электрического удара.

Мы рухнули. Два тела, переплетённые, липкие от пота, обессиленные.

Но внутри меня горела только одна мысль.

Я уткнулся лбом ей в шею, вдохнул её запах — горячий, пропитанный мной до последней капли.

И ухмыльнулся в темноту.

Осталась всего одна проблемка.

И тогда она будет моей. Полностью. Во всех смыслах.