Глава третья

В конце ноября Женьку отправили в командировку почти на месяц. Он проходил профессиональное обучение почти в трёх тысячах километров от своего города и должен был вернуться только к Новому году. Несмотря на то, что эта командировка была очень важна для Женьки в плане профессионального роста, сначала он хотел отказаться от поездки.

Женька очень переживал за Жанну и не хотел с ней расставаться так надолго. Казалось, это немыслимо — расстаться так надолго. Любимая убедила его поехать, она была уверена, что эта командировка очень нужна Женьке. Он и сам знал, что нужна, потому долго метался и мучился прежде, чем дал согласие.

Решающим фактом стало то, что жили Женя и Жанна в прошедшие месяцы спокойно, никто им не докучал. После неудавшегося предложения руки и сердца, Стас прекратил попытки сблизиться с Жанной. А потом Анжелика, с которой Жанна случайно (как бы случайно, конечно же) встретилась, сообщила, что Стас живёт с какой-то девушкой, всё у них серьёзно, собираются пожениться.

И действительно, однажды Женька и Жанна случайно (опять же как бы случайно) столкнулись в городе со Стасом. Он был в компании ослепительной блондинки и выглядел абсолютно счастливым.

Как правило, если человек сам не склонен плести интриги и совершать подлости, не ждёт он этого и от окружающих. Конечно, такую возможность не исключает, но совершенно точно не видит угрозу своему благополучию и счастью в каждом встречном.

Женька и Жанна были настолько счастливы, что о подлостях и подвохах с чьей-либо стороны думали меньше всего. Расслабился даже Женька, который летом увидел в глазах Стаса угрозу и решимость.

А Стас, тем временем, не расслаблялся ни на минуту, ни на секунду. Он осторожно и неспеша расставлял ловушку, методично плёл паутину, в которую в скором времени должны были угодить сразу несколько жертв. Всё было продумано до мелочей, учтены все нюансы.

Однако фортуна была настолько на стороне Стаса в этот раз, что нежданно-негаданно выдала шикарный бонус: командировку Коршунова. Эта командировка так облегчала задачу Стаса, что петь от радости хотелось.

Стас-то готовился к тому, что Коршунов будет путаться под ногами и пытаться проявлять инициативу, а тут внезапно по всей полосе зажёгся зелёный свет. Коршунов уедет на целый месяц. Жанна останется одна и будет полностью деморализована, сломлена.

Сначала Стас Слободской хотел пойти по проверенной схеме и просто устранить с дороги Коршунова, этого лоха, который до сих пор не сподобился официально жениться на Жанне. Конечно, Стаса не остановил бы и официальный брак. В конце концов, любая проблема имеет решение.

Почти любая проблема. Однако Стас не мог заставить Жанну полюбить его. А ещё… Этот гадёныш Коршунов забрал вместе с Жанной самое главное, то, что Слободской считал своим и о чём сожалел до скрежета в зубах, — невинность Жанны. Потому с Коршуновым разговор ещё будет, разговор пока впереди. Он, Стас, никогда ничего не забывает и умеет ждать. Самонадеянный и наглый сопляк ответит за всё, за каждое мгновение, проведенное с Жанной. За всё, что он делал с женщиной, по праву принадлежащей Стасу. Коршунов ещё не знает, с кем связался. Просто его час ещё не настал. Не так быстро и не так просто, нет!

Сейчас необходимо забрать Жанну и как следует привязать к себе, остальное — позже. С чувством, с толком, с расстановкой.

Итак, первоначальной задумкой Стаса была подстава для Коршунова. Однако в этой схеме существовало сразу несколько слабых звеньев. Качественно организовать для Коршунова неприятности с законом может помешать друг Евгения, Дмитрий Силантьев, который имеет определённые связи в силовых структурах.

К тому же, если даже Коршунова отправят за решётку, где гарантии, что Жанна поведётся на Стаса? Такие, как Жанна, готовы ждать возлюбленного годами, либо вести себя подобно жёнам декабристов. И даже если Коршунов "случайно" сгинет, она может хранить ему верность до бесконечности. Ведь из-за этого Стас настолько и помешан на ней. Из-за её цельности и неподкупности, из-за её умения любить. Жаль только, что любить не его, а сопляка Коршунова.

Подставлять Коршунова так, чтобы Жанна застукала его с другой женщиной, — тоже не вариант. Вдруг Жанна любит настолько, что готова будет простить и закрыть глаза на измену?

Постепенно изучая окружение Жанны, Стас неожиданно наткнулся на своеобразную "золотую жилу". Кто ищет, тот найдёт. Нашёл и Стас. Теперь Жанна не только с энтузиазмом выйдет за него замуж; она ещё и будет благодарна ему всю жизнь.

Мать Жанны, Светлана Викторовна, перенесла в раннем детстве клещевой энцефалит, несколько дней балансировала на грани жизни и смерти. Выкарабкалась, но последствия, увы, остались на всю жизнь. И внешние, и довольно сильная хромота. Комплексы помешали устроить личную жизнь, несмотря на то, что женщина была умной, эмоциональной, по-настоящему интересной. Зато Светлана Викторовна состоялась в профессии.

Дочь Жанну Светлана Викторовна родила в тридцать восемь лет, когда уже совсем отчаялась добиться хоть чего-то в плане личного счастья. Жанна появилась на свет через девять месяцев после поездки Светланы в один из санаториев Черноморского побережья.

Сейчас Светлане Викторовне было пятьдесят семь лет, она продолжала работать и чувствовала себя прекрасно.

Как и всякий человек, работающий в педагогике, Светлана обязана была регулярно проходить медосмотр. Когда осенью она обходила врачей, невролога вдруг насторожили некоторые показатели. Доктор назначил Светлане таблетки, которые необходимо было принимать по строгой схеме, через каждые пять часов, и велел показаться ему через месяц.

Дисциплинированная Светлана, которую врачи когда-то вытащили с того света, а потому она безоговорочно им всем доверяла, тут же выкупила лекарство и начала принимать. Поскольку от схемы она не отступала, таблетки всегда и везде были с ней, лежали в сумке.

Через неделю началось резкое ухудшение состояния здоровья Светланы, она практически не могла ходить. Женщину госпитализировали в неврологию, где у Стаса уже было несколько "своих" людей. Увы, у большинства (да практически у всех) людей есть слабости и нужные "клавиши". Стас же всегда был своего рода "виртуозом". Потому лечение, естественно, эффекта не давало. Наоборот, состояние Светланы лишь ухудшалось день ото дня. Последствия нейроинфекций иногда дают о себе знать через годы. Даже через десятилетия.

Уборщица из музыкального училища, та, что за определённое вознаграждение подменила таблетки, лежащие в сумке Светланы, неожиданно погибла под колёсами неустановленного автомобиля. Переходила дорогу в тёмное время суток в неположенном месте. Увы, бывает.

Женька как раз уехал в командировку и должен был вернуться только через две недели. Когда он уезжал, будущая тёща ещё была почти в полном порядке, проблемы только-только начинали проявляться, и даже сама Светлана не придавала значения "мелочам".

Теперь Жанна пребывала в полной растерянности и стояла на пороге паники. Ей совершенно не к кому было пойти со своими проблемами и страхами.

Светлану посмотрел какой-то именитый врач, который сообщил до полусмерти напуганной дочери пациентки о том, что существует некое лекарство. Но заказать его можно только за рубежом, а сто́ит оно… Сумма была озвучена абсолютно неподъёмная для Жанны и Светланы Викторовны. Да и для Женьки тоже.

Зато эффект, как уверял доктор, будет почти мгновенный, просто волшебный. Правда, оговорился, что счёт идёт на дни. Если время будет упущено, не поможет даже чудо: Светлана не встанет.

Жанна была абсолютно убита новостями, почти ничего не понимала и не чувствовала, кроме всепоглощающего страха. И даже Женьке в ближайшие два дня было не позвонить: он уехал на практику на какой-то объект, с которым не было никакой связи, кроме экстренной, по рации.

В полной прострации Жанна шла по улице и даже не заметила Анжелику, которая (опять случайно) попалась навстречу. Анжелике пришлось трижды тщетно окликнуть Жанну, а потом подойти и потрясти за плечо.

Узнав о беде подруги, Анжелика клятвенно пообещала, что попытается найти знакомых, которые готовы будут помочь с деньгами. Правда, под проценты, что естественно. А потом, может, Жанна с матерью продадут квартиру, например. И вернут долг. Но ведь здоровье мамы — это самое главное, правда? Жанна слушала молча, лишь кивала сквозь слёзы.

А вечером в комнату малосемейки кто-то постучал. Измученная страхом и слезами Жанна как раз забылась тяжёлым сном, потому гость постучал трижды прежде, чем она услышала.

— Кто там? — хриплым от слёз голосом испуганно спросила Жанна.

— Жанна, это Стас. Впусти, пожалуйста. Я просто хочу поговорить, честное слово.

— Подожди пару минут, Стас, — намного подумав, ответила Жанна.

— Хорошо, жду.

Ей нужно было зайти в туалет и привести себя в порядок хотя бы по минимуму. Жанна быстро почистила зубы и умылась холодной водой. Старалась не столько для Стаса, сколько для себя, потому что всё лицо было солёным от слёз и опухшим.

Стас выглядел превосходно, и сейчас он показался Жанне пришельцем из какой-то другой жизни. Из той жизни, где всё благополучно и спокойно. Из той жизни, в которой люди не мучаются от ужаса и безысходности. Из той жизни, в которой у людей не звенит в голове тяжёлый и тревожный набат, не предвещающий ничего хорошего.

Господи, как ей хотелось, чтобы сейчас в двери вошёл не Стас, а любимый и родной Женька. Сразу стало бы значительно легче, и все проблемы бы решились…

Хотя нет, на этот раз нет, проблемы бы не решились. У них нет нужной суммы и собрать её нереально. Разве что всё продать и всем по́ миру пойти.

Стас повесил куртку, подтянул рукава тёмного тонкого свитера и огляделся. В его взгляде не было сейчас ни скепсиса, ни насмешки, ни превосходства. Стас был собран и серьёзен.

— Проходи.

— Может, чаем угостишь, Жанна? — спросил Стас, устраиваясь не в кресле, а за столом.

— Хорошо, угощу, — равнодушно кивнула Жанна и поставила чайник на огонь.

— Помнишь, мы с тобой иногда пили вместе чай, когда ты работала у меня в ателье?

— Помню.

Жанна нашла в шкафу одну из "гостевых" кружек, она не собиралась наливать Стасу чай в кружку Женьки.

— Счастливое было время, — спокойно и задумчиво проговорил Стас. — Дорого бы я дал, чтобы вернуть его.

Жанна ничего не ответила. Поставила перед Стасом дымящуюся кружку, сахарницу и корзинку с печеньем. Интересно, зачем он пришёл? Неужели затем, чтобы предаваться воспоминаниям и ностальгировать? Как-то совсем не похоже на Стаса.

— А сама почему не пьёшь чай?

— Не хочу.

— Жанна, — помолчав, вновь заговорил гость. — Не буду ходить вокруг да около. Я видел Анжелику, и она рассказала мне о твоей беде.

Жанна молчала, опустив глаза, и перебирала пальцами завязки халата. Ей вдруг стало как-то очень тоскливо. Страх и паника сменились безысходностью. Она отчётливо поняла, зачем пришёл Стас, и уже знала, какой ответ ему даст. Именно в этот момент Жанна поняла, что её жизнь подошла к концу. Жизни больше не будет, только существование.

— Скажи, Жанна, а твою маму смотрели разные врачи? Говорят, в подобных случаях необходимо проконсультироваться у нескольких специалистов.

— Смотрели четверо разных неврологов. Первый доктор на медосмотре, затем невролог на приёме в поликлинике. А потом ещё двое каких-то именитых неврологов. И все говорят одно и то же.

— А что за лекарство необходимо, Жанна?

Жанна молча встала, взяла сумку и вернулась за стол. Достала лист с рекомендациями одного из врачей, протянула Стасу. Прочитав название препарата, необходимое количество, дозировку и цену, Стас тихонько присвистнул.

— Они дают гарантии?

— Да. Если вовремя начать лечение. А вовремя — это значит, чем скорее, тем лучше.

— Жанна, — Стас отложил листок и внимательно посмотрел в лицо Жанны. — Я готов помочь. И не в долг, а безвозмездно. Но ты должна понимать, что я не могу и не хочу делать это для чужих людей. Чужим я не стану помогать даже взаймы под великие проценты. Вот если бы Светлана Викторовна была моей родственницей… Тёщей, например. Как думаешь?

— Я на всё готова ради выздоровления мамы. Другого выхода всё равно нет.

Стас выпрямился, неотрывно глядя на Жанну. Обычно непроницаемые глаза его заблестели.

— Вопрос в другом.

— В чём? — напряжённо спросил Стас.

— Вопрос в том, зачем это нужно тебе, Стас? Жениться на мне? Ведь я не люблю тебя и никогда не полюблю.

— Никогда не говори "никогда", Жанна. Сейчас, возможно, и не любишь. Но очень скоро ты поймёшь, что приняла единственно верное решение. Я люблю тебя, Жанна, и всё для тебя сделаю. Ты никогда не будешь ни в чём нуждаться, у тебя будет всё самое лучшее. Весь мой труд, все успехи, — всё это будет ради тебя и для тебя. Не верю, что ты не сможешь полюбить меня. Ты очень умная и тонкая девочка, не только красивая.

— Почему я должна довериться тебе? Вдруг ты обманешь?

— Жанна — Жанна, — покачал головой Стас. — С какой целью обманывать, Жанна? Чтобы ты ушла навсегда и никогда больше не доверилась мне?

— А как… всё будет происходить? И когда?

— Если я закажу лекарство через нужных людей сегодня, оно будет у меня послезавтра. Как только мы с тобой поженимся, я лично передам лекарство врачам. То есть, поженимся мы послезавтра утром. Да и лекарство передадим вместе, чтобы тебе было спокойнее.

— Послезавтра? — казалось, Жанна опустошена полностью, но внутри что-то тревожно заныло. — Так быстро?

— Ты же сама сказала, что нужно как можно быстрее начать лечение.

Жанна опустила голову. На руки, сцепленные на коленях, упали одна за другой две слезы́.

— В свадебное путешествие полетим летом. Подождём, пока твоя мама окрепнет после лечения.

Жанна молча кивнула. Всё равно — летом ли, осенью или весной. Сейчас ей казалось, что сама она просто не доживёт до лета.

— Я тогда поеду сейчас, нужно многое успеть. Заеду за тобой послезавтра в семь часов утра. Тебе нужно будет успеть привести себя в порядок до регистрации.

— Стас, — встревожилась Жанна. — Не надо никаких торжеств, прошу!

— Совсем без праздника всё равно нельзя, Жанна. Свадьба пройдёт в кругу семьи и самых близких друзей. Просто посидим в банкетном зале хорошего ресторана.

* * *

Весь следующий день Жанна посвятила сбору своих вещей и уборке. А позже, вечером, написала письмо Женьке. Слёз уже не было; казалось, выплаканы все.

Жанна решила не раскрывать Женьке истинную причину, заставившую её совершить предательство. Во-первых, Женька начнёт винить себя, если узнает правду. А во-вторых, если он будет считать её подлой и продажной, быстрее излечится от боли и тоски по Жанне.

Всё получилось так, как планировал Стас. После торжественной регистрации они сразу поехали в больницу и оставили там лекарство, необходимое для Светланы Викторовны. Только спустя много лет Жанна поймёт, что это была подделка. Плацебо. Просто драже.

Забегая вперёд, следует сказать, что в последующие двадцать четыре с половиной года, почти до серебряной свадьбы, Стас вёл себя с Жанной безупречно. Это ведь Жанне только казалось, что она не доживёт до лета. Дожила, и жила дальше. Даже привыкла, научилась полностью доверять Стасу и принимать его любовь.

Стас окружал молодую жену заботой, ограждал от всех жизненных неурядиц и проблем. Поддерживал он и тёщу, которая после "чудесного исцеления" прожила ещё двадцать лет, не зная проблем. Светлана Викторовна очень любила внучку Милану, которая появилась на свет через два года после свадьбы дочери, посвящала ей всё свободное время.

Сам Слободской дочь любил, но не до фанатизма: очень близки они так и не стали. Для Стаса на первом месте всегда была жена. Жанна была для него вне конкуренции, а потом уже все остальные. Возможно, поэтому он никогда не настаивал на рождении второго ребёнка и не был помешан на идее рождения наследника.

Жанна заочно окончила институт, в котором начинала учиться на момент знакомства с Женей, получила профессию. Чтобы жена не скучала, Стас поедложил ей заняться собственным бизнесом. Так появилась обширная сеть салонов красоты, которой долгое время управляла Жанна. Кроме того, на имя Жанны была оформлена бо́льшая часть активов и предприятий мужа. Стас неуклонно шел в гору и вскоре занял лидирующую позицию среди бизнесменов их региона.

Как только появилась такая возможность, Стас настоял на заключении брачного договора, в соответствии с которым никто из супругов не мог безнаказанно изменить другому; изменник оставался ни с чем.

Тогда это казалось Стасу необходимым, логичным и единственно верным шагом. Стас был уверен, что никогда не разлюбит Жанну. Даже сам он не допускал мысли, что через двадцать четыре с половиной года ситуация полностью изменится, развернётся на сто восемьдесят градусов.

А пока всё шло по плану Стаса. Лишь одна проблема омрачала жизнь Слободского, не давала ему до конца расслабиться и получить удовольствие: Коршунов. И Стас собирался эту проблему решить наилучшим для себя образом.

* * *

Тогда, в декабре далёкого 1992 года, Женька вернулся из командировки, пребывая в огромной тревоге: Жанна не выходила на связь почти две недели.

В конце концов, Женьке удалось выйти на Диму, но когда тот перезвонил через день, не сказал ничего конкретного. Дал понять, что есть вещи, которые по телефону не обсуждаются, но в целом с Жанной всё нормально. Жива-здорова.

Женька не верил в то, что Жанна бросила его; подобное не могло случиться, просто не могло, хотя из слов Димы только такой вывод и напрашивался.

Впервые в жизни Женька возвращался домой с подарками: раньше ему просто некому было их дарить. Дарил только друзьям на дни рождения и на свадьбы. Теперь привёз — любимой Жанне и будущей тёще, Светлане Викторовне.

Дома никого не оказалось, причём, похоже, их с Жанной уютная комната пустовала уже довольно давно, поскольку, несмотря на открытую форточку и врывающийся в неё зимний воздух, запах стоял нежилой.

Всё было как прежде: идеальный порядок, вещи строго на своих местах, на стенах — рисунки, сделанные Жанной. Не было только самой Жанны. И не было, судя по всему, давно. Зато на столе лежало письмо, покрывшееся тонким слоем пыли.

Женька, превозмогая себя, прочитал письмо, и с этой минуты его жизнь, в которую только недавно пришло, наконец, настоящее счастье, превратилась в долгую, многолетнюю борьбу. Сначала в борьбу с кажущимися невыносимыми болью и тоской. Далее — в борьбу с самим собой. Позже — в борьбу за место под солнцем. Потом в борьбу за жизнь и здоровье. А уже потом, спустя много лет, в борьбу за любимую женщину. Правда, теперь, скорее, любимая женщина боролась за него и спасла ему жизнь, рискуя надолго попасть за решётку.

А тогда, в далёком 1992 году, они так больше и не встретились, хотя Женька делал безрезультатные попытки поговорить с Жанной. Отсутствие результата объяснялось не только тем, что Жанну как следует стерегли. Она и сама не могла заставить себя встретиться с Женькой и посмотреть в его глаза. Не хватило ни сил, ни выдержки.

… Шёл двухтысячный год. Станислав Викторович Слободской сидел в собственном кабинете и задумчиво смотрел в окно. Мысли у него были невесёлые.

Двери бесшумно приоткрылись и на пороге появилась личный секретарь, Даша. Строгий костюм, высокая грудь, стройные ноги, узкие очки, чувственные губы и длинные рыжие волосы. Умная девочка, знает и работу, и своё место. Время от времени Стас пользовался её профессионализмом и хорошим отношением, но сегодня настроения не было.

Увидев его лицо, Даша кивнула и молча скрылась за дверью. Через пять минут принесла поднос, на котором стояла чашка с горячим крепким кофе.

— Спасибо, Дарья, — кивнул Слободской.

Улыбнувшись, Даша так же молча покинула кабинет босса. Всё-таки профессионализм — великая вещь. Слободской окружил себя профессионалами, в его жизни больше не было случайных людей.

Теперь ещё появилась служба безопасности, всё честь по чести. А ещё у Стаса теперь есть главное доверенное лицо, Савва Половодов, человек проверенный и преданный Стасу до мозга костей: Стас помог Савве, бывшему военному, вытащить из большой передряги младшего брата и отправить того на учёбу за границу. У Саввы и у самого были связи, но не было достаточно необходимых средств.

О существовании Саввы ничего не знает даже Жанна. Именно Половодов организовал, а зачастую и выполнял самые деликатные поручения босса.

Да, теперь у Стаса есть человек настолько преданный, что пришла пора как следует разобраться с Евгением Коршуновым.

С тех пор, как Стас женился на Жанне, он дважды встречался и разговаривал с Коршуновым, и оба раза безрезультатно.

Впервые встретился почти сразу после женитьбы, когда Коршунов вернулся из командировки. Предложил Женьке деньги и квартиру в другом городе, чтобы тот исчез, испарился. Наглец Коршунов мало того, что отказался, ещё и позволил себе высмеивать его, Стаса. Сказал, что, видимо, Слободской настолько не уверен в своём семейном счастье, раз уж видит угрозу в таком простом парне.

Скрипя зубами от злобы и бессилия, Стас тогда ушёл. Он всегда стремился избегать явных нарушений закона. Предпочитал нарушать скрыто, покупая всё и плетя интриги. Мокруха в его планы точно не входила, потому пришлось, собравшись с силами, на несколько лет забыть о Коршунове. Ну как забыть? Из поля зрения Стас соперника никогда не выпускал. Как и не забывал о том, что самое главное Коршунов у Стаса всё же отнял.

Была, правда, надежда, что Коршунов уничтожит себя сам, ибо пустился во все тяжкие на целых полгода: пьянки, кабаки, бабы… Казалось, парень испытывает себя на прочность и живучесть.

Однако перебесился, выкарабкался. Да ещё и начал собственное дело: организовал фирму, занимающуюся программным обеспечением. Фирму небольшую, но довольно востребованную и процветающую.

Именно по поводу этой фирмы Стас и встречался с Коршуновым снова, два года назад. Предлагал Коршунову продать бизнес, и продать очень выгодно. Но тот опять лишь посмеялся, да ещё и прочитал Слободскому что-то вроде нотации. Дескать, есть в жизни вещи, которые нельзя продать или купить. И люди не все продаются.

Как же, как же. Ему ли, Стасу, не знать, что продаётся и покупается всё и все. И Коршунов бы продался, будь у него уязвимые места. Но у этого щенка их не было. Разве что Жанна, но Стас бы тогда ещё даже мысли не допустил о том, чтобы причинить зло Жанне. Потому пока Стас тщетно ждал своего часа. Ждал, когда Коршунов женится и настрогает детишек. Вот тогда бы Стас появился вновь, и настала бы его очередь смеяться.

Коршунов, который всегда был окружён чёртовой толпой баб (и что они все находят в нём?!), так до сих пор и не женился. И детишками не обзавёлся. Осторожный. И почему он не женится? Неужели до сих пор любит Жанну?

Стас опять скрипнул зубами от злости. Сам он даже теперь, спустя восемь лет после свадьбы, всё так же любил жену. Конечно, женщин у него было много, ему по статусу полагается, но Жанну заменить не мог никто. С ней даже рядом никто не стоял.

Хорошо, что теперь есть Савва. Пора пускать Коршунова в расход. Вчера, пока Жанна ездила с дочкой на детский день рождения, Стас обнаружил в вещах жены фотографию Коршунова. Слободской сам не ожидал, что подобная находка так его подкосит. Ведь он наверняка знал, что Жанна за прошедшие восемь лет ни разу не виделась с Евгением, никак не общалась. Зато Стас, наконец, принял решение. Пора покончить с этим самонадеянным и наглым щенком раз и навсегда. Тем более, дружка Коршунова, Дмитрия, как раз перевели служить в другой регион. Пора.

Через несколько дней у машины, в которой ехал Евгений Коршунов, отказали тормоза. Машина двигалась по трассе и на большой скорости вылетела в кювет. Повезло лишь в том, что других пострадавших не было. Только Женька.

Хотя все окружающие удивлялись тому, что он выжил. Если бы машина взорвалась раньше, даже хоронить было бы некого. Но Женьку успели вытащить из куска искорёженного металла, в который превратилась машина, лишь потом прогремел взрыв. Правда, долгое время Женька очень жалел о том, что его спасли.

Он пришёл в себя лишь спустя десять дней после аварии. С головным мозгом было всё более-менее в порядке, а вот тело своё Женька чувствовал только до пояса. Руки худо-бедно действовали, голова соображала, но и только.

На следующий день после того, как Женька очнулся, к нему пришла Жанна. Жанне стоило немалых усилий убедить врачей в том, чтобы её впустили. Тогда Жанна и Женя встретились впервые с тех пор, как Женя уехал в командировку восемь лет назад.