Глава 23

Она медленно шла по школьному коридору, гневно сжимая в руках несколько измятых бумажек, которые нашла в своём ящике. Весте не нужно было говорить кто их автор, она и так отлично знала чьих рук эта работа. Марк, этот богатый придурок, который так и не простил ей отказа.

Веста остановилась, не доходя нескольких шагов до класса, устало прикрыла глаза и сделала пару глубоких вдохов, собираясь с силами. Она мысленно представила, что рядом с ней сейчас, незримо, стоит её ангел и он, как и прежде, призывает её быть сильной.

Едва она переступила порог кабинета, как в классе воцарилась тишина. Одноклассники не сводили с неё пристальных насмешливых взглядов. Весто равнодушно прошла мимо своей парты и подошла к вальяжно развалившемуся на стуле Марку и презрительно бросила ему в лицо листы.

— Вот, нашла твои вещи — забирай, — бесстрастно произнесла она и, язвительно усмехнувшись, добавила: — Не знала, что у тебя знание языка настолько плохое, что ты умудрился спутать наши имена. Но не переживай, я уже всё исправила.

В классе сразу послышалось негромкое шушуканье. Несколько ребят отчётливо рассмеялись, а некоторые с брезгливостью и отвращением косились на него. Марк чуть слышно скрипнул зубами и с плохо скрытой яростью поглядел на неё, сузив от злости глаза, и вдруг делано расхохотался.

— Это и не моё, и не суй мне свою рекламу интим-услуг, — он небрежно сбросил со стола листы. — Платить деньги, чтобы залезть на тебя, после той кучи народу, что ты пропустила, сомнительное удовольствие.

— А я вот нисколько не против, — плотоядно усмехнулся его сосед по парте и обратился к ней: — У тебя почасовая тарификация или в зависимости от позиции и… эм… рабочего органа?

— У своего дружка спроси, как он берёт оплату. — Веста бесстрастно развернулась и нарочито медленно вышла из класса, бросив на ходу: — Марк, ты бы прекратил использовать дорогую бумагу, а то даже подлость сделать нормально не можешь.

Веста неторопливо открыла дверь и услышала, как за спиной разразился громкий смех одноклассников. Ещё совсем недавно они травили её вместе с ним, а теперь насмехались над её мучителем. Ей стало тошно и она направилась к выходу из школы. Её душили непролитые слёзы, судорогой сводя горло. В такие минуты ей хотелось одного — поскорее увидеть своего ангела.

Видеть никого не хотелось. Веста решила немного пройтись и подумать о том, что её ждёт впереди. Уроки из-за произошедшего пришлось прогулять, поэтому времени было предостаточно. Она свернула в парк, не доходя до дома. В тот самый, где однажды нежданно встретила свою любовь.

Её взгляд прошёлся по зеленеющим кустарникам и остановился на высоком темноволосом мужчине. Впервые за посещение парка в её укромном уголке находился кто-то ещё. Незнакомец сидел на скамейке и с поразительным спокойствием смотрел на неё. На его губах возникла лёгкая улыбка.

Он неожиданно показался смутно знакомым и от этого чувства отчего-то стало не по себе. Сердце в груди вдруг испуганно сжалось. Ей захотелось поскорее покинуть парк и оказаться как можно дальше от этого странного человека. Она спешно отвернулась, чтобы уйти, как вдруг незнакомец остановил её.

— Тебе не стоит меня бояться, Веста, — вдруг произнёс он.

— Откуда вы знаете моё имя? — поёжившись, взглянула она на него.

— О тех, кто мне интересен, я знаю всё, — произнёс незнакомец, немного лениво растягивая буквы.— Ты из тех немногих, кому посчастливилось попасть в мой список занятных людей.

— Эм… Сомневаюсь, что это хорошо, — невольно вздрогнула Веста, пытаясь незаметно отойти подальше. — К тому же, с незнакомцами я не разговариваю.

— Отчего же с незнакомцами? Мы уже встречались, и тебе известно, как меня зовут, — с его губ сбежала улыбка, и он продолжил уже совершенно серьёзно: — Но раз ты подзабыла, то повторю. Всё-таки это наше личное знакомство. — Незнакомец поднялся со скамейки и чинно поклонился: — Атанасиус к твоим услугам, моя прекрасная избранница.

— Атанасиус… — произнесла Веста одними губами. Перед глазами пронеслись воспоминания о смерти, академии и Ратмире. Она сделала резкий шаг назад: — Что тебе от меня нужно?

— Ты. Мне нужна лишь ты, — он небрежно пожал плечами. Заметив её напряжение, Атанасиус добавил: — Сейчас мы в твоём сне, так что даже при желании я не смогу ничего тебе сделать.

— Почему ты рассказываешь мне об этом? — Веста подозрительно прищурилась. — Хочешь ослабить моё внимание, а сам попытаешься завладеть энергией?

— Ну что за глупости ты говоришь! — весело рассмеялся он и вдруг оказался рядом с ней. Атанасиус мягко коснулся её лица и ласково погладил по щеке. — Ты такая же, как и я. Я понял это, когда ты одна защищала меня, находясь среди этой никчёмной черни. — Он заглянул ей в глаза. — Я мечтал о тебе целую вечность.

Веста испуганно вздрогнула и отступила. Атанасиус понимающе усмехнулся и покорно убрал руки в карманы, но его взгляд продолжал заинтересованно скользить по ней, спокойно изучая. Она почувствовала, как щёки ярко вспыхнули, выдавая её смущение. Отвести же глаза не решилась, опасаясь какого-нибудь подвоха с его стороны.

— Как можно мечтать о ком-то, кого совершенно не знаешь? — с недоумением произнесла Веста. — Да, я никогда не понимала людей, которые готовы уничтожить, лишь потому, что кто-то чем-то от них отличается. Но это всё.

— Ты ошибаешься, я знаю тебя очень хорошо, возможно, даже лучше, чем ты сама себя знаешь. — В его безэмоциональном взгляде отразилось понимание. — Жизнь явно не баловала тебя, со всеми проблемами приходилось разбираться самой, не вмешивая отца…

— Хватит! — сердито оборвала его она. — Думаешь, я не осознаю, что ты проник ко мне в подсознание и пытаешься втереться в доверие, чтобы использовать ради достижения своей цели?

— Использовать? Как тебе только пришло такое в голову? — Атанасиус казался искренне удивлённым. — Каждая душа единственна в своём роде, и значит, второй такой не будет. А я говорил, что мне нужна лишь ты и рисковать тобой не стану.

— Ну да, первая любовь и всё такое, — на её губах возникла насмешливая улыбка. — Но если ты достаточно хорошо меня знаешь, то на что готов пойти, чтобы добиться? — Веста сделала вид, что задумалась и почти сразу продолжила: — Может, оставишь наконец в покое Пареллу и перестанешь уничтожать её народ?

— Мне не нужно тебя добиваться, с той минуты, как я услышал твои слова — ты уже моя, — уверенно произнёс он, словно это была непреложная истина. Тихо улыбнулся и продолжил: — Знаешь, даже, если я исполню твою просьбу, они сами придут за мной, моя прекрасная избранница. — Атанасиус задумчиво поднял глаза к небу. — Ведь теперь у меня есть слабое место и они этим обязательно воспользуются.

— У меня что, даже нет права отказаться? — Она гневно нахмурилась. — А тебе не приходило в голову, что я не захочу быть твоей?

— Если ты о том филакасе, то я уничтожу его, стоит ему только появиться на моём пути и встать между нами. — Он произнёс это невозмутимо и даже бесстрастно, будто говорил об обыденной, само собой разумеющейся, вещи. — Привыкай к тому, что ты моя и не смотри по сторонам, иначе я тебя накажу.

Атанасиус с нежной умиротворённой улыбкой перевёл взгляд на неё и направился к ней. Веста хотела броситься прочь, но внезапно ощутила, что не может пошевелиться. Он по-хозяйски коснулся её лица и ласково погладил его, после зарылся пальцами в её длинные волосы и склонился.

— Даже удивительно насколько приятно желать женщину, никогда не испытывал ничего подобного. — Негромко выдохнул он глядя в её сверкающие от слёз и гнева глаза. — Впрочем, ты так чиста и невинна, что в моём желании нет ничего удивительного.

Атанасиус уже почти коснулся её губ. Но Веста, преодолевая себя, упёрлась руками ему в грудь и оттолкнула его.

— Нет! — в отчаянии выпалила она.

— Веста! Веста, проснись, — кто-то сильно тряс её, и она распахнула глаза.

Её взор столкнулся с обеспокоенным взглядом Крезора. Наследный принц сидел рядом с ней на постели и обеспокоенно смотрел на неё. Она видела, что его мучила тревога и страх за неё, но он не стал задавать ей вопросы, не желая давит на неё. Но ей сейчас было не до того. Весь пережитый во сне ужас вдруг навалился, подобно снежному кому.

Сил больше не осталось. Тело охватила мучительная дрожь. Веста в отчаянии прижалась к опешившему Крезору и разрыдалась. Он в недоумении приобнял её и стал бережно гладить по спине, бормоча какие-то успокаивающие ничего не значащие фразы. Ему хотелось, чтобы она рассказала, что же гнетёт её, но в душу лезть не хотел.

Принц уже потерял счёт времени, удерживая на руках всхлипывающую землянку, ставшую её ближе, чем сестра. Он опомнился, лишь когда услышал её тихое размеренное дыхание. В его сердце вспыхнул гнев при взгляде на влажные щёки, длинные мокрые ресницы и печально изогнутые губы.

Это не он сейчас должен был успокаивать её. Ратмир, этот придурок не понимает, какое сокровище ему досталось и бросил её в самое тяжёлое время, принявшись устраивать будущее с другой. Но ничего, за его поведение, теперь так просто он не отдаст свою, хоть и не по крови, сестру.

Крезор заботливо обнял Весту и коснулся её лба целомудренным поцелуем. Тяжёлый усталый вздох сорвался с его губ.

— Не бойся, сестрёнка, я защищу тебя, раз твой избранник оказался таким идиотом.