Глава 28

Неяркий свет ночного светила настороженно проникал через высокое окно и мягко рассеивался бледным мерцанием по комнате. Его приглушённое сияние ложилось тусклыми бликами и предоставляло филакасу прекрасную возможность получше рассмотреть возлюбленную.

Тёмно-русые волосы в очаровательном беспорядке разметались по светлой подушке. Длинные ресницы слегка дрожали, покоясь на нежно-розовых щеках. Припухшие от поцелуев губы соблазнительно приоткрылись, невольно маня. Ратмир с благоговением глядел на лицо спящей и не мог наглядеться.

С её появлением в его жизни, единственной мечтой стало лишь одно. Он желал засыпать и просыпаться рядом со своей возлюбленной. Но все в мире, будто сговорились и дружно мешали этому. Филакас был убеждён, что если бы не появился Атанасиус, то они с Вестой благополучно проводили бы дни обучения вместе. А после — связали бы воедино свои пути и уже никогда не расставались.

Неожиданно землянка заворочалась. Прядь волос скользнула по лицу и легла ей на глаза. Ратмир спешно потянулся, чтобы поскорее убрать её. Веста вдруг высвободила руку из-под одеяла и опустила её прямо на него. Он невольно улыбнулся и отвёл непослушные локоны. Взял девичью ладонь в свою и легонько коснулся губами пальцев.

Спящая возлюбленная казалась ему ещё уязвимее и беззащитнее, чем обычно. Ему хотелось оградить её от всего плохого. Но сейчас перед Ратмиром стояла первостепенная задача: как защитить свою малышку от Атанасиуса? Его страшило вовсе не то, что тот сумеет навредить ему. Он боялся, что однажды этот проклятый монстр похитит Весту и безжалостно сломает её, как игрушку.

Филакас бережно держал в своей руке хрупкую ладонь возлюбленной, поглаживая тонкие изящные пальцы. Веста вновь беспокойно заворочалась и в итоге оказалась у его груди. Она чуть слышно вздохнула и чему-то ласково улыбнулась во сне. С её губ лёгким вздохом сорвалось:

— Ратмир.

От звучания собственного имени в её устах внутри всё перевернулось и замерло. Душу переполнила невыносимая щемящая нежность. Филакас внезапно отчётливо осознал, что они не смогут жить друг без друга. Либо их судьбы свяжутся воедино, либо — погибель. С теми чувствами, что уже давно сжигают их изнутри, иных вариантов для существования попросту нет.

И тут его озарила идея…

Рассветные лавандовые лучи настойчиво пробирались в комнату, сквозь небольшие щели в плохо задвинутых гардинах. Шаловливо скользили по стенам, полу и даже забирались на кровать. Они настырно лезли к спящей на ней землянке и словно пытались расцеловать её.

Веста недовольно поморщилась и медленно открыла глаза. Прикрыв ладошкой рот, сонно зевнула, и вдруг замерла, вспомнив о произошедшем накануне. Она стремительно потянулась рукой ко второй половине кровати, отчаянно желая убедиться, что это был не сон. Но её ладонь коснулась лишь пустой постели, вызывая вздох разочарования.

Гнетущее чувство оставленности привычно сжало сердце. На глаза навернулись слёзы. К чему просыпаться, если реальность настолько мучительная, в отличие от мира Грёз? Землянка присела на кровати, притянула к себе коленки и с грустью уткнулась в них лицом.

Но вдруг неожиданно её укрыла знакомая чистая светлая энергия, успокаивая и заставляя присесть. Веста безошибочно взглянула на стоящее у окна кресло и обнаружила там возлюбленного. Их глаза встретились, отражая всю гамму испытываемых ими чувств. Ратмир с пониманием печально улыбнулся.

— Ты не ушёл, — радостно выдохнула она.

— Разве я не сказал, что не оставлю тебя? — тихо, но твёрдо произнёс он.

Филакас внезапно поднялся с кресла и пересел на кровать, рядом с Вестой. Он протянул к ней ладонь и она, не размышляя ни минуты, вложила в неё свою. Ратмир трепетно коснулся её губами, обжигая нежную кожу девичьей руки пылким прикосновением.

Землянка слегка прищурилась, недоумевая от поступка возлюбленного. Ещё вчера он старался держаться от неё подальше. Неужели в их отношениях что-то изменилось? Она погрузилась в размышления и не обратила внимания, как филакас накрыл её руку своей, в которой что-то держал.

Веста с удивлением ощутила, как небольшая полоска его энергии легла ей на палец. Она в недоумении высвободила из его рук ладонь, с любопытством подняла её и ахнула. На безымянном пальце, будто обручальное, сияло изящное серебристое кольцо с золотистыми прожилками.

— Что это? — озадаченно спросила землянка.

— Кольцо, — едва сдерживая улыбку, ответил филакас.

— Это я и так вижу. — Ей было не до смеха. — Зачем ты надел его мне на палец?

— Ты же помнишь, однажды, я уже дарил тебе браслет из своей энергии, но, когда я спасал тебя от смерти, он растворился в тебе, — видя её беспокойство, начал пояснять Ратмир. — Я решил немного преобразовать его и добавил для этого ещё немного своих сил. — Он ласково погладил её по щеке. — Благодаря кольцу я всегда буду знать где ты и сумею защитить.

— Ты с ума сошёл? — неожиданно разозлилась она. — Если Атанасиус заявится ко мне и увидит его, то он не успокоится, пока не убьёт тебя.

Веста безудержном в порыве отчаяния принялась стягивать с пальца украшение, но оно словно намертво присохло, не поддаваясь ни на миллиметр. Филакас растерянно смотрел на неистовые попытки возлюбленной и поспешно накрыл её руки своими, пытаясь успокоить.

— Я не отдам тебя ему, — твёрдо произнёс он. — Ради этого я готов пожертвовать собственной жизнью.

— Но я не готова, понимаешь? И никогда не буду готова к подобному. — Веста опустила голову, скрывая повисшие на ресницах слёзы. — Лучше послушай отца — женись и забудь обо мне. — Она закусила до крови губу, чтобы сдержать всхлип. — Моя мечта — ты жив и счастлив.

— Боюсь, без твоего участия, эта мечта неосуществима. — Ратмир бережно взял её за подбородок и приподнял, заставляя посмотреть в глаза. — Неужели ты не понимаешь, что я не представляю жизни без тебя. Как же я смогу стать счастливым, если тебя не будет рядом?

Филакас склонился к ней, прикрыл глаза и коснулся губ. Серебристая энергия легла на рану исцеляя её. Веста в исступлении потянулась к нему, обнимая за шею и не давая возможности отстраниться. Он бережно положил ладонь ей на щёку и ласково погладил.

— Что это? — вдруг заметила она блеск на его пальце.

— Часть твоей энергии смешанная с моей, чтобы чувствовать, как ты и что с тобой, — честно признался он.

Веста взяла его руку в свою и принялась внимательно разглядывать золотистое кольцо с серебряными прожилками. Внезапно она молчаливо переплела их пальцы и подняла на Ратмира глаза. Он с болью заметил, что их небесный цвет омрачился серым оттенком печали.

— Мы теперь, будто женаты. — С её губ соскользнула грустная усмешка. — Скажи, а как всё происходит на Парелле?

— У нас всё более прозаично, чем на Земле, — мягко улыбнулся филакас и приобнял возлюбленную. — Мы подбираем пару для совместного существования, ритуал связывает наши энергии и после этого ты будешь ощущать, что происходит с твоим, по-земному, мужем или женой. — Он задумчиво продолжил: — Мы становимся единым целым не на словах и, если вдруг погибнет твоя пара, ты остаёшься одиноким навсегда.

— Словно лебеди, — восторженно выдохнула она, не сводя с него восхищённых глаз. — Это так прекрасно, когда между двоими такая любовь.

— Причём здесь любовь? — Ратмир неожиданно жёстко усмехнулся. — Я же объяснил, что мы подбираем пару, которая будет подходить нам. Лишь благодаря смешению энергий, во время ритуала, и возникает желание быть рядом со своим спутником.

— Что? Это же настоящий брак по-расчёту. — Веста разочаровано покачала головой. — Меня тошнит от одной мысли о подобном ритуале. — Она положила голову ему на грудь. — Как можно отдать всю себя, зная, что это энергия заставляет тебя испытывать чувства к тому, кто рядом?

— Скажи, со мной ты бы согласилась на ритуал? — внезапно поинтересовался филакас.

— А сам как думаешь? — подняла на него глаза Веста.

Ратмир бережно обнял её и прижал к себе. Он ласково коснулся губами её макушки, оставляя на шелковистых волосах трепетный поцелуй. Филакас глухо вздохнул и произнёс негромко, но так уверенно и твёрдо, словно клятву:

— Всё это обязательно закончится и тогда… Тогда… В общем, моей парой будешь только ты. — Ратмир устало покачал головой: — Я знаю, что никакое слияние энергий не избавит меня от чувств к тебе, потому что ты уже часть меня… — Он на миг запнулся и негромко добавил: — С самой первой нашей встречи.

— Я люблю тебя, — тихо выдохнула Веста. — И ничто во всём мире не изменит этого.

Влюблённые потянулись друг к другу, не отводя глаз. Ратмир трепетно коснулся нежных губ Весты, зарываясь пальцами в её длинные густые локоны. Она пылко ответила на поцелуй, прикрыв от наслаждения глаза. Её ладошка внезапно скользнула ему под рубашку, сводя с ума прикосновением.

В этот момент в дверь постучали.