Глава 8

К моему разочарованию в кафе при отеле никого не было. Уходить я не торопилась, вдруг постояльцы ещё спят и есть шанс встретиться хотя бы с эльфом, потому выбрала место у окна и сделала заказ.

Рагнар молча сидел рядом, но смотрел так ехидно, что хотелось провалиться сквозь землю.

Мне подали завтрак, Огоньку принесли специальную чашу с маслом, в которую он радостно плюхнулся, выбросив сноп искр, и начал плескаться, явно наслаждаясь утром.

— Ну давай, расскажи мне, что я сделала не так,— буркнула, подняв взгляд на Рагнара.

— Леди не принимают пищу в общем зале, для этого есть специальные кабинеты, не выбирают место у окна, это небезопасно, не запугивают окружающих живым огнём,— перечислил братец, делая глоток чая из моей чашки.

— А, то есть я не сделала ничего плохого,— легко отмахнулась от обвинений и предложила Огоньку кусочек сосиски.— Будешь? Или ты не любишь мясо? Это лучшие сосиски в моей жизни, клянусь.

Хозяин заведения прижал руку к груди, растроганный моей похвалой, а Огонёк переместился к угощению и снял пробу. По крайней мере именно так я расценила почерневший край.

— Не нравится?— спросила шёпотом.

Ответил он по–мужски— слопал не только ту часть, что я ему предложила, но и содержимое тарелки.

— Котик, это невоспитанно,— пожурила я стихию едва слышно.— Если тебе что–то нравится, дай мне знать, и я закажу тебе отдельную порцию.

— Его порция— это склад таких сосисок размером с Харрад,— заметил Рагнар, явно наслаждаясь моментом.— Огню всё равно, чем питаться, Алессаль.

— И тем не менее, это не повод лишать его вкусных блюд. Пусть по чуть–чуть, но всё пробует, раз ему интересно. Может, ты вообще не прав, а мой Огонёчек обладает тонким вкусом.

Огонёк в чаше застыл, размышляя.

— Друг,— доверительно прошептал ему Рагнар.— Она тобой манипулирует. Твоя задача— уничтожать её врагов, а не сосиски.

— Я не так давно в Эрмиде, врагов ещё не нажила, не ходить же ему голодным!— возмутилась я не на шутку, подтягивая чашу с маслом на себя, подальше от жадного братца.— Он ещё совсем ребёнок, ему нужно хорошо питаться, чтобы расти и набираться сил.

Огонёк на мгновение замер, затем проворно забрался на моё плечо и преданно лизнул щёку, подтверждая золотые слова. Или награждая меня куском рафинада, словно дрессировщик— правильно выполнившую трюк цирковую лошадь.

Коварный тип этот Огонь, судя по ощущениям.

Мои подозрения подтвердили все присутствующие: Рагнар расхохотался на весь зал, хозяин заведения буквально рухнул на стойку и там рыдал от смеха.

Этих невоспитанных личностей я не удостоила и словом, обратилась к вредине на плече.

— Запомни, мой хороший, хохотать над словами леди так, как делают эти господа, тоже невежливо. И вообще, ничего они не понимают, питаться нужно по расписанию, верно?

Огонёк согласно затанцевал на плече и вновь прижался к щеке ласковым теплом. Эта милая сцена вызвала у мужчин очередную волну смеха.

С каменным лицом забрала у Рагнара свою чашку, допила чай и поднялась, чтобы попрощаться с хозяином и первой выйти на улицу. Хотелось сделать хотя бы один глоток воздуха, не пропитанного мужским самодовольством.

Стоило сделать шаг за порог, как рядом оказался мужчина, ошибочно принятый вчера за вампира. Высокий, бледный, темноволосый. Не подающий никаких «вампирьих признаков». Его кожу не взрывала мерцающая пыльца, как в известной телесаге, он не покрывался ожогами и не сгорал, и вообще чувствовал себя вполне комфортно. Чего нельзя было сказать обо мне. Он стоял слишком близко! Непозволительно!

— Доброе утро, прекрасная леди,— проговорил долговязый недовампир, одновременно кланяясь и делая попытку взять меня за руку.

— Привет,— машинально поздоровалась я и кивнула. Учитывая, что голову задирала едва не до упора, кивок скорее напоминал нервный спазм.— Вы подошли слишком близко.

— Как по мне, недостаточно.

Его голос завораживал и манил, уговаривал, соблазнял. Одурманивал.

Со стороны мы наверняка выглядели необычной и красивой парой и, сиди я сейчас с пультом перед ТВ, оценила бы замысел режиссёра и болела за мужского персонажа, позволив героине наломать любых дров! В реальности я оказалась совершенно нечувствительна к магии обольщения, не обманывалась ни словами, ни волшебным тембром его голоса. Более того, слушала и слышала интуицию, которая орала дурниной: «Опасность! Спасайся! Ну в баню всю эту ТВ-романтику!»

— Позвольте с вами не согласиться,— холодно ответила ему.— Мы не представлены, вы не являетесь моим родственником и нарушаете все правила приличия. Будьте любезны…

Я не успела договорить, как мужчина заорал не своим голосом, согнулся в три погибели и рухнул на землю, где выгнулся в обратную сторону, будто невидимый враг ломал ему позвоночник.

— Рагнар!— крикнула, не понимая, что происходит.— Здесь у человека эпилепсия! Или ещё что–то! Я не знаю, что делать! Иди же сюда! Скорее!

Брат вышел своей обычной неспешной походкой, следом появился владелец гостиницы. Мужчины без интереса оценили лежавшего у моих ног «вампира» и как ни в чём не бывало продолжили обсуждать новости.

Мне открыли дверь, подали руку, усадили в карету… Пока я непонимающе хлопала глазами и пыталась сообразить, что вообще происходит, почему ночью ко мне бегут на всех парах, а когда зову, отнюдь не торопятся, как мужчины распрощались, после чего трактирщик вернулся к себе, не сделав попытки помочь «страдальцу», а наша карета отправилась в путь.

Я приготовилась внимать— была уверена, что получу ворох нотаций, но Рагнар смотрел в окно и не предпринимал попыток учить уму–разуму. Несмотря на гложущее любопытство, приняла жестокое по отношению к себе, но необходимое решение— не провоцировать брата на разбор полётов и ехать молча. Однако телефона с интернетом не было, книгу с собой я не взяла, она осталась в багаже, пейзаж на окном быстро наскучил, так что, не прошло и часа, как я с ума сходила от безделья.

Посмотрела на Рагнара. Тот ехал, думая о чём–то своём, и на меня особо не смотрел. Мне бы тоже не помешало занять ум, только я прекрасно знала, чем закончатся неподтверждённые аргументами мысли о жизни в новом мире— янакручу себя переживаниями, сомнениями и страхами, затем начну паниковать и сделаю какую–нибудь глупость. Лучше отвлечься.

— Я бы хотела взять книгу из чемодана. Это возможно?— уточнила, чинно сложив руки на коленях и бросив на брата кроткий взгляд.

Карета остановилась, Рагнар вышел первым и подал руку, помогая спуститься на землю.

— Кричи.

— Что?

— Кричи,— повторил он.— Здесь никто не услышит, а ты на грани.

Посмотрела на этого доморощенного психолога. Неплохая шуточка, не спорю. Я действительно едва не лопнула за час вынужденного молчания. Но признать его правоту? Да ни за что!

— Не понимаю, что ты имеешь в виду, дорогой брат. Я лишь хотела взять книгу.— Пожала плечами и направилась к багажу, который крепился сзади магического транспорта.

Разумеется, мне не позволили и пальцем прикоснуться к тяжестям. Всё же, как ни крути, есть плюсы даже в патриархальном обществе. Через несколько мгновений в моих руках оказалась книга о расах.

Ещё через несколько секунд я сидела в карете и искала двести пятую страницу.

Итак, что здесь у нас пишут про вампиров?

'Древняя раса, прибывшая из мира Сарадоэкан.

Седьмой круг от звезды Сурран.

Третий исход.

Класс опасности: шестнадцатый'.

— И это всё?— выдохнула я, недовольно посмотрев на брата.— Здесь ничего толкового нет, всего четыре предложения. Где найти более подробную информацию?

Рагнар скосил глаза на раскрытую в моих руках книгу.

— Как ты расшифровала те четыре предложения, что прочитала?— вопросом на вопрос ответил он.

— Никак. Я лишь обратила внимание на то, что страшные–ужасные в моём понимании вампиры лишь шестнадцатые в списке, а значит, есть ещё пятнадцать рас для изучения.

— Рас гораздо больше, Алессаль, и указанный в справочнике класс опасности для твоих целей роли не играет. Что касается четырёх не устроивших тебя предложений поясню: звезда Сурран— это источник магической энергии, из–за которого разгорелась Великая война.

— Ты говорил, дело не в войне, а в студентах. Точнее, в магах–погодниках.

— Эрмид приютил осколки цивилизаций и продолжает это делать, потому использует древний классификатор. До войны двенадцать приближённых к Суррану миров и населявшие их расы считались самыми могущественными, влиятельными, сильными и опасными. Их связывало многое, история была непростой, а путь к союзу извилистым. Сперва они заключили пакт о ненападении, затем начали сотрудничать, обмениваться знаниями, опытом. Исследовать миры. Энергии Суррана хватало с лихвой.

Рагнар задумчиво посмотрел в окно. Спустя несколько мгновений тишины я не выдержала.

— И что случилось? Они попали в более сильный мир?

— В мир, звезда которого умирала,— тихо произнёс Рагнар, будто эта информация причиняла ему боль.

— И расы того мира решили сменить место жительства, да? Переселиться к Суррану?

— Они это сделали,— коротко заметил Рагнар и, словно потеряв интерес к беседе, быстро закончил:— Круг от звезды— это сила тела и магии, исход— сила духа.

Я представила Солнечную систему, где вместо Солнца царит Сурран, а вращающиеся вокруг планеты— не привычные мне Меркурий, Венера, Земля и прочие, а те самые двенадцать сильнейших.

Чем ближе к звезде, тем больше магии, в земном понимании— тепла.

Выходит, вампиры жили на седьмой планете от звезды, имели доступ к магической энергии и чувствовали себя достаточно уверенно. Почему тогда сила их духа— на троечку?

— Выходит, близость к Суррану и верность идеалам— это и есть основные критерии оценки рас?— уточнила, укладывая в голове полученные сведения.

— Да.

— А сколько было исходов? Двенадцать?— уточнила, предполагая, что великие и могучие древние эгоистично посчитали лишь свой вип–клуб, не принимая во внимание окраинные миры.

— Девять. После ухода эльфов война превратилась в самоубийство. У оставшихся четырёх рас не было шанса на успех. Ни одного. Впрочем, подозреваю, его не было изначально,— со вздохом добавил Рагнар после небольшой паузы.

— Вампиры ушли одними из первых. Этот поступок расценивается как предательство? Потому вы с трактирщиком не помогли мужчине, что… подошёл ко мне?— впоследний момент нашла удачную замену слову «приставал», лишь бы не взбесить брата. Я уже изучила его реакции и понимала, когда не стоит его лишний раз тревожить.

— Да, каждый исход— это предательство. И нет, твоему собеседнику не оказали помощь по иной причине— ты справилась самостоятельно и это твоя победа, разделять её— дурной тон.

— Я⁈ Я ничего не делала. Или это Огонёк? Я его не просила. Честное слово!

Я пыталась вспомнить, где был «попугай Кеша», но по всему выходило, что огонь спрятался ещё до приближения вампира. И коварно на него набросился!

— Это твоих рук дело, Алессаль. При полном отсутствии способностей ты удивительно устойчива к ментальному воздействию. Вампиры— одни из лучших в затуманивании мозгов.

— А лучшие— земные психологи–маркетологи,— хмыкнула я.— Ты не представляешь, сколько информационного мусора в моём мире. А в интернете! У–у–у! Отделять зёрна от плевел— главное умение современного землянина,— проговорила я, задрав подбородок.

— Полезное качество для любого мира,— согласился Рагнар.

— Но если у меня нет способностей к ментальному воздействию или магии, как я смогла обездвижить настоящего вампира?— спросила, стараясь не подпрыгивать от нетерпения.— Яведь не убила его, да?

— Нет, конечно, лишь парализовала, как хищник жертву.

— Эм-м,— протянула непонимающе.

— Вампиры— хищники, Алессаль. Их физическая сила превосходит человеческую, но на родной планете они долгие годы вынуждены были хитростью и коварством добывать себе пропитание, потому их основной метод охоты— не обычное нападение. Они предпочитают обездвиживать жертву.

— И на людей охотятся так же, как на животных?— Голос прозвучал неожиданно тонко. Выдала страх. Вампиров я недолюбливала даже в телевизоре, страшные они, жуткие.

— С небольшим отличием. Люди всё же сложнее животных, Алессаль,— мягко заметил Рагнар, улыбаясь моей скривившейся физиономии.

Нарочно дразнит! Знает, как меня бесит его снисходительный тон.

— Деликатно промолчу,— совсем неделикатно рыкнула в ответ.

Братец состряпал серьёзную мину и важно кивнул.

У меня непроизвольно дёрнулся глаз. До нервного тика своими шуточками доведёт, честное слово! Но я нашла в себе силы кивнуть, чтобы дослушать объяснение до конца. Рагнар редко столь многословен, значит, нужно пользоваться моментом и тащить всю доступную ему информацию.

— Сперва вампиры оказывают немагическое воздействие, вызывающее у человека эмоции. Любые. На базе эмоциональных реакций плетётся уникальное заклинание, которое не воспринимается организмом жертвы как инородное и проникает через любую защиту. Чем эмоции ярче, тем проще и быстрее вампир получит желаемое.

— Он действительно вызвал у меня эмоции. Неприятные,— признала я.— Затем начал соблазнять голосом. Но это было так неискренне, пошло… Я словно смотрела фильм с плохой игрой актёров. Не знаю, мне совсем не понравилось.

Я не выдержала и скривилась от воспоминаний от близости гадкого существа, для которого девушки— лишь дичь.

— К такому он не привык,— хмыкнул Рагнар, будто потешаясь над незадачливым вампиром.— Подозреваю, даже не успел сообразить, что ты вышла из связки «хищник–жертва» и последний, на этот раз магический, импульс достался ему. Кому сказать, что вампир сам себя парализовал, не поверят!

Братец весело рассмеялся, я же хмурилась и собирала паззл из полученных сведений.

— Ты хочешь сказать, я сломала вампира?— уточнила, как только в карете смолкли раскаты хохота.

— Ага!— подтвердил Рагран, улыбаясь во все тридцать два зуба.

— И ты подозревал, что так и будет?— энергично и весело уточнила я, поддерживая его хорошее настроение.

— Именно!— Кивнул мужчина.

А я того и добивалась. Вывела паршивца на чистую воду! Проверки он мне здесь устраивает!

Вместо лица— маска. Глаза холодные и пустые. Спина прямая.

Рагнар оценил ситуацию моментально, но не подумал извиниться за своё поведение.

— Ты нарочно ушла за порог, нарушив договорённость, Алессаль. Если бы оборотни не уехали затемно и ты попалась им на глаза в аналогичной ситуации, ты не успела бы даже моргнуть, как оказалась в лесу. Поверь, вампир— небольшое наказание за твою провинность.

— Наказание?— едва слышно выдохнула я, умудрившись по–змеиному прошипеть букву «з».

— Небольшой урок,— пошёл навстречу братец и нашёл замену мерзкому словечку.

Только кому от этого стало легче? Даже мысль, что он тоже иногда идёт на компромисс, не спасала.

Перед глазами поплыло. Пальцы закололо от желания придушить «любимого» родственничка.

— Урок номер два,— раздался бодрый голос Рагнара,— вспыхивать подобно факелу рекомендуется в присутствии неприятных тебе эльфов, у них сложное отношение с огненной стихией, они отступят,— дал он совет. А затем, как ни в чём не бывало, заметил:— Тебе, кстати, идут огненные волосы— напоминаешь ведьму. Образ под стать твоему милому девичьему характеру. Но рекомендую всё же его сменить на повседневный, мы подъезжаем.

Я едва не взорвалась от его язвительности, но именно яркая вспышка эмоций позволила справиться с разбушевавшейся силой. Лекция о вампирах в очередной раз напомнила золотое правило: в Эрмиде нужно себя контролировать куда тщательнее, чем на Земле. Пора смириться с этой мыслью и не забываться.

— Как скажешь, братик,— ласково пропела я, чинно прижав книгу о расах к груди. Хорошо, Огонёк её не сожрал. Хоть у кого–то «голова работала» в нужный момент.

— То–то же,— самодовольно произнёс Рагнар.

Я знала, что действует он намеренно— пытается доказать, что эмоции мне не подконтрольны, потому лишь кротко улыбнулась и хлопнула ресничками, приказав Огоньку не выглядывать наружу и не сдавать меня.

Наградой за выдержку стало вытянувшееся лицо брата. То–то же, дорогой.