11. Спасение

Я огляделась, совершенно не понимая, где нахожусь. Метель была такой плотной, что в двух шагах ничего не видно. От отчаяния, бессилия и жуткого холода, пробирающего до костей, хотелось сесть и разрыдаться. А шныряющих вокруг теней становилось все больше.

Мне нужна хоть какая-то защита!

При мысли о защите вспомнился щит, который заставил меня выучить Эйнар. Ох, ну почему я его не послушала?! Осталась бы дома или хотя бы не уходила далеко…

Щит. Нужно создать щит.

Что-то темное мелькнуло прямо возле меня, и я вскрикнула.

Удивительно, но крик словно усилился, разносясь по округе. Темные тени сначала замерли, а потом потянулись ко мне.

Пальцы не слушались, в голове творилась дикая мешанина, под стать снежной круговерти на улице. Щиты срывались один за другим. Третья попытка. Пятая!

Как же я сейчас вспоминала слова Эйнара, что нужно уметь ставить щиты в любой ситуации!

Но он в меня верил. Хотел, чтобы я этому научилась. У меня должно получиться!

С шестой попытки щит замерцал надо мной полукруглой сферой, отрезая от снега, ветра и тварей, подобравшихся так близко, что на игру воображения их больше не спишешь. Звуки тоже приглушились, жаль, что холод никуда не делся, кожа местами горела, а страх вымораживал изнутри.

Нужно куда-то идти, шевелиться, иначе совсем замерзну. Я в нерешительности двинулась вперед, сразу наткнувшись на темное непонятное существо, похожее на волка, только на очень длинных лапах. С криком я дернулась назад, оно прыгнуло на меня, но отскочило от щита и оскалилось. В пасти отчетливо виднелось два ряда кривых клыков. Тамирский кривозуб! Это же и есть кривозуб! Вот уж кого я не рассчитывала увидеть вживую, да еще в естественной среде обитания.

Кривозуб – животное стайное, и страшно подумать, сколько их здесь…

Пока щит всех сдержит. Но как долго удержу щит я? У меня совсем небольшой резерв!

Эта мысль снова заставила идти дальше, хотя от страха подгибались колени, а холод сковывал тело все сильнее.

Но я шла. Каждый шаг давался с неимоверным трудом. Может, если я сяду куда-нибудь в уголок и затаюсь, все будет хорошо? Уверена, магам уже передали сигнал тревоги, и к нам должны направить спасательный отряд через портал.

Двенадцать лет назад боевые маги не успели к моей маме. Я должна выжить, а для этого – идти.

Только сил не осталось. И щит начал мерцать – значит, резерв на исходе. Поддержание щита тоже ведь необходимо тренировать…

Тамирский кривозуб остановился совсем близко, ожидая, когда я ослабею и он сумеет до меня добраться. Если бы у меня были лучше отработаны огненные шары, я бы могла попытаться его отогнать. Но вряд ли я создам шар с первого раза, а второй попытки не будет…

Щит в очередной раз мигнул и погас.

Тварь бросилась на меня, но врезалась в другой щит. Откуда?!

А следом ее смел огонь, не шар, а целая стена.

Я еще не верила, не могла осознать, а Эйнар уже подбежал ко мне, прошел под щит и схватил за плечи.

– Кейли! Кейли, ты как? – проговорил сводный, осматривая меня с головы до ног. – Ты не ранена?

– Нет.

Голос прозвучал совсем слабо. Сил вообще не осталось.

– Давай, держись!

Эйнар горячими пальцами обхватил мое запястье и потащил в сторону. Мы дошли до какого-то строения, его вывеску так облепил снег, что и не прочтешь. А дальше сводный просто взял и выбил дверь ногой, сразу подтолкнув меня внутрь.

– Подожди немного!

Он плотно прикрыл створку, кое-как удержавшуюся на петлях. Огляделся и через весь зал придвинул к ней прилавок – это оказался какой-то хозяйственный магазин, судя по товару на полках.

Я стояла ни жива ни мертва. От холода и страха мысли путались, и единственное, что у меня сейчас получалось, – это остаться на ногах, а не рухнуть сразу.

– Так, – Эйнар огляделся, – здесь должен быть какой-то источник тепла.

Он нашелся во внутреннем помещении. Небольшой магический обогреватель, который сводный врубил на полную мощность и подвел меня, стаскивая задубевшее пальто. Свое заснеженное и промерзшее пальто он тоже скинул и повесил сушиться рядом с моим.

– Сапоги тоже снимай.

Я попыталась, но красные отмороженные пальцы совершенно не слушались.

– Давай я.

Эйнар наклонился и принялся расшнуровывать мои сапоги, которые я теперь точно сменю. Сколько можно с ними мучиться!

– Платье все-таки нарядное надела, – со вздохом заметил сводный. – Его нужно снять: оно промерзло и сейчас оттает и станет мокрым.

Я обхватила себя за плечи, не готовая вот так раздеться перед мужчиной.

Эйнар стоял рядом в домашней кофте и домашних брюках. Только ботинки зимние надел и пальто накинул. И побежал меня спасать…

Я шмыгнула носом.

– Не плачь, все уже позади, – сводный неловко погладил меня по плечу. – Но раздеться придется. Держи.

Он стащил через голову кофту, оставшись в одних брюках.

А я с ужасом уставилась на его грудь, плечо и правую руку, по которым вились жуткие шрамы.

– Извини, не хотел тебя пугать, – Эйнар поморщился. – Надень это, а я поищу чайник, может, получится нагреть воду или даже чай заварить.

Сводный отвернулся и вышел из небольшого помещения, наполняющегося теплом от обогревателя. Я же скинула платье и спешно натянула его кофту. Она была мягкая, из тонкой шерсти и еще хранила его тепло, правда, длина оказалась всего по бедра. Так что я села на пол, прижав колени к груди, и натянула кофту на ноги, оказавшись в уютном коконе.

Эйнар вернулся минут через десять с дымящимися кружками. К этому моменту я немного отогрелась и начала соображать.

И первое, что сообразила: я была на волосок от гибели.

Если бы не появился Эйнар…

– Все хорошо? – спросил сводный, садясь рядом и протягивая мне кружку.

Вторую он оставил себе и сделал большой глоток.

От кружки вкусно пахло чаем, а главное – она была горячей, как и напиток, приятно легший в желудок.

– Теперь да, – я села поближе к Эйнару, чувствуя его тепло и силу. – Меня спас твой щит. Во всех смыслах – я сумела его сделать.

– Я видел. Ты умница, держала его до последнего.

– Какая я умница? Ушла в непогоду гулять, еще и так далеко уехала…

– Ты же была не одна? – Эйнар вопросительно посмотрел на меня.

Пришлось объяснять.

– Я в какой-то момент отпустила руку Ноера, упала. А он… куда-то делся.

– Понятно, – выдохнул сводный.

К счастью, никак не комментируя поступок моего одногруппника. Мне и самой было неприятно, хотя я надеялась, что с Ноером все в порядке и он смог добраться до портала или хотя бы где-то укрыться.

– Мы вломились в какую-то лавку, – осторожно заметила я. – Наверное, это не очень хорошо.

– Я потом заплачу хозяину за новую дверь и все неудобства, – отмахнулся Эйнар. – До дома слишком далеко, ты бы не дошла и окончательно замерзла.

– Этот мороз… темные существа, тени… это прорыв Северного рубежа?

– Да, – Эйнар кивнул, отпив из кружки. – В последние годы там очень высокая активность. Она цикличная на рубеже, каждые лет пятнадцать усиливается магический фон, и твари становятся сильнее. На этот год пришелся самый пик. Прорывов немного, маги стараются их сдерживать и вовремя нейтрализовывать. Но, как видишь, один докатился даже до нас.

Я передернулась, едва не расплескав остатки чая.

– И ты служил там… – я с ужасом поняла, что Эйнар сталкивался с такой опасностью постоянно. – И шрамы… они тоже оттуда?

Сводный вздохнул, посмотрел на меня и снова вернул взгляд к светящемуся обогревателю.

– Да. Ты хотела знать, почему я ушел? Поэтому и ушел – получил слишком серьезное ранение. Одна тварь сильно погрызла меня и оторвала руку. Хорошо, что напарники подоспели, сумели меня отбить и вовремя доставить к целителям. А те подлатали и прирастили руку на место.

– Кошмар! – Я уставилась на сводного, стараясь не смотреть на его руку.

Не то чтобы там все было совсем плохо, но… плохо, конечно.

– Кстати, именно так я и познакомился с твоим отцом, – Эйнар встал и пересел с другой стороны от меня, чтобы быть ко мне левым боком, без шрамов. – Он же у тебя целитель, как раз по части хирургии и травм. Я пролежал в госпитале, но оттуда меня быстро выписали, когда угроза жизни миновала – слишком много раненых прибывало с постов. А мама как раз незадолго до моего ранения переехала в Варбен, продав все в Нюборне. И вот новый незнакомый город, где она никого не знает, а тут я – ослабший, недолеченный…

Эйнар опустил голову, волосы скрыли его лицо, но даже так я чувствовала, что рассказ давался ему нелегко.

Неудивительно, что он не хотел говорить раньше.

Я осторожно накрыла его ладонь своей.

– Еще мерзнешь? – Эйнар слегка повернулся ко мне, взял мою руку в свою – горячую-горячую, поднес к губам и подул.

– Ты можешь не рассказывать, – произнесла я, завороженно глядя на него.

В тусклом свете обогревателя он действительно выглядел потрясающе. Или мне просто стало тепло и хорошо и теперь нравилось все вокруг?

– Да ладно, тебе же интересно, – сводный усмехнулся. – И это не тайна в общем-то. Меня взялся лечить твой отец. Он помог нам не только как целитель, но и как человек. Показал маме, где лучше покупать лекарства, нашел кухарку: она сама не справлялась со всем навалившимся на нее тогда. Подсказывал лавки с продуктами… В общем, роман наших родителей начался у меня на глазах. Я видел, что мама понравилась Терри. И видел, что он тоже ей нравится. Но, во-первых, мама боялась снова ошибиться, а во-вторых, у нее был я, первое время едва передвигавшийся по дому. Поэтому пришлось брать себя в единственную рабочую левую руку, как можно активнее разрабатывать поврежденную правую и стараться встать нормально на ноги, чтобы мама начала меньше переживать за меня, а больше времени уделять себе. Ну и, конечно, это я настоял, чтобы мама дала Терри шанс. Он очевидно этого достоин.

Так вот как все было…

– Но сейчас ведь ты в порядке, – я внимательно вгляделась в Эйнара. – Я видела тебя на тренировках, ты демонстрировал все упражнения сам, и заклинания у тебя получаются прекрасно.

– Я пока не до конца восстановился, – признался он. – У алхимиков, артефакторов и целителей ничего сложного не преподается, а с боевыми магами – особенно выпускного курса – я бы заниматься не смог.

– Поэтому отрывался на нас, – улыбнулась я.

– На самом деле я очень хотел донести до вас важность своего предмета, – Эйнар серьезно смотрел на меня. – Пусть и надеялся, что вам не пригодится.

– Очень пригодилось! – заверила я. – Спасибо! Если бы ты не научил меня заклинанию щита…

Я вновь передернулась. Даже думать не хотелось о том, что бы со мной было в жуткой метели с жуткими тварями.

– Ты молодец, – снова похвалил меня Эйнар. – Я горжусь такой отважной ученицей, честно. Ты не растерялась и сделала щит в очень непростых условиях. Не каждый новичок на Северном рубеже так сможет, многие пугаются и теряются.

А Ноер вообще сбежал…

Но о нем не хотелось ни говорить, ни даже думать. И в этом Эйнар оказался прав…

Я смотрела на сводного, стараясь не опускать взгляд ниже его лица, но все равно не могла не отметить отличное тренированное тело, и не скажешь, что он перенес серьезную травму. Если бы еще не шрамы…

– Хочешь, я сделаю тебе мазь от рубцов? – сначала предложила, а потом подумала: уместно ли?

Или я и последние мозги отморозила?

– Вообще они под одеждой и незаметны. И выглядят страшно только на первый взгляд… – быстро заговорила я, не понимая, улучшаю впечатление или только ухудшаю.

Поэтому предпочла замолчать.

– Давай, – согласился Эйнар. – Я и сам думал начать их как-то убирать, но сначала было нельзя, потом все руки не доходили… Но вообще не хочется пугать красивых девушек своим видом, – он усмехнулся.

– Да не так все страшно!

Но, судя по взгляду и улыбке Эйнара, мне не слишком поверили.

Метель закончилась через час, который я продремала на плече у сводного. А проснулась оттого, что кто-то забарабанил во входную дверь.

– Все живы? Пострадавших нет? – раздался крик снаружи, выдергивая меня из мутного сновидения.

– Сейчас! – отозвался Эйнар, осторожно отстраняясь и вставая. – Это отряд магов-спасателей, я выйду к ним.

Он быстро вернулся с незнакомым магом, судя по всему – целителем. Тот осмотрел меня:

– Сильное переохлаждение, сейчас немного сглажу последствия, чтобы девушка не разболелась. – В меня полилась теплая целительская магия. – И ощутимый перерасход сил. Так что требуется полноценный отдых и постельный режим по необходимости.

– Чего только не сделаешь, чтобы не тренироваться, да, Кейли? – усмехнулся Эйнар.

Он поблагодарил целителя, подхватил свое пальто, мое, не до конца просохшее, буквально завернул в него и вывел на улицу, где из-за уходивших туч робко начинало проглядывать солнце и стояло несколько экипажей. К нам подъехал ближайший, возница в форме имперских магов открыл дверь и помог залезть внутрь. Путь до дома я тоже проспала, нормально очухалась только в объятиях отца и Глории, ужасно за нас переживавших.

– Эйн, я не знаю, как тебя благодарить, – отец стоял бледный и взволнованный.

– Да бросьте, это дело семейное, – отмахнулся Эйнар. – Кейли нужен покой и отдых.

– Обязательно! – засуетилась Глория. – Сейчас бульон на косточке подогрею, напою вас – и можете отдыхать!

В итоге бульон с укрепляющими травками Глория принесла мне в постель и сидела рядом, пока я пила.

– Ох и напугала же ты нас! – она покачала головой. – Мы с Терри все извелись, пока вас ждали.

– Да, еще и Эйнара во все это втянула, – я виновато посмотрела на мачеху.

– Он сильный и опытный боевой маг, умеющий постоять за себя, – уверенно ответила Глория. – А ты слабая юная девушка! Ну куда тебя понесло в такую даль?

– Ой, не спрашивайте.

Сейчас вся эта затея с замками казалась дикой глупостью, едва не стоившей мне жизни. Но за Ноера я все равно переживала.

– Тебе послание пришло в шкатулку, – Глория забрала у меня посуду и отдала свернутую бумагу. – Я не читала, честно! Но мы так ждали вестей и подумали, вдруг это что-то от вас. Поэтому открыли шкатулку.

– Все в порядке, – успокоила ее, разворачивая листок.

Глория быстро ушла, оставив меня с письмом. От Ноера.

«Кейли, я добрался домой. Извини, что ушел без тебя, но была такая метель, я просто не понял, куда ты делась. А мимо как раз проезжал экипаж, он подобрал меня и довез до портала. Напиши, пожалуйста, как вернешься, чтобы я не волновался. До встречи!»

Я перечитала дважды, не понимая, какие эмоции у меня вызывает письмо. Вроде от Ноера, который мне так нравился. И новость хорошая – он в порядке, уехал в экипаже.

А я осталась среди сугробов, метели и снежных тварей.

Эйнар прав: с таким нельзя в разведку.

Я подумала и черканула короткий ответ, что тоже дома, и опустила письмо в шкатулку.

А после получше завернулась в одеяло и уснула.

Вот уж точно – самые жуткие каникулы…