Глава 16

Мексика, Гвадалахара

Es muy duro renunciar a tanto junto a el

Pero el tiempo curara tu corazon...

Концерт был в самом разгаре.

Leo Jimenez самозабвенно отрабатывал программу, щедро разбавляя сет-лист собственных песен хитами более именитых исполнителей. Публика на «ура» принимала и то, и другое, активно подпевая, тряся гривами и вообще всем своим видом демонстрируя Лео, что сегодня он лучший.

Два друга, Майлз Грин и Джоуи Леро́нд оттягивались у самой сцены, но ближе к середине выступления решили израсходовать остатки адреналина, вкушая шоу со стороны, то есть наконец-то начать смотреть и слушать, чего в партере никогда ещё толком не удавалось.

Выбравшись из очага угара, они переместились в ту часть зала, где плотность составляла один-два человека на квадратный метр.

Как раз в этот момент завершилась «El Tiempo Curará» и Лео, глотнув водички, вернулся к микрофону, желая немного пообщаться с поклонниками.

Таким моментом нельзя было не воспользоваться. Майлз побежал в фойе за пивом. Пенный напиток подчеркивает гамму ощущений на метальном концерте, а в давке у сцены поклонники, опять же, лишены такого удовольствия. В партере вообще перечень человеческих возможностей сводится к нулю.

Возвращаясь обратно с двумя пол-литровыми пластиковыми стаканами пива, Майлз чуть не сбил с ног какую-то шатенку, выходившую в этот момент из зала. Сбить не сбил, но вот пивом слегка окропил.

— Аккуратнее надо, молодой человек! — сказала девушка с укором, но без всякой злости.

— Ой, пардон! — виновато улыбнулся Майлз. — Смотрел на пиво, чтобы не расплескалось.

— Ну да, не расплескалось, — нахмурилась девушка, ощупывая футболку. — Ладно, проехали, — она махнула рукой и направилась в сторону туалета.

— Эльза, подожди, я с тобой! — услышал Майлз возглас где-то рядом, и волны пива полетели теперь уже на него самого – девушка, ещё одна шатенка, вынырнувшая из-за широкой спины какого-то парня, врезалась в Майлза со всего размаха.

«Возмездие не заставило себя долго ждать!» — пронеслось у него в голове.

— Прошу прощения! — повинилась незнакомка. — Бедный Блэки! — она смахнула пивную пену с Blackie Lawless’а, изображенного на футболке Майлза, сделала пострадавшему музыканту воздушный «чмок-чмок-чмок» и, ещё раз извинившись, бросилась догонять подругу.

У Майлза зародилось сомнение, что во второй раз девушка приносила извинения ему.

Оценив остаточный уровень пива в стаканах, он хмыкнул и поспешил вернуться в зал, где выслушал от Джоуи пару ласковых за распитие пива на ходу из обоих стаканов. Майлз хотел было объясниться, но в этот момент грохнула музыка – Лео наконец наговорился и зарядил очередной кавер.

***

Народ радостно гудел, покидая зал. Некоторые оборачивались на прощание в сторону сцены – мало ли, произойдет чудо и музыканты вернутся, чтобы на радость публике исполнить ещё пару композиций.

Майлз и Джоуи вышли в фойе в числе первых. В их головах стоял лёгкий приятный шум, какой всегда бывает после концерта.

— Девочки, осторожнее! — послышался знакомый женский голос. — Этот парень сносит всё на своем пути.

Это была Эльза – та самая девушка, в которую врезался Майлз.

— Я его не боюсь, — улыбнулась её подруга, любительница Blackie Lawless’а.

Заявление было прямо-таки вызывающим, и Майлз с Джоуи подошли к девушкам. Их было три, причём друзья сходу определили, что подруга Эльзы пришла на Лео, а сама Эльза и их третья русоволосая спутница попали на метальный концерт впервые – это у них было написано на лицах.

—Blackie Lawless, бессменный лидер группы W.A.S.P., — сказала металлистка, указывая приятельницам на футболку Майлза.

— Застыл в крике, — прокомментировала третья девушка.

— Это его излюбленная манера, — улыбнулась ей подруга и перевела указательный палец на футболку Джоуи. — А это King Diamond.

— А я Джоуи, — обратил на себя внимание обладатель футболки.

— Майлз, — представился его друг.

— Типа знакомимся? — сощурилась металлистка.

Парни кивнули.

— Окей, меня зовут Сандра. А это мои подруги: Эльза и Глория.

— Эльза, ты немка? — спросил Джоуи.

— Jawohl, — ответствовала девушка.

— А я испанка, — поведала Глория. — Работаю в Мексике по контракту.

— Собственно, на работе мы и познакомились, — стала вдаваться в подробности Сандра, судя по всему, самая разговорчивая из них. — Мы сотрудницы международной торговой компании. Глория у нас появилась в позапрошлом году, а Эльза работает уже три года. Впрочем, как и я.

— Мы всей семьей перебрались в Мексику двенадцать лет назад, — сказала Эльза. — Мой папа работает здесь экспертом в филиале мюнхенского промышленного концерна.

— Какими судьбами вы с Глорией оказались в Гвадалахаре, нам понятно, — сказал Майлз. — А вот как вас занесло на концерт Лео?

Глория с Эльзой смущенно переглянулись, словно стыдясь своего здесь присутствия.

— А это так заметно, что мы первый раз на концерте? — спросила Глория.

— Я приобщаю подруг к металлу, — поспешила пояснить Сандра.

— Успешно? — поинтересовался Джоуи у начинающих металлисток.

— В какой-то степени, — улыбнулась Эльза. — Мне Leo Jimenez понравился.

Глория кивнула, полностью соглашаясь с подругой.

—В том, что вам понравился Лео, нет ничего удивительного, — сказал Майлз. — Но мы больше спрашивали о музыке.

— Музыка нам тоже по душе, — ответила Эльза. — Не всё, конечно. Выборочно. В том числе и у Лео. Ну а сам концерт, безусловно, впечатлил. Мы с Глорией первый раз увидели, как музыканты вживую работают.

— Судя по жуткому произношению, вы тоже не мексиканцы, — вернулась к предыдущей теме Сандра, глядя на парней.

— Верно, мы из Канады, — кивнул Майлз.

— Понятно, значит, из нас всех я одна представляю Мексику.

— А вас, канадцев, каким ветром на Лео занесло? — поинтересовалась Эльза.

— О существовании Лео мы узнали всего год назад, — сказал Джоуи. — В Сети наткнулись, заинтересовались. А тут появилась возможность на его концерт сходить.

— Ясно, — кивнула Сандра.— Чтобы положить конец вашим мучениям, предлагаю перейти на английский.

— О, благодарим! — обрадовались парни.

— А мы планируем продолжить знакомство? — тут же заинтересовался Майлз, непонятно к кому обращаясь – то ли к другу, то ли к девушкам, то ли ко всем сразу.

— В тоне больше утверждения, чем вопроса, — усмехнувшись, сказала Сандра, на что Майлз хитро улыбнулся.

— Давайте посидим где-нибудь, — предложил Джоуи, — концерт обсудим.

— Здесь недалеко есть кафе, — тут же ухватилась за идею Сандра. — Можно там потусить.

— Отправляемся в кафе, — постановил Майлз.

Эльзе и Глории ничего не оставалось, кроме как согласиться.

Молодые люди вышли на улицу, пересекли дорогу и, ведомые Сандрой, направились в кафе, в то время как основная людская река текла в противоположном направлении – к станции лёгкого метро. Параллельно, правда, двигалось несколько небольших групп металлистов, но кто-то останавливался у припаркованных к тротуару машин, кто-то сворачивал в переулки. В итоге до кафешки добрались лишь наша компания да трое брутального вида парней, напоминавших скорее блэкстеров, чем поклонников Лео.

Заказали пива, сушеных кальмаров и солёных орешков. Из еды – две пиццы.

Эльза с Глорией и здесь чувствовали себя не совсем в своей тарелке. Похоже, впервые они посетили не только метальный концерт, но и кафе. Вернее, кафе с распиванием пива.

Неожиданно в кармане Сандры зазвучала «Victory Is Mine» группы Virgin Steele.

Майлз улыбнулся. Он обожал эту песню, в том числе и самое начало, где David DeFeis брал с места в карьер.0

Однако Сандру мелодия заставила нахмуриться. Она вытащила телефон и некоторое время собиралась с мыслями.

— Алло, — наконец сказала она в трубку. — Здравствуй ... Нормально здороваюсь ... Замечательно сходили ... Да, разумеется, жаль, что тебя не было! У тебя же, как обычно, срочное задание! Кстати, ты мне когда-нибудь объяснишь, чем именно ты занимаешься на своих заданиях? А то срываешься, уезжаешь, а потом вешаешь мне на уши лапшу про то, как ты устал! Где и с кем ты так изматываешься целыми неделями? ... Ну, конечно! ... Это я уже слышала! ... Знаешь что, иди-ка ты к чёрту! Я это сразу хотела сказать, но, по привычке, стала тебя выслушивать ... Всё, не появляйся больше у меня!

Сандра нажала на «отбой» с такой силой, что удивительно, как телефон не треснул. Правда, секунд через пять у неё в руке вновь запел DeFeis.

— Я сказала: пошёл к черту! — с этими словами Сандра отключила телефон и убрала его в карман.

— Всё-таки решила с ним расстаться? — с сочувствием спросила Эльза.

— С ДэФэйсом? Нет! Поставлю его песню на того абонента, который её заслуживает!

Все поняли, что Сандра не желает больше поднимать тему, связанную со звонком. Ну, в общем-то, да, не за этим сюда шли.

Поделились впечатлениями о концерте, затем принялись обсуждать творчество Лео.

Далее метальная тема сменилась вопросом, который уже давно вертелся на языке у Сандры.

— Парни, — обратилась она к Майлзу и Джоуи, — только не говорите, что вы припёрлись из Канады лишь за тем, чтобы сходить на этот концерт. В противном случае я разыщу Лео и расскажу про ваш энтузиазм, чтобы поднять ему самооценку.

— Конечно же нет, — зафиксировал в прежнем положении самооценку Лео Майлз. — На концерт мы пошли, поскольку такая возможность подвернулась. А дела у нас тут совсем другие.

— Какие? — спросила Сандра милым ненавязчивым тоном.

Джоуи с Майлзом перебросились взглядами, какими обычно смотрят друг на друга люди, заранее не договорившиеся складно соврать.

— Хотим совершить небольшое путешествие в горы, — признался Майлз.

— Зачем? — непосредственность Сандры заслуживала пятёрки с плюсом.

— Знаешь, есть такое увлечение – горный туризм?

— В курсе. Правда, горные туристы путешествуют, как правило, компаниями. А когда в горы собираются двое, значит, они планируют что-то искать там.

Ребята вновь переглянулись. Подружившись с ними, девушки наверняка рассчитывали на взаимную откровенность. Разочаровывать их совершенно не хотелось.

— Вы когда-нибудь слышали про «ветер Мистлантекутли»? — наконец решился Майлз.

— Про ветер слышали, — улыбнулась Эльза. — Про Мистлантекутли – нет.

Майлз насторожился. Либо эта девушка прикидывается чайником, либо у неё превосходная память на труднопроизносимые слова – ни в одной букве не ошиблась.

— Мистлантекутли – божество смерти у ацтеков, — взял на себя инициативу Джоуи. — А «ветер Мистлантекутли» – так ацтеки называли свои дудки.

— А-а, — закивала Сандра. — Жуткие дудки, изготовленные из человеческих черепов?

— Они самые, — подтвердил Джоуи.

— Что ещё за дудки из черепов? — побледнела Глория.

— Эти дудки, — принялся объяснять Джоуи, — жрецы ацтеков использовали для устрашения собственного народа. Якобы зловещие звуки, которые они умели извлекать с помощью этого инструмента, были звуками, издаваемыми самими богами.

— Жрецы вообще активно использовали тему смерти, черепов и скелетов, чтобы как следует запугивать людей, — добавил Майлз.

— Совершенно нормальное поведение для служителей культа, — вставила Сандра.

— Хорошо хоть, что ритуалы с жертвоприношениями отошли в прошлое, — в свою очередь заметила Эльза.

— Что ж за зловещие звуки издавали эти ацтекские дудки? — продолжила переживать Глория, у которой сейчас был такой вид, словно её саму уже ведут на алтарь.

— Эти звуки напоминали стенания тяжело страдающих людей, — ответил Джоуи. — Словно какие-то изверги терзают сотни человек...

— Мама... — только и смогла произнести девушка.

— Неудивительно, что рядовые ацтеки безропотно слушались своих жрецов, — произнесла Эльза.

— Ацтеки свято верили в то, что подобная, с позволения сказать, мелодия помогала душам умерших людей переходить из одного мира в другой, — продолжил Джоуи. — Кроме этого, они использовали дудки из черепов в сражениях, чтобы деморализовать врага. А ещё жрецы применяли «ветер Мистлантекутли» во время своих ритуалов для погружения в транс.

— Да и вообще, ацтеки любили мрачные потусторонние звуки, — с какой-то нехорошей улыбкой подытожил Майлз.

— А эти ацтеки, они вообще нормальными были? — поинтересовалась Глория.

— Вряд ли они считали себя людьми с отклонениями, — с усмешкой сказал Джоуи. — Думаю, послушав металл, древние ацтеки пришли бы в больший ужас, нежели враги, услыхавшие звуки их дудок.

— Зато они по достоинству оценили бы культ этой музыки, ознакомившись с её символикой, — подметила Эльза. — Я про черепа на обложках альбомов.

— Это точно, — задумчиво протянула Сандра, параллельно размышлявшая о чём-то своём. — Ну а как связан с дудками ацтеков ваш поход в горы? — она устремила на ребят испытующий взгляд.

— Много кто пытался воссоздать древние звуки ацтеков с помощью найденных археологами дудок, — начал рассказывать Джоуи. — Например, Квихас Иксайотль, потомственный ацтек. Инженер-механик Роберто Веласкес Кабрера тоже долгие годы работал над извлечением звука из обнаруженных при раскопках черепов. Но был и ещё один исследователь – Родриго Фонтенеда. Он оставил свои дневники, которые...

— Попали вам в руки, — договорила за него Сандра.

— Точно, — кивнул Джоуи. — Из записей Фонтенеды мы узнали, что в одной из долин Западной Сьерра-Мадре он отыскал «ветер Мистлантекутли» и долгое время, так же как и его единомышленники, пытался извлекать из этой дудки звуки. Но после того, как что-то начало получаться, дудка стала наводить на него ужас. Он потерял сон, аппетит, его не покидало постоянное чувство тревоги. Фонтенеда писал, что перенёс дудку в гараж, но это не изменило ровным счётом ничего. В итоге, не желая сойти с ума, он вернул артефакт туда, где нашёл его.

— То есть вы хотите сказать, что собираетесь отыскать эту жуткую дудку? — леденея от ужаса, проговорила Глория.

— Да, — одновременно кивнули парни.

— Но зачем?! Вы хотите лишиться рассудка?

— Нет, вовсе не хотим, — помотал головой Майлз. — Просто мы уверены, что эта дудка обладает магической силой. Одним словом, мы собираемся...

— Научиться погружаться в транс? — догадалась Эльза.

— Что-то вроде того.

—Никогда ещё не сталкивалась с людьми, которые так целенаправленно стараются загреметь в психушку, — разочарованно протянула Глория.

— Иксайотль и Кабрера не попали в психушку, — возразил Джоуи. — А что касается Фонтенеды, то из его дневников мы поняли, что у него и без дудки не все дома были.

— Ну, не знаю... — протянула Глория. — Я всё равно не считаю такой порыв нормальным.

— Это твое право, — развёл руками Джоуи.

— А мне вдруг интересно стало, — в глазах Сандры блеснул азарт. — Очень интересно!