Глава 22

Нардаль, Митран, г. Вельтек, усадьба Маоро Нилфри

Грайд Уимплис отложил чертежи на журнальный столик и внимательно посмотрел на Нилфри.

— Ну что я могу сказать, — произнёс он. — То же, что и в предыдущие разы – это гениально! Нилфри, скоро вам будут кланяться в ноги члены Государственного Совета.

— Скорее уж вам будут кланяться, — заметил тот. — Вы же знаете, что своё участие в данном проекте я собираюсь затенить.

— Ну, в любом случае, за развитие железнодорожной сети вас ждёт памятник при жизни.

— Принимая во внимание сложившуюся ситуацию, эффективное оружие сейчас куда важнее, чем какая-то там железнодорожная сеть.

Мужчины по протокольному сухо рассмеялись.

— Кстати... — Нилфри, словно извиняясь, кашлянул в кулак. — Вы уже второй раз подряд приезжаете в одиночестве. Где же госпожа Морсет?

Взгляд Уимплиса резко помрачнел.

— С недавних пор госпожа Морсет интересует меня только как информатор, — холодным тоном произнёс он.

— Ясно, — кивнул Маоро, понимая, что тема Алирии закрыта. — Кстати, есть какие-нибудь новые сведения о вердонцах и порохе?

— Пока никаких, — помотал головой собеседник.

— Что ж, — Нилфри поднялся с кресла. — Тогда на сегодня закончим дела. Приглашаю вас, Грайд, отужинать со мной.

— Благодарю, — сказал тот, бережно сворачивая чертёж. — Но мне пора.

— Тогда до свидания, — не стал настаивать на ужине хозяин. — Слуга вас проводит.

Попрощавшись, Уимплис вышел из кабинета. А Нилфри вернулся к креслу и, усевшись в него, закрыл глаза.

— Только как информатор, — тихо произнёс он. — Как информатор...

***

Эрвидаль ускользнула из дома, едва в свете уличного фонаря увидела Уимплиса, заходящего в ворота. Как водится, оружейник приехал вечером, а это означало, что минимум полчаса свободного времени у неё есть.

Девушка приблизилась к заветным кустам и стала наблюдать за крыльцом, на котором, как назло, кипела жизнь. Там стояли её охранник Родди и посудомойка Лия, между которыми в последнее время стало наклёвываться нечто вроде любовного романа. Кроме этого, на ступеньках сидел младший брат Лии, работавший помощником садовника, и вырезал перочинным ножиком какую-то фигурку из палочки, хотя, на самом деле, в данный момент его основным занятием было наблюдение за сестрой и её ухажером. Эрвидаль подумала, что Кигану вряд ли придёт в голову выйти подышать свежим воздухом при таком стечении народа.

Однако вскоре парочка скрылась во флигеле. Вслед за ними, лишившись интриги, ушёл и мальчик.

Через четверть часа наконец появился Киган.

Что ж, коротенькое, но свидание! Неделя ожидания вознаградится десятью минутами общения. А может и...

Эрвидаль мечтательно вздохнула.

Но тут она занервничала – Киган вообще не смотрел в сторону кустов. Более того, он и вовсе облокотился на перила, стоя спиной к ней. Да, он мог не знать, что приехал Уимплис, но хотя бы разок-то можно было взглянуть на ставшие символическими кусты. Где его хваленое ощущение, что она, Эрвидаль, находится рядом? Почему он не чувствует её присутствия? Такое впечатление, что не хочет чувствовать!

Девушка утёрла проступившую слезинку. Она уже собиралась вернуться в дом и вволю поплакать, но тут Киган резко развернулся и направил свой взгляд на кусты.

Эрвидаль моментально пришла к выводу, что всё, о чём она сейчас думала, – не более чем плод её расстройства. Подёргала веточку – вот она я, тут!

Но Киган, кажется, и без веточки понял, что она дожидается его в кустах. Он спустился с крыльца и направился в беседку.

Девушка проследовала туда же через сад, причем с такой прытью, что появилась на месте раньше брюнета.

Возникнув из темноты, тот зашёл в беседку и... сел рядом с ней – кажется, ближе, чем на предыдущих свиданиях.

Вот это сюрприз!

Сердце заколотилось в предвкушении новой, такой желанной, эпохи их отношений.

— Киган, — обратилась к нему Эрвидаль, от волнения забыв поздороваться. Захлестнувшее счастье всколыхнуло такую решимость, что ей вздумалось попросить его о том, о чём мечтала с утра до вечера уже сколько дней: — У меня к тебе есть просьба...

Подозрительно сузившиеся глаза мужчины немного сбили запал, но раз уж она открыла рот, то нужно довести дело до конца.

— Просьба очень откровенная... — виноватым тоном прошептала она, словно боясь, что её услышат деревья. — Я хочу... ну, в общем, я хочу, чтобы ты научил меня целоваться.

Было чувство, что прыгнула в пропасть. Даже уши заложило. И очень хотелось зажмуриться. Но она продолжала смотреть на Кигана, как на единственного человека, который хоть что-то может изменить в её жизни.

Вот только никак нельзя было сказать, что просьба его вдохновила. Скорее наоборот. Он посмотрел на неё так, что все мечты в одно мгновение превратились в прах.

— Эрвидаль, послушай, — наконец заговорил он. — Нам нужно прекратить наши встречи.

— Как прекратить? — выдавила девушка, едва сдерживая подступившие слёзы. — Почему? Я тебе надоела?

— Не в этом дело.

— А в чём?!

— Всё это время я видел, что ты надеялась на что-то большее, — произнёс мужчина, глядя ей в глаза. — И рано или поздно должна была переступить черту. Только что именно это и случилось.

— Но... — простонала в отчаянии Эрвидаль, не зная, что сказать дальше. Однако быстро нашлась: — Эту черту провёл ты сам, и я пытаюсь понять, что послужило тому причиной!

— Мы с тобой совершенно разные, — примирительным тоном сказал Киган. — Между нами не может быть ничего.

— А если бы я не была дочерью своего отца, а ты не был бы его телохранителем – в этом случае могло бы что-нибудь выйти?

— Всё равно нет, — упрямо помотал головой брюнет, словно убеждая сам себя. По крайней мере, Эрвидаль так показалось.

И тут её придавило осознанием.

— Ардана, — севшим голосом произнесла она. — Как же я сразу-то не догадалась! Всё из-за неё?

— Не впутывай сюда Ардану! — рассердился Киган.

— Я не впутываю! Она сама впуталась! — Эрвидаль всхлипнула. — Всё-таки прав отец, не желая выпускать меня одну из дома! Только теперь я поняла, насколько прав! Куда не сунься – всюду предатели! Только во мне какие-то чувства к мужчине проснулись, только надежда зародилась – а он взял, да послал, куда подальше! Только подругу себе нашла, а она раз и дорогу перебежала! — девушка гневно задышала. — Что ты на меня так смотришь? Вот скажи мне сейчас, что ты не любишь Ардану. Скажи, глядя в глаза! Ну-у-у?!

Губы Кигана дрогнули.

— Ладно, можешь не говорить, — Эрвидаль в отчаянии махнула рукой. — Не очень-то и хочется услышать ответ.

Киган опустил глаза. Впервые в жизни, разговаривая с человеком, он опустил глаза.

— Ну и катись к своей Ардане! — бросила Эрвидаль и, выбежав из беседки, исчезла во тьме сада.

Киган зажмурился и обхватил голову руками.

— А стоило ли оно того?! — голосом полным боли прошептал он. — Если бы была возможность вернуть время назад, я бы на это не пошёл! Пропади оно всё пропадом!

Выбежав из сада на дорожку, Эрвидаль чуть не налетела на Грайда Уимплиса, который в задумчивости шёл к воротам.

— Ой! — тихо вскрикнула девушка. — Извините, пожалуйста, господин Уимплис! Я не нарочно.

Она сразу же отвернулась, якобы, чтобы скрыть смущение, но Уимплис успел заметить её красные от слёз щеки и отрешённый взгляд.

— Какие пустяки, Эрвидаль, — ободряющим тоном сказал он. — Но в следующий раз будьте внимательнее.

— Да, конечно, — выдавила девушка, стараясь выдерживать тон спокойным, хотя дрожавший голос все равно выдавал её эмоции. — Доброй ночи, — с этими словами Эрвидаль торопливо направилась к дому.

— Доброй ночи, — попрощался Уимплис, глядя ей вслед, а затем пробормотал себе под нос: — Хм, любопытно. Либо по вечерам к девчонке стали через ограду лазить ухажеры, либо...

Скользнув взглядом по освещенным окнам флигеля, он направился к воротам.

***

Ардана не понимала ровным счётом ничего. Прячась за деревом на приличном расстоянии от беседки, она не могла слышать разговора, но прекрасно видела, кто там беседует.

Титаническим усилием воли перешагнув через свою гордость, она всё-таки решила наведаться к беседке и убедиться, что её подозрения верны. Убедилась.

Только вот холодность, с которой Киган общался с хозяйской дочкой, вогнала Ардану в ступор. Он что, приходит вот так вот с ней посидеть? Словно бы вынужден это делать. Или, может быть, проблема в том, что она отказала ему в интимных услугах?

Едва Ардана начала развивать эту мыль, приукрашивая её разными подробностями, произошло ещё одно малопонятное событие – Эрвидаль выскочила из беседки и стремглав исчезла в темноте сада, а Киган схватился руками за голову, являя собой образчик отчаяния.

Он расстроен, что она сбежала? Или что?

От невозможности найти объяснения происходящему у Арданы начала пухнуть голова. А ещё совершенно не хотелось, чтобы брюнет её застукал, поэтому, стараясь ступать неслышно, она заскользила между деревьями в сторону флигеля.

Вернувшись к себе в комнату, обнаружила, что Гриндо уже лёг спать. Тихонько переодевшись, залезла под одеяло.

Сна не было ни в одном глазу.

Сцена в беседке раз за разом прокручивалась перед мысленным взором. Во время третьего или четвёртого захода в коридоре послышались едва различимые шаги. Это шёл Киган – девушка почему-то была абсолютно уверена, что это именно он.

Она зачем-то затаила дыхание. В висках застучала кровь.

Что с ней делает этот мужчина?! Вот что, объясните, кто-нибудь!

— Гриндо, ты не спишь? — осторожно поинтересовалась Ардана, уже битый час ворочавшаяся в кровати.

— Нет. С тобой разве поспишь, — отозвался брат.

— Извини, — девушка повернулась на бок и подпёрла голову рукой. — Уже неделю хочу тебя кое о чём спросить, но никак не решаюсь.

— На тебя это совсем не похоже.

— И тем не менее. Вопрос-то интимный.

В слабом лунном свете Ардана увидела, что Гриндо приподнялся на локте и принял такую же позу, как и она.

— Даже если я покраснею, ты этого не увидишь, — шутливым тоном произнёс он. — Спрашивай.

— Гриндо, вот скажи, — начала девушка, — если бы Китлали попросила тебя сделать ей массаж, при условии, что она будет в лёгкой нижней сорочке, ты бы возбудился в процессе массажа?

—Уверен, что я возбудился бы от одной только просьбы, — ответствовал брат.

Ардана грустно вздохнула.

— Я так понимаю, что Киган оставался к тебе холоден, делая массаж? — спросил Гриндо.

— Да вот не могу понять. С одной стороны, я чувствовала, что делает он его отнюдь не равнодушно. Но он ограничился только массажем!

— А должен был?

— Да ничего он не должен! — досадливо бросила Ардана. — Я одного не пойму – зачем Киган вообще согласился делать массаж?

— Как это – зачем? — удивился Гриндо.

— Будто ты Кигана не знаешь! Да при желании он бы изобрёл тысячу и один способ, как увильнуть от выполнения обещания. Однако он этого не сделал. Вопрос – почему?

— Наверное, потому что ты ему нравишься, — осторожно предположил брат.

— Неужели?! — язвительно вопросила девушка. — Нравлюсь, да?! — теперь с её губ чуть ли не яд капал. — Только вот встречается он с Эрвидаль, а не со мной! И во время массажа наверняка думал о ней!

— Киган встречается с Эрвидаль? — поразился Гриндо.

— Представь себе! — тихо рыкнула Ардана. — Знаешь, поначалу мне казалось, что я ему действительно нравлюсь. Ты же был свидетелем того, с каким азартом он со мной пикировался. Но за всем этим словно стена какая-то стояла. Так вот если Киган ко мне неравнодушен, почему он настолько старательно это скрывает? Зачем он подарил мне потрясающие минуты массажа, за которым не последовало вообще ничего?! Ведь любой нормальный, тем более любящий мужчина... Ну, собственно, тут мы возвращаемся к вопросу, который я задала тебе в начале.

Некоторое время Гриндо молчал, переваривая эмоциональные откровения сестры.

— А ты не пробовала поговорить с ним на эту тему? — наконец спросил он.

— Ха! — выдохнула Ардана. — Думаешь, он ответит? Да если бы Киган хотел, чтобы я знала ответ, то я бы его уже давно знала.

— Честно говоря, абсолютно не представляю, что здесь можно посоветовать, — мрачно произнёс брат.

— Я уже вообще начинаю жалеть, что жизнь свела меня с ним, — обречённо проговорила девушка. — Жила себе спокойно... ну, относительно спокойно, — добавила она, вспомнив свой короткий роман с Кейлом, закончившийся подлым предательством последнего. — И тут этот паразит несносный на голову свалился!

— Вот, кстати, я бы на твоём месте поостерёгся связываться с человеком, о котором не знаешь ничего, — сказал вдруг Гриндо.

— Да... тут ты прав, — печально согласилась Ардана. — Я ничего о нём не знаю.

— Как бы нам разнюхать хоть что-нибудь о его прежней жизни? — задумался брат.

— Скорее уж об их с Лэйби прежней жизни, — уточнила она. — Парни дружат неразлучно и, как я поняла, чуть ли не с детства.

— Понятное дело. Так есть мысли-то?

— Одна есть, — сказала Ардана, немного помедлив.

— Поделишься?

— Да. Но тут понадобится твоя помощь.