Глава 36

Завидев хозяина, один из мужчин, видимо, старший, хлюпая по чёрной маслянистой жиже, поспешил к нему с докладом.

Нилфри достал из мешка пару таких же, как и у рабочих, сапог, натянул их на ноги и, выпрыгнув из экипажа, вышел ему навстречу.

Пока он выслушивал отчёт, Алирия и телохранители с любопытством выглядывали из окон, пытаясь понять, куда же их занесло. Агрегат даже отдалённо не походил на паровоз, несмотря на то, что рядом с ним в высокой опалубке пыхтел паровой котёл. Это была каркасная металлическая конструкция, в центре которой перпендикулярно земле был закреплен гигантский бур. Судя по всему, бур приводился в движение посредством давления пара.

Поговорив с работником, Нилфри направился вместе с ним к буровой установке, жестом дав понять, что скоро вернётся. И только сейчас все заметили, что из-под бура активно хлещет та самая чёрная маслянистая жидкость, которой было залито всё вокруг. Возможно, она била бы фонтаном вверх, если бы под буром не была смонтирована жестяная крыша, гасившая напор.

Проведя минут двадцать около бурового агрегата, Нилфри наконец вернулся к экипажам.

— Вот оно, драгоценное чёрное масло, которое мы до сих пор покупали у науа, — произнёс он, широко раскинув руки. — А теперь его у нас целое море! А там, под землей, — Нилфри указал пальцем вниз, — океан!

— Вот теперь вдоль всех дорог можно смело ставить фонари, — обрадовалась Алирия. — Масла точно хватит.

— Фонари – это само собой разумеется, — кивнул Маоро. — Меня другое больше занимает – нельзя ли использовать это масло, как источник энергии? Оно горит, а значит, выделяет газы. Их давление должно работать так же, как и давление водяного пара. Другой вопрос – как это сделать.

— Может, изобретатель парового котла господин Гелиот справится с этой задачей? — спросила Алирия.

— Он уже два года экспериментирует с чёрным маслом, правда, пока, к сожалению, особых результатов не добился. Но ничего, сейчас, когда мы отыскали месторождение, думаю, энтузиазма у Гелиота прибавится.

— Позвольте вопрос, — раздался голос Кигана.

Не дожидаясь, пока ему разрешат заговорить, он продолжил:

— Как именно ваши люди отыскали месторождение чёрного масла?

— Все мы знаем, что на территории народов науа существуют поверхностные озёра черного масла, — с видом заправского лектора начал Нилфри. — Залегающее в земных толщах масло поднимается наружу и накапливается в разных углублениях. Однажды я подумал, что, наверное, стоит попробовать поискать залежи масла, буря почву. Где-то масло имеет возможность выходить на поверхность, а где-то нет. Если это действительно так, решил я, то необходимо помочь маслу подняться к верхним почвенным слоям. Мои конструкторы создали сборно-разборную буровую установку и стали исследовать земные толщи в степях, примыкающих к территории науа.

—Теперь понятно, почему Нилфри выступал противником обмена у науа лесов на эти степи, — еле слышно шепнул Гриндо Ардане, вспоминая разговор хозяина с представителями власти во время исторической поездки на поезде.

— С начала весны буровая установка кочевала по степи, пока наконец, здесь, на этом самом месте, не взмыл в небо долгожданный фонтан чёрного масла, — продолжал тем временем Нилфри.

— И что же, Маоро, вы намерены делать дальше? — поинтересовалась Алирия. — Масло разливается, и этот поток, кажется, не остановить уже ничем.

— Будем строить резервуары, — сказал Нилфри. — Чертежи сделаны, материал подготовлен. За нами, кстати, идёт караван со всем необходимым для строительства первого резервуара.

— Маоро, я даже не знаю, что на это сказать! — восхищённо произнесла Алирия. — Мне кажется, что мы сейчас присутствуем при каком-то великом событии.

— Возможно, именно так и есть, — гордо улыбнулся Нилфри. — Караван, по ориентировочным подсчётам, должны прибыть к вечеру. Здесь мы задержимся дня на три-четыре. Мне нужно неотлучно присутствовать на объекте, когда начнутся работы.

— Ночевать будем в экипажах? — с усмешкой спросила Алирия.

— Нет, что вы! К вечеру нам доставят походные шатры.

— Интересно, есть хоть что-нибудь, что вы не предусмотрели?

— Какая-нибудь неучтенная мелочь обязательно обнаружится, — остудил оду в свой адрес Маоро.

— Что нам эти мелочи! — улыбнулась девушка, а в её взгляде все, кто был рядом, прочли: «Главное, что мы теперь вместе!»

Караван прибыл ближе к ночи, поэтому разгружать его пришлось утром. Как Нилфри не торопился, но ночную разгрузку допустить не мог. Всем было строжайше запрещено пользоваться даже спичками, не то, что факелами.

Едва только краешек солнца появился на горизонте, в лагере забурлила жизнь. Рабочие, прибывшие с караваном, разгружали трубы, металлические листы, разные малопонятные обывателю детали, а также бочки со смолой. Всё это перетаскивалось к буровой установке и складировалось шагах в ста от неё на специально возведенном каркасном фундаменте. Во второй половине дня начались строительно-монтажные работы. Железные листы сшивались друг с другом болтами, щели тщательно промазывали смолой с обеих сторон.

***

На берегу чёрного «озера» участники экспедиции пробыли не три и не четыре дня, а целую неделю.

День за днём резервуар, обросший со всех сторон строительными лесами, поднимался ввысь. Параллельно сооружалась коммуникация, по которой масло будет попадать в резервуар посредством работы насоса, приводимого в движение опять же паровым котлом.

Нилфри практически всё время проводил на стройке. Алирии, как и всем остальным, выдали сапоги, и поначалу она старалась быть рядом с ним, но вскоре забросила эту затею, поскольку просто не в состоянии была жить в таком бешеном ритме.

Возлюбленной Нилфри посвящал вечера и ночи, отдавая ей всего себя без остатка. С наступлением же рассвета он отдавал себя работе. Девушка на него нисколько не обижалась, понимая, что Маоро Нилфри по-другому существовать просто не способен.

Ардана, Гриндо и Киган, можно сказать, прохлаждались. Здесь не было необходимости неотступно следовать за хозяином. Их задача сводилась к наблюдению за местностью – мало ли кого сюда занесёт. Втроём они бродили по «побережью», с любопытством следя за сооружением хранилища для чёрного масла.

Ардана, следуя своему решению, держала Кигана от себя на расстоянии. На его шутки и подколы внешне не реагировала (хотя внутренне очень даже), на вопросы отвечала кратко и сухо.

Временами ей казалось, что брюнета задевает такое её отношение. В эти моменты в ней вспыхивала надежда, которая, впрочем, гасла, как только Киган вновь натягивал на лицо маску равнодушия.

В итоге она пришла к выводу, что поставить окончательный диагноз можно только одним способом – вызвать в Кигане ревность. И не как в прошлый раз, а по-настоящему. Идея, правда, омрачалась тем, что придётся дать кому-то напрасную надежду. Впрочем, с человеком можно и договориться.

Уже столько раз придушенная гордость вопила: «Остановись!». Только вот останавливаться Ардана не собиралась. По крайней мере до того момента, когда точно станет ясно – ждать от Кигана ей нечего. Просто её по-прежнему не покидала мысль, что брюнета что-то сдерживает.

Ревность или же её отсутствие должна показать истинное положение вещей. Поэтому придётся ждать возвращения в Вельтек. Ведь здесь нет никого, кроме работников Нилфри, и хозяин вряд ли придёт в восторг, если она будет кого-то отвлекать своим навязчивым вниманием.

***

На шестой день строительство резервуара было завершено.

Убедившись в том, что всё функционирует исправно, Нилфри стал собираться обратно в столицу. Ему нужно было в срочном порядке подготовить всё необходимое для строительства ещё двух таких же резервуаров, а также заняться вопросом уничтожения излишков масла, без которых всё равно никуда не деться. Ну, и конечно же, предстояло заняться проблемой транспортировки чёрного масла в столицу для дальнейшей переработки. Одним словом, дел пруд пруди.

Алирия было заикнулась, что теперь развитие железнодорожного транспорта придётся временно заморозить, на что Нилфри уверенно заявил:

— Железная дорога будет строиться прежними темпами, и пуск первого состава состоится в намеченный срок.

Ну что тут можно ещё сказать – железный человек!

В полдень седьмого дня экипажи отбыли в столицу.

Нилфри был просто-таки окрылён, однако проблемы, о которых на время пришлось забыть, дали о себе знать, едва он переступил порог своего кабинета.

***

— Я вас слушаю, — сказал Киган, представ перед Нилфри.

Маоро уже давно привык, что Киган не обращается к нему «господин Нилфри», как это делают все остальные. Поначалу несколько раз, переступая через себя, Киган называл его так, но потом оставил эту затею. Маоро закрывал глаза на это откровенное попирание правил. Он понимал, что с Киганом можно общаться либо на равных, либо никак. Однако сейчас все формы обращения были ему одинаково безразличны.

Он едва заметно кивнул, не отрывая взгляда от окна, на которое недвижимо смотрел вот уже четверть часа.

Киган прошёл в центр комнаты и встал, скрестив руки на груди – ещё одна позволяемая ему вольность.

— Присядьте, — тем не менее произнёс Нилфри, так и не взглянув на него.

Брюнет воспользовался предложением и, расположившись в кресле, стал терпеливо ждать.

Маоро ещё около минуты глядел в окно, после чего наконец перевёл взгляд на телохранителя.

— Киган, сначала я хочу задать вам один вопрос, — сказал он. — Скажите, как, по-вашему, – настоящая любовь бывает только один раз в жизни.

Киган пристально посмотрел на Нилфри и задумался. Видимо, до сего момента на такой вопрос ему отвечать не приходилось.

Маоро терпеливо ждал. Ему нужен был именно обдуманный и взвешенный ответ.

— Знаете, — наконец промолвил брюнет, — на мой взгляд, любовь вообще непредсказуемая штука. А отвечая непосредственно на ваш вопрос, полагаю, что допусти́м вариант, когда судьба дважды дарит возможность полюбить по-настоящему. Почему нет-то, собственно?

— Спасибо за мнение, — кивнул Нилфри. — А теперь перейдём к делу. У меня к вам будет одно поручение, — на этих словах он помрачнел.

— Я вас внимательно слушаю.

— Дело в том, что... — Маоро осёкся, набираясь решимости озвучить то, что боялся сказать даже самому себе. — Алирия... госпожа Морсет переезжает в мой дом.

Он отвёл взгляд и через мгновение вновь посмотрел на Кигана.

— Некоторое время ей понадобиться на то, чтобы разобраться со своими делами, — продолжил он. — Ну и собрать необходимые вещи. Так вот, Киган, я хочу, чтобы вы... боги, как мне тяжело это вымолвить...

— Думаю, вам нужно сосредоточиться, — посоветовал Киган. — Мы никуда не торопимся.

— Да, да... спасибо, — Нилфри закрыл глаза и откинулся в кресле. — Вам необходимо следить за каждым её шагом. Я должен знать, кого она примет у себя дома, кому она нанесёт визит, с кем встретится. Ведь вы понимаете, что...

— Я всё прекрасно понимаю, — кивнул Киган. — Кроме одного – почему сейчас я здесь, а не у дома госпожи Морсет.

— С того момента, как мы расстались, за ней присматривает мой человек, — сообщил Нилфри. — Но это временно. Потому что там мне нужны именно вы. Да, Алирия вас хорошо знает. Но я почему-то не сомневаюсь, что вы сможете следить за ней незаметно. Поэтому поспешите сменить моего соглядатая сразу же после нашего разговора.

— Хорошо, — согласился брюнет, однако видя, что Маоро хочет ещё что-то ему сказать, из кресла подниматься не торопился.

Тот с минуту молчал, а затем произнёс чуть ли не с отчаянием в голосе:

— Киган, если мои подозрения не оправдаются, я не смогу смотреть Алирии в глаза. Если она меня действительно любит, а я поставил под сомнение искренность её чувств...

— Вы с самого начала поставили под сомнение искренность её чувств, — напомнил Киган. — Теперь же у вас появилась возможность поставить в этом вопросе точку.

— Точку... — окончательно помрачнев, пробормотал Нилфри.

— Нет, правда, — продолжил брюнет, — вы уже сколько времени живёте думами о её корыстных помыслах и при этом совершенно спокойно смотрите ей в глаза. Я бы даже сказал, с любовью.

— Вы циник, Киган.

— По ситуации.

Нилфри нервно помассировал пальцами виски.

— Как вы считаете, Алирия догадывается о моих подозрениях? — могильным голосом произнёс он.

— Скорее всего, — кивнул Киган. — По крайней мере, я бы на её месте догадался. Вы, думаю, тоже.

— Но почему она молчит?! — вопросил Маоро. — Почему не развеет мои сомнения? Уж если зашла речь о том, что бы я делал на её месте... так вот, я бы честно во всём признался.

— Подозреваю, что этим она боится усугубить ситуацию. Это я знаю, как вы отреагируете. А она – нет.

— Да, вы правы, — удручённо вздохнул Нилфри. — Проклятье, никогда не думал, что наступит время, когда кто-то будет разжевывать мне очевидное!

— Говорю же, что любовь – штука непредсказуемая.

— Ох, я даже боюсь представить, что со мной будет, если окажется, что её любовь ко мне – это часть их с Уимплисом плана, — посмотрел Маоро на проблему с другой стороны.

Киган развёл руками.

— На вашем месте я бы морально к этому подготовился, — сказал он. — Это всё, что я могу сейчас вам посоветовать.

— Это я и сам знаю. Только вот не получается никак. — Нилфри прошёлся взад-вперёд по кабинету и остановился напротив брюнета: — Ладно, Киган, вам пора отправляться к дому Алирии. Пока она занимается собой после длительной дороги, у вас есть время выбрать наблюдательный пост. Дальше вы знаете, что нужно делать. Да, ещё – вознаграждение вам, я разумеется, выплачу достойное.

— Благодарю, но это лишнее, — возразил тот. — Я же на работе.

Маоро как-то странно посмотрел на Кигана, но потом улыбнулся, вспомнив его фразу, что мир держится благодаря людям, которые отказываются от лишних, по их мнению, денег.

— Хорошо, ступайте, — произнёс он. — Спасибо вам за понимание, за советы, за всё.

Киган кивнул и, поднявшись с кресла, направился к двери. Однако уже взявшись за ручку, он повернулся и напоследок подбросил ещё один совет:

— Думаю, будет не лишним обеспечить госпожу Морсет надёжным персональным телохранителем.

— Я уже размышлял об этом, — сказал Нилфри. — Телохранитель у неё будет. Но пока пускай она некоторое время поживёт свободной птицей. Под вашим пристальным наблюдением, — подчеркнул он.

— А ведь её реакция на такое ваше предложение могла бы кое-что прояснить, — задумчиво произнёс брюнет.

— Полагаю, что если она захочет связаться с Уимплисом или с кем-либо ещё через посредника, то сделает это незаметно, даже будучи окруженная десятком охранников. Кстати, говоря «надёжный телохранитель», вы имели в виду Лэйби?

— Нет, я имел в виду себя.

Сказав это, Киган покинул кабинет.

— Он имел в виду себя... — задумчиво пробормотал Нилфри. — С чего бы вдруг?