Глава 40

Нардаль, Митран, г. Вельтек, усадьба Маоро Нилфри

Нилфри сидел в своём кабинете, с головой погрузившись в работу. Весь стол был завален чертежами, сметами и прочей документацией, накопившейся за время его отсутствия.

Внезапно раздался стук в дверь.

— Войдите, Хорнс, — сказал он, не отрывая взгляда от чертежа буровой установки, который держал в руках.

— Господин Нилфри, — обратился к нему вошедший в кабинет Хорнс, — там внизу Киган. Он хочет с вами переговорить. Я ему сказал, что вы заняты...

— Пригласите его немедленно, — велел Нилфри, отложив чертёж.

Секретарь кивнул и удалился.

— Та-а-ак... — протянул Маоро, чувствуя, как заколотилось сердце.

Бумаги на столе сразу перестали его интересовать. К ним можно вернуться потом. Сейчас он думал только об Алирии. Неужели Кигану удалось выяснить что-то конкретное?

— Добрый день, — поздоровался брюнет, переступая порог кабинета.

— Добрый день, Киган, — приветствовал его Нилфри. — Что-нибудь удалось узнать?

— На следующее утро после возвращения домой Алирия передала письмо информатору, — сообщил тот. — Она встречалась с каким-то человеком, по всей видимости, это был посыльный, и вручила ему конверт.

— Почему вы считаете, что эта личность – посредник информатора?

— Перед тем, как написать письмо, Алирия набросала черновик, а потом выкинула его в мусорное ведро. Текст послания зашифрован, из чего я и сделал вывод, что она предназначалось вердонскому информатору.

— Простите... — Маоро устремил на Кигана подозрительный взгляд. — Можно узнать, как вы очутились у этого мусорного ведра?

— Ночью я проник в дом и тщательно всё осмотрел, за исключением, разумеется, спальни.

На мгновение глаза Нилфри стали квадратными.

— Что?! — выдавил он. — Вы залезли в дом Алирии?!

— Не залез, а проник.

— Да какая разница!

— Залезают воришки в форточку.

— Ой, хватит к словам цепляться! — махнул рукой Нилфри. — Киган, а если бы она вас услышала или увидела! Понимаете вообще, как вы рисковали!

— Вся жизнь – риск, вам ли этого не знать, — с ироничной улыбкой заметил брюнет. — А что касается Алирии, то после утомительной дороги она рухнула спать уже часов в восемь вечера.

— А об этом вы как узнали?

— Она загасила свечи в спальне. А через полчаса погасли свечи и в комнате горничной.

— Откуда вы знаете, где находятся её спальня и комната горничной?! — Нилфри вообще уже перестал что-либо понимать.

— Я наблюдал за окнами и видел сквозь шторы силуэт Алирии. Она переодевалась, готовясь ко сну. А горничная днём часа два возилась с цветами, стоявшими на подоконнике одной из комнат первого этажа. С таким трепетом можно относиться только к своим цветам.

— Ну, Киган, вы даёте! Ладно, а как вы залезли... ой, извините, проникли в дом?

— Повезло – они не закрывают дверь на засов, только на ключ. Открыть замок шпилькой не составило особого труда.

Вот хоть бы капельку стыда кто-нибудь сейчас разглядел во взгляде Кигана.

— Вы носите с собой шпильки?! — каким-то уже уставшим тоном поинтересовался Нилфри.

— Не всегда.

— Киган, я не перестаю вам удивляться.

— Иногда я сам открываю в себе что-то новое, — ироничная улыбка вновь появилась на лице брюнета.

— Так, хорошо, вернёмся к письму. Шифр, говорите... То есть черновик невозможно было прочесть? Жаль.

— Я поработаю над расшифровкой, но не уверен, что у меня что-нибудь выйдет. В этом деле всё-таки нужны профессиональные навыки.

— Поработаете над расшифровкой?! — Нилфри ударил кулаком по столу. — Вы что, забрали с собой черновик?! Киган, вы в своём уме? А если она обнаружит его пропажу? Мало ли, мусорное ведро ей на глаза попадётся! Алирия поймёт, что черновик украден и решит, что это я нанял воров! Знаете, Киган, при всем моём к вам уважении... нет, я даже не знаю, как вас назвать! Мало того, что вы залезли в чужой дом, так ещё и меня подставили!

Брюнет, не перебивая, внимательно дослушал гневный монолог до конца.

—У вас всё? — спокойно спросил он.

Нилфри побагровел.

— Вы... вы... — от возмущения он даже не мог сформулировать, чем именно возмущён.

— Успокойтесь, я скопировал текст, а затем положил черновик обратно в ведро, аккуратно смяв его по старым заломам, — сказал Киган.

Нилфри облегченно выдохнул.

— Что ж вы сразу-то не сказали?!

— Не успел. Ваша тирада прогремела, как гром среди ясного неба.

— Извините. Я действительно погорячился. Нужно было, конечно, вас дослушать. Нервы, понимаете ли...

—Нервы надо беречь, — наставительно произнёс брюнет.

— Знаете, до недавних пор мне удавалось сдерживать эмоции. Но вы сейчас скажете, что любовь это штука непредсказуемая... — Маоро побарабанил пальцами по столу. — Так, возвращаемся к письму. Кстати, самого письма вы случайно не обнаружили?

— Нет, — досадливо помотал головой Киган.

— И снова жаль, — нахмурился Нилфри. — Хотя... что бы нам это дало? Раз уж она разбрасывается черновиками, то, значит, уверена на сто процентов, что шифр не поддаётся разгадыванию.

— Не факт, — возразил Киган. — Черновик мог быть скомкан и выброшен в порыве эмоций. Не исключено, что утром она сожгла его.

— В порыве эмоций? — удивлённо пробормотал Маоро. — Какие могут быть эмоции в общении с информатором?

— Ну, это смотря, кто является этим самым информатором.

— Вы... хотите сказать... — Нилфри осёкся, бледнея.

Киган закатил глаза, отругав себя за неосмотрительно произнесённую фразу.

— Я ничего не хотел этим сказать! — подчеркнул он. — Но, поскольку вижу, что вы уже вбили себе в голову, будто информатор – некий любовник Алирии, то попробую вас успокоить. Если ваши подозрения верны, то в свете последних событий, произошедших в вашей жизни, с уверенностью могу предположить, что письмо содержало сообщение о разрыве отношений. Кстати, в этом всём и плюс имеется – Алирия отойдёт от дел. Вы же об этом мечтаете?

— Мечтаю. Но ведь в этом случае любовник Алирии начнет мстить ей!

— Во-первых, гипотетический любовник. Во-вторых, Алирию мы защитим, если вы, конечно, не забыли о моём предложении стать её телохранителем.

— Вы настолько в себе уверены?

— Этот вопрос задает мне Маоро Нилфри?! — саркастичным тоном вопросил Киган.

И вот почему-то только сейчас Нилфри осознал, что если и есть в мире человек, способный пустить его ко дну, то это именно Киган. Не представители власти, не золотые короли, не конкуренты, не завистники, а парень, сидевший сейчас перед ним. Киган с лёгкостью загнал его в угол одним лишь коротким вопросом. Да, Маоро сам спровоцировал этот вопрос, но сути дела это не меняло. Ему даже думать не хотелось, что было бы, будь Киган его врагом.

— Давайте вернёмся к делу, — предложил брюнет. — Про письмо я вам сообщил. Что касается Уимплиса, то Алирия с ним не связывалась.

— Даже через подставных лиц? — спросил Нилфри, вмиг воодушевившись.

Киган помотал головой.

— Она выходила из дома лишь один раз, чтобы встретиться с вердонским посыльным. К ней тоже никто не приезжал, — должил он.

— Хм... — вновь помрачнел Маоро. — А кто сказал, что Алирия не может переписываться шифром с Уимплисом? Что, если письмо предназначалось ему?

— Нет, — помотал головой брюнет. — Вердонский посыльный ускакал из города по одноимённому тракту. Я за ним проследил до самых окраин.

— Проследили? А кто в это время следил за Алирией? И, кстати, кто дежурит у её дома сейчас?!

— Лэйби,— Киган расплылся в улыбке. — Он вернулся.

— Ох, Киган, что бы я без вас делал! — Маоро с нескрываемой благодарностью посмотрел на своего телохранителя.

—Мне кажется, до моего появления вы много что сделали в жизни самостоятельно.

— Знаете, если бы вы были моим близким другом, я бы, честное слово, сейчас обозвал вас крепким словечком!

— Это очень забавно – ребячество в исполнении взрослого человека, — заметил брюнет. — Я всегда смеюсь, когда меня обзывают. Некоторых, правда, это бесит, — (Ардана икнула во флигеле), — но мне от этого становится ещё веселее.

Нилфри рассмеялся. Ему нравилось, что Киган умеет словами не только загонять в патовую ситуацию, но и приятно отвлекать от проблем.

— Насчёт Лэйби, — вдруг сказал Маоро, — если он пожелает, то я возьму его обратно на работу. Плевать на Амарафиуса! — Нилфри поймал себя на мысли, что на его месте Киган ещё тогда бы, во время инцидента, не задумываясь наплевал бы на Амарафиуса вместе с его любовницей.

Брюнет явно был приятно удивлён последними его словами.

— Благодарю, — улыбнулся он. — Только знаете... Лэйби мне тут другое предложил. Ему больше по душе быть вольной птицей. Поэтому он не отказался бы работать на заказ. Проследить, например, за кем-нибудь. Или что-нибудь разузнать, разнюхать. Как вы на это смотрите?

— Положительно. Я обдумаю это предложение. Только вот одного не понимаю – почему вам не по душе быть вольной птицей?

— Очень даже по душе, — усмехнулся Киган. — Только я уверен, что сейчас мой долг – быть с вами и с Алирией.

— Спасибо вам, Киган!

— Пожалуйста, Маоро.

Нилфри и бровью не повёл, когда Киган назвал его по имени. Ему даже показалось, что это нормально.

— Нам продолжать слежку? — вернулся в рабочую атмосферу брюнет.

— Да. Следите за Алирией до тех пор, пока она не переедет ко мне. Переезд намечен на послезавтра.

— А что, потом следить уже не надо? — удивился Киган.

— Наверное, надо, — вздохнул Нилфри. — Насколько же всё это мерзко и гнусно! Я скоро себя возненавижу!

Киган как-то странно ухмыльнулся, но Нилфри, увлечённый самобичеванием, этого не заметил.

— Эх, как же мне не хватает сейчас Алирии! — Маоро откинулся в кресле и закрыл глаза. — Я уже три дня её не видел! Как же хочется её обнять, почувствовать тепло её тела, её дыхание, её запах! — он разомкнул веки и посмотрел на Кигана: — Вы даже не представляете, как мне этого хочется!

— Прекрасно представляю.

Нилфри с минуту задумчиво смотрел на Кигана, а потом перевел взгляд на часы.

— Намёк понял, — произнёс тот, поднимаясь с кресла.

— Да нет, что вы, я вас не гоню.

— Но мне действительно пора. Лэйби скучает. Мы с ним давно не виделись.

— Что ж, идите. Надеюсь, что новостей от вас больше не будет. Никаких!

***

— Интересно, скоро у них свадьба? — задумалась Ардана, наблюдая с крыльца за Нилфри и Алирией, прогуливавшихся по саду.

—Уже видишь себя в числе гостей? — не преминул съехидничать Киган.

— Ну, нам-то с Гриндо на празднике быть не светит. А вот тебя, возможно, пригласят. Ты же у нас теперь приближённая особа! Главный советник. Командир разведгруппы. Тебе уже, наверное, с Алирией разрешили разговаривать, да?

— Приближённые особы не ездят в хозяйственном вагоне вместе со слугами и багажом, — заметил Киган.

— Да, ребята, послезавтра же едем в Жордон! — вспомнил Гриндо, желая совместить приятное с полезным, то есть обсудить предстоящее путешествие и придавить в зародыше назревающую стычку Арданы и Кигана.

— Думаю, доедем с ветерком, — сказала девушка.

Вчера состоялся пробный пуск поезда, и ни одного технического сбоя не случилось – вот почему Ардана говорила о путешествии с таким оптимизмом. А вообще она балдела от мысли, что будет ехать на первом в истории планеты поезде в обществе самых видных и богатых людей Митрана, в числе которых на сей раз будет первое лицо государства! В такие минуты она забывала, что является всего лишь телохранителем владельца поезда.

— Кстати, в прошлый раз мы ехали, сидя на деревянных сиденьях, а теперь их обили мягкой кожей! — мечтательно произнесла она. И добавила как бы невзначай: — Не знаю, правда, как с этим обстоят дела в хозяйственном вагоне.

— Там есть сиденья? — обрадовался Киган. — Спасибо, Ардана, за отличную новость! — он выразительно потёр руки.

Девушка чертыхнулась про себя. Хотела слегка поиздеваться над Киганом, а в итоге осчастливила его.