ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

В Золотом Колосе мы провели не два дня, как рассчитывали, а четыре. К исходу второго поднялась метель, и она не утихла даже на следующее утро. Естественно, ни у кого из нас не возникло мысли отправиться в путь. Я поймала себя на том, что мне просто приятно проводить время с друзьями. Скоро, как говорило мое предчувствие, многое может измениться.

А еще у меня появилась возможность почитать приобретенные книги. Это оказалось не только полезно, но и весьма интересно. Правда, до заветной книжечки, припрятанной на самом дне сумки, мне добраться не удалось.

К концу третьего дня, когда мы с Лиром вдвоем сидели у камина, а Аран тем временем отправился что-то делать старосте при помощи магии, я спросила Лира о его семье. Он рассказал, но не особо вдаваясь в подробности. И ничего нового я не узнала.

— Лир, а где мы будем жить? — осторожно поинтересовалась я.

Маг вздохнул.

— У меня уже есть дом, и я не смогу его оставить. Надеюсь, он тебе понравится. Это… родовое гнездо. И раз уж Тир его покинул, у меня поменять место жительства уже не получится.

— Что ты так упорно от меня скрываешь, Лир? — спросила я, осторожно прикасаясь к щеке.

— Ари, я не уверен, что ты готова услышать это прямо сейчас, — сказал Лир, смущаясь.

— А когда буду готова?

— Когда мы окажемся в Аридейле, как и обещал. — Маг поцеловал меня в уголки губ и чуть улыбнулся. — И не кусай губы, я и так рядом с тобой еле сдерживаюсь.

Хотелось сказать, что хоть сейчас готова стать его, но промолчала. Лир твердо решил сначала поговорить с Силадерь и разорвать помолвку. И я уважала его за это решение. Но в то же время она и не узнает!

— Лир…

— Я пообещал Арану, что между нами не случится близости, пока не разорву помолвку с его сестрой, — заявил он.

Нет, я этого блондина убью!

— Ему мы можем не рассказывать, — прошептала, целуя Лира в шею.

Лир часто задышал, едва сдержал то ли стон, то ли ругательство.

— Ари, магические клятвы нерушимы. Да и если бы могли обойти… После близости с мужчиной твое обаяние возрастет в разы, его не скроешь.

— Будешь ревновать? — спросила я, хихикнув.

— Думаешь, позволю хоть кому-то к тебе приблизиться?

Поцелуй вышел жадным, с заявкой на то, чтобы я забыла, как дышать.

Оборвал его Аран, появившись на пороге и скидывая плащ.

— Я с Даринель виделся, — улыбнулся он. — Пообещала показать завтра неприметную тропинку в Аридейл.

Стащил у меня кружку, довольно отхлебнул травяного чая.

Вечером, едва Лир ушел по делам со старостой, пошла выяснять отношения с Араном.

— Тебе не кажется, что обещание, взятое с Лира, перебор?

— Так хочется? — хмыкнул эльф.

Я скрестила руки на груди, окинула эльфа взглядом с ног до головы. Призвать сковороду или метелку, чтобы объяснить что к чему?

— Я хочу, чтобы у тебя был выбор, Ари, — мягко сказал Аран.

— Мы с Лиром определились.

— Помолвка еще не расторгнута. Я всего лишь желаю уберечь тебя в случае чего от лишней боли. Не сердись, соловей мой. Пожалуйста.

И что на это ответить? Даже ругаться не хочется. Арана я тоже в какой-то степени понимала, он оказался между двух огней.

— Хочешь, я кое-что тебе покажу? — неожиданно спросил эльф.

— Компенсируешь разочарование? — спросила я, умирая от любопытства.

Вчера Аран научил меня делать лимфила невидимым ни для кого, кроме меня. А сегодня?

Усмехнулся, взмахнул рукой, создавая иллюзию. Сначала показал, как я умирала в заброшенном доме, а Лир шептал заклинания, отчаянно зовя меня.

Это воспоминание почему-то пробудило другое — где я становилась русалкой. Лир и тогда звал и не отпускал в темноту. Спасал. Только там действовал иначе. Терпеливо. Спокойно. Совсем не так отчаянно, как позднее.

К горлу подступил ком.

— Лир, — прошептала я одними губами.

— Никто и никогда не любил тебя так сильно, как он, Ари. Я не хочу, чтобы кто-то из вас страдал, — сказал Аран, глядя на меня невероятными сапфировыми глазами. — Поэтому, что бы ни случилось, не спеши делать неправильные выводы. Сначала успокойся, потом подумай. И только тогда действуй. Обещаешь?

— Конечно!

Только было бы это так легко…

В комнату я вернулась растерянная и встревоженная. Ласки Лира, вернувшегося среди ночи, казались еще нежнее и пронзительнее. Сколько же я не знаю о тебе, мой темный маг! Неужели Лир так сильно любит меня, что боится этого? Или не хочет воспоминаниями причинять боль? Раз за разом спасал, вытаскивал с грани и ни словом об этом не обмолвился…

Нашим планам отправиться в путь на следующий день снова не суждено было сбыться. У жены старосты начались роды, и магов, раз уж они обладали целительским даром, попросили помочь. Обычно приглашали повитуху, но та отправилась в соседнюю деревню навестить сестру с семьей, а тут случилась такая неожиданность.

Делать было нечего, выходить из дома без сопровождения Лир запретил. Очень удачно вспомнила о заветной припрятанной книжечке.

Фамилия Лира стояла первой на странице, которую я открыла. И сразу стало понятно многое, что я не могла себе объяснить. И почему Лир должен жениться, и откуда возникнут трудности с разрешением для заключения брака. Я вспомнила, как маг избегал крупных городов. Его там просто могли узнать. Род де Риган — правящий.

Шерантанель Дарсе Винтуриан де Риган и Ринирель, родители Лира — правители Ларейи. Тиранатариэль и Лирантанель — их дети, принцы, наследники, будущие правители. Один женат на принцессе Снежного королевства — высокородной Эридейле Сорманель Кристоф де Лесин, и, естественно, потерял право на трон Ларейи, но не Снежного королевства, другой помолвлен с ее сестрой Силадерь и является будущим правителем. Отказаться от трона в пользу лорда Арасамина, своего дяди, Лир не имел права. Власть наследовалась по прямой мужской линии. Если наследников не было (никто не родился или все умерли), то глава Совета магов становился королем. Все просто и понятно. И никакого выбора.

Арандиэль Сорманель Кристоф де Лесин, как я и предположила, оказался старшим братом двух принцесс — Эридейле и Силадерь. Тоже единственный наследник трона Снежного королевства. Если он погибнет, власть перейдет к Тиранатариэлю. Но Аран пока был лишь принцем, правил его отец — Эрангитиль Светлоокий. Его величали владыкой эльфов. Он давно остался без жены. Она погибла на войне, которая велась между светлыми магами и некромантами. Надо же, Аран никогда об этом даже не упоминал! Оказывается, если владыка эльфов соберется еще раз жениться, дети, рожденные во втором браке, будут иметь право наследования трона только в случае гибели Арана и Тира.

Книжка оказалась познавательной. Даже очень. Что теперь делать со всей этой информацией? На мою голову свалились два принца, и откуда я это узнаю? Из книжки, купленной украдкой в лавке! Принцы. И Лир. И Аран.

Сразу вспомнились те моменты, когда они скидывали личину и люди кланялись, узнавая в них королевскую кровь. А я посчитала, что они лишь из знатного, богатого рода.

Эх… Самые близкие люди, не доверяющие мне ни на грош. А ведь у меня от них не было тайн!

И почему не сказали? Чего боялись? Я бы все поняла, я бы…

Как же, поняла, — ехидно возник в голове голосок совести. — Ты бы, Ариадна, бежала от Лира и Арана без оглядки. Я никогда не верила в сказки о Золушке.

А еще так некстати вспомнился недавний спор с Араном и Лиром по поводу заморочек с титулами и всякими правилами, принятыми при дворе. Я, в прошлом увлекаясь историей в школе, очень хорошо себе представляла, как выглядят реверансы и занятия принцессы и фрейлины. Только я-то не принцесса, не смогу сидеть и вышивать платочки. Лир и Аран это понимали.

Что же со всем этим делать?

Я сжала виски руками, вздохнула. Как там советовал Аран? Успокоиться, подумать и только потом действовать.

Я, конечно, понимала, что обладание титулом накладывает большую ответственность, но разве стоит поэтому отказываться от любви Лира? И, по сути, какая разница, принц он или нет, я сужу людей по их поступкам. Доброта, сострадание, милосердие часто проявляются там, где царит нищета и голод. Бедные люди готовы отдать последнее, а богатые не могут расстаться даже с малым ради других. Но ведь мой маг другой? Или же я просто его не знаю?

Лир… Я же не принцесса, Лир. Ты знал это с самого начала. И все равно намерен жениться и сделать из меня — кого? Принцессу? Будущую королеву? А мне хочется свободы! Наверное, поэтому и не сказал, хотел сгладить углы. Да разве можно приготовиться к тому, что Лир — принц?

Аран еще ладно, переживу… Но тут же вспомнила про обряд, охнула. Что там он про него говорил? Стану частью его семьи? Обеспечат в случае необходимости мою защиту? То есть, если Лир меня обидит, ему придется воевать с Араном или Тиром, собственным братом? Ну, удружил… Не знаю, что с ним за это сделаю! Нет, только я могла так вляпаться!

С другой стороны, Аран может помочь получить разрешение от Совета магов на брак с Лиром, если потребуется.

Интересно, почему именно Совет решает, кому и с кем заключать браки?

Я снова открыла книжку, перелистала ее и выяснила, что жениться принц Лирантанель может только на принцессе или на аристократке. Это закон. Все ясно. И на что Лир с Араном надеялись? А решает Совет магов вопрос о женитьбе по одной простой причине: они проводят обряд заключения брака. Как вариант, его может провести и владыка эльфов, но разве он пойдет против Совета магов? Это ведь означает войну с Ларейей.

Единственное, что мне остается, как и предполагал Лир, это сбежать.

Бросить друзей, забыть о мечтах… Я не смогу быть просто дайари. Аран дал мне маленькую призрачную надежду остаться с магом, но… что хотел придумать Лир? Как он планировал обойти закон? Аран ведь провел обряд на всякий случай, даже попросил Лиру о нем не рассказывать.

Что же задумал Лир? Может, он вовсе и не собирался делать меня своей женой? Предложения ведь не было. Может, потому что мы считали (или лишь я?) это само собой разумеющимся. Да и как он позовет замуж, когда помолвлен?

Как все сложно и запутано. У меня даже голова от всех этих вопросов закружилась. Остановилась, сделала глубокий вдох. Предполагать можно что угодно. А Лир… Разве он давал мне хоть малейший повод сомневаться в нем, в его порядочности и честности? Нет. Так же, как и Аран. Значит, главный вопрос: доверяю я Лиру и Арану или нет? Говорить мне, что знаю правду?

Посидела в тишине, подумала. Лир обещал рассказать все в Аридейле, и я подожду, посмотрю, как он сдержит слово. А потом уж расспрошу, как он решил действовать.

Легче, конечно, не стало, но хотя бы немного спокойнее.

Вернулась к книге, полистала еще, но ничего интересного больше для себя не нашла. Жаль, нельзя спросить в той лавке про русалок.

День прошел незаметно, Лир и Аран, изрядно уставшие и потрепанные, вернулись к вечеру. Оба буквально рухнули на кровати, не став ни ужинать, ни раздеваться. И какие они принцы? Мальчишки. Только взрослые. Я улыбнулась своим мыслям и принялась их раздевать. Не спать же им в сапогах и дорожных костюмах.

А потом заползла между ними, обняла за плечи Лира и окончательно успокоилась. Какое мне дело, что они оба — принцы? Разве это имеет для меня серьезное значение? Оба добрые, заботливые, внимательные, постоянно спасают жизнь и терпят меня, такую взрывную и взбалмошную. Проблем, конечно, прибавляет сам титул, но куда от него денешься? Значит, все что остается, принять это.

Утром мы все-таки отправились в путь. Почти на окраине леса нас ждала нечисть. Водяной, правда, не пришел — впал в спячку.

Я успела соскучиться по друзьям, а лимфил снова обернулся белкой, радуясь свободе. Все эти дни он оставался рыжим котенком. Аран не отрываясь смотрел на дриаду. И когда они решатся признаться друг другу, интересно?

Ноябрь только начался, а лес, столь привычный и уютный, уже занесло снегом. Хорошо хоть тропинка, показанная Даринель, никуда не исчезла. Лучик же, наоборот, радовался. Носился между деревьев, изредка подлетая и выпрашивая у нас ласку.

Лес же превратился в сказку. Он словно был сделан из хрусталя, припорошенного серебром. И сугробы, в которых увязали ноги, это ерунда.

К вечеру мы остановились возле озера. Оно только-только покрылось тонким ледком, и растопить его не составило труда. Правда, раздеваться при минусовой температуре мне не понравилось, а в остальном вода была такой же теплой, как и летом. И я вдоволь наплавалась. Темнело сейчас намного раньше, поэтому мы проходили в день не так много. Но даже такими темпами, если ничего не случится, будем в Аридейле только к началу декабря.

На днях я поинтересовалась, празднуют ли в Ларейе Новый год. Аран осведомился, что это за праздник. Я рассказала про куранты, загадывание желаний, мандарины и шампанское, про елку, украшенную гирляндами. Эльф озадачился, его глаза загорелись, и я поняла, что Аран намерен устроить этот праздник. Лир тоже захотел, предложил попробовать. Как дети, честное слово! Может, я ошиблась и они никакие не принцы? Сегодня ведь два часа валялись в сугробах, обстреливая друг друга снежками! Леший и дриада сначала недоуменно смотрели на нас, а потом присоединились. Вышло весело.

Вынырнула, подплыла к берегу. Лир, как всегда, нес меня к костру на руках. Ненормальный. Вода-то ледяная! Улыбнулся одними глазами, расплескав в них серебро, чуть потерся подбородком о мои волосы. В его прикосновениях в последнее время сквозила такая забота и нежность, я не знала, что и думать.

У костра мы сидели долго. Пили горячий чай с травами, пели песни и наслаждались обществом друг друга. Аран ушел спать пораньше, рядом с ним улеглась Даринель, а мы с Лиром все сидели у костра и смотрели на огонь.

— Ты такая необыкновенная, Ари, — неожиданно сказал Лир, целуя мою ладонь. — Нежная, доверчивая, наивная…

К чему это он? Наклонился, поцеловал в щеку.

— Не уходи от меня, Ари. Прошу. Даже если будешь просто дайари. Не уходи. Позволь мне быть рядом.

Я подняла на него глаза и увидела в них потемневшее серебро. Мне не хотелось давать никаких обещаний. Случайных. Тех, что могут быть никогда не выполнены.

— Неужели ты так во мне нуждаешься? Мужчина, у которого есть все, что душе угодно?

— Главное, чтобы у меня была ты, Ариадна, — тихо ответил он, позволяя наслаждаться очередным нежным долгим поцелуем.