ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Больше я слушать не стала. Руки дрожали, колени подкашивались, а мысли были настолько хаотичны, что даже не поняла, как добралась в свои покои.

Да и что сейчас от меня зависит? Решение за Лиром. Мне остается только ждать до зимнего бала. Просто ждать. Если мой темный принц действительно любит и будет честен, то отпустит. Если нет… придется бежать. Как ни поверни, почему-то мы все равно не могли быть вместе. Но кто бы знал, как хочется сохранить для себя эту последнюю надежду на чудо!

Я вспомнила, что пообещала Арану принимать решения, только успокоившись и откинув эмоции. Наверное, стоит отправиться в дом, который мне подарили друзья, побыть одной и спокойно все обдумать. Я бы и сейчас туда переместилась, но тогда Лир догадается, что подслушала его разговор с родными. Я же пока намерена сохранить это в тайне.

Немного посидев, я пришла в себя и отправилась спать. Не прошло и четверти часа, как в спальню пробрался Лир.

— Не спишь? — тихо и устало спросил он.

— Нет.

Отчаянно хотелось плакать, но я не позволяла себе этой слабости. И порадовалась, что погасила все свечи. Темнота скрывает любую боль.

Лир прижался ко мне, покрыл поцелуями плечи.

— Ари, давай после бала проведем ночь вместе, — попросил он, и моя самая последняя надежда полетела в бездну.

Сердце уже не плакало, сыпалось осколками. Вот он, мой личный мучительный яд. И далеко ходить не надо. Лир так легко и спокойно принял решение!

— Я подумаю, Лир, — ответила, стараясь не расплакаться.

Нужно быть сильной и не сдаваться, даже когда твоя сказка рушится, оборачиваясь кошмаром.

— Я бы хотела пару дней побыть одна, — спокойно сказала я, и в темноте это удалось сделать легко. — Перемещусь завтра в подаренный дом.

— Ари…

— Не переживай. Просто моя жизнь меняется. Аран всегда будет знать, где я. Если что-то случится, сразу скажет, и вы переместитесь. Ты давно собирался поэкспериментировать, — мягко напомнила я.

— Хорошо, мой свет. Я подожду, раз тебе необходимо время.

— Спасибо.

Утром он еще спал, когда я собралась и, захватив минимум вещей, переместилась. Не заходя внутрь дома, нырнула в озеро, ушла на дно и расплакалась. Этой ночью я, пусть так и не смогла заснуть, но продержалась, а сейчас могла позволить себе маленькую слабость. Лимфил янтарной рыбкой скользил рядом, переживал.

Что же ты натворил, Лир? Как же так легко предал и перечеркнул все самое доброе и светлое, что у нас было? И любит ли он меня по-настоящему? Ведь тогда бы не стал лгать, отпустил бы… И зная, что испытываю к нему, не боялся бы дать возможность выбрать свой путь.

Почему же любить так больно? Словно обжигаешься ядом, от которого нет спасения! И он проникает в кровь, опутывает сердце, пробирается в душу и становится ее частью. Хуже любого даже самого страшного проклятия…

Мне осталось решить лишь один вопрос: хватит ли сил, чтобы оставить моего темного принца и уплыть? Это же все равно что вынуть из груди сердце и безжалостно растоптать.

Мы сыграем с тобой, Лир, по тем же правилам, какие придумал ты. Я тоже обману. Не потому, что хочу этого, мой темный маг. Ты не оставил мне выбора.

Я наконец перестала плакать. Слезы исчезли, оставив душу опустошенной и кровоточащей. Теперь заставить бы себя улыбнуться! Смогла же, когда прощалась с морем? Смогла! Я сильная и смелая. И, может быть, однажды смогу простить и вернуться. И это будет моим решением. Моим выбором.

Где бы найти только сил, пресветлые боги, чтобы уйти! В Серебряный город. К русалкам. К своему народу. И к своей семье. Отчаянно хочется верить, что там другой мир. И знатная кровь и богатство не играют большей роли, чем обычное счастье — чистое и готовое выплеснуться и озарить целый мир.

Я пробыла в озере почти двое суток. Пару раз выходила на берег, чтобы поесть и немного поспать, а потом снова возвращалась. Но сейчас заметила, что на берегу появился Аран.

Вынырнула, подплыла.

— Ты один?

— Да. Никто не знает, что я здесь, даже Лиру не сказал. Тебе совсем плохо? Я постоянно чувствую твою боль, Ари.

Я выбралась на берег, отжала волосы. Аран подхватил меня на руки, понес в дом. Разжег камин, разогрел еду.

— Рассказывай. Будем разбираться.

Слова давались с трудом. Я словно за эти двое суток разучилась говорить, но Аран был терпелив.

— Ты решила уйти? — тихо спросил он, сразу все поняв.

— Аран, а если бы на моем месте оказалась одна из твоих сестер? Силадерь, например. Она бы смогла смириться с подобной ситуацией? Дайари, избранница… Да называй как хочешь, а сути не меняет! Так и останешься просто любовницей. Да что там говорить! Даже дети будут считаться незаконнорожденными. И ладно бы только это… Но как быть с тем, что Лир собирается заставить меня забыть о море и Серебряном городе! И хочет сделать это, несмотря на то, что я отказалась от своего дома, пошла за ним… Разве такой бывает любовь?

Аран вздохнул, притянул меня к себе, обнял.

— Как бы я хотел убедить тебя, что все не так!

— Поможешь мне? Я не смогу уйти до зимнего бала, Аран. Лир тут же хватится, не оставит и шанса.

— Неужели думаешь, удержит силой, Ари?

— Не знаю. Хочется верить, что нет, но рисковать не стану.

— Тогда после бала?

— Лучше во время него. Главное, отвлечь Лира.

Эльф на мгновение задумался.

— Если помолвка с Силадерь окажется не расторгнута, где-то ближе к полуночи объявят тур вальса, на который Лир будет обязан пригласить невесту. Затем всем объявят о дате свадьбы. Это идеальный момент, чтобы уйти. Если Лира еще кто-то сможет задержать…

— Там будет Кассиандр?

— Хранитель? — удивился Аран. — Конечно.

— Как думаешь, Кассиандр согласится помочь и отвлечь Лира разговором на час? Он во время нашей встречи предлагал содействие, обещал помощь.

— Ему можно верить. Возьми с собой непромокаемые вещи, подаренные нечистью, чтобы переодеться. Сама же подобные при помощи магии еще сделать не можешь?

Покачала головой, подтверждая слова Арана.

— Лир наверняка пришлет к тебе на днях портниху, попроси сшить маленькую сумочку. Я наложу на нее чары расширения. Много вещей, конечно, не влезет, но самое основное — запросто. И обязательно возьми зеркальце и гребень, которые мы купили во время путешествия. Попав в Серебряный город, русалки забывают о прошлом, а эти вещи… Они напомнят обо мне и Лире, если не захочешь забывать.

— Они волшебные?

— Они тебе дороги, Ари.

Аран как всегда был разумен и спокоен. И самое главное, он понимал меня. Не пытался отговорить от побега и не предлагал выяснить отношения с Лиром. Просто в нужный момент, когда я оказалась на грани отчаяния, протянул руку и не дал упасть в пропасть.

— Только что потом, Ари? Охрана во дворце усилена. Применить магию не получится, Лир почувствует твою силу. Покинуть дворец будет проблематично.

— Я не собираюсь применять чары, Аран. У меня есть кольцо, исполняющее мелкие желания, его магия — не моя, ее Лир не почует. Я подойду к воротам, загадаю на время стать невидимой и проскользну мимо стражи.

— Может сработать. Ворота будут открыты, много гостей ожидается на бал. Я захвачу для тебя плащ и обувь, чтобы ты могла переодеться. В дамскую сумочку, даже используя чары, они не поместятся. Аллею с тремя фонтанами в виде рыбок знаешь?

Кивнула.

— Она почти у ворот располагается, и вдоль стены растут клены. Место вроде и на виду, но в то же время стволы толстые, можно спрятаться.

Аран вздохнул, снова меня обнял.

— А потом, Ари? Что ты станешь делать потом, если не сможешь переместиться?

— Бежать, Аран. У меня будет почти час, если Кассиандр нам поможет.

— Лир может отправиться тебя искать, Ари.

— А ты не давай, Аран. Продержись хотя бы час! Если бежать, то я за это время доберусь до моря, окажусь как раз у той скалы, с которой в первый раз прыгала.

Аран пригладил мои волосы, о чем-то задумался.

— Лир придет в бешенство, когда поймет, что его дайари сбежала. Наверняка спросит, где ты находишься. Я ведь могу тебя чувствовать.

— Скажи, что гуляю по саду, Аран. Солги. Пожалуйста! Если Лир начнет искать, я не успею добраться до моря, и тогда… Тогда меня ждет клетка.

Видимо, эльф тоже это понимал, поэтому не стал спорить, лишь пообещал помочь и защитить по мере своих сил. Мы уже собирались возвращаться во дворец, когда в озере послышался плеск.

— Лир, — прошептала я.

— Опробовал перемещение, значит, — заметил Аран.

Быстро развернул меня к себе, сощурился.

— Слушай внимательно, Ари. Я сейчас уберу следы печали с твоего лица, чтобы Лир ни о чем не догадался. Затем ты откроешь портал, отправишь меня во дворец.

Так мы и поступили. И успели как раз вовремя. Только захлопнулся переход, открытый в королевский сад к скамейке возле Аранатариэль, как в дом вошел мокрый с ног до головы Лир.

— Ари! — бросился он ко мне и обнял. — Как ты? Я чуть с ума не сошел! Ни есть, ни спать не могу. Мне дышать без тебя трудно.

Он покрывал поцелуями мое лицо, и сердце отзывалось, израненное и истерзанное, готовое снова любить и верить. Чего же стоят твои признания, Лир? Насколько они искренни? Что ж ты даже не дал мне выбора? Может быть, любовь снова оказалась сильнее и я бы осталась? Однажды, когда мы снова встретимся, наверное, все изменится. Или изменимся мы?

— Все хорошо, Лир. Я как раз собиралась во дворец.

— Я чем-то тебя обидел, мой свет?

В его глазах плескалась тревога.

— Нет, — солгала я.

Обидел. Конечно, обидел. Хотя нет, хуже. Ты меня предал, Лир.

— Ты ушла из-за моего предложения о совместной ночи? Не хочешь? Передумала? Не готова? Чем-то напугал? Ари, что? — взволнованно говорил Лир, осторожно держа мое лицо в своих ладонях.

Я никогда не видела его таким растерянным.

— Разве можно отказаться от ночи с тобой, мой темный принц?

Почти признание. И почти правда.

— Почему же ты…

— Так было нужно, Лир.

Под глазами у него залегли тени. Видимо, эти двое суток выдались для него непростыми, переживал… Как же все казалось просто, когда мы были вдвоем в лесу! Даже несмотря на то, что за нами охотилась сильная ведьма!

— Ты боишься? — вдруг спросил Лир.

— Скорее волнуюсь.

Глаза опустить не получилось, отвести взгляд тоже. Лир так и держал мое лицо в своих ладонях.

— Неужели не доверяешь, Ари?

Что ответить на этот простой вопрос? А ты мне, Лир?

— Доверяю.

— Правда? Тогда почему у меня цветок жжет, словно ты только что солгала? — спокойно спросил Лир.

Это у него так связь проявляется? Надо же! А я ничего подобного не чувствую. Странно…

— Прости. Я переживаю, — призналась осторожно.

Лир вздохнул, подхватил меня на руки и усадил в кресло возле горящего камина. Быстро высушил на себе одежду, уселся в ногах, положив голову мне на колени.

— Давай поговорим, мой свет, о нашей первой ночи, — попросил он. — Расскажи, о чем мечтаешь. И, если нужно, обсудим все, что заставляет тебя так волноваться, — мягко попросил Лир, целуя мою раскрытую ладонь.

Знал бы ты, ненаглядный, какую боль сейчас причиняешь! Делиться мечтами, которым не суждено сбыться…

— Ари, пожалуйста!

Терять мне, кроме разбитого сердца, больше было нечего. Даже стыд ушел, пока прижималась к плечу темного мага и шептала, как хочется его поцелуев и ласк в нашу первую безумно-сладкую ночь. Ночь, которая в моей жизни не случится. Ведь хочется только с ним… Даже сейчас, понимая, что, будь у меня возможность повернуть время вспять, ничего бы не стала менять. Так же бы влюбилась без оглядки, безгранично всей душой верила, однажды смогла бы уйти… Отпускать больно, но еще хуже создавать цепи.

В какой момент мы начали целоваться, я не заметила. Касалась Лира, отзывалась, чувствуя, как каждое прикосновение словно обжигает. И не кожу тревожит, а сердце.

— Все будет так, как ты хочешь, мой свет, — хрипло пообещал Лир. — Лепестки роз, зажженные свечи…

Еще бы чувствовать спиной горячий песок, слышать шум волн и смотреть на звезды. Но это из совсем несбыточного. Только почему же так хочется именно такого — сказочного и светлого?

— Все мои поцелуи и ласки будут твоими, Ари. Люблю тебя…

Лир нежно и бережно поцеловал меня в макушку, так и не выпуская из рук. О чем задумался? В его взгляде плескалось серебро, но я видела, как в самой глубине затаилась сильная боль. Он обещал то, что невозможно будет выполнить, если я останусь.

Почему же мы даже не пытаемся найти другой выход, Лир? Как жить без любви, которая стала твоим дыханием? Я не знала. Море звало меня, эта жажда появилась сразу же, стоило передумать. Оно примет и утешит, приласкает и заберет боль. Однажды плохое отступит. Однажды я вернусь, чтобы исполнить пророчество звезды. Однажды…

Лир неожиданно опрокинул меня, навис, снова целуя. Ни запретов, ни границ не осталось. Разве что его дыхание, скользящее по моей коже, шепот на незнакомом языке. Я не спрашивала значения слов, угадывала.

Единственная… Желанная… Любимая…

Мой темный маг хотел забыться и не помнить того, что нас ждет. Я так и уснула в его объятиях, заласканная и зацелованная. И когда очнулась, открывать глаза не хотела. Лир ласково, едва ощутимо гладил мои волосы.

— Прости, Ари. Так хочется верить, что однажды ты сможешь это сделать. Не прошу понять, прошу лишь не уходить. Потерять дайари все равно что умереть. Лишиться сердца…

Лир шептал эти слова, не зная, что я подслушиваю.

— Все, что мне нужно, — это ты. Но разве принцу позволено выбирать?

В голосе моего темного мага сквозила такая невыносимая горечь, что хотелось открыть глаза, обнять и забыть о запланированном побеге. Просто остаться с тем, кто так дорог, и постараться стать счастливой.

— Не могу тебя отпустить, — прошептал Лир. — Я болен тобой, моя дайари.

Наклонился, коснулся губ поцелуем. Я постаралась дышать ровно, чтобы себя не выдать. Моему темному принцу ни к чему знать о случайно услышанных признаниях. Он успокаивал себя, не меня.

Я открыла глаза спустя время, потянулась. За окнами давно вступила в свои права ночь.

— Который час? — спросила я.

— Почти полночь. Нам пора возвращаться.

— Лир, а я могу прямо сейчас вызвать портниху?

— Что-то не так с выбранным платьем?

Я помялась, а потом все же созналась:

— Да у меня его еще нет, собственно.

— Ари, ты невозможна! Бал же завтра! И портниха точно к тебе заглядывала.

Я пожала плечами. Весь день тогда провела в библиотеке, потом знакомилась с родными Лира, а когда мне передали, что она меня ждет, отправила портниху к Даринель. У подруги одежды имелось совсем немного. Мне все казалось успею, время есть…

Лир вздохнул, пообещал решить этот вопрос. Мы быстро собрались и переместились во дворец. Лимфил дремал на моих руках, не думая просыпаться. Аран недавно сказал, ему надо набираться сил, чтобы вырасти.

Пока мой темный маг распоряжался вызвать портниху, я успела переодеться.

Гретта, молодая добродушная женщина, оказалась приветливой и с любопытством меня рассматривала.

— Лир, ты отдохни, — улыбнулась я. — Мы сами справимся.

Дождавшись кивка портнихи, Лир исчез в нашей спальне, ласково поцеловав на прощанье.