Глава 4. В ловушке ректора
Алиса Дарквуд
Дверь в кабинет Азраэля Вента захлопывается за моей спиной с глухим щелчком магического замка и я понимаю, что легко мне отсюда не выбраться. Воздух здесь густой от запаха старых книг и чего-то ещё – горького, металлического, как кровь на языке. На меня взирает целый ряд портретов, первым бросается в глаза тот, что изображает Велентара. Основатель академии, не удивлена, что его поместили в центр. Только вот забыли мою бабушку. Виктория была вдохновительницей Академии Ночи в ее современном виде.
– Садись, Дарквуд, – распоряжается ректор, бросая взгляд на кресло, стоящее около его рабочего стола. – Или лучше нет, постоишь.
Я переминаюсь с ноги на ногу, продолжая рассматривать кабинет, в котором никогда раньше не была. Такая мелкая сошка как я не должна была бы вообще беспокоить ректора, но вот я здесь.
Азраэль бросает на меня взгляд, в котором сквозит неприкрытое раздражение. Затем перебирает на столе несколько пергаментов. Его длинные пальцы с идеально ровными ногтями – признак чистокровного – перелистывают страницы пугающе быстро.
Он ищет бумагу, в которой будет приказ о моем отчислении? Сердце ударяется о ребра и замирает.
– Чего глазеешь? – с неприкрытой неприязнью бросает Вент.
– Ничего, господин, – бормочу я.
Ведь это тебе же самому пришло в голову меня позвать.
– Вот! – наконец на столе оказывается нужная бумага.
– Дарквуд, взгляни.
Я подхожу ближе, но ректор тут же срывает со стола листок, так и не дав мне вглядеться в строчки. Ума не приложу, что тут было.
– Отчет дневной стражи.
– Что?
– Тебя видели в районе запретного крыла, – продолжает Азраэль и я вытягиваюсь по стойке смирно. Холодок ползет по спине, а потом я вспоминаю, что меня и вовсе должны были найти в библиотеке.
Ректор ведет какую-то грязную и глупую игру раз не понимает, что мы оба знаем о том, что случилось три дня назад: колдовство Виктории Дарквуд было разрушено и Каин Велентар вышел на свободу.
– Я просто… – выше поднимаю подбородок. – Собиралась вернуть вашей дочери ключ от запретных покоев, который та выронила.
Губы Азраэля начинают подрагивать от едва скрываемой злости.
– Что ты сказала?! – выдыхает ректор Вент. – Что ты осмелилась вякнуть, Дарквуд?!
– Что вам стоит лучше следить за реликвиями, которые тут хранятся, – продолжаю говорить, сама удивляясь тому откуда у меня взялась такая храбрость.
Дерзить ректору – очень недальновидный поступок, но после всего, что случилось со мной за последние три дня, он уже не кажется таким дурацким.
Азраэль приближается ко мне и кажется замирает в шаге от того чтобы дать мне пощечину. Я затаиваю дыхание. Интересно, что его остановило?
“Каин Велентар” – рождается в сознании, но я не хочу давать этой мысли право на жизнь. Я не собираюсь зависеть от того, из-за кого от нашего дома остались только воспоминания.
– Ты играешь с огнем, – шипит ректор.
– Тогда давайте переходить к сути. – выдыхаю я. – Зачем вы меня позвали? Выгнать? Назначить наказание?
Азраэль шумно сглатывает, а потом наклоняется ко мне и говорит так, словно озвучивает тайну.
– Он хочет тебя в помощницы.
Отшатываюсь. Этого я меньше всего ожидала.
– Он это кто? – проговариваю на одном дыхании.
– Велентар! – Азраэль отворачивается к столу и бьет по его поверхности наотмашь раскрытой ладонью.
– Н…но… я же полукровка, – бормочу, сбитая с толку, – П…позор чистой крови. Сам Каин Велентар… это перебор!
– С древними не спорят. – криво улыбается Азраэль. – Он триста лет пробыл в гробу и сейчас требует кого-то, кто станет его проводником в новом времени, Алиса.
– Нет! – делаю шаг назад. – Для этого я не подхожу. Что скажет Конклав? Другие благородные?
Азраэль смотрит на меня гневно. Сглатываю слюну. Я спиной чувствую, что с Велентаром все не так просто. Стоит только вспомнить тот наш разговор внизу. Жизнь моей семьи и нелегкая судьба родителей научила буквально кожей чувстовать подвох. Живая я к нему не пойду, каким бы прекрасным и могущественным с виду ни был Каин Велентар.
– Назначьте Люцину, – тем более она сама хочет, – это будет достойная…
Меня прерывает стук ладони. Ректор только что треснул по крышке стола так, что она едва не разломилась.
– Это. Будешь. Ты, – произносит Азраэль едва ли не по слогам.
Тогда я берусь за последнее оружие.
– Притом, что его чуть не убила моя бабка? – отвечаю скороговоркой. – Каин Велентар точно в своем уме?
– Я тебя отправлю на суд Конклава, неблагодарная ты дрянь, – шипит Азраэль и похоже на сей раз я довела его до точки кипения, – если сейчас же не согласишься.
Молчу. И кажется слышу удары своего сердца.
– Итак, Алиса, – ректор бросается к бумагам, разбросанным на его столе. – Если ты сейчас же не согласишься, я сделаю так, что за твоей сестричкой…
– Ладно, – вырывается у меня. – Велентар, так Велентар.
Это лучше, чем они нанесут вред Лидии.
Азраэль распрямляется. На его лице читается удовольствие, которое испытывает солдат после выигранной битвы.
– Теперь ты его собственность, – говорит ректор и я выдыхаю, боясь подумать, что такие заявления будут значить на практике. – И будешь выполнять любую прихоть.
Сглатываю.
– Если надо будет в полдень примчаться в его покои…
В это время дверь распахивается и мы оба переводим взгляд на того, кто смог попасть в покои ректора несмотря на сдерживающую магическую печать.
– Азраэль, Конклав требует вас немедленно.
Профессор Артон стоит в дверях. Его обычно спокойные глаза горят.
Ректор замирает, затем медленно выпрямляется.
– Все, что я сказал, должно быть исполнено, Дарквуд, – бросает он мне на прощание. – Беспрекословно…
Азраэль Вент не оканчивает фразу. Он выходит в двери, следуя за профессором Артоном и я предпочитаю не думать о том, зачем ректор понадобился Конклаву. Вероятней всего это из-за Каина Велентара. Должно быть весь Ноктхейм, вампирская столица, уже не первый день стоит на ушах.
Выбираюсь из кабинета ректора, едва держась на ногах и почти сразу же падаю в объятия Вейланда.
– Так зачем он тебя звал? – щебечет друг.
Я встряхиваю головой, пытаясь прийти в себя.
– Ты не пошел знакомится с Велентаром?
– Я волновался за тебя. – Улыбается Вейланд. – Алиса, все в порядке?
Киваю, решив не сообщать ему о своей новой странной роли.
– Пойдем в столовую.
Полночь. Время перекуса.