Глава 13. Немного маскирующей магии

Прощались возле сторожевой башни. Когда все вышли, Вальтер уже находился там. Алика поняла, почему: готовил проход, чтобы ребята попали в тот же лес, в котором их застала непогода. Не объяснять же потом, как они оказались слишком далеко от нужного места. И не спишешь на волшебный ураган, который подхватил палатки, подобно фургончику Элли из известной сказки, и унёс их за много-много километров. Хотя ураган был на самом деле, но в то, что он сумел такое сотворить, никто же не поверит.

С Лидой и Яриком Алика легко распрощалась, в любом случае их отношения только на время путешествия. А Милка повисла у Алики на шее и без стеснения пускала слезу.

— Мил, ну Мил, — растеряно бормотала Алика и чувствовала, как в глазах тоже скапливается влага. — Ну что ты так? Увидимся мы ещё. Я тебе позвоню вечером. Милка, ну!

Артур долго наблюдал, а потом не выдержал, подошёл, взял Милку за руку, повыше локтя.

— Ну хватит, сестрёнка. Ты правда, словно на войну уходишь. Скоро встретитесь.

Милка послушалась или устыдилась всё-таки своей несдержанности, отступила в сторону. Артур посмотрел на Алику, улыбнулся, как обычно, ехидно и многозначительно.

— Пока, Алик! Буду по тебе скучать.

— Угу, — кивнула Алика. — Взаимно. Пока.

— Идём? — напомнил Ричард.

Он стоял чуть в стороне, у самой арки, и у него за спиной болтался рюкзак Алики. Вальтер поручил Ричарду проводить гостей до места их неудавшейся стоянки — они же не знали дороги от башни — и дальше, до базы. Чтобы забрать из машины Аликины вещи.

Компания скрылась под аркой.

Вот и всё. Теперь они очень далеко отсюда.

Алика долго смотрела в тёмный проём. Она обещала Милке, что они скоро увидятся. Получится ли?

Чья-то ладонь мягко легла на плечо. Вальтер. Дядя Вальтер.

— Пойдём, Александра. Надо о многом поговорить.

— Только не сейчас. Ладно? — попросила Алика.

— Конечно. Как скажешь.

Войдя в замок, Вальтер сразу повернул в боковой коридор, а Алика прошла во внутренний двор. Ни разу ещё здесь не была. Лишь очень-очень давно.

Как и предполагалось, двор оказался четырёхугольным, мощёный. В одном углу — круглый каменный колодец. Ну точно, как в крепости. Чтобы выдержать долгую осаду должен иметься запас еды и вода.

По периметру третьего этажа — балкон-галерея, который поддерживали тонкие металлические колонны. Только на боковой башне балкона нет. С её наружной стороны, Алика помнила, есть большие ворота, дальше арка прохода, со двора закрытая толстой решёткой. Подъёмной, скорее всего. Но не по старинке, с тяжёлым ручным рычагами, а, видимо, по-современному, на автоматике.

Опять эти намёки на крепость, на надёжные запоры и преграды. Почему? Или так всегда полагалось в старых замках?

Алика прошла в центр двора, к небольшой мраморной чаше.

Фонтан — определила по сливным отверстиям и тонкой трубке, выступающей вверх. Но не работающий. Нечего зря воду гонять! Скромный — никаких героев и чудовищ, никаких прекрасных дев с широким ассортиментом сосудов. Невысокий постамент, а на нём открытая книга. Трубка как раз и торчала над её верхним краем, и вода должна была стекать по каменным страницам, не гладким и чистым, а испещрённым непонятными знаками.

«Интересно, — подумала Алика, — они только для красоты и загадочности выбиты или действительно что-то обозначают?» Что-то среднее между магическими символами, египетскими и японскими иероглифами. Алика в них совершенно не разбиралась.

Она присела на край чаши, коснулась каменной страницы, провела пальцем по выдолбленной закорючке одного из знаков. На пальце остался тёмный след.

Да, давненько никто не протирал от пыли эту книжку.

Ещё во дворе стояли кадки с деревьями. Их аккуратно и умело подстриженные кроны имели форму шаров.

Кто за ними ухаживал? Сам дядя Вальтер?

Непонятно, чем можно заниматься в замке. Вот он, наверное, и развлекался, подстригая деревья и ухаживая за цветами, которые тоже росли во дворе, в самых разнообразных вазонах. Очень даже красиво получилось.

А потом Алика обнаружила качели, с длинным сиденьем на несколько человек. Такие продавали весной и летом во всех крупных сетевых магазинах. А здесь они стояли возле стены, в тени балкона, и Алика не утерпела, ринулась к ним, устроилась на сиденье, оттолкнулась ногой от каменного пола, прислонилась щекой к прохладной металлической перекладине.

Она уже и сама не была уверена в безошибочности своего решения, сама себе задавала вопрос: «Правильно ли я поступила? Зачем я осталась в замке?».

Наверное, надо было поехать с ребятами дальше и в конце концов вернуться домой.

Домой? Как же?

Там её никто не ждёт, никто не готовится к встрече. Разве дома так бывает? Но рядом есть соседи Гордеенко, которые всегда Алике рады, которые переживают за неё почти как за родную. И если любовь Артура наигранная и несерьёзная, то Милка-то любит Алику по-настоящему. Как лучшую подругу, как почти что сестру. А здесь, в замке, Алика пока ещё чувствует себя чужой. Может, не совсем. Всё-таки с Вальтером они родственники. Но так давно не виделись, что он воспринимается где-то на уровне соседей. И не факт, что дальше всё изменится. Ни папы, ни мамы по-прежнему рядом нет. Мамы уже никогда и не будет. А дядя — это же не совсем то.

Под мерное раскачивание мысли текли всё медленней и как-то странно, рывками, следуя качельному ритму: вперёд-назад, вперёд-назад. И Алика задремала. Спокойный сон — лучший способ восстановления после болезни.

Проснулась Алика от лёгкого сотрясения. Кто-то ещё уселся на качели.

Можно даже особо не размышлять над разгадкой. Ясно, кто.

— Я твои вещи принёс, — доложил Ричард. — Поставил сумку в комнате.

— Спасибо.

— А ты чего тут, с таким задумчивым видом? Не понимаешь, зачем осталась?

Почему обитатели замка легко угадывали её мысли? Неужели на лице так красноречиво написано? Алика посмотрела под ноги.

— Я устала.

— О, — коротко выдохнул Ричард и гордо заявил с едва ощутимой обидой: — Я могу и уйти.

— Вот сейчас, — улыбнулась Алика, — я не тебя имела в виду. А причину. Почему я осталась? Потому что устала изображать из себя обычного человека. Скрывать, недоговаривать, ничего не знать, забывать о том, что умею.

Ричард хмыкнул, кажется с пониманием и сочувствием.

— И как ты жила всё это время?

Алика ответила немного о другом.

— Сначала с бабушкой и дедушкой. Они, конечно, не настоящими были, но всё равно какими-то далёкими-далёкими родственниками. А последние два года — одна.

— И никого это не смутило? — засомневался Ричард. — Ты же ещё в школе училась, и одна вроде как жить не должна.

— А никто и не знал, — Алика невозмутимо дёрнула плечом. — Все уверены были, что я с родителями.

— Как это?

А вот так. Не только дядя Вальтер занимался с Александрой, а ещё и её собственный отец. Учил тому, что могло помочь в самой непредвиденной ситуации. Например, как создать фантом. Простейший, временный, чтобы не затрачивать слишком много энергии и чтоб не оставалось следов колдовства. Маскирующую магию вообще трудно отследить. Она во всём маскирующая. Поэтому пользоваться ею Алике никогда не запрещали.

Как избежать вопросов чрезмерно любопытных соседей: «Где же твои родители? Что-то мы их ни разу не видели»? Запустить фантом, изображающий маму или папу. У него хватит возможностей пройтись по улице или подняться по лестнице в подъезде, приветственно кивнуть встречному и даже произнести простейшие фразы: «Здравствуйте. Всё хорошо. Спасибо».

У Ричарда удивлённо приподнялись брови, потом он задумчиво нахмурился.

— А если нужно что-то сделать, что могут только родители? Например, с кем-то встретиться, переговорить. Какие-нибудь документы подписать. Разве фантомы справятся?

— Тогда лучше не фантомов, а самой, — пояснила Алика.

— В смысле?

В том смысле, что в маскирующей магии есть ещё один хороший способ показать то, чего не существует, — морок. Но он эффективен, если используешь его с одним человеком. С тремя максимум. Внушаешь оппоненту, что ты — это не ты, а какой-то другой человек. Например, твоя мама. А как ещё успокоить тётю Таню Гордеенко, непременно желающую услышать слова одобрения или разрешения лично из уст кого-нибудь из Гавриловых-старших? Или поговорить с классным руководителем Алики о том, что «Извините, но на собрание прийти у меня никак не получается. Работа, понимаете. Возвращаюсь не раньше девяти вечера».

— И ты всё это можешь?

Кажется, Ричард был весьма ошарашен услышанным, и Алика встревожилась.

— А не должна?

— Ну почему же? — решительно и торопливо опроверг её сомнения Ричард. — Наоборот, замечательно, что ты это умеешь. — И тут же перевёл разговор на другое: — А пространственной магией тебе, значит, запретили заниматься?

— Не то чтобы запретили. Постоянно напоминали, что это опасно.

Алика так до конца и не понимала, почему её в подобном убеждали, думала, что опасно прежде всего для других людей, что из-за неё кто-нибудь может пострадать. Поэтому и соблюдала правило беспрекословно. Вплоть до того самого дня, когда Милка едва не угодила под машину.

В одно мгновение стало не до условностей, не до давних обещаний и не до себя. Даже на сомнения, что ничего не получится — ведь давно не упражнялась — времени не нашлось. Вложила все свои силы, всё своё стремление: лишь бы вышло. Некогда было отсчитывать нужную порцию энергии, отдала почти всю. Потому после едва и не грохнулась в обморок.

— И правильно напоминали, — поддержал Ричард. — Она слишком сильная. Её легко отследить, если умеешь. А ты, судя по всему, там чуть ли не энергетический взрыв устроила.

— Чтобы уж точно получилось, — оправдалась Алика. — Я же давно ничего подобного не делала. Но Милка же… Ну, нельзя было, чтобы…

— Да понятно, — Ричард кивнул. — Но ты и Вальтеру помогла. Тебя засечь. Только он ошибся, решил, что это твоя подруга сама колдовала.

***

Если бы в нужный момент рядом оказался Ричард, он бы смог точно определить, что к чему. Он не преувеличивал, когда говорил, что Выгоцких издалека чует и ни за что не перепутал бы Милку с Аликой. Но Вальтеру пришлось действовать самому, чтобы не упустить шанс.

Он спешно настроил портал на место сильного выброса магической энергии и тут же метнулся в него, ни капли не беспокоясь о том, что кого-то напугает или насторожит внезапное появление человека ниоткуда. Но никто не заинтересовался им, случай на перекрёстке полностью захватил всеобщее внимание. В сторону Вальтера никто даже не посмотрел, все сосредоточились на девочке, которая изумлённо и растерянно вертела головой в самом центре собравшейся толпы. Её длинные светлые волосы разлетались в стороны при каждом повороте.

Неожиданно. Но сейчас поменять цвет волос — совсем не проблема. И девочки не стесняются в экспериментах, перекрашиваются и в фиолетовый, и в розовый. Тем более Вальтер был уверен, что попал, куда надо. Остатки столь сильного колдовского воздействия ещё долго не исчезали. Правда, в большом скоплении людей трудно определить, на ком действительно осталась магическая отметина. Очень жаль, что Ричарда не оказалось под рукой!

Вальтер дождался, когда нужная ему девочка выбралась из толпы и зашагала своей дорогой. Шлейф волшебства тянулся за ней, гася последние неуверенные колебания.

Правда, девочка шла не одна, а со спутницей, своей ровесницей, но — какая разница?

Вальтер довёл подружек до дома. Жилого.

Отлично! Не общественное место, а, скорее всего, именно то, где девочки живут.

В подъезд сразу за ними заходить не стал, переждал во дворе. Чтобы не испугались, не приняли за преследователя. Вальтеру и не надо было воочию видеть, в какую квартиру они зашли, следы магии сами привели его к нужной двери.

Осталось только хорошо запомнить место, а дальше пусть действует Ричард.

***

— Так это ты донимал Милку по ночам? — озарило Алику.

— Ну а что делать? Хозяин приказал, — Ричард вовремя вспомнил о своей должности управляющего в замке. — Надо же было как-то убедиться, что именно она нам нужна. Надеялись — проговорится, признается. А она, оказывается, просто не понимала, чего от неё хотят. — На его лице возникла гримаса разочарования. — Я чувствовал, что-то не то. Но ты ж, как назло, в этой квартире торчала больше, чем у себя дома. Там всё тобой пропиталось. Вот и доставали твою подругу. Вальтер даже пытался её спровоцировать на колдовство, замкнул в пространстве. Надеялся, она обязательно воспользуется магией, чтобы вырваться, а она разревелась.

— Эксперименты над людьми ставите, — успела ввернуть Алика с осуждением, но Ричард её реплику проигнорировал.

— А ты — молодец. Сама подставилась, вместо того, чтобы затаиться. О чём думала-то?

Алика возмутилась про себя. Она помогла им себя найти, а они ещё недовольны. А вслух произнесла:

— Любопытно стало. И Милку жалко. Когда она сказала, что к ней обращаются «Александра», я так и поняла, что её со мной перепутали.

— И опять кинулась на выручку подруги? — ухмыльнулся Ричард.

— Ну да, — Алика была уверена, что поступила правильно. — И, кстати, зачем вы меня искали?

Ричард качнул качели.

— Давай я потом тебе расскажу. Умотался сегодня по лесу бегать. Есть жутко хочется. Пойдём, пообедаем?

— Пойдём, — согласилась Алика, ей тоже захотелось есть.

Но почему вдруг Ричард прервал разговор? Не желает отвечать? Надеется, что за время обеда Алика забудет, о чём спрашивала? Не забудет. Потому что вопрос этот её уже давно мучает. С той самой ночи у Милки в комнате, с разговора с Безликим, который на самом деле оказался Ричардом. Точнее, частью его перемещённого сознания.

Вот откуда Алике его вкрадчивый голосок знаком!

Обедали, как обычно, в большом зале с камином.

— А где Вальтер? — поинтересовался Ричард у Клары.

— Как ушёл к себе, так больше не показывался, — сообщила та.

— Понятно, — отозвался Ричард и тоже куда-то торопливо смылся сразу после обеда.

Алика вопросительно посмотрела ему вслед.

А как же обещанный рассказ? Но она всё равно про него не забудет, напомнит при первой же встрече.

С этими мыслями Алика тоже отправилась к себе: надо вынуть из сумки принесённые вещи, убрать их в шкаф и поменять кеды на босоножки. В летнюю жару в них гораздо комфортней.