Глава 2. Мастера по металлу

Три человека на целый замок. С Аликой — четыре. Это всё равно что ничего: запустение, безлюдье. Эхо в галереях и залах радостно ловит каждый шорох, чтобы хоть немного развлечься. Ему тоже скучно. А унылая серая пыль не самый весёлый товарищ. На неё не обращали внимания, не вытирали, не гоняли по замку. Убирались только в обжитых комнатах и коридорах.

Обычно этим занималась Клара, а если уборка намечалась чуть более грандиозная, появлялась Нина. Она была чуть старше Алики, жила в ближайшем к замку посёлке. А приезжала она…

Ах, да. Существовал в замке ещё один обитатель, только Алика о нём узнала не сразу: не попадался он ей на глаза. Звали его Павел.

Вот, хоть один человек без буквы «р» в имени.

Он был вполне взрослый, хотя и младше Вальтера, зато чем-то походил на него. Тоже невысокий, молчаливый, худой. Но худой по-особенному. Словно не мышцы под кожей, а металлические тросы, тонкие, но чрезвычайно прочные.

Павел тоже наводил в замке порядок: чинил, если что ломалось, красил, строил, обновлял.

— Он у нас мастер по металлу, — отрекомендовал Павла Ричард.

Почему он никогда не мог объяснить доступно и понятно? Опять Алика должна сама догадываться. А потом Ричард будет ржать над её нелепыми предположениями.

— Кузнец, что ли? — осторожно поинтересовалась Алика, и Ричард смеяться не стал.

— Кстати, да. Он и в кузнечном деле разбирается. У нас тут в одной башне и кузница есть. Но всё-таки больше он по холодному оружию.

— Мечом машет?

— И мечом тоже, — снова согласился Ричард. — И не одним сразу.

Любой металлический предмет слушался Павла даже на расстоянии. Он мог махать мечом, не держа его в руках. Несколькими мечами одновременно.

Замку требовался надёжный и опытный магический гарнизон.

Не ясно только, что Ричард тут делал. Исполнял роль золотой рыбки на посылках? В материальном состоянии или призрачном.

Он, конечно, физически сильный и ловкий. Но разве этого достаточно, когда имеешь дело с волшебниками?

Вот Павел, сразу понятно, здесь находился не зря, хотя сейчас и занимался самой обыденной, не требующей колдовских способностей работой. А ещё ездил за продуктами на своём маленьком белом фургоне. Кажется, «фольксвагене». Алика особо не присматривалась. Но, возможно, машина принадлежала Вальтеру, просто самого дядю за рулём Алика никогда не видела.

На этом «фольксвагене» и приезжала в замок Нина. Она была родственницей Павла. Но не дочкой. Возможно, как Алика Вальтеру, племянницей. Или ещё более дальней. Очень даже милая девушка. Интересно, она тоже «мастер по железу»?

Алика наткнулась на неё утром, когда направлялась в каминный зал завтракать.

Нина с интересом уставилась на незнакомку.

— Ты Александра, да?

— Ага, — подтвердила Алика. — Только называй меня Аликой. Хорошо?

— Как скажешь, — легко согласилась Нина и улыбнулась.

Кажется, она вообще была очень позитивной девушкой. Почти всегда улыбалась, если не губами, то хотя бы глазами, голубовато-серыми, чуть навыкате. Тоже светленькая, почти как Милка. Но Милку Нина вряд ли сумеет заменить. Не будет так же обожать и слушаться Алику. Да и не надо. Всё равно хорошо, что здесь есть девушка, с которой можно хотя бы поболтать по-девичьи. Не с Ричардом же!

Он, кстати, не шутил, когда говорил про «учись сражаться».

Вальтер подробно выспросил у племянницы не только о том, как она жила последние девять лет, но и о том, что она помнит про семейную магию, что умеет. И Алика честно призналась, что помнит плохо, а умеет мало. Точнее, и сама толком не представляет, что умеет. Слишком долго не занималась.

Ну да. Получилось один раз искривить пространство, чтобы Милка не встретилась с машиной. Но от страха, скорее всего, само вышло. И один раз — замкнуть. В заброшенной деревне, чтобы оградить себя и друзей от непрошенных гостей. Но и там, и там действовала на пределе энергии, не соизмеряя затрат. Поэтому едва не отключалась. А толку-то, если маг вырубится после единственного колдовства.

— Здесь мне можно использовать пространственную магию? — на всякий случай уточила Алика.

— Здесь можно, — подтвердил Вальтер. — Никого это не удивит. И вряд ли кто-то разберётся, ты это делаешь или я.

Вальтер, конечно, родной дядя, но Алика всё равно чувствовала себя словно на уроке в школе: и смущалась немного, и волновалась. И то, что дядя считал себя перед ней виноватым, тоже сковывало, как будто и Алика ощущала перед ним вину.

— И всё-таки я не пойму. Пространственная магия хороша, когда надо что-то скрыть: увести противника в сторону, запереть его в пространстве или себя обезопасить. Оборонятся — да. А для нападения она же бесполезна.

— Почему же? — возразил Вальтер. — Её по-всякому можно использовать. Даже для удара. Если сжать часть пространства, а потом резко отпустить.

Он на мгновение замер неподвижно и вдруг словно взорвался. Не возникло ни пламени, ни грохота, и Вальтер остался абсолютно цел, но от него, легко сотрясая воздух, пошла ударная волна. Будто порыв ветра налетел на Алику, толкнул её в грудь, пригнул цветы в вазонах, разметал несколько осыпавшихся листьев.

Хорошо, что они находились в просторном внутреннем дворе, а не в комнате. Иначе точно бы что-нибудь сдуло или уронило.

— Я тоже так могу? — спросила Алика с сомнением.

— Должна, — заверил её Вальтер.

— Но как?

— Просто сжимай кулак, — он поднял вытянутую руку с распрямлённой ладонью, и начал медленно загибать пальцы. Алика повторила за ним. — А теперь представь, что это не кулак, а пространство. Для начала — небольшое. Чтобы не сильно. Можно вокруг себя. Можно рядом. То, что над твоей рукой. Так, наверное, проще и наглядней. Будто ты его берёшь и сдавливаешь. Удар не обязательно должен быть круговой. Чаще требуется именно направленный. Поэтому, когда отпускаешь, параллельно не забывай о кривизне. Чтобы не ушло бесполезно во все стороны. Чтобы попало не в тебя, не во всех подряд, а в того, кого надо.

Вальтер ободряюще глянул на Алику.

— Ну что, попытаешься? — и добавил. — Пока можешь с кулаком.

— Ладно.

Алика действовала строго по инструкции. «Берём пространство над ладонью. Вот так выражение — взять пространство! Не отвлекаемся, сжимаем. Словно поролоновую губку в ванной. Она почти скрывается в кулаке, хотя в обычном состоянии гораздо длиннее ладони. В виде ёжика. Голубая. А когда быстро разжимаешь пальцы, она чуть подлетает, резко распрямляясь, выскакивает из руки. Ба-бамс!»

С ассоциациями полный порядок, а вот про направленность Алика забыла. И с размахом опять просчиталась. Ощущение, что в неё со всего налёта врезался как минимум слон. И снёс. Напрочь.

Опытный Вальтер успел отклонить удар, точнее, отгородил себя от него. Цветам повезло меньше. Обычные они, не волшебные. Даже ближайшая кадка с деревом опрокинулась.

Пока Алика поднималась с каменного пола, пока жалостливо потирала отшибленные места, сверху раздалось ехидное:

— С ней надо в чистом поле тренироваться. Иначе она и замок снесёт. Уж слишком способная.

Ричард ухмылялся с балкона.

Вот на ком Алика опробует свой первый направленный удар! Только потренируется ещё чуть-чуть. В одиночестве. Можно и в чистом поле. А пока она с гордым достоинством проигнорирует всяческие насмешки.

Алика посмотрела на поваленные цветочные горшки, рассыпавшуюся землю и вывалившиеся растения, а потом виновато на Вальтера.

— Я всё приберу.

— Ричард поможет, — добавил Вальтер.

— Я? — опять донеслось сверху, уже негодующее. — Мне некогда.

— Чем ты занят-то? — озадачилась Алика, но Ричарда уже и след простыл, а Вальтер прежде, чем уйти, проговорил, как всегда пряча в уголках губ обычную свою сдержанную улыбку:

— По крайней мере, удар получился действительно впечатляющим.

Алика поплелась к Кларе, узнать, где раздобыть веник, совок, лишний пакет для мусора и лопатку, чтобы закопать обратно в горшки вывалившиеся цветы. Или их осталось только выбросить?

На кухне торчала Нина. Она вызвалась показать Алике, что где лежит, да ещё и помочь.

Не то что некоторые тунеядцы!

— Ничего себе! — воскликнула Нина, увидев масштабы учинённой Аликой разрухи. — Ты что тут делала?

— Колдовала, — вздохнула Алика, подняла первый вазон и задала давно вертевшийся на языке вопрос: — А ты что умеешь? Тоже, как Павел, с металлом?

Нина поджала губы, вроде как обиженно — может, у посторонних не принято о подобном спрашивать? — но после небольшой паузы всё же ответила.

— Почти ничего, — это была не обида, а сожаление. — У нас только дядя Паша сильный маг. А остальные так, на уровне фокусов. Небольшой предмет, не касаясь, с места сдвинуть. Или к телу примагнитить. — Нина порылась в карманах, вытащила монетку, приложила к своему лбу, а когда убрала руку, монетка так и осталась висеть. — Ерунда.

Она тряхнула головой, денежка отлипла, упала, звякнула на камнях.

Алика бы тоже на месте Нины говорила с разочарованием. Но зато никому и в голову не пришло бы назначить Нинину семью в хранители какого-нибудь важного магического артефакта.

— А сколько вас человек?

— Родители, я, — охотно перечислила Нина, — ещё две младшие сестры. И бабушка с нами живёт. У нас свой дом.

— Много народу, — уважительно протянула Алика. — И всего вас, получается, три сестры. Ничего себе! Прямо как в сказке.

— Ага, — поддакнула Нина, со старанием Золушки заметая в совок комья земли. — А я самая старшая, самая противная и самая невезучая.

— Да ладно тебе! — хихикнула Алика. — Жизнь ведь не сказка. В ней — без правил. — Она засунула в мусорный мешок то, что осталось от пышного куста с красно-фиолетовыми цветами, похожими на китайские фонарики. Фуксия вроде. У тёти Тани Гордеенко на подоконнике такая же росла, только поменьше. — А чем ты занимаешься?

— Учусь, — ответила Нина, уже без сожаления. — На бухгалтера. Сейчас каникулы, вот я и дома.

Классно! Бухгалтер, у которого к рукам прилипают деньги. Многообещающе.

У всех какие-то планы на будущее. Нина будет бухгалтером, Лида — логистом. Ярик учится в медицинском, Артур — в политехническом. Милка пойдёт в десятый. А Алика? Её судьба — всю жизнь провести в замке среди леса, охраняя книгу несуществующего Петра. В компании нелюдимого дяди Вальтера, ещё более нелюдимого специалиста по холодному оружию Павла, вечно занятой по хозяйству Клары и заносчивого ехидного Ричарда. И неизвестно, насколько длинна окажется эта жизнь.

«Чем меньше знаешь…» Уже не прокатит. Узнала Алика многое. Что хотела и даже чего не хотела. Слишком дорогими оказались семейные тайны, и плата за них — пожизненная.

Зато выбирать не надо, чем заниматься. За тебя всё давно решили. Разве о подобном Алика мечтала, когда ругала навязанное ей обычное человеческое существование? Наследница знаменитого магического рода — большие возможности, блестящие перспективы. Так и сияют. Радугой над водопадом.

— Если можешь, — попросила Алика Нину, — приезжай сюда почаще. А то чего я здесь одна…

— Да, конечно, приеду, — согласилась Нина, даже обрадовалась Аликиному предложению. — Я попрошу дядю Пашу, он хоть каждый день меня привозить будет.