Глава 19

— Это просто возмутительно! — выпалила Айрин, расхаживая по общей гостиной миэри.

— А по-моему, получилось справедливо, — пожала плечиками Нория и знаком велела мне наполнить ее бокал.

— Лаури была права: мы изначально поставлены в неравные условия, — заметила Коррина, изящно усаживаясь в кресле. — Не понимаю, что именно тебе кажется справедливым. Чистый фарс!

— Только то, что они давние друзья с альфой Рэйнаром, — пояснила Нория, отпивая вина. — Я бы, например, все равно не смогла достойно станцевать, эти туфли ужасно жмут.

— Говори только за себя. Мне ничего нигде не жмет! — отрезала Айрин, а я невольно взглянула на ее грудь.

— Успокойтесь. Альфа сделал это только из жалости. Не забывайте, что Мойра старше нас всех вместе взятых, — захихикала Дора.

Мне захотелось застонать, но я сдержала себя. Этот разговор шел уже по третьему кругу. Ну сколько можно обсуждать одно и то же? Расходились бы уже по своим комнатам, мне ведь еще предстоит помогать на кухне. Однако миэри были настроены почесать язычками, обсуждая поступок Рэйнара. Отсутствовала только Лаури, чему я была несказанно рада, перебравшая вина Верена и Мойра, сразу после танцев отправившаяся в свою спальню. Кроме меня, девушкам прислуживала Ярла. Остальные служанки остались делать уборку в зале.

— Но вам не кажется, что альфа мог бы потанцевать со всеми, а не только с Мойрой? Это показало бы его с лучшей стороны, — задумчиво произнесла Тиара. Драгоценные камни в ее гребне сверкнули в свете расставленных по гостиной свечей.

— А твой отец выполняет любой каприз твоей матушки? — в тон ей ответила Тора. — Альфы всегда поступают так, как считают нужным. С чего ты взяла, что Рэйнар будет вести себя иначе?

Тиара дернула плечиком, но ничего не ответила.

— Кстати, вы видели гамма-волка? Вполне хорош. Жаль, что уже обрел ирримэ. Уж если бы не она… — многозначительно выдала Айрин.

— А мне нравятся брюнеты, — со сладкой улыбкой вставила Коррина. — Высокие, мускулистые, длинноволосые брюнеты.

— Имя которых начинается на «Р», — хмыкнула Сильфира. — Мы поняли твою мысль, Коррина.

— Можете убрать свои лапки от альфы. Вот увидите, Рэйнар будет моим, — самодовольно добавила она.

Мы с Ярлой удивленно переглянулись. Коррина перебрала вина? Или сразу решила пометить территорию, обозначив себя?

— Это мы еще посмотрим, — хохотнула Айрин и, осмотрев стройную фигуру Коррины, добавила: — Слышала я, альфа не любит кости.

— Тогда продолжай налегать на пирожки, — фыркнула Коррина. Айрин, которая в этот момент и правда тянула руку к блюду с пирожками, только отмахнулась. — А я предпочитаю, чтобы мои платья были мне впору.

— Но вам не кажется, что Рэйнар все-таки мог бы потанцевать с нами по очереди? — снова завела Тиара, а я закатила глаза, поняв, что четвертого круга обсуждений не избежать.

Миэри разошлись по своим комнатам далеко за полночь. Попрощавшись с Ярлой и тщательно сдерживая зевоту, я направилась на кухню, где меня ждала гора грязной посуды. Подумав о том, что Ингрид знает толк в настоящих наказаниях, я подвернула длинные рукава платья и приступила к мытью.

С кухни я ушла последняя. За окном уже светлело. А ведь через пару-тройку часов мне предстоит снова прислуживать миэри. Смирившись с тем, что выспаться все равно не удастся, я поплелась в свою комнату в надежде урвать хотя бы оставшееся время на отдых. Кошмар какой-то, я даже в своей обычной жизни так не перерабатывала.

Я выбрала короткий путь к своей комнатке, вот правда вел он узким коридором, который практически не освещался. И хотя зрения волчицы вполне хватало, меня не покидало чувство дискомфорта каждый раз, когда я этим коридором пользовалась. Хотя уж чем-чем, а клаустрофобией я не страдала. Однако сейчас любая короткая дорога была для меня предпочтительнее.

Когда до комнаты оставалось несколько поворотов, я услышала позади шаги и прибавила ходу. Меньше всего мне сейчас хотелось с кем-то встречаться. Идущий позади тоже ускорил шаг. Я даже не успела удивиться этому обстоятельству, когда чья-то широкая ладонь внезапно обхватила меня за талию, а другая легла поперек рта. В ноздри ударил кислый запах. Незнакомец рванул меня к себе, прижав к своему телу. От неожиданности у меня перехватило дыхание, я шумно выдохнула.

— Не против немного поразвлечься, малышка? — прошептал голос мне в ухо, перед тем как неизвестный больно укусил меня за шею. — Никогда не пробовал обращенную, — шумно выдохнул он.

Я в панике начала вырываться. Да что творится в этом замке? Ведь у волков есть правило — если ты отказываешь, тебя никто не имеет права принудить. А сейчас мне и ответить возможности не дали!

Я попыталась зубами прихватить ладонь незнакомца, однако мои жалкие попытки вызвали у него лишь смех. Он развернул меня к стене, почти вдавив в нее своим телом, одна его рука закрывала мне рот, из-за чего я могла лишь протестующее мычать, другая же, забравшись под платье, уже шарила по бедру. Я в ужасе вытаращила глаза, продолжая сопротивляться. Насильник! А из-за чертова ошейника я даже не могу защититься! Извернувшись, я кое-как впечатала коленку ему в бедро, хотя целилась совершенно не туда.

— Мне нравится, когда сопротивляются, так что продолжай, — зловеще усмехнулся он, рванув на груди мое платье вместе с сорочкой. Несмотря на мрак, стоявший в коридоре, я отчетливо видела насильника — короткие светлые волосы, тонкие губы, прищуренные глаза, в которых плескалась похоть.

Когда его взгляд скользнул по моей обнаженной груди, я поняла, что пути назад нет — меня изнасилуют, а я даже не смогу позвать на помощь или кому-нибудь рассказать, чтобы виновного наказали. Незнакомец повел языком по моей груди, а затем больно прихватил сосок зубами. Я дернулась от боли и отвращения. Сколько же мучений мне еще приготовил этот зверь?

Я продолжала бешено извиваться, но, казалось, лишь сильнее распаляю насильника. Он пытался справиться со своими штанами и одновременно приподнять мое платье. Я всхлипнула, поняв, что сейчас произойдет то, после чего я не смогу жить дальше и оставаться самой собой.

Зажмурившись и отрешившись от происходящего, я не сразу поняла, что меня больше никто не вдавливает в стену. Знакомый запах свежести и хвои перебил кислую вонь, и я открыла глаза. Невесть откуда взявшийся Рэйнар, бешено рыча, вытрясал пыль из незнакомца, одной рукой удерживая его за горло, а другой нанося мощные удары по лицу насильника. Слишком потрясенная внезапным спасением, я сползла вдоль стены на пол и, уткнув голову в колени, попыталась справиться с внезапно накатившей тошнотой.

Отгородившись ото всех звуков и тяжело дыша, я все еще не могла поверить, что каким-то чудом избежала изнасилования.

— Ты в порядке? — словно через стекло услышала я голос Рэйнара несколькими минутами позже.

— Оставь меня! — глухо ответила я.

— Лита, он что-нибудь сделал тебе? — в низком голосе Рэйнара было столько искренней заботы, что я не смогла противиться искушению взглянуть на него.

Я подняла голову, стискивая на груди края рваного платья. Грудь все еще болела, и я поморщилась. Справа затихшей бесформенной кучей лежал насильник. Его лицо напоминало кровавую маску. Жаль, что на оборотнях все быстро заживает. Рэйнар стоял надо мной, но я упорно не поднимала на него глаза.

Мне захотелось разреветься. Какое унижение! И надо же было именно Рэйнару увидеть меня, да еще в таком виде! Беспомощную, растрепанную, в драном платье. И это после того, как все эти красотки миэри весь вечер расхаживали перед ним в своих богатых нарядах, изящные, словно коллекционные куклы.

Я почувствовала подступающий к горлу комок — предвестник рыданий и старой доброй истерики, моих подружек еще по периоду развода.

— Лита, посмотри на меня, — Рэйнар присел рядом со мной и легко дотронулся до моего плеча. Я дернулась, заставив его убрать руку.

— Просто оставь меня. Прошу, уйди.

Я услышала, как Рэйнар вздохнул, а потом раздались и его удаляющиеся шаги.

«И он все-таки оставил меня одну? Одну и в таком состоянии!» — безо всякой логики подумала я, хотя сама просила Рэйнара именно об этом. Ну почему мужчины все понимают не так, как нужно! Я наконец позволила слезам пролиться, почти с наслаждением размазывая их по лицу.

Снова шаги. Нет, надо срочно убираться из этого коридора. Я поднялась, сжимая рваные края лифа, и увидела Рэйнара с плащом в руках. Он подошел и молча закутал меня в него. Также молча мы дошли до моей комнаты, где я села на кровать и тупо уставилась в стену.

— Жди меня здесь, — приказал Рэйнар и снова исчез. Я могла только запоздало хмыкнуть. Куда бы, по его мнению, я смогла уйти? Меня начала бить дрожь.

— Выпей, — голос вернувшегося Рэйнара заставил меня вздрогнуть. Альфа настойчиво протягивал мне большую деревянную кружку. Я приняла ее, предварительно понюхав содержимое. Вино. Ну надо же. Всего несколько часов назад я мечтала напиться. Не такой ценой, конечно, но все же. Я сделала большой глоток. Зубы стукнули о край кружки. Пряное и терпкое вино обожгло горло. Сделав еще пару глотков, я почувствовала, что противная дрожь уходит, и тело начинает согреваться.

— Лита, ты заигрывала с ним?

Мне показалось, что я ослышалась. Я недоуменно посмотрела на Рэйнара, чья массивная фигура заняла почти все пространство комнатки. Так бы выглядел тигр, которого запихнули в кошачью переноску.

— Вот какого ты обо мне мнения… — сказала я потрясенно. Просто не верится, что из всех вопросов он задал именно этот.

— Лита, я должен знать, чтобы выдвинуть обвинение его альфе, — твердо сказал Рэйнар. — Ты посылала этому волку знаки, сигналы, которые он мог бы расценить, как приглашение?

— Нет.

— Ты точно уверена в этом?

Я со злостью посмотрела на Рэйнара.

— Я отдаю себе отчет в своих поступках и действиях, Рэйнар. И когда бы я успела это сделать, по-твоему? Может быть, пока драила комнаты миэри? Или когда отливала свечи в подвале? А может, в перерывах между подачей ужина и работой на кухне? Уж поверь, если бы я захотела с кем-то переспать, то подошла бы к этому основательно! И уж точно мой выбор не пал бы на это мерзкого типа!

— И на кого бы он пал? — резко спросил Рэйнар.

— А тебе-то какое до этого дело? — устало спросила я, крепче стискивая кружку.

— Ты права. Меня это не касается. — Он задумчиво покачал головой, сжав губы в жесткую линию.

Равнодушный голос альфы заставил меня возмущенно вскинуть голову.

— А ведь это твоя вина.

— Что? — непонимающе спросил Рэйнар, нахмурившись.

— Ты надел на меня этот ошейник. Если бы не он, я бы смогла защититься! А сейчас любой может на меня напасть… Знаешь, как этот гад объяснил нападение? Он сказал, что никогда не пробовал обращенную! — Я передернулась, вспомнив, как зубы насильника впились в нежную кожу груди.

 Рэйнар задумчиво посмотрел на меня, затем сделал шаг, оказавшись прямо передо мной, и нежно взял мое лицо в ладони. Его руки были огненными и пахли кровью. Вот пальцы скользнули ниже, по шее, еще ниже, сомкнувшись на ошейнике. Одним движением Рэйнар легко разломил стальной ошейник пополам и отбросил в сторону.

 Повисло тягостное молчание. Я смотрела в янтарные глаза альфы и не понимала, почему он не уходит. Может быть, ждет благодарности? Но от меня он ее точно не дождется. Однако на уме у него было другое.

 — Поклянись Богиней Белой Луны, что не причинишь зла ни одному члену моей стаи и ни одной миэри, — сказал он тихо.

 — Для меня ваша Богиня не так священна.

 — Она теперь и твоя Богиня тоже! — прищурился Рэйнар.

 Клясться неизвестными мне божествами показалось нечестным.

 — Я могу дать слово.

 — И ты сдержишь его? — с сомнением спросил Рэйнар.

 — Я хочу, чтобы ты обрел свою ирримэ не меньше остальных, — пробормотала я, отводя взгляд.

 В комнате снова стало тихо.

 — Пообещай также, что не будешь пытаться убежать.

 Я вздохнула. Ну вот, снова начинается. И почему Рэйнар не мог остановиться на одном обещании? Почему ему обязательно нужно утверждать свою власть снова и снова?

 — Я не буду давать обещаний, которые не смогу выполнить, — покачала я головой.

 — То есть ты все-таки надеешься сбежать? — угрожающе спросил альфа.

 Я разозлилась.

 — Я могла бы тебе соврать, но сказала правду. Ты настолько не ценишь честность?

 — Я прежде всего ценю честность, но ты должна выбросить мысли о побеге из головы. Ты никуда не уйдешь. Рамаин — твой дом, и так будет навеки, если только ты не обретешь спутника жизни в другой стае. С беглыми рабами не ведут переговоров, их наказывают. Жестоко. И исключений не бывает. Ты поняла?

 — У меня прекрасный слух, волк, — сказала я сухо. — И я не глупая девчонка. Мне тридцать два года. — Я предпочла упустить информацию про три сотни полнолуний. — В моем мире это уже не юный возраст. Я говорю это на тот случай, что уж если ты настолько меня достанешь, и я задумаю убежать, ты меня никогда не найдешь. Если я берусь за дело, то довожу его до конца.

 — Я предупредил тебя, Лита, — процедил Рэйнар.

 — И я тебя услышала.

 Несколько минут мы молчали. Близость Рэйнара странно на меня действовала. Мне хотелось прижаться к нему всем телом, и чтобы он обнял меня и бормотал разные глупости, утешая. Я могла лишь удивляться посещающим голову нелепым мыслям.

 — Возьми, — неожиданно подал голос Рэйнар, бросив мне предмет, который все это время сжимал в кулаке. Я посмотрела на упавший на кровать рядом со мной железный ключ. Тот самый, которым Фира обычно запирала дверь моей комнаты. — Раз уж твои чары настолько сильны, что некоторые волки просто не могут держать себя в руках, запирайся на ночь и ходи не такими темными коридорами, — насмешливо бросил Рэйнар.

 Пока я раздумывала, с чего бы ему делать мне такие подарки, альфа был уже в дверях.

 — Рэйнар, подожди! Из какой стаи… этот… насильник? — спросила я.

 — Из стаи альфы Иларга, — бросил Рэйнар через плечо и бесшумно исчез.

 Я невесело усмехнулась. Иларг? Это же отец Лаури. И как я сразу не догадалась? Ведь эта светловолосая дрянь сказала, что я пожалею. Но из-за какого-то платья натравить на меня насильника! Я покачала головой. Мой список тех, кому придется отомстить, постепенно растет. Что ж, посмотрим, кто кого. Эта тварь Лаури еще будет ползать на коленях, умоляя простить ее.

 Я встала, чтобы закрыть дверь. Ноги плохо слушались, а по телу разлилась слабость. Не стоило все-таки пить столько вина сразу. И только когда я трясущимися руками провернула ключ в замочной скважине, меня посетила одна простая мысль: интересно, а что сам Рэйнар делал в этой части замка в столь поздний час?