Глава 24

В глазах Карлайла мгновенно вспыхнуло недовольство. Впрочем, продлилось оно недолго. Брат поспешил спрятать злость за простодушной улыбкой и даже развёл руками, как обычно делала мама, желая показать, что я сморозила удивительнейшую глупость. Карлайл, однако, в этот момент интересовал меня мало. Всё моё внимание было приковано к принцу. От него я ждала основной реакции: гневного взгляда, дерзкого вскидывания бровей, плотно сжатых побелевших губ. Меня бы устроило даже нервное подёргивание плеч. Но не произошло ни первого, ни второго, ни третьего, ни тем более четвёртого.

Принц Льюис продолжал стоять и держать меня за руку. Его лицо выражало полнейшее благодушие и радость. Глаза смотрели весело и спокойно, на губах играла лёгкая полуулыбка. Не выдержав, я вырвала руку и спрятала за спину.

— Ваш брат ни капли не приукрасил, когда описывал Вашу красоту, — сказал принц, насмешливо глядя на Карлайла. — Лайонелу всегда доставались самые красивые женщины.

И вот тут я поняла, что всё-таки попала в цель. Принц Льюис явно решил намекнуть мне на связь Лайонела с Марией Дегур. Я сумела задеть его, и он, естественно, ответил мне тем же. С улыбкой и доброжелательным взглядом, как истинный представитель королевской семьи.

Карлайл позвонил в колокольчик, и в гостиную вбежал его личный слуга. Он подтащил все имеющиеся в комнате кресла к камину и принёс с кухни стул. Стул, который хозяин дома собирался занять сам.

— Садитесь, — обратился ко мне принц Льюис и показал рукой на правое, весьма потёртое кресло. —Мы не во дворце, поэтому я не соблюдаю правил этикета.

На этот раз брови приподняла я, но всё же села. Первая. Раньше Льюиса, и это здорово меня порадовало. В конце концов, королева здесь я. Я выше всех из присутствующих по статусу, и только мне решать: кому сидеть, а кому - нет.

— Мне жаль, что Ваш муж сделал это с Вами. - В голосе принца так и сквозила жалость. Жалость, от которой меня замутило.

— Сделал что?

— Устроил похищение и бросил Вас в тюрьму, словно преступницу.

Я чуть прищурилась. Карлайл молча сжал рукой подбородок.

— У Вас есть доказательства причастности моего мужа к похищению?

Двери из кухни вновь открылись, и слуга вынес на подносе три серебряных кубка с элем. Принц Льюис будто нехотя взял свой и чуть пригубил.

— Будут. Я непременно найду их. А до этого, думаю, Вам не стоит возвращаться в Аелорию. Это слишком опасно.

Я тоже взяла с подноса эль и сделала небольшой глоток.

— Пока будете искать доказательства, постарайтесь узнать что-нибудь о рыцарях, меня сопровождающих, и об Авроре Томпсон.

— Не думайте, что Вы останетесь в Гвинеде до конца жизни, — словно не слыша меня, отозвался принц. — Скоро Вы вернётесь. Скоро мы все вернёмся. Вам наверняка известно, что Лайонел Таелинг занимает своё место не по праву. В его жилах нет королевской крови. Он не сын короля Леонарда.

Я продолжала пить эль. Медленно, с упоением, хотя никогда его не любила. Но сейчас пила так, как учил отец. По глоточку, перекатывая от одного уголка губ к другому, чтобы уловить всю гамму вкуса, однако на самом деле не чувствовала ничего. На самом деле я слышала только биение собственного сердца. Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Стучало оно громче молота в кузнице.

— Прекрасный эль, братец! — улыбнулась я, хитро подмигнув Карлайлу, а потом перевела взгляд на его друга. - Ничего такого я не знаю.

Я смотрела на сына узурпатора Эдмунда с тем же спокойствием, что и он на меня. Мы словно играли в детскую игру «Кто кого переглядит и переврёт».

— Некая особа нашла у королевы Беатрис письмо от лучника, в котором тот называл Лайонела своим сыном.

Я поставила пустой кубок на поднос и тщательно облизала губы.

— Мне известно, что это за особа. Мария Дегур. Бывшая любовница моего мужа. Он решил жениться на мне, а не на ней, вот она и придумала всё это и помогла устроить покушение на него. Из мести. Но разве она предоставила Вам эти самые письма?

— Может быть, королева Беатрис что-то когда-то при тебе говорила о Перкенсе Уокере? Напряги память, Анхелика. Это важно! - вмешался в разговор Карлайл. Я многозначительно покачала головой.

— Мне ничего неизвестно.

— Но король Эдмунд...

— Король Эдмунд приказал убить двух младших принцев, а, когда понял, что упустил старшего, объявил его бастардом и привёл свидетелей, которые якобы устраивали свидания королевы Беатрис и какого-то там лучника. Не мудрено, что большая часть дворян не поверила.

Лицо у Карлайла вспыхнуло. Он яростно схватился за кубок, но до рта так и не донёс. Руки у него дрожали, отчего несколько янтарных капель упало на пол.

Принц Льюис больше не проронил ни слова. Извинившись, на правах хозяйки дома я сходила до кухни и жестами попросила кухарку подавать ужин. На три персоны. Как я и предполагала, принц Льюис остался с нами до темноты.

За ужином мы разговаривали мало. Больше всех ела я. Карлайл к еде почти не притронулся. Он сидел мрачнее тучи и бросал на меня такие взгляды, от которых впору было бежать и креститься.

Кухарка его, впрочем, готовила весьма неплохо. По крайней мере, куропатку и пшеничную кашу я проглотила за милую душу. Принц Льюис успел похвалить ужин дважды. Сам он ел осторожно и не спеша. Так, как обычно ел мой отец, словно пытался распробовать каждый кусочек. Я старалась не смотреть на него, но, если поднимала глаза, сразу натыкалась на его взгляд. Злости или презрения в нём не было. Но было что-то другое гораздо хуже. Принц Льюис будто изучал меня, будто пытался проникнуть внутрь моего сознания, и меня это пугало и раздражало одновременно.

Уже вечером в спальне я вновь и вновь прокручивала наш разговор и пыталась понять за какую нить дёргать. Карлайл нашёл в себе силы пожелать мне доброй ночи, а принц Льюис на прощание вновь поцеловал руку, которую я хорошенько помыла на кухне сразу после его ухода. Удивительно, но я получила то, что хотела. Я больше не была королевой и самое главное — не была нелюбимой и нежеланной женой. Я обрела свободу, на которую так рассчитывала, и могла зажить новой жизнью, но что-то в этой новой жизни было не так. Меня не покидало предчувствие скорой беды. Так случается, когда смотришь на небо, покрытое чёрными тучами, и понимаешь, что скоро будет гроза, сильный ливень, а, возможно, и град. Вот и я, глядя на принца Льюиса, ощущала признаки этой самой грозы, но не над своей головой, а над головой Лайонела. Льюис и Карлайл не просто так выпытывали у меня сведения о королеве-матери и не просто так пытались убедить том, что похищение устроил сам Лайонел. Они явно хотели переманить меня на свою сторону и настроить против мужа. Я была уверена, что у них есть какой-то план, но самое ужасное, что я не представляла, как предупредить об этом Лайонела.