Глава 34

Андрей

Для того, чтобы уладить все формальности со свадьбой, оказывается достаточно недели. Щедрое вознаграждение нужным людям, к огромному неудовольствию Даши, значительно ускоряет срок подачи заявления. Устраивать пышную церемонию бракосочетания ни она, ни я не стремимся. Хотя, меня нет-нет да и посещает мысль, что праздник на триста гостей произведет впечатление не только на моих друзей, но и на моих врагов. А они уже начали показывать свои лица, понимая, что я не даю ход делу Немцова. Но месть сейчас интересует меня в последнюю очередь. Мне нужен мой сын. И Даша. Как наказать старика я еще придумаю. Впрочем, подозреваю, что когда он узнает, что его дочь теперь моя, это станет для него сильнейшим ударом. Четыре года назад, когда я встретился с ним, надеясь выбить из него информацию о местонахождении Даши, он лишь рассмеялся мне в лицо, сказав, что ни одна из Немцовых никогда не будет со мной. Как же хочется посмотреть на него теперь.

Все время до гражданской церемонии, которая окончательно утвердит меня в правах на сына и Дашу, они живут у меня. В другой комнате, но все же. Я сам вижу, что моя холостяцкая квартира совсем не подходит для семейной жизни, и уже подобрал несколько домов. Осталось лишь свозить в каждый из них Дашу, чтобы она выбрала. Ставить ее перед фактом и в этом вопросе у меня нет никакого желания, она и так злится на меня, хотя, на мой взгляд, у меня куда больше причин ее осуждать, чем у нее.

Но осуждения, как и сожаления, – удел неудачников. Изменить прошлое при всем своем желании я не смогу, а вот будущее в моих руках. И я вижу его таким – я, Руслан и Даша.

Она может сколько угодно делать вид, что я и мои поцелуи ей чуть ли не противны, но я чувствую, как она смотрит и как откликается – притяжение между нами никуда не исчезло. А может быть, выдержанное временем, стало даже сильнее. Я не форсирую продвижение на этом фронте. Дашу я очень хочу, это не секрет, но даю ей время понять и принять тот факт, что и она хочет меня тоже. Хотя, признаюсь, пару раз за эти дни в Москве я был очень близок, чтобы прижать ее к себе, такую дерзкую и далекую, и напомнить, как хорошо нам когда-то было вместе. И еще будет. В этом я не сомневаюсь.

– Не планируй ничего на вторую половину дня, – говорю Даше, когда мы встречаемся за завтраком.

– Почему?

– Твой адвокат Михаил Титов жаждет встречи, – и когда она не отвечает, добавляю: – Причину не знаешь?

– Знаю, – отвечает тихо, но в глаза смотрит мне с поразительной дерзостью. – Я просила его, чтобы он связался с тобой, чтобы уладить дела отца и… и наш брачный договор.

– Не доверяешь мне? – спрашиваю я, ощущая, как внутри закипает злость.

– А я должна? Прошла неделя. Я все еще не понимаю, что будет с отцом. И с нами с Русланом.

– Ты должна радоваться, что твой отец продолжает наслаждаться свободой! – говорю с расстановкой, стараясь не повышать голос, потому что с нами сын. – Если бы не наша договоренность, его закрыли бы уже на этой неделе. Так что отсутствие новостей в его случае – это хорошие новости. Что касается брачного договора – ты для начала могла обсудить это со мной.

– Я пыталась, – напоминает Даша. – Но как только я начинаю говорить об отце или о том, что будет со мной после свадьбы, ты делаешь вид, что у тебя куча других дел!

– Потому что это действительно так! – рявкаю я. – Потому что я изо всех сил пытаюсь разобраться в дерьме твоего отца и уладить дела на работе, чтобы после свадьбы мы с тобой и сыном могли уехать куда-нибудь отдохнуть.

– Медовый месяц? – переспрашивает она растерянно.

– Кажется, после свадьбы принято менять обстановку, – напоминаю мрачно, одновременно раздраженный действиями Даши и тем, что сам упустил тот момент, когда нужно было с ней нормально поговорить. – Но раз тебе так не терпится разобраться во всем, у меня есть другая идея. Зачем нам только Титов? Позовем на встречу твоего отца! Откроем карты.

Я вижу, как румянец медленно сходит с нежных щек, а рот приоткрывается в удивлении. К черту! Щадить чувства всех вокруг я устал. И ее отцу пора, наконец, узнать о нас, и Даше принять тот факт, что она теперь моя. Хочет брачный договор? Она его получит!

– Я хочу сама сказать ему, – шепчет она.

– У тебя было на это больше недели, но ты мастерски разбазарила это время, – отрезаю я. – Хотела встречу с юристом? Ты ее получишь. В присутствии твоего отца.

– Для него это будет ударом…

– Предлагаешь мне пощадить чувства твоего отца? – спрашиваю язвительно. – Наши чувства четыре года назад он не щадил!

– У нас не было никаких чувств!

– У нас были чувства, Даша. Посмотри правде в лицо. Четыре года назад мы любили друг друга, но в какой-то момент все рассыпалось. И пусть я до конца еще не разобрался, как и почему это случилось, я уже к этому близок. И когда я узнаю всю правду – виновным не поздоровиться. Имей это ввиду.

– Ты мне угрожаешь?

– Предупреждаю, – отвечаю сухо. – Скажи мне, четыре года назад ты когда-нибудь без моего ведома заходила в мой компьютер? Копировала файлы?

Если до этого Даша казалась бледной, то теперь становится похожей на привидение.

– Ты сошел с ума! – шепчет она. – Ты считаешь, что я что-то у тебя скопировала?

– Я задал вопрос первым, – напоминаю я.

– Ниже моего достоинства отвечать на него! – Даша тоже взрывается.

– А ты уже ответила, – говорю я, наблюдая за ее реакцией, которую невозможно подделать.

И в этот миг ярость и ненависть, направленная на неведомого пока предателя, который лишил меня сына и Даши, становится оглушающей. Я ощущаю только одно желание – раздавить каждого, кто приложил руку к обману.

– Мама, я поел, – Руслан отодвигает свою тарелку. – Спасибо. Я пойду поиграю.

– Пожалуйста, – с улыбкой отвечает Даша.

Сын спрыгивает со стула и убегает в спальню, оставляя нас наедине. Дарья больше не смотрит в мою сторону, она водит вилкой по тарелке, делая вид, что ничего не произошло, хотя я догадываюсь, о чем она думает. Как и моя будущая жена, я опускаю взгляд в свою тарелку, решая не продолжать беседу – нам нужна пауза.

– Ты закончил с завтраком? – спустя пять минут спрашивает она, вставая со своего места.

– Да, спасибо, – она коротко кивает, а затем собирает всю посуду со стола кроме моей кружки и убирает ее в посудомоечную машину.

Даже не взглянув на меня, Даша уходит вслед за сыном в спальню. В таком настроении нет смысла продолжать беседу или заводить новую – ничего хорошего из этого не выйдет. Я допиваю свой эспрессо и спустя минуту выхожу из кухни. Прежде чем уехать на работу, решаю зайти в спальню и пожелать Даше и Руслану хорошего дня, а заодно посмотреть на реакцию моей будущей супруги – успела ли она остыть.

– Войдите, – раздается голос Даши после моего троекратного стука в дверь.

Перед моими глазами возникает самая что ни есть приятная картина. Руслан валяется в кровати, а Даша, устроившись рядом, читает ему сказку. Увидев меня, мальчик предлагает присоединиться, и я, наплевав на свое опоздание на работу, присаживаюсь на небольшой диванчик, находящийся вблизи кровати.

Дарья почти незаметно кивает головой, будто соглашается на мое присутствие, и продолжает читать. В этот момент мы кажемся идеальной семьей. Если только не копать глубже.

– Мам, давай еще одну сказку, – говорит Руслан, когда Даша захлопывает красочную книгу.

– Нет, вечером еще прочту. У нас только второй день в детском саду, Рус. Нельзя опаздывать. Воспитатель строго обозначила время, когда мы должны быть на месте, – голос Даши становится серьезным.

– Я могу отвезти вас, и в этом случае можно будет почитать еще одну,– предлагаю я, подмигивая сыну, хоть и это предложение кажется неуместным.

– Андрей, три квартала – это не три километра, доберемся, – она не смотрит в мою сторону. – Рус, давай в ванную умываться и чистить зубы. Через пятнадцать минут мы должны быть готовы.

– Ладно, мам, – голос ребенка кажется подавленным. Он в два счета спрыгивает с кровати и несется в ванную комнату.

Тем временем, между нами повисает неловкая многозначительная пауза. Даша застилает кровать, полностью игнорируя мое присутствие, будто меня здесь и вовсе нет. Но я намеренно не ухожу из комнаты, желая решить возникшее недопонимание. Нам незачем воевать, если никто ничего плохого друг другу не делал. И судя по тому, что я успел выяснить, в действительности это так и есть.

– Я должен был спросить, Даша.

– Звучит как оправдание, – мигом отзывается она, по-прежнему не глядя в мою сторону.

– Четыре года назад из моего компьютера пропали файлы, благодаря которым та земля – камень преткновения между мной и твоим отцом – безоговорочно стала бы моей. А кроме тебя доступа к компьютеру ни у кого другого не было. О чем бы ты подумала на моем месте?

Дарья не сразу отвечает, но по выражению ее лица становится очевидно, что она подумала бы также. И это несколько облегчает мой тернистый путь к ее сердцу.

– Мы могли бы все обсудить еще четыре года назад, – еле слышно роняет она.

– Но по стечению обстоятельств и рук других людей мы потеряли время, – на автомате сжимаю пальцы в кулаки. – И не только его.

– Я не знаю, что тебе на это ответить, Андрей, – устало произносит Даша. – Неизвестно, как сложилась бы наша жизнь при других переменных. Разве есть смысл копаться в прошлом?

– Виновные должны быть наказаны, – утвердительно заявляю я, лениво поднимаясь с места. – Из-за них пострадало слишком много близких мне людей. А их, сама знаешь, не так много – вы с сыном, Карина  – моя двоюродная сестра –  и пара надежных друзей.

– Никогда не слышала о ней, – равнодушно пожимает плечами.

– При случае расскажу тебе, если интересно, – отвечаю. – А теперь мне пора. После обеда жду тебя у себя.

Если она и хочет еще что-либо сказать, то решает воздержаться, лишь утвердительно кивая. Я закрываю за собой дверь в спальню, а через минуту и дверь в квартиру. Нужно закрыть важные вопросы – не время рефлексировать. Конкуренты не дремлют.

Дорога в офис занимает больше времени, чем обычно, но за лишние пятнадцать минут мне удается совершить несколько важных звонков и неплохо заработать. За несколько кварталов до бизнес-центра, где располагается мой офис, я получаю звонок на мобильный от своего секретаря:

– Андрей Владиславович, доброе утро, – Людмила слегка покашливает.

– Доброе, – отвечаю я. – Но кажется, доброе оно не для всех.

– Это точно. Проснулась с жуткой температурой и больным горлом. Можно я сегодня возьму выходной? – болезненным голосом просит женщина.

– Конечно. Главное, здоровье. Поправляйтесь поскорее. И в строй.

– Спасибо, Андрей Владиславович.

Я бросаю мобильный на пассажирское сидение, обеспокоенный состоянием моей помощницы. По правде сказать, я без нее как без рук. Она довольно давно работает у меня и в курсе всех дел, порой даже тех, о которых без ее помощи мне и не вспомнить. Припарковав автомобиль на нулевом этаже здания бизнес центра, я на лифте поднимаюсь на нужный этаж.

На первый взгляд ничего подозрительного я не замечаю. До тех пор пока не подхожу к своему кабинету. Дверь оказывается закрыта, но не заперта. Повернув ручку, я попадаю внутрь и в удивлении застываю на месте.

– Доброе утро, Саня, – хмурюсь я, встречаюсь с настороженным взглядом своего друга. – Как ты оказался в моем кабинете?

В помещении повисает физически ощутимое напряжение. Я смотрю на друга, он смотрит на меня. И ни один из нас не делает первый шаг, ожидая, как поведет себя противник. Противник? Кажется, да. Просто я так долго закрывал глаза на очевидное. Ведь Саня много лет был моим человеком, другом, партнером…

– Привет, Андрюх, – произносит он, наконец.

– Я спросил, как ты тут оказался, – напоминаю холодно.

Смирнов своим молчанием подтверждает мои догадки, которые на протяжении нескольких лет возникали из-за странностей в поведении друга. Но только сейчас для меня становится все очевидно – нужно было лишь раз застать его на месте преступления. И все бы встало на свои места. Но, как говорится, всему свое время.

– Мне даже интересно, как ты будешь оправдываться, – я захлопываю дверь кабинета, придавливая ее спиной.

– А в этом есть смысл? – Смирнов, наконец, выдавливает из себя несколько слов, а затем уводит глаза, пряча их в своем мобильном.

– А сам как думаешь, Сань? – выплевываю я.

– Если тебе уже все известно, то что обсуждать? – он сидит в моем кресле и будто боится даже пошевелиться.

– Так, спортивный интерес, – усмехаюсь я и добавляю: – Хватит ли тебе смелости рассказать всё, ничего не утаивая? Или кишка тонка?

Смирнов тяжело вздыхает, сцепляя пальцы в замок и обхватывая свой затылок. Неужели стало совестно? Или это игра такая? На протяжении стольких лет я доверял этому человеку, искренне считая, что он не сможет воткнуть нож в спину. Но всем нам свойственно ошибаться.

– Что ты хочешь узнать, Андрей? – спокойно спрашивает Александр.

– Все, мой друг, все, – понижаю голос, ни на секунду не сводя глаз с бывшего друга.

– Немцов сам вышел на меня, – глухо произносит Смирнов, – тогда, четыре года назад. Предложил хорошую цену за…

– Сколько? – резко перебиваю.

– Какое это имеет значение, Андрюх? – предатель устало потирает переносицу.

– Сколько? – я начинаю терять терпение.

– Госконтракт по поставке компьютерных чипов, – быстро произносит он, и после его фразы у меня в голове все раскладывается по полочкам.

Резко возникает желание крушить все, что есть в моем кабинете, но я лишь сжимаю пальцы в кулаки и делаю почти незаметный выдох. Саня даже не смотрит в мою сторону, я же слежу за каждым его движением, желая только одного – разорвать бывшего друга в клочья. Он еще получит свое сполна, а сейчас главная задача – выяснить все, что произошло в тот злополучный год.

– Дальше, – рявкаю в ответ.

– У меня на тебя ничего не было. Да еще и ко всему мучила совесть.

– Не смеши меня, – неестественно громко смеюсь я. – У тебя нет совести, Саня. А если бы была, ты бы плюнул в рожу Немцову, когда он только предложил тебе это дерьмо.

– Я пришел к нему, чтобы отказаться, – с каждым следующим словом голос друга становится тише.

– Очень благородно, Санек, – фыркаю я.

– И отказался, – устало выдыхает он.

– Страшно представить, что же случилось потом.

Смирнов нервно потирает лоб, а затем запускает пятерню в свои волосы. Что, Санек, неловко? А мне каково? Каково было потерять почти все, к чему я шел долгие годы. И по чьей вине? Лучшего друга, с которым были пройдены огонь, вода и медные трубы. В самом прямом смысле этих слов.

– А потом твой день рождения, его выпрыгивающая из торта дочь и…

– И тут-то пазл сложился, – хлопаю в ладоши.

– Андрюх, у меня в тот момент были финансовые трудности. Я попал в серьезную ситуацию. Мне нужны были деньги, – его оправдания раздражают еще больше, а когда приходит полное осознание произошедшего, я машинально бью кулаком в стену.

– Поразительно!

– Я не думал, что все зайдет настолько далеко.

– Ты не думал? – снова громко смеюсь. – Да все вокруг знали о наших отношениях с Немцовым! А ты тем более. Ты знал намного больше, чем все остальные.

– Я… я сожалею, – едва слышу, что говорит Смирнов.

– Ты слил видео ее танца Немцову. И пошло-поехало. Из-за тебя, мерзавца, я потерял любимую женщину и три с лишним года жизни своего сына. Про гребаную землю я вообще молчу – это пыль. По сравнению с тем, чего ты меня лишил, – я реву словно раненый зверь. – Ненавижу тебя, ублюдок!

Саня открывает рот, чтобы выдать очередное оправдание, но, поймав мой уничижительный взгляд, в итоге не говорит ни слова. Я же меряю шагами полы своего кабинета, пытаясь хоть как-то успокоиться.

– Столько лет дружбы с такой легкостью выбросить на помойку, – горько усмехаюсь я. – И ради чего?

– Я испытывал финансовые трудности, Андрюх, – Смирнов качает головой. – Как бы ты поступил на моем месте?

– Взял кредит, занял бы у кого-нибудь, продал машину. Ты в конце концов мог прийти ко мне! Да вариантов масса! – кричу я. – Но я не стал бы предавать лучшего друга, играя на его чувствах.

– Я не знал, что у тебя с Немцовой было серьезно, – и снова оправдывается бывший друг. – Ты же не говорил ничего об этом.

– На свое же счастье. Слава богу, что у меня хватило ума не рассказывать о ней. И о наших отношениях.

– Я очень виноват перед тобой.

– Не только передо мной, Саня. Но это в прошлом. Я рад, что все выяснилось и теперь многие моменты мне стали понятны. Другой вопрос о настоящем – какого черта ты делаешь в моем кабинете? И откуда у тебя ключ от моего кабинета?

– Остался с тех самых пор, – быстро отвечает.

– Снова роешь? – киваю на ноутбук. – Не нароешь. С некоторых пор я стал умнее и не храню ничего важного в своем рабочем компьютере. Все только в голове. А туда тебе не добраться.

– Извини, Андрюх, – плечи Смирнова опускаются.

– Пошел вон из моего кабинета. С этой секунды у тебя нет права находиться здесь, – холодно отрезаю.

– А как же наше сотрудничество?

– Прекращаем все отношения.

– Давай не будем приплетать сюда рабочие моменты? Это сотрудничество взаимовыгодно для нас обоих, – у него еще хватает наглости возражать.

– Мне не нужны крысы, Сань. Ни в работе, ни в жизни. Уходи, пока я не вызвал охрану, – я открываю дверь кабинета. – Проваливай.

Напоследок он говорит о каком-то прощении, но я больше не слушаю и не воспринимаю его фразы. Падаю в свое кресло и с болью в сердце резко выдыхаю – виновный наконец-то найден.