Глава 24

Вайдо сам провел меня к лошади и посадил в седло. Войны начали один за другим подниматься и собираться. Бертрут вернулся, отвязал мальчишку. Осмар уже не шатался и стоял крепко на ногах, на лице парня отразилось лёгкое недоумении, но, к облегчению, он быстро сообразил, что лучше ему притворяться ослабленным.

У меня получилось! Я никогда ничего подобного не делала, а тут получилось! Делала то, что подсказывали инстинкты. Выходит, теперь я открытый источник, о котором не прознали ещё враги. Вместе с радостью стало страшно — никто не должен узнать об этом. Гуннор не должен.

Отряд тронулся дальше.

Вайдо держался рядом, Гуннор не выпускал меня из вида, и я чувствовала на себе его тяжёлый взгляд. Мы выехали в горную долину. Источник пульсировал ближе и сильнее, и мой внутренний стремился слиться с ним, раствориться, напитаться, так что у меня перехватывало дыхание и немело в животе, будто я оказывалась высоко и вот-вот свалюсь в пропасть. Даже голова кружилась.

Я искала возможность приблизится к Осмару и передать ещё немного силы, хотя и того было достаточно, чтобы в случае чего дать отпор, насколько тот был тренирован.

Проехав через ущелье, мы оказались в огромной чаше ущелья, где посередине, словно в сложенных ладонями скалах, синело озеро. Это был он — источник. Его потоки потянулись ко мне, окутывая лёгкой паутиной, поглаживая, вызывая мурашки по спине и теплоту в пальцах, но я отгораживалась, сбрасывала его — такое количество мощи может навредить моему организму и плоду, что был во мне.

— Это он? — спросил Гуннор и подвёл своего коня чуть вперёд.

— Да, — ответила, посмотрев на Вайдо.

— Как им воспользоваться? Ну, отвечай! — рыкнул советник, когда я промолчала.

— Отпустите сначала Осмара, — потребовала я твёрдо.

Вайдо и Гуннор переглянулись.

Советник всё же поднял руку, давая знак стражнику ссадить парня с лошади. Осмар вытянулся тетивой, будто ожидая чего-то. Я сжала пальцы в кулаки, вся напряглась.

— Если ты его не отпустишь, тебе никогда не испить источника, — заявила, чувствуя, как всё тело заломило, волнение тошнотой подкатывало к горлу.

Что если сейчас стражник взмахнёт ножом, и Осмар… Страх до такой степени сковал тело, что в глазах темнело, казалось, что я упаду в обморок. Нет, он не сделает этого — не убьёт его, иначе не получит ответ от меня, как взять силу источника. Он вынужден отпустить, но нет гарантии, что за парнем не отправится его человек, чтобы докончить дело до конца.

— Если я его сейчас отпущу, то он разобьет купол, — наконец, произнёс советник, и я поняла, как тот нервничает: жилы на шее натянулись, сжались кулаки, он жаждал поскорее получить своё.

— Тогда пусть будет рядом со мной, — ответила решительно.

Гуннор покривил губы, но всё же кивнул своему стражнику. Осмар, надо отдать должное, не кинулся в бег, спокойно, с достоинством, на которое был способен, прошел ко мне.

— Теперь говори.

— Ты должен зайти в озеро и призвать стихию к себе той клятвой, которой ты воздаёшь небу, анкхар, — ответила.

Повисла тишина, но Гуннор вдруг запрокинул голову и громко рассмеялся, так что его грудь мощно вздрагивала.

— И это всё? Никаких ритуалов?

Я покачала головой, глянув на Осмара, вкладывая в свой взгляд призыв к спокойствию.

— Проверь, не отравлено ли это озеро, — приказал он Гуннор Бертруту.

Я хмыкнула — не думала, что советник настолько мнительный. Но когда стражник направился ко мне с Осмаром, тут уже стало не до веселья. Я непроизвольно вышла вперёд, загораживая парня, но тот вырвался, не желая прятаться.

— Оставьте его! — крикнула, когда стражник схватил мальчишку и поволок к озеру, я бросилась за ними, но меня остановили, схватив за руки не пуская.

Стражник без особых усилий швырнул Осмара в воду и принялся окунать, как зверька, от которого хотел избавиться.

— Оставь его! Ты обещал, озеро не отравлено! — кричала я. — Вайдо, сделай же что-нибудь! Он его утопит.

— Гуннор! — напрягся мужчина, стискивая зубы.

Советник с недовольством остановил Бертрута, так же мерзко и отвратительно усмехаясь.

— Не отравлено, — проговорил стражник.

Я вырвалась и пустилась к воде, к закашлявшемуся Осмару. Тот порядком наглотался воды.

— Со мной всё в порядке, — прорычал Осмар, кашлем выталкивая из груди воду и пытаясь увернуться от моих рук.

Советник, скинув с себя доспех, прошел в воду, пока озеро не скрыло его тело по шею, а потом и целиком, когда тот нырнул на глубину. Воины застыли. Я чувствовала, как земля едва уловимо дрогнула под ногами, пуская по телу легкую вибрацию, а потом гладь воды покрылась туманным свечением. Воины стали беспокоиться — Гуннор долго был под водой, но вдруг откуда-то из середины что-то огромное вырвалось из недр.

Дракон, расправив мощные тяжелые крылья, взмыл над гладью, поднялся ввысь, на миг завис в воздухе, сбрасывая брызги, сделал полукруг и направился в сторону гор.

— Гуннор, купол! — громко гаркнул ему Вайдо, сотрясая воздух, заставляя в меня вздрогнуть.

Но, кажется, анкхар его не услышал, а в следующий миг по слуху будто ударило что-то тугое и упругое, а затем рассеялось. Это и была магия, скрывающая их нахождение?

— Не пытайся, Вайдо, ему сейчас всё равно, он получил силу источника, — я знала, что это похоже на опьянение, когда разум затуманивается, а наружу выходят одни инстинкты.

Если купол разрушен, значит, нас скоро найдёт Халар. Меня бросило в дрожь от волнения.

Дракон, описав ещё один круг, приземлился вдалеке от отряда, сложил крылья, вернул человеческий облик. К счастью, мне уже довелось увидеть, как это делал Халар, когда боролся с диким каяром, и потому потрясения не испытывала, в отличие от некоторых хатарских воинов. Пришлось отвернуться, потому что Гуннор был без одежды.

И повернулась, только когда советник накрыл меня своей тяжёлой силой, что исходила от его тела расплавленным свинцом — к облегчению, он уже был одет. Он схватил меня за горло. Осмар дернулся, но я поймала его запястья и сжала, призывая не вмешиваться.

— Показывай следующий источник, — рыкнул мне в лицо, пронизывая глазами с узкими, как серпы, зрачками.

— Поблизости больше нет источников.

— Лжешь, я чую, что есть.

Я туго сглотнула. Теперь его не провести, после ещё одного источника он будет сам находить их с легкостью. Халар об этом не знал, да и я тоже пока не поняла, как это работает — чем больше сила, тем сильнее связь с ней. Вот поэтому их скрывали, все карты сжигали.

— Гуннор, отпусти её, — вмешался Вайдо, — ты её задушишь.

— Не лезь, — прорычал советник, но всё же ослабил хватку.

Интересно, когда у Вайдо откроются глаза? Когда уже будет поздно? Гуннор повернулся к одному из своих воинов и выдернул из-за пояса того нож. Острое лезвие сверкнуло. Я вся одеревенела, осознавая, что тот собирается делать. Гуннор сжал его и поднял руку, сжатую в кулак, провел по коже, рассекая, алые капли упали на землю. Глубокий порез кровоточил, но в следующий миг рана начала затягиваться.

Ошеломление отразилось на лице Вайдо, в то время как по лицу анкхара прошла судорога одержимости. Скоро он будет неуязвим.

Гуннор повертел нож в руках, заставляя насторожиться.

— Так что? Ты будешь показывать источник или тебе помочь? — с этими словами он приставил нож к моей груди, положив лезвие плашмя, и повёл вниз к животу.

Где-то в пояснице закололо от чувства опасности.

— Ты знал, Вайдо, что она носит ребёнка Халара? — спросил советник, обращаясь к мужчине.

Лицо того вытянулось, он резко посмотрел на меня, будто услышал что-то, чего не ожидал.

— Да, наследник для анкхара. Истинная для дракона. Кто бы мог подумать?! — сузил опасно глаза.

Дела обстоят намного хуже, чем я думала. Гуннор убрал нож. Если бы он сейчас причинил мне вред, Халар почувствовал бы и тотчас был здесь, зная, где я, наверняка. Гуннор не мог такого допустить. Пока нет, пока я не показал ещё один источник.

— Хорошо, я покажу, — ответила, сглатывая сухость.

Гуннор усмехнулся и отступил. Вместо него возник Вайдо.

— Это правда? — Я промолчала, но мужчина жёстко обхватил меня за плечи и встряхнул. — Говори!

— Да, правда! — выпалила, со злым шипением смахнула его руки и отступила.

Вайдо сейчас смотрел на меня пристально, и сложно было понять, что творилось у него в голове. Что испытывал? Ненависть? Ещё большее презрение? Впрочем, мне было всё равно. Наверное, он окончательно понял, что я ему больше не принадлежу. Вайдо отвернулся и отступил, проведя рукой по коротким волосам, погружаясь в свои мысли.

Осмар стоял рядом и всё слышал, и теперь уже не смотрел с отчуждением. Он оглядел воинов, что принялись собираться в путь, и негромко произнёс.

— Халар скоро найдет нас. Он раздавит Гуннора.

— Нам нужно постараться выжить, Осмар, — ответила так же тихо, когда стражник подвёл ко мне лошадь.